Orange And Black

Йен, конечно, обещаний никаких не давал, но разговоров ему не хватало. Он уже завёл парочку знакомств и получил бежевую форму, наконец-то становясь одним из своих, но всё равно неловкое молчание в их с Микки «комнате» иногда напрягало. Чёрт, да Йену даже один раз отсос перепал, пусть не такой уж и хороший, но не болтовня. — Да Милкович просто капризничает. Он вообще разговаривать не любит ни с кем, — Келли осмотрелся по сторонам и быстро опустил руки под стол, заворачивая кусочек бисквита. Такое редко перепадает, хотелось бы сохранить на подольше. — Я знаю одного парня, который может тебе продать парочку сиг, но тебе придётся побегать туда-сюда. И ты, судя по лицу, готов. — Ну… — Йен вытер губы от бисквита, который казался чуть ли не раем на земле. А ведь в какой-то из дней он вообще получит кусочек пирога… ради этого стоит ждать воскресенья. — Мне кажется, что с ним обо многом можно поболтать. Мне интересно, что у него за рисунки на стенах, всё такое. — Он здесь легенда, — Майерс оглянулся на группу мускулистых мужчин, которые всегда вчетвером ходили в зал. Сейчас, правда, их было трое, да и вид у них был неважный. Оставалось надеяться, что с четвёртым всё было в порядке. — А про сигареты — херня дело. Вон, видишь того дёрганого? — он указал на латиноамериканца, который явно выделялся среди остальных за столом. — Его мужик — главный босс по этой части, только каждый раз разные вещи просит. Иногда Твикс, иногда лапшу, а один раз вообще марки попросил. Бейсбольные. Это уже от твоей удачи зависит. — Я надеюсь, что всё, что ему нужно, есть в магазине? Я пока буду бегать туда-сюда, Микки уже выпустят, — Йен вздохнул и обернулся через плечо, посматривая на Микки, который сидел вместе с Игги и особо довольным не выглядел. Может быть, потому что скоро должна начаться работа. Йен, к примеру, занимался тем, что бил себя током, пусть и случайно. Сегодня ему будет нужно отремонтировать одну из сушилок, так что появится шанс пересечься с Микки. Да даже не просто шанс, а целая возможность. — Придётся учиться бартеру, Галлагер. Тут только так и выживают. Йен глубоко вздохнул и закатил рукава, рассматривая руки Келли. — Я вот думаю… бить наколку — больно? Ну, в теории. У Микки есть, у тебя тоже. — Не, это не тюремная, — Келли фыркнул и ткнул Йену в руку. — Мне её набил пьяный бездомный татуировщик, которого я знал всего несколько часов, ещё и за пакетик кокаина. И вообще, даже не думай об этом дерьме, Рыжий. Подцепишь ВИЧ, а узнаешь только тогда, когда у тебя будет СПИД и ты будешь петь на Уэмбли с мёртвыми геями. — Оу, — Йен пожал плечами и опустил голову. Может быть, не ввязываться в полноценный тюремный опыт было хорошей идеей, но мало ли… — Тогда, может, мне в клуб какой-нибудь вступить? Ну, я ведь не весь день буду повсюду проводку чинить, а после того, как Микки обратит на меня внимание, мне будет нечего делать. — Ты вот щас зря это сказал. Когда Йен услышал над собой голос и увидел нависшую тень, то сразу поднял голову. Наконец-то Микки казался выше. — Сигарет всё ещё нет, но я над этим работаю. Потерпи немного. — Не, ты просто… — Микки ухмыльнулся, бегая глазами по каждому из сидевших за столом. Потом — уставился на Йена. — Это пиздец смешно, как ты через всю эту ебату пройти пытаешься, чтобы мне хуйню достать, которой тут пруд пруди. Учись у лучших, Рыжуля, — он спустил рукав вниз по запястью, который до этого прикрывал всю его кисть до пальцев, и быстро выдвинул