Быть слабым – не стыдно!

Гарри сломя голову выбежал из раздевалки, помчался к замку под проливным дождем и остановился только тогда, когда весь мокрый, покрытый грязью и совершенно запыхавшийся оказался перед портретом Полной Дамы. Не ответив на ее ворчание по поводу большой грязной лужи, Гарри вбежал в гостиную, а затем, словно в трансе, понесся в спальню. Но и там он не задержался – сразу же рванул в ванную. Он проигнорировал крики Рона и Гермионы. Даже когда позже Рон постучал в дверь, Гарри не ответил. Он снял мокрую одежду, встал под горячий душ и погрузился в хаос своих мыслей. И позже, глядя на балдахин своей кровати, он мог думать только о последних секундах в раздевалке. Эмоции, которые его переполняли, менялись от гнева и ужаса до раздражения и горя с привкусом легкой неуверенности в себе. Когда Гарри закрывал глаза, то видел перед собой его. Малфоя. Спрашивающего дрожащим голосом, нервничает ли он. Разумеется, Гарри нервничал! Чувство снова вернулось — то самое, которое весь день казалось ему проклятием. Драко был слишком близко, несмотря на расстояние между ними. И Гарри не мог отвести взгляд от этих чертовых глаз — наполовину надменных, наполовину заинтересованных. Он не мог даже сам себе объяснить, почему поднялся со скамьи, когда это сделал Малфой. При этой мысли Гарри с трудом сглотнул. Когда он думал о случившемся, то чувствовал, что его сердце колотится как бешеное. Что все это значит? Когда Малфой внезапно притянул его к себе, все мысли Гарри исчезли. Оглядываясь назад, он не мог понять, почему не отстранился. А вместо этого продолжал смотреть на его удивительно мягкие черты лица. Малфой был так близко, что Гарри легко мог сосчитать его ресницы. Но эти слова: "Проблема не в Джинни, если ты понимаешь, о чем я." — повергли его в шок. Да, его мозг прекрасно понимал значение этих слов, но сам Гарри отказывался их понимать. Он схватил подушку, прижал ее к лицу и начал кусать.Только потому, что Малфой так сказал, это еще не значило, что он прав. Что он вообще знает? Крошечная часть его самого должна была признать: ситуация была волнующей и у него перехватило дыхание от того, как неожиданно близко оказался Малфой. Это было приятно, хотя Гарри даже себе не мог в этом признаться. Он чувствовал себя ужасно при одной только мысли о том, что смотрел на губы Малфоя. Что с ним вообще творилось? В гневе Гарри кинул подушку и она упала на пол через щель в занавеске. Он не хотел думать о том, что все это значит. Ничего не изменилось. Все хорошо, как и прежде. Если б только это необычное чувство снова не вернулось. Он мог, черт побери, чувствовать запах Малфоя — они были настолько близко друг к другу. И, черт возьми, он пах удивительно приятно для мужчины. Гарри почувствовал, как ему вдруг стало жарко. Это было ненормально — думать такое. Даже в собственных мыслях это казалось ужасно неловким и неправильным. Он должен был бы думать так о Джинни… или о какой-нибудь другой девушке. Но уж точно не о проклятом Малфое. И было ли это признанием Малфоя в том, что он гей? Как только в его голове возникали подобные мысли, Гарри запихивал их подальше в подсознание. Он не был к этому готов. Для него это было слишком сложно — и он не хотел даже даже раздумывать над этой информацией. Гарри был благодарен Рону и остальным за то, что они оставили его одного. Рон что-то сказал о том, что Джинни тоже нездорова, и решил, что именно поэтому его друг грустил. Возможно, так было даже лучше — пусть все думают, что он не в себе из-за Джинни и просто нуждается в покое. *** Ночь прошла, а Гарри так и не смог уснуть. Всякий раз, когда его глаза закрывались, лицо Малфоя было прямо перед ним. Эта слегка