Один день тут - месяц там

— Что случилось? — Дима присел рядом с Самойловым и оглядел рану. — Старый… ранил Игоря… Когда он пытался… артефакт отобрать… — задыхаясь, вывалил Захарченко. — Какой ещё артефакт? — Дима нахмурился. — «Компас»! Старый выходит из аномалии с помощью артефакта! А мы здесь как крысы в банке! У него это просто эксперимент… игра… — голос у Захарченко дрожал. Дмитрий перевёл взгляд на Жулика, хмуро сжал губы. Всё стало ясно: у Старого был «Компас». Для него чужая участь всего лишь забавное развлечение. Получается, он ждал, когда они перебьют друг друга за еду и медикаменты, а сам бы купался в масле. Игра во власть.? — Так вот откуда у Старого припасы… Он просто заходит в Зону, берёт что нужно — и возвращается. Купается как сыр в масле, пока другие подыхают от голода… — Дима выпрямился, в его взгляде зажглась ярость. — Захарченко, давай, помогай Игорю. Мы разберёмся со Старым. Кстати, где Молчун? — спросил Жулик, настороженно осматриваясь. — Молчун просто… ушёл. В лес… Следов нет… Ни крови, ни гильз… как в воду канул, — выдохнул Самойлов, поморщившись от боли. Дима зло выдохнул, сорвал автомат с предохранителя: — Плевать, Саша. Пошли за Старым. Я не дам ему и дня больше — убью эту гадину. В этот момент по деревне разнёсся дикий крик, а следом громыхнул выстрел — пуля сбила пыль прямо у их ног. — Не торопись, полу-труп! — хрипло донёсся голос Старого со стороны холма. — За дом! — скомандовал Дима. Они скользнули в укрытие и стали прикрывать Захарченко, который волоком тащил Самойлова в дом. Дима выглянул из-за угла — тут же у виска просвистела пуля. Он спрятался обратно и встретился глазами с Жуликом. — Стреляет из СВД. Где-то на десять часов, вон там, — пробормотал Дима сквозь зубы. — Я отвлеку, — Жулик уже извлекал из чехла свою снайперскую винтовку. — А ты обходи. Дима коротко усмехнулся. Теперь всё стало слишком просто: две винтовки на двоих снайперов — дуэль, где на кону сама жизнь. Жулик лёг за кучей битого кирпича, пристально всматриваясь в густой кустарник за деревенским забором, где и прятался Старый. Дима, вжимаясь в землю, осторожно начал обходить позицию стрелка с левой стороны, стараясь не дать выдать себя ни случайным шорохом, ни силуэтом на солнце. Снова выстрел — щепки взлетели у самого плеча, и Дима замер. Старый умел стрелять: явно не обычный сталкер, а опытный охотник. — Жулик, прикрой, я обойду его! Ответом был короткий кивок и серия холостых выстрелов в сторону кустов — для отвлечения. Старый ответил на провокацию двумя быстрыми выстрелами из СВД, перекатываясь между укрытиями. Он двигался профессионально ловко и почти бесшумно. Дима, пользуясь моментом, прокрался ещё ближе, но вдруг услышал слабо различимый шорох у себя за спиной — Старый, предвидя обход, сменил позицию на менее удобную, но выиграл во времени. Пуля прошла рядом с ухом Димы, зацепив мочку. — Сдавайся! — донёсся угрожающий голос Старого. — Не думайте, что я дам себя взять! В этот момент Жулик поймал Старого в перекрестье оптики и выстрелил. Пуля срикошетила от ветки, подняв рой щепок — но не задела цель. Старый, воспользовавшись этим, коротко стрельнул в сторону Жулика, вложил в голос злую усмешку: — Что, думаете, вы самые умные?! Как бы ни так! Вы ещё будете меня умолять выпустить вас отсюда! Воспользовавшись минутной паузой, Старый бросил дымовую шашку, мгновенно скрыв себя в облаке густого клубящегося дыма, и резкой перебежкой в лесной овраг ушёл из сектора обстрела. — Он уходит! — крикнул Жулик. — За ним! — Дима попытался идти следом, но в зарослях уже трещали сучья и слышался только