Быть слабым – не стыдно!

Профессор МакГонагалл с удивлением смотрела на двух студентов, стоящих перед ее столом. Мисс Грейнджер, знавшая пароль, в это воскресенье появилась у нее вместе с мистером Поттером и настоятельно попросила о разговоре. – И что же такого срочного? – спросила старая ведьма, слегка прищурив глаза за очками. – Я хотел бы попросить профессора Слизнорта сменить моего партнера по совместной работе! – тут же воскликнул Гарри. Он принял решение больше не работать с Драко и единственной, кто мог заставить Слизнорта все аннулировать, была Макгонагалл. – Мистер Поттер, по словам Горация последние несколько недель дела идут довольно хорошо. Или я ошибаюсь? – Да. Но это уже в прошлом, профессор. Она нахмурилась, а затем довольно резко спросила: – Что это значит? – Я больше не могу работать с Малфоем. Оказывается, он ничуть не изменился. Я просто не хочу больше иметь с ним дело! – Он вам угрожал? – Нет! – Напал? – Нет! – Тогда я не вижу причин нарушать порядок на курсе Горация. Гарри уставился на нее с открытым ртом, затем глубоко вздохнул и постарался сохранить уважение: – Профессор, я не буду работать с Малфоем. Больше ни дня! Я просто брошу Зельеварение! – Не говорите ерунды, мистер Поттер. Вам нужно сдать экзамен, чтобы начать обучение на аврора. А для этого вам нужен этот предмет. – Она строго посмотрела на него. – При всем уважении, профессор, но я могу начать обучение хоть сейчас. Директриса вздохнула. Она знала, что Поттер абсолютно прав. Ее взгляд обратился к Гермионе, до сих пор сидевшей молча. – Кажется, между ними существуют непреодолимые разногласия, профессор.– осторожно подтвердила девушка. – Какие? Гермиона неловко сложила руки, затем бросила быстрый взгляд на Гарри, который возмущенно закатил глаза и покачал головой. – Профессор, у этих двоих долгая история и старые проблемы продолжают всплывать. Пока никто ни на кого не нападал, но Гарри сейчас здесь и просит об изменениях не просто так. МакГонагалл критически посмотрела то на одного, то на другого студента. Затем сдалась. – Хорошо. Я верю, что это очень срочно, и я поговорю с Горацием о разделении парной работы между вами. Кстати, в январе каждый должен снова заняться приготовлением зелий индивидуально, так как ваш итоговый экзамен – это тоже индивидуальное задание. Однако совместная работа над домашними работами будет продолжена с другим партнером. Гарри сдержанно кивнул, затем пробормотал «спасибо» и встал. Он вышел бы из себя, откажи ему Макгонагалл. Хорошо, что с ним была Гермиона. По крайней мере, об этом можно больше не беспокоиться. Пока горгулья опускала их вниз, Гермиона осторожно спросила: – Ты уверен, что хочешь этого? Ты не пожалеешь? – Нет, не пожалею. С Драко... с ним покончено. Она кивнула, но все еще смотрела на Гарри с сомнением. Гермиона считала, что он поторопился. Кто знает, вдруг все еще прояснится, и они снова помирятся? Тогда, конечно, уже нельзя будет просто поменяться партнерами обратно. Когда они вышли в коридор, Гермиона все же возобновила разговор. – Ты с этим справишься? Гарри засунул руки глубоко в карманы и слегка ссутулился. – Я бы солгал, если бы сказал, что у меня все хорошо. Он плохо спал прошлой ночью. Сначала не мог заснуть, потом постоянно просыпался и с трудом засыпал снова. Его мысли все еще крутились вокруг Драко и того, что он сделал. Гарри хотел просто отключить свой мозг, но не мог. В его голове была всего одна мысль: почему блондин его обманул? – Скучаешь по нему? – посмотрела на него Гермиона, слегка потянув за рукав его мантии. – Да, – вздохнул Гарри. – Больше, чем мне бы хотелось. Но я не могу просто принять то, что сделал Драко. Пожалуйста, можем мы прекратить о нем говорить? Гермиона кивнула. Конечно, они могли прекратить. Тем не менее она надеялась, что Гарри не пожалеет об этом. Он иногда действовал слишком импульсивно. *** Драко страдал. Он миллион раз пожалел о своем поступке и хотел сделать все по-другому. Быть честным с Гарри. Ему все же следовало признать, что он просто боялся рассказать