насмешливая усмешка, эти холодные серые глаза и, прежде всего, его грубый голос. В раздевалке Малфой тоже был сам на себя не похож. Чувствовал ли он то же самое? И Гарри снова и снова возвращался к своим мрачным мыслям, пока не взошло солнце. Остальные медленно просыпались, а Гарри свернулся калачиком под одеялом. Он намеренно избегал контакта с однокурсниками, притворяясь спящим. Однако Рон все же подошел к его кровати и отдернул занавески. – Гарри, ты в порядке? Выглядишь паршиво. Гарри пробормотал что-то неразборчивое, а затем слабо сказал: – Я плохо себя чувствую и не могу пойти сегодня на занятия. – Ты болен? Ты и так пропустил большую часть вчерашнего дня..– Рон обеспокоенно посмотрел на друга. – Может быть… Конечно, он чувствовал себя больным и несчастным. Гарри было ясно, в чем дело, но раз уж есть идеальное оправдание, было бы глупо им не воспользоваться.. – Я останусь и немного полежу... Рон закончил одеваться. Прежде чем выйти из спальни и последовать за Симусом, Невиллом и Дином, он сказал: – Я проверю тебя перед обедом. Джинни вчера тоже плохо себя чувствовала, как я уже говорил... Гарри молчал. Его лучший друг немного подождал, но когда ответа не последовало, он ушел вслед за остальными. Однако Рон решил, что позже отправит к Гарри Гермиону. Она лучше справлялась со всеми эмоциональными проблемами, чем он, и, безусловно, была способна лучше поддержать Гарри в его горе из-за Джинни. *** – Драко, ты витаешь в облаках! – Тео ткнул его локтем в бок, привлекая внимание. Друг, казалось, с самого утра мысленно был очень далеко. Драко вздрогнул, оторвав взгляд от тарелки, на которую смотрел без всякого аппетита, рассеянно ковыряя фасоль. Он был вне себя от злости. Что заставило его так неосторожно повести себя с Поттером? О, Мерлин! Он приблизился к нему и напомнил, что помимо женщин есть еще и мужчины... Вся эта ситуация была настолько ошеломляющей, что Драко потерял способность думать. Его гормоны взяли верх, и, наверное, он бы даже запрыгнул на Поттера. Черт возьми, неужели он был настолько неудовлетворен... Войдя в зал, он попытался незаметно оглядеться в поисках гриффиндорца, но не увидел его. Что само по себе не было чем-то необычным, поскольку остальные его друзья еще не пришли. Но когда позже гриффиндорская шайка появилась без Поттера, Малфой расстроился. Он скривился от неприятного ощущения в животе. И сразу решил, что всего лишь хотел увидеть, насколько сильно выбил Поттера из колеи. Да, он чувствовал бы себя лучше, если бы знал, что Поттер мучается еще больше. –Драко! Драко вздрогнул от шока. Его снова отвлекли! – Что? — раздраженно спросил он, а затем равнодушно засунул фасоль в рот. – Можешь дать мне свою книгу по Арифмантике и помочь мне с одним вопросом? Мне нужно ответить только на один! – Да, конечно… — он вытащил книгу из сумки и подвинул ее Тео. Их класс по Арифмантике был очень маленьким. Большинство студентов даже учебник по этому предмету не осмелились взять в руки. Требования были высоки и даже Тео было трудно, хотя по другим предметам у него редко возникали проблемы. Самому Драко тоже было сложно, но ему нравилось искать решение для сложных задач. Ха, да даже Грейнджер приходилось прикладывать усилия! Тео бросил на него еще один скептический взгляд, прежде чем найти нужную страницу в книге и, нахмурившись, прочитать ее. Гермиона сочувственно посмотрела на Джинни, плюхнувшуюся на скамейку напротив нее. Глаза у нее были красные, вероятно, потому, что она много плакала ночью. Светло-карие глаза быстро окинули взглядом стол. – Он нездоров... — тихо прокомментировала Гермиона, зная, кого ищет Джинни. – Выглядит так же паршиво, как и ты. — без всякого