Феромон на губах твоих

Сет чуть помялся на месте, переминаясь с ноги на ногу, будто собирался с духом. Потом все же подошел ближе. Его рука медленно скользнула к предплечью Мета, сжала — не сильно, но уверенно. Мет дернулся, будто от прикосновения пробило током. Не от неожиданности — от того, как долго он этого ждал. Хотел. Черные, как омуты, глаза Сета встретились с яркими, обжигающе голубыми глазами друга. На секунду все в комнате стихло. Только воздух, все еще чуть звенящий от тишины казался плотнее обычного. Сердце у Сета пропустило удар. Голос его дрогнул, но он все же прошептал: — Не делай так больше, Мет. Не исчезай. Не обрывай связь. Если хочешь уйти — просто скажи. Объясни. А не молчи, как будто я... ничего не значу. Слова ударили. Мета передернуло как от пощечины. Он посмотрел на Сета. Долго. С болью в глазах, распахнутыми до самого дна раскаянием. Не понимал, как вообще смог допустить, чтобы тот чувствовал себя выброшенным. Одиночка, всегда уверенный в себе, сейчас стоял перед ним — раскрытый, уязвимый, такой настоящий, каким Мет его почти не видел. Он чуть склонился, медленно, аккуратно, будто боялся спугнуть момент. И, не касаясь губами кожи, а просто дыханием, почти одними губами прошептал в изгиб шеи: — Прости. Сет вздрогнул. По спине пробежали мурашки, грудь защипало от внутреннего жара. Голова чуть откинулась назад, будто открываясь еще больше. Руки Мета уже обняли его за талию. Осторожно. Бережно. Пальцы дрожали. Он держал, но не тянул. Не осмеливался сделать ни шага дальше. Хотя желание почти разрывалось изнутри. Он просто стоял так. Обняв. Молча. Сет не отстранился. Они и сами не знали, сколько так стояли. Минуту? Десять? Час? Время растаяло, растворилось между их телами, в этой хрупкой тишине, насыщенной чем-то несказанным. Каждый думал о своем. Сет пытался разобраться, когда простое прикосновение Мета вдруг стало таким важным. Как унять дрожь в груди. Мет же молчал, дыша в родным запахом друга, будто пытаясь заполнить им себя. Он медленно, почти неосознанно, запустил пальцы в темные, мягкие волосы Сета, провел ими по затылку. Сет вздрогнул, судорожно втянул воздух — негромко, почти неслышно, но слишком явно, чтобы это можно было не заметить. Мет чувствовал, как у него внутри собирается жар, поднимаясь из живота, будто нарастающая буря, которую он старательно подавлял. Он еще секунду держал ладонь на затылке Сета, массируя мягкими движениями, в которых больше было ласки, чем в сотне слов. А потом — резко остановился. Словно осознав, как близко подошел к грани. Как опасно приятно стало просто стоять рядом, чувствовать чужое дыхание, знать, что тот — не отстраняется. Мет отпрянул. Всего на шаг, но будто оторвал часть себя. Его лицо напряглось. Жар внизу живота пульсировал предательски — некстати, не вовремя, не с тем смыслом. Он выдохнул сквозь зубы, не глядя в глаза. — Прости, — сказал он снова, уже тише. — Просто… захотелось. Сет медленно кивнул. Их взгляды встретились вновь — и в этих коротких, напряженных секундах было все: и страх, и нежность, и невыносимое "а если", которого они оба пока боялись произнести вслух. — Я... не против. — сказал Сет, глядя ему в глаза, стараясь говорить ровно, но в голосе дрожало, все это было слишком важно, чтобы получалось легко. Мет скосил взгляд, выдохнул. Мет горько усмехнулся: — Я не заслуживаю такого друга как ты. — прошептал он. Сет застыл. Потом медленно вытянул руку, коснулся пальцами плеча Мета. — А это уже я решу. Главное, не делай так больше. Мет шагнул ближе и опять уткнулся другу в