обо всем Изабель. Он долго ломал голову над тем, стоит ли еще раз попытаться все объяснить. Но как найти повод для разговора? Драко не знал, как это сделать. Он не верил, что Гарри согласится встретиться с ним наедине. Особенно его напрягало присутствие Уизела – унизиться перед рыжим еще раз было бы невыносимо. Возможно, у Драко появится шанс уговорить Гарри на встречу во время урока Зельеварения. С Изабель возникла проблема. В воскресенье Драко сказал ей, что хочет сосредоточиться на учебе, а затем разорвал отношения. Он видел, как это разбило ей сердце и она ничего не понимала – да и как бы она могла? Ведь Изабель не знала правды. В любом случае, теперь она его ненавидела, а ее подружки смотрели на него с презрением и не скупились на неприятные слова. Можно с уверенностью сказать, что выходные были полным кошмаром. *** Когда в понедельник он вместе с Тео и Забини пришел на завтрак в Большой зал, к их столу тут же подошел Слизнорт. – Мистер Малфой, мистер Нотт. На пару слов, пожалуйста. Они в замешательстве посмотрели друг на друга, когда их наставник сел напротив. Этого никогда не случалось. – Профессор МакГонагалл пришла ко мне и попросила внести определенные изменения. Кажется, мистер Поттер лично настаивал на этом. Услышав эти слова, Драко сжал губы. Он уже знал, что это значит. – Мистер Нотт, начиная с сегодняшнего дня вы будете работать с мистером Поттером. Вы, мистер Малфой, будете работать в паре с мисс Эббот. Тео посмотрел на своего друга, который застыл, уставившись на стол. – А если мы этого не хотим, сэр? – спросил Нотт. – Есть ли какие-нибудь веские причины для отказа, мой мальчик? – Ну... нет... — признался Тео. – Тогда решено. Увидимся позже. – С этими словами он тяжело встал и направился в сторону учительского стола. Драко продолжал неподвижно смотреть на стол. Вот и все. У него больше не было возможности перехватить Гарри и поговорить с ним один на один. Гриффиндорец даже добился смены партнера. Теперь все бесполезно. Поттер больше не хотел иметь с ним ничего общего. – Я могу поговорить с ним... – тихо сказал Тео, глядя на стол Гриффиндора и видя, как обычно, завтракающую компанию. Поттер сидел к ним спиной, чего не случалось уже очень давно. – Это уже неважно. – беззвучно прошептал Драко, затем встал и схватил свою сумку. Едва он отошел от стола, то отчетливо услышал, как одна из подруг Изобель тихо прошипела: – А, вот и ублюдок. Давай, иди, паршивая свинья! Драко сделал вид, что ничего не услышал, но это было унизительно. Он ускорил шаг, размышляя, можно ли как-то пропустить занятия с Поттером. Зелья, Трансфигурация и Чары. К сожалению, все эти предметы были основными и ему не позволят их бросить. Черт возьми, зачем он связался с однокурсником? Да еще и с Поттером? Драко следовало лучше себя контролировать. По сути, его гормоны были единственными, кого следовало винить в том, что он попал в эту передрягу. Если бы Драко не был так сильно увлечен Поттером, сейчас он мог бы сейчас спокойно учиться в Хогвартсе дальше. Но он был полным идиотом. *** Драко глубоко вздохнул, прежде чем войти в класс Зелий. Ему нужно было подготовиться к тому, что ожидало его за дверью. На Трансфигурации Гарри его игнорировал и это было чертовски больно. А Уизел смотрел почти убийственным взглядом. Естественно. Он ведь разгневал Избранного. Было бы удивительно, если бы рыжий не воспринял это как личное оскорбление. Грейнджер поприветствовала его на Алхимии и посмотрела с нескрываемой жалостью, что было еще хуже. Все, что Драко смог сделать, это довольно сухо кивнуть, прежде чем отвернуться и спрятаться за Блейза. И теперь он чувствовал себя так, словно ему пришлось отправиться в логово льва. Он вошел, увидел Поттера, сидящего на своем обычном месте, и глубоко вздохнул. Драко сел рядом с ним, очень ясно ощущая отторжение гриффиндорца. Слизнорт еще не начал урок; они все разговаривали. Было шумно. Драко сглотнул, затем собрал в кулак все мужество, на которое еще был способен. Холод, исходящий от Гарри, почти уничтожил его. Но