сочувствия заявил Рон, нанизывая на вилку еще одну сосиску. Гермиона укоризненно посмотрела на парня, прежде чем снова повернуться к Джинни. – Ему, похоже, не все так безразлично, как ты вчера говорила. Может, вам следует обсудить все еще раз? Джинни подняла взгляд и выдавила улыбку. – Да, может быть. Она действительно казалась немного спокойнее, понимая, что у Гарри дела идут не лучше, чем у нее самой. – Мне пора идти... – Гермиона встала, схватила сумку и нежно поцеловала Рона, прежде чем подтолкнуть его и кивнуть Джинни, которая теперь мрачно сжимала свою чашку кофе, уставившись в стол. Рон поморщился от боли и одними губами пробормотал: «Что я могу сказать?» Гермиона закатила глаза и снова поцеловала его. Затем она отправилась на занятия по Арифмантике. Девушка надеялась, что ее парень пожертвует двумя свободными от занятий часами и поможет своей сестре. Но все, что Гермиона успела услышать, это фрагмент предложения, который звучал как «не будь такой чувствительной», и она внутренне застонала. Неужели она действительно думала, что Рон способен эмоционально поддержать свою сестру? Иногда она забывала, что у Рона были проблемы с проявлением эмпатии. Поэтому он старался не вмешиваться в дела других людей. Перед обедом Гермиона намеревалась забежать к Гарри. Видимо, после этого ей придется подбодрить Джинни, очень близко к сердцу воспринявшей вчерашнюю ссору. Та всерьез беспокоилась, что Гарри прекратит их отношения. *** – Я слышал, как Уизли сообщил МакГонагалл о больничном Поттера. — тихо прошептал Тео Драко и Блейзу, когда они сели в заднем ряду на Трансфигурации. Драко на мгновение заинтересовался, но не хотел, чтобы его друзья что-то заподозрили. Поэтому он быстро опустил взгляд на пергамент, лежащий перед ним на столе. – Это как-то связано с метлой Поттера под твоей кроватью? — небрежно спросил Блейз. Блондин повернул голову и удивленно посмотрел на друга. Тот слегка ухмыльнулся. – Откуда..? – Я не спал, когда ты вчера пришел. И видел, как ты что-то прятал под кроватью. Сегодня я проверил, что это.– Он пожал плечами, как будто это было совершенно нормально — лезть в чужие дела. – Идиот. – Драко попытался сбежать, но Тео его остановил. – Зачем тебе метла Поттера? Драко вздохнул и одной рукой откинул волосы со лба. –Длинная история.. позже объясню. Он видел интерес Тео. И Блейз, похоже, тоже хотел узнать эту историю, даже если он и не спрашивал напрямую. Драко не был уверен, что конкретно он расскажет. Но факт, что Поттер якобы был болен, заинтересовал Малфоя. Гриффиндорец его избегал, это точно. Вероятно, на месте Поттера он поступил бы так же. Но как долго пришлось бы прятаться? В конце концов, это не было решением проблемы. Драко был уверен, что Поттеру предстоит во многом разобраться. Он был абсолютно уверен, что вчера гриффиндорец впервые понял, почему его отношения с девушкой потерпели крах. Если бы он был натуралом, Уизли не жаловалась бы, что он с ней не спит. Как и любому нормальному мужчине, Поттеру не нужно было особого приглашения. Поттер был геем, для Драко это яснее ясного. Вопрос только в том, сколько времени понадобится гриффиндорцу, чтобы принять это. Сам Драко до сих пор помнил, как в четырнадцать лет он понял, что ему не нравятся девушки. Но шаг к пониманию и принятию этого факта был гигантским. И он никогда не станет афишировать это публично. Тео и Блейз всегда утверждали, что он все же не до конца принимал свою ориентацию. Драко сказал бы, что они оба неправы. Ему просто не нравилось, когда люди говорили о нем гадости. А это неизбежно случится, если он откроется. Малфой не мог быть геем. Ни в глазах своей семьи, ни в глазах общества. А Поттер... это