сигарету, поджимая губы и осматриваясь вокруг. — Вот так здесь всё делается. Удачи, — Микки похлопал Йена по плечу и посмотрел ему прямо в удивлённые глаза. — И спрячь, пока не спалили. Учись, пока я жив, Галлагер! — он пошёл в сторону мусорного ведра, оставляя там поднос, с которого заранее забрал завёрнутый в салфетку кусочек бисквита, и спрятал в карман. — Еду оставляй здесь, Милкович. Не в карманах. — А, да, конечно, без проблем. А помнишь, че ещё у меня есть в кармане? — Микки вскинул брови и довольно ухмыльнулся. — Если б не эти карманы, ты бы щас с нами по одну сторону был. — …ладно. Но это последний раз. — Надейся. Йен, наблюдавший за этим, разговора не слышал за остальной болтовнёй, но старался читать язык тела. Видимо, авторитет у Микки был не только среди заключённых, но и охранников. — …это что сейчас вообще было? — Видимо, тебя избавили от лишней работы, — Майерс похлопал Йена по плечу и поднялся с подносом. — Совет на будущее: бычок выкидывай в слив. — Майерс дело говорит, мужик, — Келли встал следом и подтолкнул Майерса плечом. — Увидимся, Галлагер. А, да, раз уж ты пропустил прошлую неделю… в это воскресенье в общей комнате показывают Охотников за приведениями. Купи в комиссионке плеер и наушники, если ещё не начал переслушивать Битлз по пятому кругу. *** Сразу после завтрака — работа. Йен, уже шедший с поясом с инструментами, всё продолжал думать о том, что случилось. Неужели всё было так просто? Нужно было всего лишь проговориться о том, что ему интересно, и всё, контакт наладится? Что-то здесь было не совсем так… может быть, Микки чувствовал что-то особенное? Йену хотелось бы знать. В прачечной работать было приятнее всего. Она не была большой, да и заключённых тоже было не особо много, и там всегда пахло порошком. Свежестью. В этом месте Йен научился наслаждаться свежей и тёплой одеждой… вот только тёплой она в последнее время не была. Сушильные машины, правда, Йен ещё не ремонтировал, а ведь, судя по всему, скоро ему предстоит разбираться и с телевизором. Микки просто делал свою работу. Он слегка мотал головой под музыку, которая играла у него в наушниках, и Йен постарался прислушаться. Это явно были не Битлз. Может быть, одним везёт больше, чем другим. Микки присел на корточки, чтобы забрать всё грязное бельё, и скривился. Пора бы уже привыкнуть к этому за полтора года, которые он здесь провёл, а осталось ему ещё восемь. Если, конечно, не будет условно-досрочного или «освобождения по гуманным причинам». — Блять, мерзость… — Микки недовольно прорычал и быстро закинул всё в машинку, громко хлопая дверью. Теперь уже и он заметил над собой тень. Пришлось снять наушники, но голову Микки не поднял. — Че надо, Галлагер? У меня нет больше. — Как ты понял, что это я? — Йен вскинул брови и посмотрел на Микки, но потом вернулся к поясу с инструментами, доставая отвёртку. — Просто пришёл сказать спасибо. Ну, и поработать, — он заглянул за машинку и отключил розетку, а потом — начал откручивать маленький отсек, где и были все нужные провода. — Клубникой несёт либо от мелких педиков, либо от тебя. А ты, как мне отсюда снизу кажется, нихера не мелкий, — Микки ухмыльнулся и поднял на Йена взгляд. — Че, как сига? — Я ещё не пробовал. Некогда, — Йен пожал плечами и посмотрел на Микки сверху вниз. Может быть, всё дело и было в… этом. — Нет, серьёзно, — он повернулся обратно и начал рассматривать провода, щурясь. — Мы соседи, всё такое, но почему ты начал говорить? — Слушай, Рыжий, я прикалывался