слизеринец все же повернулся к нему, заговорил очень тихо, чтобы никто другой не услышал: – Гарри… дай мне шанс все объяснить. Брюнет повернул к нему голову и посмотрел прямо в глаза – холодно и отстраненно. Драко вновь сглотнул. Вот они, эти невероятные глаза, этот насыщенный зеленый цвет. Ему больше всего на свете хотелось бы обнять его и поцеловать, но это было невозможно. Драко лишь смотрел на него умоляющим взглядом. – Этому нет хорошего объяснения. – холодно заметил гриффиндорец, отводя взгляд. Теперь он демонстративно смотрел в другую сторону. Драко собирался сказать что-то еще, но тут перед классом появился Слизнорт и все замолчали. Он хлопнул в ладоши. – Итак, поскольку поступила срочная просьба о смене партнеров, мистер Малфой и мистер Нотт, пожалуйста, поменяйтесь местами, чтобы мы могли начать урок. В классе послышались перешептывания. Драко на секунду взглянул на Гарри, а затем отвернулся. Он знал, что все на него смотрят. Они все подумают, что Гарри Поттер больше не хочет с ним работать. Самое позднее к вечеру об этом узнает вся школа. Конечно, никто не станет винить гриффиндорца. Все согласятся, что вполне понятно, почему Поттер не ладил с ним, бывшим Пожирателем Смерти. Драко сжал губы, схватил свою сумку, а затем сел рядом с Ханной Эббот. Она не выглядела особенно взволнованной тем, что Малфой стал ее новым партнером. Гарри почувствовал облегчение, когда Драко встал и ушел. Он глубоко вздохнул и на мгновение закрыл глаза. Боже мой, от этого парня так невероятно приятно пахло..Гарри было нелегко отказать в просьбе. Его сердце и тело отчаянно хотели поговорить с Драко – но разум в этом внутреннем споре оказался сильнее. Тео, который теперь сел рядом с ним, слегка кивнул. Гарри не считал это решение особенно удачным, но, вероятно, оно было лучше, чем работа с блондином. Получив задание этого урока, они приступили к варке. Работать с Тео было непривычно. У них не было согласованных действий, никакого разделения обязанностей. Им приходилось обсуждать каждый шаг и надеяться, что другой все сделает правильно. Тео, безусловно, разбирался в зельях, но Гарри быстро понял, что он не на том же уровне, что Драко. Возможно, на этом курсе вообще никто не дотягивал до него. Гарри вдруг подумал, что даже Гермиона не могла сравниться с тем природным чутьем, которое было у Драко. Взгляд Гарри скользнул по блондину и Ханне. Он видел нетерпение Драко, поскольку ему все время приходилось что-то объяснять Ханне. Гарри знал это лицо; он видел это достаточно часто, когда, по мнению Драко, работал слишком медленно или небрежно. Слизеринец поднял глаза и они уставились друг на друга. Гарри знал, что его решение было правильным. И все же видеть Драко таким было почти невыносимо. Он казался еще бледнее обычного, и Гарри показалось, что он увидел в серых глазах искреннее сожаление. Может ли быть действительно хорошее объяснение? Он не верил. Но было ли справедливо даже не выслушать его? Голова Гарри говорила совсем не то, что говорило его сердце. Он к такому не привык. И эти глаза... Тео прочистил горло, заставив Гарри вздрогнуть. Он смущенно отвернулся. Нотт, вероятно, знал достаточно. Больше, чем хотелось Гарри. – Ему очень жаль... – тихо сказал Тео, начиная взмахом палочки помешивать содержимое котла. Но Гарри молчал. К концу двойного урока Гарри с облегчением вздохнул. Все наконец закончилось. Хотя он больше не работал с Драко в паре, он ловил себя на том, что все время поглядывал на него – и каждый раз снова задавался вопросом, стоит ли с ним поговорить. С другой стороны Малфой в очередной раз поступил по-идиотски. Никто не заслуживал того, чтобы с ним обращались так, как он обращался с Изабель. Когда Нотт уже закинул свои вещи в сумку, Гарри посмотрел на него. Он еще сомневался, но затем все же сказал: – Хорошо... скажи ему, что я встречусь с ним перед ужином. Он знает, где. Но у него должно быть хорошее объяснение. Нотт кивнул. Он подошел к своим друзьям, положил руку Драко между лопаток и вытолкнул его из класса. Гарри с сомнением