было едва ли не хуже. Герою волшебного мира тем более вряд ли позволят быть геем. *** Сначала Гермиона тихонько постучала в спальню старших студентов Гриффиндора. Когда никто не ответил, она стала стучать еще энергичнее, пока, наконец, просто не вошла. – Ты все-таки здесь! – сказала она с преувеличенной жизнерадостностью. Гарри сидел на подоконнике рядом со своей кроватью и смотрел на улицу. По крайней мере, он оделся. Гарри предательски вытер глаза тыльной стороной ладони и посмотрел на девушку. – Пожалуйста, оставь меня в покое. Его голос был очень тихий. Гермиона подошла к нему, села на пол, скрестив ноги, и легонько коснулась его штанины. – Нет, Гарри. Ты нездоров. Это из-за ссоры с Джинни? Я уверена, если ты снова спокойно поговоришь с ней, все будет хорошо. Он беспомощно покачал головой. – Ничего не будет хорошо, Гермиона. Она слышала, как надломленно звучал его голос, и когда он посмотрел на нее, стало ясно, что он плакал. – Но ей это тоже не нравится и она тоже несчастлива. Гермиона попыталась взглянуть на него ободряюще, но он лишь отвернулся и прислонился виском к окну. Его взгляд был прикован к квиддичным кольцам вдалеке. – Гарри... между вами все было хорошо, пока... ну, до той глупой ссоры ..насчет близости. Гарри только сжал губы. Гермиона ожидала ответа, но он молчал. – Тогда хотя бы спустись вниз и поешь. Ты, должно быть, голоден. – Нет, спасибо. – Гарри... – Просто оставь меня в покое. Гермиона посмотрела на него с досадой и встала. – Ты всегда можешь поговорить со мной, что бы ни случилось. Он коротко кивнул, но затем с облегчением выдохнул, услышав, как за ней закрылась дверь. Гарри хотел побыть один, разобраться в своих мыслях и понять, что происходит. Его друзья были помехой. *** – Он не хочет ни с кем разговаривать, – прошептала Гермиона Рону, когда они сидели вместе за столом Гриффиндора. – Но он выглядел по-настоящему несчастным. Чуть ли не хуже Джинни. Рон нахмурился, задумчиво наклонив голову: – Но тогда им нужно просто помириться. Гермиона беспомощно пожала плечами. –У меня такое чувство, что произошло нечто большее, чем мы знаем. Может быть, ссора была даже хуже и все не так, как рассказала Джинни. – Не думаю, – аппетит Рона не испортился, несмотря на то, что его лучший друг и сестра оказались в кризисной ситуации. Он наполнил свою тарелку целой горой еды. – Она только что снова мне все рассказала и это была та же история, что и вчера. Рон начал есть, все еще раздумывая на эту тему. С трудом проглотив кусок, он добавил: – Знаешь, что больше всего меня удивляет во всей этой истории? Давайте проигнорируем тот факт, что она моя сестра. Почему у Гарри такие проблемы с тем, чтобы.. спать с ней? Я имею в виду... тебе не нужно просить меня дважды. Он дерзко ухмыльнулся, что вызвало веселый смех у Гермионы. Нет, его не приходилось просить дважды. Рон, казалось, был готов в любое время, что давно стало предметом шуток среди его друзей. – Не все мужчины одинаковы. – сказала Гермиона. Но про себя она задавалась вопросом, не назвал ли Рон, сам того не зная, настоящую причину?. Гарри сказал, что никто не может ему помочь, что у него была крупная ссора с Джинни из-за секса, и что он был совершенно расстроен из-за предполагаемого проклятия, которое наложил на него Малфой. Ведьма прищурилась и задумчиво посмотрела на стол Слизерина, за которым сидел светловолосый парень. Он был полностью погружен в книгу и, судя по всему, лишь изредка что-то ел. Она не могла избавиться от ощущения, что не знает всех деталей истории и поэтому головоломка не имеет смысла. *** Блейз сидел на кровати, скрестив ноги, и следил за Драко, вынимающим вещи из своей школьной сумки, как он