Костолом

В районном управлении милиции царила тишина, похожая на затишье перед бурей. Все понимали — следующее движение маньяка будет решающим. Кравченко собрал совещание. — Мы упускаем главное. Он играет с нами, как с куклами. А значит, давайте сыграем с ним. По его правилам. — Он расправил карту. — Проведём следственный эксперимент. На месте последнего убийства. Вовлечём всех свидетелей, пусть вспомнят детали. Любую мелочь. Операция получила кодовое название: «Око». Подготовили группу из пятнадцати человек. В овраге за участком поставили освещение, разметили зоны движения. Соседние дома прошли повторной проверкой. Снова опрашивали жителей, снова проверяли маршруты. Кравченко лично ходил по местности, будто вымеряя ритм движений преступника. Он встал в ту же точку, где лежала девочка. Прикрыл глаза. Шагнул вперёд. Один, второй. Задержал дыхание, как будто слушал звуки прошлого. — Он знал, куда смотрят окна. Он знал, кто дежурит. Он знал, что патруль будет отвлечён в момент переноса. Это не случайность. — А может, это вызов, ещё более яркий намёк на игру? — произнёс кто-то из младших оперов. — Возможно, — кивнул Кравченко, не оборачиваясь. — Но мы примем его. Сегодня. Ночью. Под вечер во дворе райотдела поставили два больших прожектора. Началась установка камер. Притащили манекены, на случай если потребуется зафиксировать тени. Обозначили путь, по которому, по всей вероятности, двигался преступник. Даже мелкие детали — ограды, мусорки, кустарники — были включены в план. На следующее утро началась симуляция. Девушка-стажёр согласилась на участие: она легла в овраге. Патрульные заняли позиции. Операторы устанавливали камеры. Даже местных собак временно увезли — чтобы не спугнуть потенциального свидетеля или фигуранта. Допросы продолжались параллельно. Артём, молодой оперативник, ходил по домам, опрашивал пожилых, сверял списки. В одном доме женщина показала ему куклу, которую нашла на мусорке возле участка: у куклы была вырвана рука, а на спине углём написано «не забудь меня». Артём взял её в улику. Он уже начал ощущать, что маньяк не просто убивает — он строит сцену, где каждый предмет может быть частью игры. В другом доме бабушка рассказала, что пару недель назад ночью слышала тихое пение за окном. Кто-то пел детскую колыбельную. Сначала подумала — телевизор у соседей, но потом поняла: звук шёл со двора. Тогда она не придала значения. Пара соседей рассказала, что видели, как в три ночи у оврага мелькала фигура — высокая, в длинном пальто. Не уверены, мужчина или женщина. Лица не разглядели. Местные подростки нашли в кустах порванную детскую книгу, заляпанную грязью. На обложке — рисунок мишки, но глаза выцарапаны. Внутри — страницы порваны, но сохранилась фраза, обведённая жирной линией: «Он всё ещё играет». Поздно вечером Артём зашёл в дежурную часть. Там был Кравченко. — Товарищ Кравченко, я бы хотел участвовать в ночном дежурстве, — сказал он. Тот поднял глаза и немного задумался. — Хорошо. Сегодня в три утра. Смотри внимательно. Маньяк — среди нас. Артём кивнул. В этот момент он даже представить не мог, насколько буквально это прозвучало... Ночь была тяжёлая. Ветер выл сквозь листву, как будто кто-то шептал. Фонари потрескивали. В переулках — тень и сырость. Артём стоял возле старой трансформаторной будки. Видел гаражи. Видел место, где лежал последний труп. В голове прокручивались слова Кравченко. Часы показали 03:44. Он услышал движение. Шорох. Кто-то шёл. Шаги лёгкие, но не испуганные. Человек знал, куда идёт. Артём затаился за углом. Его сердце колотилось. Мужская фигура в длинном пальто пересекла двор, скрылась в тени между двумя сараями. В руке он нёс что-то завернутое. Возможно, сумку. Возможно, тело. Артём пошёл следом. Осторожно, шаг за шагом. Шорох, снова шаги, тихое бормотание. Он различил слова — фраза из детской песенки: «барашек прыгал на траву, и падал, падал… снова». Он остановился у старого погреба. Дверь приоткрыта. Изнутри пробивается тусклый свет — керосиновая лампа. Внутри — движение. Чей-то силуэт. Склонённая фигура. Мерцающий нож. Он знал, что это — та сцена. Очередная сцена. Убийца снова играет. Артём задержал дыхание. Он чувствовал, как всё внутри него сжимается от напряжения. Он осторожно приблизился, заглядывая внутрь. Свет качался, тени плясали по стенам. Он видел, как фигура склоняется, что-то режет… Внезапно — сдавленный хрип. Тело дёрнулось. Артём вытащил дубинку, в несколько шагов оказался у двери. Он толкнул дверь. На полу — свежий труп. Мужчина, лицо искажено в последнем крике, горло разорвано, в груди — нож. Над ним — убийца, в тени. Свет от лампы качнулся, осветил его профиль. Артём замер. Медленно, словно в кошмаре, фигура обернулась. Лампа вспыхнула чуть ярче. Лицо маньяка — знакомое. Это был Кравченко.