посмотрел вслед слизеринцам. Он не был уверен, что это правильно. Затем Гарри вздохнул, схватил свою сумку и подошел к Рону и Гермионе. Те с любопытством смотрели на него. *** Как только Гербология закончилась и они последними покидали теплицу, Гермиона схватила Гарри за плечо: – Ты уверен, что хочешь с ним поговорить? Он стряхнул ее руку и расправил плечи. – Нет, но это нужно сделать. Рон нахмурился. Он все еще не до конца оправился от шока. Мысль, что его лучший друг связался с Драко Малфоем, его смущала. Он не мог понять, как Гарри вообще начал отношения с этим парнем. Рон по-прежнему считал Малфоя злым и отвратительным. – Чем именно вы занимались? – вдруг спросил он, все еще глядя на Гарри совершенно непонимающе.Рон не поднимал эту тему с субботы. Гарри вопросительно посмотрел на него. – Что ты имеешь в виду? Рон замахал руками. – Все эти поцелуи в библиотеке.. это было тайно? Происходило ли что-то еще, кроме поцелуев? Тебе действительно нравится этот парень или он был временной заменой, потому что вокруг нет других геев? Поначалу Гарри удивился всем этим вопросам, но все же обрадовался. Рон наконец-то хоть что-то сказал по этому поводу. Странно, что лучший друг до сих молчал о произошедшем в субботу. Гарри засунул руки глубоко в карманы, чтобы защититься от холода. Он попытался идти по следам однокурсников, стараясь не провалиться в снег. – Разумеется, все это делалось тайно, – Гарри начал чувствовать себя немного неловко, но все же продолжил. – Там было гораздо больше, чем просто поцелуи, понятно? Я не знаю, насколько много ты хочешь знать, Рон. И я на самом деле нахожу его очень привлекательным. Гермиона ухмыльнулась, увидев лицо своего парня. Рон выглядел так, будто его вот-вот вырвет. Но он сам виноват, что спросил, поэтому пусть примет ответ. Казалось, Рон с трудом подбирал слова, а затем просто спросил: – У тебя был гомосексуальный секс с Малфоем? Гарри раздраженно повернулся к Рону, моргнул несколько раз, прежде чем признать: – Нет! Так далеко мы не зашли. Мерлин, Рон! Я не умею говорить о подобных вещах...– несмотря на холод, Гарри слегка покраснел. – Мы были просто близки без настоящего секса. Нравится ли он мне? Я думал, что нравится. Не тот Драко, которого мы знали. Новый Драко. Вдумчивый Драко. Он стал намного спокойнее. Он забавный, умный. И даже если вы не верите, он может быть очень ласковым. Я сам этого не понимаю. И злюсь на него, потому что то, что он сделал с Изабель, отвратительно. Но я скучаю по нему. И ненавижу свои чувства, потому что по отношению к нему они очень противоречивы. Рон уставился на Гарри, слегка приоткрыв рот. Он лихорадочно соображал, стараясь понять услышанное. – Клянусь Мерлином, ты по уши влюблен в Малфоя. Гермиона, он ведь влюблен в него, не так ли?! Гермиона закатила глаза, но потом сказала: – Не думаю, что он готов признать это. Но Гарри... ты действительно хочешь, чтобы это продолжалось? – Нет. Но я хочу знать, почему Драко это сделал. Я думал, он изменился. Чувствую себя никчемным дерьмом из-за того, что доверял ему. Гермиона и Рон обменялись обеспокоенными взглядами. Гарри был влюблен в Драко, признавал он это или нет. Останется ли Гарри при мнении, что поведение слизеринца для него – недопустимо? Они оба сомневались в этом. *** Гарри нервничал, направляясь в Выручай-комнату. Он не стал заходить в спальню, а оставил свою сумку Рону и Гермионе. Ужин будет только через час и этого должно быть достаточно для разговора. Он не знал, как реагировать на Малфоя. Возможно, просто выслушает то, что тот скажет, и уйдет. Вероятно, все слова Драко окажутся лишь глупым оправданием. Гарри глубоко вздохнул и открыл дверь. Тот факт, что дверь уже была видна, означал, что блондин его ждет. Он, вероятно, пришел сразу после ЗОТИ. Драко сидел в одном из кресел и смотрел на него, стоящего в дверях. Видеть слизеринца таким растерянным было в новинку. Обычно он почти всегда выглядел уверенным в себе и, казалось, куда лучше понимал, что делать, чем Гарри. Но теперь в его взгляде читалась неуверенность. Драко