делал каждую пятницу после уроков. – Почему метла Поттера у тебя под кроватью? Тео тоже с интересом сел и отложил в сторону журнал. Драко поставил последнюю книгу обратно на маленькую полку, прежде чем вздохнуть и осознать, что этот разговор неизбежен. – Мы случайно встретились на трибунах. Когда разразилась буря, мы помчались в раздевалку. Поттер устал ждать, пока все закончится, и ушел, забыв свою метлу. Поэтому я взял ее с собой. – Но это не та длинная история, которую ты нам обещал. – Тео подозрительно посмотрел на блондина, тоже севшего на кровать. – То есть, ты подождал, пока закончится шторм, а Поттер — нет? – Точно.– Драко нравилось, что они заинтересовались этой упрощённой версией. Он не был уверен, как все это преподнести, не смутившись и не выглядя чересчур странным. – А ты не думал, что его отсутствие на занятиях может быть как-то связано с тобой? – Блейз посмотрел на него, приподняв бровь.– А поскольку сегодня ты несколько раз едва не свернул шею в поисках Поттера, я предполагаю, что значительная часть твоей истории утеряна. – Кроме того, вчера ты пытался его избегать, а сегодня кажешься почти довольным. Драко закатил глаза. – Не можете оставить меня в покое, да? Вчера Поттер и девчонка Уизли громко спорили из-за того, что он не хотел с ней спать. Наступила тишина, а затем Блейз начал смеяться и Тео присоединился к нему. Абсурдно, что здесь, в Слизерине, они говорили о личных проблемах Гарри Поттера и его девушки. Драко также пришлось слегка ухмыльнуться, услышав смех своих друзей. – Было абсурдно, как эти двое кричали друг на друга. Она вернулась в замок в ярости, а он просто случайно пришел на трибуны, где был я. Мы поговорили, прежде чем я спросил, часто ли она так спорит. Я, возможно, проговорился, что Уизли бывает трудно угодить. –Разве нет?– Блейз сначала озадаченно на него уставился, но потом снова разразился хохотом. – Хотелось бы увидеть его лицо! – Да, это было весело, — согласился Драко, наслаждаясь происходящим.– Этот момент действительно был очень забавным. Внезапно разразилась буря, мы убежали в раздевалку и тут началось что-то необычное. Что-то похожее было в библиотеке. Я не помню точно, как это произошло, но каким-то образом все снова стало очень странным. – О, Мерлинова борода! Тео, он переспал с Поттером! – заключил Блейз, смеясь и глядя на Тео. Тот выглядел немного скептически, качая головой. А блондин скривил рот и показал Блейзу средний палец. – Я не делал этого. Я... ладно, я, возможно, притянул его немного ближе, когда мы стояли там, и между нами пробежала странная искра. Возможно, я сексуально неудовлетворен и не мог себя контролировать. Но я просто посмотрел на него и намекнул, что проблема не в девчонке Уизли. А он побледнел, запаниковал и убежал. Без метлы. Блейз и Тео посмотрели на него широко раскрытыми глазами, а у Драко слегка покраснел кончик носа. Все же ему было неловко раскрывать так много подробностей. Слава Мерлину, в этом году эта спальня была только в их распоряжении. Гойл скрывался в бегах вместе со своей семьей. Крэбб, к сожалению, не выжил в Выручай-комнате. Поэтому остались только Драко, Теодор и Блейз. Это позволяло вести приватные беседы. Раньше количество людей его не беспокоило, но чем старше Драко становился, тем сильнее хотел уединения. Кроме того, теперь стало больше места, поскольку исчезли две незанятые кровати. На их месте теперь была небольшая уютная зона отдыха и столик. Драко с удовольствием использовал это место для учебы, когда не хотел идти в библиотеку. – Как ты думаешь, Поттер... ну, гей?