Бросайте плохие привычки

Тремя часами ранее. Носок кроссовка скоро проделает в полу гребанную дыру. Еще пять минут и они точно не успеют на… мит-тред? Грин-мин? Мит-грит! Точно. – Рича-ард, я сейчас домой поеду уже, – покачиваясь в разные стороны крикнул Лололошка в пустоту дома. Внезапно из своей комнаты вышел Глен, и с улыбкой спустился к Ло поздороваться. Это конечно приятно, ведь в хаусе его знает и любит каждый, но хотелось уже дождаться Ричарда и не опоздать на концерт. – Привет, – Глен протягивает руку, и Лололошка тут же пожимает ее. – Ричард, как же ты так? Главная фанатка опаздывает на концерт своего эмо-бойчика? – так же громко спрашивает блондин в угнетающую тишину коридоров. Ричард тут же будто вывалился из своей комнаты, от чего со стороны Дейвисона раздался облегченный вздох. А в голове зародилась надежда, что они придут вовремя. Было бы забавно, опоздать на такое дорогое мероприятие. Но для Ло не очень обидно. Ведь билет он покупал не за свои деньги. Родители Ричарда подарили ему два особых билета, видимо с намеком сходить вместе с девушкой. Труман поблагодарил, но сказал что никакого партнера у него нет, и потащил с собой Лололошку. – Ну наконец-то, – закатывая глаза говорит парень. Услышав эти слова от Ло, Глен усмехнулся, но улыбка быстро пропала с лица, как только он наткнулся глазами на два средних пальца от Трумана. – Иди ты, я просто искал банковскую карточку, – он запихивает карту в правый карман темно-серых брюк, а затем садится зашнуровывать кроссовки. Глен пожимает плечами с видом мол “Как скажешь”, и провожает парней, закрыв за ними дверь. Два друга помахали ему на прощание, оставаясь на улице в ожидании такси. – Почему мы просто не можем взять каршеринг? – хнычет Ричард, но Ло поднимает на него взгляд, который дает понять, что Труман явно тупица. – И где ты там припарковаться собираешься? – беззлобно спрашивает Лололошка, возвращаясь взглядом к экрану смартфона, на что Ричард кивает и больше не задает глупых вопросов. Дейвисон не собирался на него злиться или как-то язвить, но, с другой стороны, нечего его сначала звать сто раз на концерт одного из своих любимых исполнителей, а потом опаздывать! Диалог заходит в другое русло. Сначала что-то про размеры зала, где выступает JDH, затем про основную программу концерта, и гипотезы, будет ли певец ее нарушать по собственному желанию. Наконец все сводится к обычному обсуждению погоды, и разбирательству как они поедут обратно. – Тоже на такси? – предлагает Лололошка, захлопывая за собой дверь машины. – По деньгам все вполне прилично.  – Хорошо, тогда я плачу за обратную дорогу, – кивком подтверждает свои слова Труман. Парни пару раз оглядываются по сторонам в поисках хоть чего-то, что может указать на местонахождение концерта. – Вон вывеска, – тыкает пальцем блогер, и они направляются к нужному зданию. Спустя пару минут они попадают в относительно небольшую (для такого концерта) очередь, и просто стоят, слушая восторженные вздохи фанаток. Несколько раз парни не выдерживают, и пересекаются между собой взглядами, после чего их двоих распирает от смеха. Да, они, конечно, тоже пришли сюда как фанаты (особенно Ричард), но не до такой же степени. За время их хихиканий очередь за ними продолжает расти, а впереди - уменьшаться.  Ну хоть что-то радует, они не просто так отдали такие огромные деньги за митку. Лололошка периодически привстает на носочках так как скука уже не дает стоять на месте, и становится интересно даже чертово оборудование, из которого через минут пятнадцать будут реветь незнакомые ему песни. – Ричард, а сколько… – Ло поворачивает голову в сторону, но привычной зеленой кофты в поле зрение не попадает. Он еще несколько раз крутит головой в разные стороны. Куда, Ричард, успел, мать его, деться? Если он решил оставить Лололошку одного в этой огромной фанатской толпе почти неизвестного ему исполнителя, это вообще не смешно, черт возьми! Ло достает телефон, и отчаянно пытается дозвониться