встал и нервно откинул прядь волос со лба. Гарри закрыл за собой дверь, а затем запер ее, чтобы она исчезла и их никто не потревожил. Они стояли друг перед другом в нерешительности. Никто из них не знал, что именно сказать. Наконец, молчание нарушил Драко. – Мне жаль, что я это сделал. Гарри сглотнул и уставился в пол. – Мне тоже жаль. Он не мог смотреть на Драко. Он внезапно понял, что, хотя был зол и обижен, он не был уверен, что сможет устоять перед этим парнем. – Но ты это сделал. Ты играл с Изабель, как будто она кукла, а не человек. Гарри почувствовал, как слизеринец пошевелился. Он поднял глаза. Драко подошел немного ближе и теперь умоляюще смотрел на него. – Это было глупо с моей стороны. – Это было эгоистично! – поправил его Гарри. – Ты не глупый. Ты очень умный. Это было спланировано тобой, Драко. Такое не происходит случайно. – Ты прав... Я знал, что делаю. Но я никогда не думал, что ты так сильно меня возненавидишь. Драко понимал, что Гарри ждал от него честности. Гриффиндорец бы ни за что не поверил, если бы он стал юлить и притворяться. Видимо, его единственным шансом было признать все и извиниться. Только вот такие слова всегда давались ему с трудом. Он никогда не умел просить прощения. – О чем ты думал? Серьезно, что было у тебя в голове, когда ты лгал мне в лицо и клялся, что она все знает? Гарри услышал, что звучит гораздо увереннее, чем чувствовал себя на самом деле. Драко стоял напротив – и Гарри ощущал его запах. У него подгибались колени. Поэтому он был рад, что голос его звучал ясно и твердо. Слизеринец беспомощно поднял руки, затем пожал плечами. – Честно? Я просто думал о том, как мне нужно это прикрытие, чтобы встречаться с тобой без лишних проблем. Это было для меня чертовски важно. Услышав это, Гарри закрыл глаза. Он догадывался, что потребность Драко в самозащите была настолько сильна, что он с легкостью мог причинить боль другим людям. Гарри почувствовал, что Драко подошел ближе. Он неуверенно открыл глаза, а затем сглотнул, увидев, что блондин строит прямо перед ним. Гарри почувствовал, как силы покидают его, когда он поднял глаза на Драко, и их взгляды встретились. – Я не могу тебе доверять. – прошептал Гарри. – Я больше не буду тебе лгать. Обещаю. Драко нежно обхватил его лицо ладонями и умоляюще посмотрел на него. Гарри смотрел ему в глаза и с каждой секундой, что проходила, он все меньше мог мыслить рационально. Драко ведь на самом деле сделал все это ради них двоих – чтобы никто не заметил, что между ними что-то есть... Они смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд. Наконец Драко наклонился и нежно накрыл губы Гарри поцелуем. Мир застыл и последний здравый смысл, который еще оставался у Гарри, испарился. Этот поцелуй, этот момент были единственными, что имело значение. Когда они были вместе, все, что происходило в реальном мире, теряло значение. Несмотря на то, что он хотел злиться на Драко, хотел презирать и даже ненавидеть, Гарри обнял его за шею и ответил на поцелуй. Он смутно ощущал, как Драко, не прерывая поцелуй, понемногу подталкивает его к кровати. Потом он почувствовал матрас у себя за спиной, а затем — приятную тяжесть Драко на себе. Они все еще целовались и по-прежнему не было ничего важнее, чем это мгновение, их близость. Ну и пусть он использовал Изобель и солгал ему, пусть у них совершенно разное понимание того, как обращаться с другими людьми. Было ли это действительно важно? Гарри застонал, когда Драко просунул язык ему в рот, целуя более жадно и страстно. Все было неважно. Это было настолько опьяняюще, что не могло быть неправильным. Гарри запустил руки под свитер слизеринца, и вытащил рубашку из брюк, поглаживая ладонями его спину. Затем сбивчиво задрал свитер и рубашку, ненадолго прервав поцелуй, чтобы стянуть их через голову блондина. Гарри посмотрел в серые глаза, в которых теперь видел напряжение и тоску. Губы Драко слегка покраснели от поцелуев, дыхание стало неровным и прерывистым. – Черт... Гарри.. – пробормотал Драко, затем сел и потянул