отдаляющийся топот. Когда облако дыма рассеялось, на месте укрытия остались только гильзы и пара следов на влажной глине. Старый исчез. Дима зло выругался, подняв автомат — снайпер вновь ушёл, унося с собой не только «Компас», но и их последнюю возможность выбраться из аномалии. — Чёрт… — выдохнул Жулик, — Ну и хитрый же ублюдок… В деревню вернулась тишина, напряжённая, тревожная — теперь исход был неясен, и у всех прибавилось беспокойства. Дима и Жулик, тяжело дыша, стояли за полуразрушенной стеной — облако дыма от шашки быстро растеклось по двору, а в ушах ещё звенели недавние выстрелы. — Ублюдок, — выругался Жулик, сжимая винтовку. — Кажется, я зацепил ветки, а не его. Дима осмотрел двор — следов почти не осталось, только вдавленные пятна от сапог и свежо вывороченная грязь там, где Старый перебрался за забор и скрылся в лесу. — Надо идти следом, — Дима уже шагнул к дальнему сараю, откуда шла еле заметная тропа в чащу. — Дим, он мог оставить ловушки, — Жулик торопливо догнал его. — И вообще: если у него «Компас», он может снова выйти из аномалии. — Я не хочу его выпускать, — Дима сжал зубы, — иначе он и дальше будет издеваться над людьми, пока мы тут гниём. — Тогда работаем вместе. Один пойдёт по тропе, а второй попробует обойти через низину. Только без геройства — у нас нет второго шанса. Они обменялись короткими взглядами понимания — тут не до обид и личных драм. Есть только цель: выжить и не дать вырваться тому, кто сыграл их жизнями ради своей забавы. Дима двинулся по следу Старого в чащу, готовый ко всему, а Жулик ушёл в обход, внимательно прислушиваясь к каждому шороху ветра. Немного погодя они встретились вновь, чуть дальше, где еле-еле угадывался след на мшистой земле. — Смотри, — прошептал Жулик, — вот его след. Совсем свежий. Ещё не всё потеряно. — Мы его догоним, — твёрдо сказал Дима и поправил автомат. Их гнал вперёд не только страх, но и злость. Теперь у них была общая цель — найти Старого и вернуть себе не только шанс выбраться, но и право на месть. Они двигались быстро, почти не разговаривая — каждый выдох облаком пара растворялся среди стволов. Следы Старого вели их всё глубже в лес, где воздух казался гуще и холоднее, а сквозь кроны едва пробирался свет. Дима шагал впереди, а Жулик прикрывал. Вдруг ветер донёс странный, прерывистый скрежет. Дима вскинул руку — стоп. Жулик присел, вжавшись в мох. Сквозь редкие ветки впереди проглядывало искажение воздуха. И звук… Тихий такой, но постепенно кипятящий мозги: гудение. Это была Воронка. И что удивительно, под ней растекалась ядрёная зелёная жижа — Холодец. Беззвучно, как призрак, из кустов выскочило странное существо: мускулистое поджарое тело с когтями и щупальцами — кровосос. Метнувшись, он рванул к Диме. Жулик выстрелил первым — глухой хлопок, мутант взвизгнул и метнулся вбок, но не отступил, а разозлился ещё сильней. Второй мутант появился следом, мчался прямо на Жулика. Автоматный огонь Димы прорезал воздух, но кровососы оказалисб чересчур дикими и быстрыми: кинулись в прыжок, едва не сбив Диму с ног. — Назад! К аномалии! — скомандовал Дима. Они отступили по скользкой глине, прижимаясь к изогнутому обручу металлической ловушки. Один из мутантов перепрыгнул через Диму и угодил прямиком в искажающий вихрь. Вспышка — и один из кровососов исчез, будто растворился в воздухе, оставив ошмётки мяса и крови. Второй от страха замер, но тут же бросился на Жулика, и тот, не целясь, пустил короткую очередь. Кровь забрызгала мох. Мутант завыл, перешёл в невидимый режим и сбежал. Дима выдохнул, осмотрел ближайшие деревья: тишина вновь