до друга, но полоски связи показывают тоненький крестик, что означает ее отсутствие. Парень негромко ругается себе под нос, и подняв голову понимает, что он следующий в очереди, ну круто, что сказать. Либо Труману придется отстоять еще один ад, который они вместе (почти вместе) отстояли, либо минус деньги. Убирая телефон обратно в карман, Лололошка закатывает глаза, благо темные линзы очков не позволяют увидеть это самому Джону Дейви Харрису, который упрямо на него пялится. Оно и понятно, вся очередь разошлась, а Ло стоит как вкопанный, и по неизвестной для всех причины не особо-то и торопится. Спустя пару мгновений неловкости, Дейвисон наконец делает несколько шагов к певцу.   – Привет, – вдруг здоровается Харрис. Внимание сразу же, полностью отдается ему. И Ло принимается разглядывать парнишку в ответ. На вид JDH лет восемнадцать или девятнадцать, неужели они одногодки? – Привет, – отвечает Дейвисон, не совсем понимая, что стоит говорить дальше, ведь он вообще-то и не планировал. – Волнуешься? Неплохие очки, кстати, – весело подбивает на разговор певец, и Лололошка кивает, только через пару секунд понимая, как это странно выглядит. Наверное, стоит что-то сказать? А не просто стоять столбом и тратить чужое время на гробовое молчание. – А, да нет… – он неловко делает пару шагов вперед, судорожно продумывая, как бы оправдаться... – Я не особо слежу за вашим творчеством, я сюда ради друга пришел, только вот, никак не могу найти его в толпе. – Твой друг мой прям ярый фанат, раз заставил тебя так потратится? – задает вопрос певец, будто глядя куда-то сквозь Лололошку, из-за чего появляется небольшая капля уверенности, ведь на него наконец-то никто не смотрит в упор. – Угу, ну, вообще-то я знаю только одну вашу песню, – поддается диалогу Дейвисон, и его голова невольно поворачивается на источники звука - тринадцатилетние девчонки разодетые в мерч, и, судя по всему, полностью повторившие мейк Джона, только чуть приукрасив по-своему. Ожидаемо в принципе.    Раздается странный звук теперь где-то со стороны Харриса, и Ло снова обращается к нему. Теперь JDH сидит в уверенной позе и двумя пальцами левой руки подзывает Лололошку поближе. – Тогда давай в отместку другу, я распишусь на твоих очках названием этой песни, чтоб он знал, что нефиг теряться, когда у тебя есть такой удачливый друг? – не успев хоть как-нибудь переварить все происходящее слышит Ло, и вдруг думает, да, это определенно будет неплохая месть. – Забавно, давайте. – Какая песня? – певец резко встает со своего места и за секунду, небесно-голубые очки оказываются в его руках. Лололошка едва сдерживается, для того чтобы не развернуться еще раз, но силой воли удерживает взгляд на Харрисе. – Керт, я тебя люблю, – так быстро, будто ждал этого момента всю жизнь отзывается Ло. И видит, как шатен напротив, хмыкая поднимает бровь, а затем готовит руку для росписи в довольно неудобном месте. – Неплохой выбор…Эм.. – Лололошка. Владелец очков забирает их обратно с улыбкой, и натыкается на взгляд карих глаз. – Извини? – в вопросительном тоне говорит Дейвисон, на что получает очередную усмешку. – Да ты просто очень похож на меня, я сначала подумал это косплей, тебе только мейка моего не хватает, – Харрис легким движением руки демонстрирует свое лицо, чуть приподнимая очки. Того, что нарисовали себе те самые странноватые фанатики? Нет спасибо, Лололошка бы, предпочел отказаться. Хотя, он должен признать, черты их лица явно схожи, забавно. А еще на Харрисе макияж выглядит в сто раз лучше чем на остальных. – Что-ж, удачного концерта? – как-то резко говорит Ло, но певец, на удивление, воспринимает это совершенно нормально - лишь кивает с загадочной улыбочкой в уголках губ. Лололошка проходит к выходу с фан-зоны и буквально срывается на бег для того, чтобы в срочном порядке найти место, где ловит хотя бы крупица сотовой связи. – Ало, Ричард, боже, ты где вообще? – отдышавшись, спрашивает Ло, в явном недоумении. – Ой…Блять.