гриффиндорца за галстук. Развязывая узел, он снова с вожделением поцеловал его и принялся расстегивать пуговицы на рубашке. Драко нуждался в этом человеке. Он уже не знал, как жить без него. Он позволил Поттеру проникнуть в свое сердце и теперь не был готов просто так отказаться от него. Его лучшим оружием было вот это – возможность показать Гарри, как им хорошо друг с другом, чтобы тот дал им еще один шанс. Драко знал, что это манипуляция, но у него не осталось другого выхода. Он и не верил, что Гарри можно переубедить подарками или цветами. К тому же, помимо всего прочего, Драко ужасно скучал по нему и сейчас не желал ничего сильнее, чтобы время просто остановилось. Он стянул с плеч Гарри рубашку и начал страстно целовать его в шею. Драко был дураком, что поставил все под угрозу из-за обмана. Нужно было просто честно признаться, что он не мог сказать Изабель правду. Драко поклялся себе, что больше не будет его обманывать. Гарри был из тех людей, кто совершенно не терпит лжи. Несколько неловко Драко освободился из объятий, чтобы снять обувь. Она была небрежно сброшена на пол, после чего Драко опустился на колени между ног Гарри и поцеловал его живот. Его руки нащупывали пуговицу брюк. Опытными пальцами он быстро расстегнул их, стянул с бедер Гарри и помог ему избавиться от штанов и белья. Затуманенным взглядом он посмотрел вниз на напряженный член гриффиндорца. Драко обхватил его рукой, лег рядом с Гарри и посмотрел в эти чертовы зеленые глаза, в которых не было ничего, кроме желания и страсти. Он застонал, когда Гарри навалился на него и теперь, полностью обнаженный, лежал на нем. Поскольку он больше не мог дотянуться до члена Гарри, то потянулся в сторону, чтобы найти одеяло. Он заметил, что гриффиндорец в целом чувствовал себя комфортнее, когда они были укрыты. Это было мучительно – чувствовать, как Гарри прижимается к нему, так открыто давая понять, чего он хочет. А потом с бедер слизеринца соскользнули штаны. Под поцелуями Драко даже не заметил, как Гарри стал его раздевать. Вскоре и его нижнее белье оказалось на полу. Они смотрели друг на друга и тяжело дышали. Взгляд Драко был почти умоляющим, когда он положил обе руки на ягодицы Гарри и прижал его к себе. Гарри ахнул, снова наклонился и продолжил страстно целовать его. Драко закрыл глаза, обхватил ногами бедра Гарри и прижался к нему как можно сильнее. Ощущение твердого члена Поттера рядом с его собственным было опьяняющим. Совершенно не стыдясь, они терлись друг о друга, целуясь, прерываясь лишь редкими вздохами. Драко поглаживал нежную кожу поттеровских ягодиц. До сих пор они никогда не говорили о настоящем сексе. Драко подозревал, что Гарри еще не готов. И все же.. У гриффиндорца была отличная задница. Упругая и нежная. Драко любил к ней прикасаться. И он знал, что Гарри это тоже нравится. Всякий раз, когда они были вместе, как только он тянулся к ней, поцелуи гриффиндорца становились заметно более требовательными. Он надеялся, что однажды сможет трахнуть Гарри по-настоящему. А пока Драко оставалось лишь предаваться своим фантазиям. В какой-то момент рука Гарри оказалась на его члене. Застонав, Драко откинул голову назад, дрожа от сильного возбуждения. Не стесняясь, он продолжал гладить задницу Гарри. Чуть помедлив, Драко все же скользнул пальцами между желанными ягодицами. Что было весьма смело, но ему очень хотелось почувствовать Гарри. Одним пальцем Драко осторожно погладил мягкую кожу узкого входа. Он больше ничего не сделает, только немного подразнит ... Реакция последовала незамедлительно. Постанывая от удовольствия, почти всхлипывая, Гарри уткнулся лбом на плечо Драко, а его рука на члене Драко сбилась с ритма. Слизеринец продолжал дразняще кружить по чувствительной коже ануса Гарри. Затем он услышал последний вздох над собой, ощутил подергивание пульсирующего члена Гарри у своего и ощутил, как влажное тепло разливается по его животу. Когда давление на его собственный член снова возросло, Драко еще дважды толкнулся в руку своего любовника, прежде чем сам