– спросил Тео уже более заинтересованно. Драко некоторое время задумчиво смотрел на одно из подземных окон рядом со своей кроватью. На мелководье шевелились водоросли, а вдалеке плавала стайка мелких рыб. Было невероятно интересно наблюдать за тем, что происходит в озере. Иногда морские жители подплывали к окнам и заглядывали внутрь. Поначалу Драко каждый раз пугался, но со временем он привык. – Может быть... Я думаю, он и сам этого еще не знает. Полагаю, сейчас он сильно сомневается в своей сексуальной ориентации. – И какая у тебя цель?– Блейз встал и принялся искать в комоде что-нибудь перекусить. Он нашел только пакетик Bertie Bott's. К счастью, на следующий день была прогулка в Хогсмид и он мог пополнить свои запасы. Хотя Блейз заботился о себе и делал все, чтобы хорошо выглядеть, он просто слишком любил сладкое и не мог от него отказаться. Драко задумчиво посмотрел на друга. У него не было плана, а значит, не было и цели. – Кроме того, что я просто хотел спровоцировать его вчера? Никакой цели. – Да ладно, ты же гей. Может, он тоже. К чему это приведет? Ты просто хочешь перепихнуться или это будет нечто большее? Взгляд блондина стал пренебрежительным, когда он сел, а затем высокомерно сказал: – Поскольку здесь, в школе, у меня нет особого выбора, я, пожалуй, снизойду и позволю ему приблизиться ко мне. Но не более того! Тео и Блейз оба рассмеялись, что вызвало у Драко обиженное ворчание. – Что? – спросил он кисло. – Ты снизойдешь? – фыркнул Блейз. – Думаю, скорее Поттер снизойдет до тебя! Драко закатил глаза, спустил ноги с кровати и стащил конфету из пакета Блейза. Все это было унизительно по отношению к нему, ведь не каждому выпадала честь оказаться так близко к Малфою. Хотя он понимал, что имели в виду его друзья. Поттер, прославленный герой, и он, бывший Пожиратель Смерти. Больше похоже на шутку! *** – Что значит, его нет? Гермиона уставилась на Рона, ворвавшегося в гостиную вместе с Дином и Невиллом. Было субботнее утро и обычно они все вместе спускались вниз на завтрак. А потом они хотели пойти в Хогсмид. – Ну, его здесь нет. Вчера вечером он не хотел ни с кем разговаривать, а теперь, когда мы проснулись, его уже не было! – Он, вероятно, завтракает. — вмешался Невилл. Гермиона кивнула, а затем подтолкнула троих парней, стоявших перед ней, к проходу в портрете. Скорее всего, Невилл был прав. Гарри провел целый день в страданиях и, несомненно, умирал от голода. Однако в Большом зале быстро стало ясно, что Гарри там нет. Гриффиндорцы вопросительно переглядывались, пока Гермиона не заговорила. – Ладно... Рон, посмотри на поле для квиддича. Дин, вернись в башню и проверь там еще раз. Невилл, ты иди к Хагриду и в теплицы, а я осмотрю Астрономическую башню и кухню. Если мы его там не найдем, пойдем к МакГонагалл! Друзья разошлись. Через полчаса они снова встретились в прихожей, совершенно сбитые с толку. – У Хагрид его нет. Он сейчас обыскивает остальную территорию. – объяснил Невилл. – На поле для квиддича тоже пусто. – вмешался Рон, нахмурившись. – Не мог же он просто раствориться в воздухе! — расстроенно сказала Гермиона, которая тоже не добилась успеха на кухне и на Астрономической башне. Она повернула голову, когда Дин сбежал вниз по лестнице, таща за собой Симуса и Джинни. – Ну, его нет в башне. И метла Гарри исчезла. Полная Дама сказала, что он покинул башню рано утром и был тепло одет. – Так квиддич или Хагрид? – Рон был в замешательстве вмешался. Гермиона тут же покачала головой. – Нет, с Хагридом его нет, — сказал Невилл. — А ты был на поле, не так ли? – Да, и на трибунах, и в раздевалке. Но тогда где он Вместе со своей метлой? – Может быть, он улетел? – задумался Невилл. Гермиона уже собиралась открыть рот, но Рон ее опередил: – С территории Хогвартса нельзя ни улететь, ни аппарировать. Гермиона слегка улыбнулась, поскольку за последние семь лет она объясняла это Рону и Гарри бесчисленное количество раз. Но затем она задумчиво прищурилась, провела рукой по волосам и попыталась найти решение. Гарри не мог просто исчезнуть, поэтому должен был где-то находиться. – Ладно... У меня есть еще одна идея. Рон, ты идешь со мной. Не отвечая ни на какие вопросы, Гермиона схватила его за руку и потащила за собой из замка. – Куда мы идем?