***

– И многое я пропустил? – расстроено спрашивает блогер, наблюдая, как охрана потихоньку убирает остатки фан-зоны, а Харрис уже давно скрылся за сценой. В эту секунду, Ло даже задумался, стоит ли вообще говорить об очках. Или не нужно портить настроение другу? – Ну вообще, – парень снимает с себя голубую оправу, и отдает ее другу. – Посмотри дужки. – Ахуеть! – с округленными, по пять копеек глазами восклицает Труман. – Ты знаешь, что он вообще-то редко ставит автографы где-либо кроме своего мерча? – Нет, – очевидно отвечает Ло. Он об этом певце вообще ничего не знает. – Ну, это значит, что я везунчик? – Ты ахренеть какой везунчик! – громко говорит Труман, всплескивая руками, тем самым показывая свою небольшую каплю зависти, на что Ло победно ухмыляется. Вокруг начинается быстрый наплыв народа, напоминающий о продолжении мероприятия. Сейчас им предстоит часа три стоять в толпе, в душноте, но зато какие воспоминания… Через пару минут свет окончательно выключается. Остаются только огромные прожекторы, направленные на сцену и небольшие источники света в виде экранов телефонов в толпе. На огромнейшем черном экране высвечивается всем известный псевдоним “JDH” в оранжевых оттенках. Буквы намеренно вытянутые и с острыми углами. Картинка буквально настолько же кричащая, как и сам образ певца. Дизайнеров подбирали явно профессиональных. Сразу же передается вся суть. Ло оглядывается по сторонам, наблюдая как люди потихоньку поднимают глаза на сцену, и их лица, от освещения приобретают такой, неестественно-оранжевый оттенок. Ричард вдруг одергивает его за левый рукав с тихим: “Вот сейчас!” Лололошка вновь поворачивается вперед, стараясь не отвлекаться на посторонних. Хотя это довольно плохо получается, ведь он совершенно не привык к людным местам. Да, у него много знакомых, и он достаточно общительный, но не настолько. Но людям вокруг него, кажется вообще наплевать на то, что они тут не одни. И кстати, Дейвисон не особо против, пусть веселятся, концерты - это же весело? Компашка из пяти человек под правым боком продолжает создавать довольно большое количество шума, однако, Ло понимает, что тут и так будет шумно, тем более, его с Ричардом они не трогают, так что, ничего страшного. – Ты когда-нибудь вообще был на концертах? – наклоняясь в сторону друга, спрашивает Труман. И наверное, только спустя пару секунд, понимает, что это достаточно глупый вопрос, ведь Лололошка ярый фанат музыки. Он же постоянно ходит в этих своих наушниках, которые никогда не снимает! – Э… Если честно, то, – он поворачивается к Ричарду лицом, все еще держа дурацкую интригу. – Нет. – Классн… Подожди что? – Труман хмурится и оглядывает Ло с ног до головы. – Шутишь? Лололошка отрицательно мотает головой в разные стороны. – Не люблю настолько людные места, потому чт… – начинает Ло, но парней оглушает пронзительный рев толпы. Ну конечно, это же сам Джон Дейви Харрис! Чего вообще удивляться такому громкому приветствию. Он, кстати, в этот раз ведет себя намного увереннее, подмечает у себя в голове Лололошка, пока наблюдает за парнем на сцене. Харрис, с микрофоном в одной руке, ходит в разные стороны сцены, и с довольной улыбкой машет фанатам, чем вызывает еще больший ажиотаж. И судя по его горящим глазам, ему это очень и очень нравится. В него прилетает пару мягких игрушек, и… – Подожди, это что…плюшевые слонята? – едва сдерживая поток смеха, спрашивает Ло у друга. Ричард усмехается и кивает. – Да, говорят, он очень любит всё, что связанно со слонами. – Забавно. Дейвисон думает, что, наверное, хочет сказать Ричарду еще про эффектный внешний вид певца, но не успевает и мысли сформулировать, как Харрис вдруг подносит к губам указательный палец.  Толпа тут же замолкает, и во всем зале наступает гробовая тишина. Очень впечатляюще… В этот момент стало настолько тихо, что дыхание рядом стоящих людей можно было настолько четко расслышать, что Лололошка невольно стал считать чьи-то вздохи. Круто, когда артист может за одну секунду завладеть вниманием целого зала. Буквально одно движение руки и всё. Интересно, а в жизни он такой же? Или же это только образ?