вернулась, только сердце стучит в висках. — Если бы не эта аномалия — могли бы не выкрутиться, — сказал Жулик, опуская оружие. — Но Старого тут уже нет, — сказал Дима, прислушиваясь к лесу. — Он специально завёл нас в такое место? — Вполне возможно… — Жулик осторожно обошёл аномалию. — Придётся искать его дальше… Дима прислонился к стволу, стирая кровь с пальцев. Сердце только-только начинало стихать, но недолго — лес ждал, затаив дыхание. Вдруг где-то слева раздался хруст — нечто напоминающее бег мутанта. Жулик дёрнулся, прижал палец к губам, и они оба пригнулись, задержав дыхание. Земля задрожала под ногами, как будто под лесом что-то шевелилось. Дальше, между деревьев, лес зашевелился — туда навалился тяжёлый силуэт, разламывая молодую берёзку. В бледном свете проступила громадная туша: кабан. Его пасть блестела слюной, а чёрные глаза шевелились, будто пытаясь глубже ощутить запах добычи. — Только не это… — Жулик судорожно сжал винтовку, соображая, хватит ли патронов, — у них же шкура толстая… Кабан вдруг приподнял морду, завыл — этот вой сотряс деревья, поднял стаю ворон. Мутант двинулся прямо к ним, не торопясь, но уверенно, его тяжёлая туша раздвигала ветви в стороны, рёв отражался от деревьев. Дима провёл взглядом по аномалии. Идея промелькнула мгновенно — заманить чудовище прямо туда, где едва исчез кровосос. — Что, если… — шёпотом начал он, и Жулик уже понял. — Я отвлеку его! — бросил Жулик, выскочил из-за ствола и дал короткую очередь в морду кабана. Тот взревел, сменил направление и пополз на звук автоматной стрельбы. Дима, не теряя времени, перебежал к другой стороне ловушки, на ходу подбирая камень. Швырнул — снаряд попал кабану в морду. — Эй! Сюда, животина! — прокричал он. Монстр повернул голову в сторону Димы, с грохотом рванул к нему, ломая всё на пути. Дима прыгнул через корягу, уклоняясь от столкновения, и рванул прямо к аномалии, перескакивая через грязь и ветви, сзади — храп и топот, от которых казалось, трескается сам лес. В последний момент он пригнулся и перекатился, а кабан, разогнавшись, не заметил ловушки — огромная туша влетела в аномалию. Яркая, искажённая вспышка, жуткий вой — и мутант исчез вместе с рваным воздухом аномалии, оставив после себя скомканные листья и запах озона. Наступила оглушительная тишина. Дима присел, тяжело дыша, а Жулик выбежал к нему, махая рукой. — Живой? — крикнул он. — Пока да, — Дима вытер пот со лба. — Если Старый так ловко обходит этих чудищ, значит, точно знает, где тут безопасно, — прорычал Жулик. — Мы тоже выкарабкаемся. Но теперь они понимали: дорога дальше будет не легче — и что в этих лесах за ними может смотреть не только Старый. Дима тяжело опустился на одно колено, прислушиваясь к затихающим эху в лесу. Плечи ныли от напряжения, а пальцы давно онемели на железе опустевшего автомата. Жулик подошёл ближе, проверил последний магазин — издающий щелчок затвор сообщил: «Пусто». — Ну и денёк, — выдохнул он, глядя на Диму. — Патронов больше нет… — Дима покачал головой. — С голыми руками на Старого и мутантов идти — самоубийство. Мы оба на грани. Они молча переглянулись, уставшие, измотанные, но всё ещё живые. Решение давалось тяжело, но другого выхода не было. — Возвращаемся? — спросил Жулик, с надеждой в голосе. — Возвращаемся, — подтвердил Дима. Поддерживая друг друга взглядом, они двинулись обратно по тропе, оглядываясь на тёмный лес и стараясь не шуметь. Ощущение провала давило, но было в этом и облегчение: пока они живы — у них есть ещё шанс. Путь назад давался тяжело, каждый шаг отзывался болью, а мысли метались меж воспоминаний о