– спросил Рон. – Полная Дама сказала, что он был тепло одет, да? Кажется, по какой-то причине он взял с собой метлу. И мы нигде его не нашли. Они остановилась на краю луга. – Акцио, Карта Мародеров!– громко вскрикнула Гермиона, подняв палочку. Рон с изумлением наблюдал за ней, пока она стояла там и ждала. Через мгновение в воздухе пролетела карта и приземлилась ей в руки. – Великолепно, Гермиона! – Он широко улыбнулся, а затем посмотрел через ее плечо. Она развернула карту, открыла и стала быстро искать. – Я нигде его не вижу. – И я нет. – Тогда он покинул территорию. Но Филч еще не открыл ворота. Значит, он должен был... — она указала на точку на карте — ...пройти здесь! Рон проследил за её пальцем, затем театрально вздохнул. — Пожалуйста, только не туда, там так тесно. — Пошли! — сказала Гермиона, уже снова складывая карту, запихивая её в сумку и быстро сбегая по траве к Визжащей иве. Если инстинкты не подвели ее окончательно, Гарри прошел через секретный ход в Визжащую хижину, а оттуда в Хогсмид. Конечно, он был взрослым, но ей не нравилась идея, что он отправился куда-то один. На свободе оставалось еще много Пожирателей Смерти и они наверняка были бы рады застать Гарри в одиночестве. *** – То есть, вы хотите сказать, что мистер Поттер отправился в Визжащую хижину и оттуда трансгрессировал? – МакГонагалл вопросительно посмотрела на двоих Уизли и Грейнджер, сидевших перед ее столом в кабинете. –Да, профессор! – подтвердила Гермиона. – Нам удалось проследить Гарри до этого места, но его следы исчезают на выходе из туннеля. Как ни странно, но он, похоже, взял с собой метлу. Для Гермионы это тоже не совсем укладывалось в голове. Если бы у него была с собой метла, зачем бы ему было дезаппарировать? Это не имело смысла. – Зачем мистеру Поттеру делать такую глупость?– директриса посмотрела на трех учеников перед ней. Мисс Уизли выглядела заплаканной и бледной, мистер Уизли был обеспокоен, а мисс Грейнджер – напряженной. – Разве вчера он не был болен? –Да. – Нет. Эти слова вырвались из уст Рона и Гермионы одновременно. Они оба коротко переглянулись, прежде чем Гермиона снова заговорила. – Гарри не был здоров, это правда. Но и не был по-настоящему болен. Профессор МакГонагалл перевела взгляд с одного на другую, а затем решила, что на самом деле не хочет знать, что это значит. Судя по виду мисс Уизли, это, вероятно, было по личным причинам. Однако МакГонагалл не считала, что просто исчезнуть — это в стиле мистера Поттера. Это было необычно. – Поскольку прошло несколько часов с тех пор, как Полная Дама видела мистера Поттера, я сообщу об этом в Аврорат. А они сообщат мне, если они его найдут. Возможно, вы также могли бы поискать в Хогсмиде. – Дин, Шеймус и Невилл уже это делают. – сообщил им Рон. Они все чувствовали, что должны что-то предпринять. – Хорошо. Думаю, мы найдем мистера Поттера. Лучше, если вы подождете в общей гостиной. С этими словами Минерва отпустила своих учеников. Чтобы связаться с Кингсли, ей пришлось воспользоваться камином. В настоящее время обмен магической информацией был возможен только через этот камин и только исключительно из соображений безопасности. Вокруг все еще было слишком много последователей Темного Лорда.