над тобой, а ты это дерьмо всерьёз воспринял. И че, я такую возможность упускать буду? Неа, сэр, — Микки начал нажимать на кнопки на машинке. — А потом меня заебало, как ты тупишь, так что я сделал то, что должен. Йен фыркнул и снова посмотрел на Микки, даже не сдерживая улыбки. — А ты давно здесь? Я специально про тебя не узнавал ничего, хотел всё лично узнать, — он пожал плечами и взял плоскогубцы. Теперь придётся быть внимательнее. — Они посмотрели, что мне до восемнадцатилетия типа, хрен знает, пара недель, так что сразу закинули во взрослую. Вот и считай, что два года. Три в августе, — Микки поднялся и немного поморщился, когда у него хрустнули колени, и вынул второй наушник. Всё равно музыку слушать не хотелось. — У тебя хоть повод быть здесь есть, а? — Просто кража, ничего такого. Хотели копать ещё глубже, потому что я занимался проституцией, но… — Йен вздрогнул, когда увидел искры, но сразу выдохнул. — Но я единственный, у кого есть гражданство, так что на это закрыли глаза. Чуть больше года дали. Теперь ты рассказывай. Микки удивлённо вскинул брови, когда услышал про проституцию, и цыкнул языком. Пока он брал следующую партию белья, то специально обернулся на Йена и смерил его взглядом. Уже который раз. Будто бы не мог оторваться. — Че ты украл? Чью-то девственность? — он ухмыльнулся, когда Йен едва хотел начать говорить, и махнул рукой. — Да я прикалываюсь. Я тоже спиздил херню одну. Дали только 10 лет почти, но это детали уже. — …и что ты украл? — Йен прикупил губу и вскинул брови, пожимая плечами. — Я даже не знаю, хочу ли знать. — Да лан, мужик, я батю убил. Либо убить, либо быть убитым, вся хуйня. Так что, ну, я спиздил жизнь, — Микки нахмурился и закинул бельё в другую машинку, заводя её. — Он заслужил, блядский псих. Я услугу всем оказал. — Оу… — Йен вздохнул и вернулся к проводам. Он немного помолчал и побегал глазами, стараясь собраться с мыслями. Чем больше вопросов он начнёт задавать, тем сильнее захочет отстраниться, и то чисто от страха. Лучше закрыть на это глаза. — Ну, раз услугу… *** День для Йена выдался необычным, а ведь ещё даже не наступил обед, пускай есть и хотелось. Спохватился Йен поздно, так что попал в самый конец очереди в комиссионный магазин и уже особо не надеялся, что ему достанется то, что он любил. Тюремная еда могла быть отвратительной, но вот солёные крендельки за доллар и двадцать четыре цента… божественные, не иначе. Теперь Йен подумывал поделиться ими с Микки. Или купить для него Сникерс… почему Йен вообще о таком думал? Всё ещё хотел впечатлить? — Эй, Галлагер! Йен сразу обернулся на знакомый голос и немного расстроился, когда понял, что это был Мартинес. Казалось, они ведь были в одном блоке, чуть ли не соседями друг другу приходились, но никак не общались, могли только кивнуть друг другу утром. — Привет, — Йен неловко улыбнулся и продвинулся дальше в очереди. — Что такое? — Слушай, в библиотеке сказали, что у тебя сейчас Дориан Грей лежит, да? — Мартинес поправил очки и прошёлся длинными пальцами по бритым волосам. — Ты уже дочитал? — Перечитал, скорее, но да. А что, хочешь взять? — Йен опёрся на стену плечом и посмотрел за плечо собеседника. Только сейчас он заметил доску объявлений, на которой было не так уж и пусто. — Только немного поз- — Нет, нет, я тоже уже читал. Я тебя не очень хорошо знаю, конечно, но мне кажется, что ты умный, так что предлагаю написать что-то вроде рецензии для колонки. Ну, тут хотят тюремную газету