шею: — Не буду. Сет закрыл глаза на секунду. — Останься сегодня у меня. — Хорошо, — выдохнул Мет. — Я останусь. Они долго молчали. Потом почти одновременно выдохнули, и воздух будто сдвинулся с места. Сет слегка отступил, сдержанно кивнул в сторону кровати. — Пошли. Мет кивнул. Не улыбаясь, не говоря ни слова. Просто пошел следом — как за точкой опоры, которая вернулась в его мир. В комнате было тихо. В окно проникал блеклый свет вечерних огней, ложась на стены молочно-серыми тенями. Сет бросил на кресло плед, вытащил вторую подушку. Мет только смотрел, как он движется — размеренно, уверенно, и все же… немного растерянно. Они легли, не глядя друг на друга. Разделенные несколькими сантиметрами, одним дыханием. Ночью оно было особенно слышно. Каждый вздох словно отдавался внутри груди второго. Мет лежал на спине, глядя в потолок, считая секунды. Прислушивался. К шагам за стенами. К легкому шороху рядом. К теплу рядом. Оно жгло. Сон накрыл их почти мгновенно. Никаких снов. Только медленное, тяжелое забытье, в котором впервые за долгое время не было тревоги. Проснулись они почти одновременно. Сет открыл глаза первым — свет уже заливал комнату. Теплый, золотой, как в детстве, когда утро еще казалось чем-то добрым. Он пошевелился — и тут же зашипел сквозь зубы: тело затекло, мышцы ныло, суставы хрустели. Мет тоже застонал и, не открывая глаз, пробормотал: — Я как будто на полу спал. — Ты и спал на полу. Почти, — хрипло отозвался Сет, садясь и потирая затекшую шею. — У меня кровать не рассчитана на двоих взрослых мудаков. Мет фыркнул. Потом приоткрыл глаза. Взъерошенные волосы, мятая футболка, которая задралась почти до ребер, и один носок — второй явно сдался в бою где-то посреди ночи. — Но спалось хорошо, — добавил он, уже осматриваясь. — Даже чересчур. Сет молча кивнул, скользнув взглядом по профилю друга. Было что-то странное в том, как просто они вот так проснулись рядом. Никакой неловкости. Только… спокойствие. Мет, почесав затылок, встал с явным усилием. — Я быстро. Душ, переодеться. Вернусь через минут пятнадцать. Сет кивнул, не удержавшись от улыбки: — Носок второй надеть не забудь. Утро выдалось неожиданно солнечным. Воздух был свежим, почти весенним, хотя на дворе все еще царствовал прохладная осень, что потихоньку входит в свои права. Мет вернулся в темной футболке и с влажными волосами, пахнущий чем-то пряным и мятным — его привычным гелем. Сет уже стоял на крыльце общежития и гипнотизировал кусят, совсем ни на что не реагируя. Мет только открыл рот, чтобы что-то спросить, как вдруг: — Доброе утро, принцессы, — раздалось сбоку. Олимпия. Облокотившись о перила, в черной куртке и со сдержанной ухмылкой. Волосы завязаны в высокий хвост, глаза прищурены — она явно наблюдала за ними уже некоторое время. Мет остановился как вкопанный, а Сет тут же отвел взгляд. Олимпия коротко хмыкнула: — Спали хорошо? Сет кашлянул, а Мет только покачал головой: — Ни капли уважения к частной жизни. — О, милый, если бы я хоть немного уважала вашу частную жизнь — мне пришлось бы пропустить всю эту милейшую картину, — с ленивой усмешкой протянула она. — И, между прочим, я даже кофе с собой захватила. Так что, если вы закончили втыкать— пора двигать. Она протянула каждому по бумажному стакану и развернулась к дороге. Сет и Мет переглянулись. Мет вздохнул, почти смеясь: — Ладно, ради кофе могу и потерпеть твою язвительную задницу, Райзер. Сет усмехнулся, делая глоток из стакана. Они двинулись вслед за Олимпией, медленно, но рядом. Впервые за долгое время — по-настоящему рядом.