Старом, сражениях и, самое главное, — надежде пережить ещё один день. Возвращение в деревню встречало их тишиной и предчувствием новой опасности впереди. Добравшись до окраины деревни, Дима и Жулик остановились, переводя дыхание. Оставив за спиной хищный лес и недавний ужас, они первым делом направились к дому, где укрывались их друзья. Взгляд Димы тревожно скользил по знакомым дворам: всё было тихо, но эта тишина не внушала доверия. — Проверим Захарченко и Самойлова, — прошептал Жулик, снимая с предохранителя пустой автомат скорее по привычке, чем из необходимости. Осторожно прокравшись мимо старых амбаров, они увидели Захарченко в окне — тот что-то бинтовал, его лицо было напряжённым, но в движениях чувствовалась энергия: значит, ещё держится. Рядом, на матрасе у стены, полулежал Самойлов — бледный, но живой. На другом стуле дремал Молчун, сжимая в руке ржавый нож. Жулик помахал рукой сквозь стекло. Друзья встретили их осторожными взглядами, но когда Дима распахнул дверь, напряжённость немного спала. — Как вы? — спросил Дима, сразу подойдя к Самойлову. — Пока живы, — хрипло ответил тот, морщась от боли, — спасибо Захарченко, не даёт откинуться. — Старого не нашли? — спросил Молчун. — Ушёл, — коротко сказал Жулик, — нас чуть мутанты не сожрали, патроны на нуле. Пришли хотя бы вместе обсудить, что делать дальше. — Ты вообще где был? — спросил Дима, глядя на Молчуна с подозрением. — Уходил. Молиться. К озеру. Комната наполнилась тяжёлым дыханием и нервными взглядами, но была в этом и отрада — они были не одни. — Переждём до утра. А потом уже решим, — предложил Захарченко. — Да, надо передохнуть, — согласился Дима, чувствуя, как наваливается усталость. Все незаметно собрались ближе друг к другу, будто делясь теплом и последней надеждой. Когда стало чуть теплее от костра в металлической бочке, они начали перебирать варианты, как им вырваться из ловушки. — Я предлагаю вот что. Сейчас отдыхаем, — начал Дима и посмотрел на остальных. — А завтра к ночи выдвигаемся искать Старого. Окружим его, схватим или убьём, забираем артефакт и выбираемся отсюда. Только вот одна проблема — Самойлов. Самойлов приподнялся под курткой, хмуро усмехнулся: — До утра доживу, но бегать с вами не смогу. — Оставлять одного — гиблое дело, — перебил Молчун. — Вдруг он вернётся за нами прямо ночью? — Можно рискнуть: вдвоём останутся в доме, остальные — на вылазку, — предложил Жулик. — Или все держим оборону тут и пытаемся заманить Старого к нам. Захарченко глотнул воды и тихо добавил: — Без артефакта отсюда никак. Надежда только на то, что Старый не ждёт атаки от нас самих. — Значит, либо мы идём всей группой и рискуем Самойловым, либо часть остаётся, а часть идёт. Или выманиваем его сюда, устраиваем ловушку? — подытожил Дима. Все снова притихли, понимая, что в их положении нет лёгких решений. — Давайте тогда так. Я и Жулик завтра пойдём вперёд, а Молчун, Захарченко и Самойлов сзади. Пока я и Жулик разбираемся со Старым, остальные просто терпеливо ждут, — сказал Дима. Друзья переглянулись. Молчун медленно кивнул, соглашаясь с распределением: — Ладно, только держите нас в поле зрения. Если что — подоспеем. Захарченко поправил рюкзак: — Лучше уж подготовиться к обороне на всякий случай. Всё равно лес здесь сам против нас. Дима решительно кивнул: — Значит, договорились. Утром выступаем, главное — друг друга не терять. Жулик усмехнулся: — А если придётся разделиться? Как будем поддерживать связь? Дима показал нож, сверкающий в пламени. В глазах долговца сверкнул опасный огонь: — Найдём способ. Главное — быть готовыми и не паниковать.