завести, типа того. Детский сад, конечно, но хотя бы что-то весёлое. Просто не хочется публиковать отзыв, в котором написано «херня» или «пиздец много». — А такие были? — Йен почесал затылок и быстро побегал глазами по объявлениям и другим бумагам на доске, замечая там образец той самой газеты. Кажется, там даже было видно комикс, и стиль Йену казался чересчур знакомым. — Куда можно будет занести? — Просто отдашь мне, когда закончишь. Идёт? Пара абзацев, не больше. Если понравится и нас не прикроют, можешь хоть каждую неделю писать. — Да, без проблем, — Йен приподнялся на носочки, чтобы посмотреть, сколько людей перед ним ещё осталось, и даже скрестил пальцы в надежде, что крендельки ещё остались. — Gracias. Впервые за долгое время Йен услышал слово на испанском, которое знал. Ему часто было интересно, о чём латиноамериканцы переговаривались между собой, когда работали, но наверняка все эти разговоры — сплошная ругань на «тупых гринго». По крайней мере, из-за агрессивных интонаций и громких голосов, звучало это именно так. — Следующий. Йен быстро прошёл вперёд и немного нагнулся, замечая в окошке магазина того самого парня, с которым ему удалось остаться наедине несколько дней назад, и это было немного… неловко. Даже больше, чем неловко. — Ого, привет, — он немного улыбнулся и наклонился так же, чтобы смотреть Йену в лицо, пусть и через решётку. — Как ты? Не виделись даже с того дня. Хорошо выглядишь. — Эээ… да, спасибо, — Йен почесал заднюю часть шеи и вскинул брови, сразу вспоминая, как всё было. Это был один из немногих разов, когда Йен даже не пытался заставить партнёра на себя посмотреть, да и сам желанием наблюдать особо не горел. Йену просто не понравилось, вот и всё. Не было «чувства». — Пенн Стейт, солёные. Остались ведь, да? — Ммм… Послышалось шуршание среди упаковок и коробок, а потом — грустный вздох. — Нет, извини. Но есть ванильные, подойдёт? Да и много соли — тоже вредно… ты же заметил, как сильно еду солят? Ужас. Будто бы хотят вкус мерзотный усилить. Соль ведь делает вкус ярче, ты знал? — …теперь буду знать, — Йен пару раз кивнул и поджал губы. — Ладно, давай. И Сникерс. — Отлично, — он положил товары перед Йеном, а вместе с ними — бланк и ручку. — Как в мастерской дела? — Всё нормально, — Йен взял ручку и быстро начал заполнять нужные графы. Имя, номер, блок, что взял, сколько… он был уверен, что никому здесь это было не нужно, а эти бумаги подойдут для того, чтобы на их чистой стороне можно было печатать тестовые страницы для принтера, стоимость которого наверняка превысила бюджет. Бюджет, который, например, мог уйти на повторное открытие беговой дорожки во внутреннем дворе. — Сегодня отремонтировал сушилку, а завтра, видимо, за телевизор возьмусь, если будет моя смена. — Значит, ты свободен сегодня и, наверное, завтра тоже? Мы могли бы встретиться в теплице, развлечься немного. Думаю, Чен и в одиночестве сможет учёт провести. — Я подумаю, хорошо? Просто сегодня уже много всего произошло, надо немного разобраться с этим, — Йен протянул бланк обратно и вежливо улыбнулся, забирая еду. — Но я дам тебе знать, если что. Выживать Йен научился. Даже парочку друзей завёл. Получил работу, за которую ему полагалось 11 центов в час. Один раз встретился с Липом… И наконец-то нашёл контакт с Микки. Друзьями они вряд ли были, ещё рано, но лёд между ними в момент раскололся. Хотелось поскорее вернуться в блок, лишь бы поболтать и, конечно же, отдать шоколадку в качестве благодарности.