достиг оргазма. Его бедра сжались вокруг бедер Гарри, он застонал и кончил в его руку, прижавшись губами к плечу. Гарри тяжело дышал, навалившись к Драко. Это было невероятно. Что бы Драко ни сделал своими пальцами, это свело его с ума. Он крепче прижался к слизеринцу, держась за него так, словно от этого зависела его жизнь. Он чувствовал, как руки блондина обнимают его, чувствовал, как Драко снова и снова с любовью целует его в шею. Что, черт возьми, здесь произошло? Разве он не был злым и недовольным из-за Драко? Разве тот не обещал ему все объяснить? Разве он, Гарри, не ожидал извинений? Ничего подобного не произошло. Вместо этого они просто по-животному набросились друг на друга. Он тяжело скатился с Драко, не заботясь о том, что повсюду размазывает сперму. – Драко...– позвал Гарри парня рядом с собой, лежавшего с закрытыми глазами и широкой улыбкой на лице. "Вот как ты выглядишь, когда абсолютно счастлив." – подумал Гарри. И все же... теперь, когда его возбуждение прошло, в голове стало проясняться. Драко медленно открыл глаза, коротко моргнул, прежде чем посмотреть на Гарри и повернуться на бок, чтобы получше его разглядеть. Драко понял, что означало выражение зеленых глаз, из которых уже исчезли желание и нежность. Теперь взгляд Гарри снова стал настороженным. Слизеринец вздохнул. – Ты хочешь поговорить, да? – Нам нужно поговорить. – спокойно уточнил Гарри. Драко кивнул, признавая поражение. – Я думаю, это ужасно, что ты мне солгал! – Гарри пристально смотрел на него. – Но что я считаю гораздо хуже, что ты совершенно беспринципно ставишь свои интересы выше чувств других людей. Драко сжал губы, услышав эти резкие слова. – У нас совершенно разные представления о том, как нужно относиться к другим людям. – добавил Гарри. Драко заметил, что он сформулировал это не как вопрос, а скорее как факт. – Я не отношусь к другим людям плохо, – возразил он. – Больше нет. – Ты действительно считаешь, что так обращаться с Изабель – это нормально? – спросил его несколько недоверчиво Гарри, приподняв бровь. – Нет, не нормально… – пробормотал Драко. – Я понимаю, что это было неправильно с моральной точки зрения. Но это было не так уж и плохо. – Да, Драко. Именно так и было. И в этом вся проблема, – Гарри сел, провел рукой по волосам. – Ты воспринимаешь это совсем иначе, чем я. Я считаю, что ты жестоко с ней обращался, а для тебя это просто вопрос моральной сомнительности. Наше представление о людях… похоже, не совпадает. А оно должно совпадать, чтобы у нас все получилось. Драко тоже сел. – Гарри... Пожалуйста. Я действительно пытаюсь стать лучше. Но мне нужно больше времени. Твои моральные стандарты настолько высоки, что вряд ли кто-то может соответствовать этим ожиданиям. – Проблема не в моих стандартах. Проблема в том, что на фундаментальные вещи мы смотрим совершенно по-разному. Драко, ты мне нравишься. Больше, чем следовало бы. И в этом вся проблема. Я больше не хочу прятаться. Я хочу открыто говорить о том, кто я такой. Я бы хотел, чтобы ты был моим парнем. Но это не произойдет, если ты не изменишься. У Драко пересохло во рту. Гарри хотел, чтобы он был его парнем? И он вот так просто говорит ему это? Слизеринец в шоке уставился на Гарри. Гриффиндорец внимательно за ним наблюдал, отмечая все изменения обычно равнодушного лица. Гарри хотел заполучить Драко для себя, хотел построить с ним отношения. И проблема была не только в том, что слизеринец хотел и дальше все скрывать. – Ты все еще считаешь, что магглы плохие? – внезапно спросил Гарри и это выбило почву из-под ног Драко. – Что? – выпалил он, в замешательстве глядя на Гарри. – Какое отношение это имеет к нам? Гарри вздохнул, почти раздраженно. – Мне нужен партнер, который разделяет мои ценности... а то, что случилось с Изабель, показало мне, что мы все же довольно разные. Поэтому мне интересно, в чем еще мы расходимся. Так ты все еще ненавидишь магглов? – Ты же знаешь, я не хотел этого дерьма Пожирателей Смерти! – воскликнул Драко. Он чувствовал себя загнанным в угол. Гриффиндорец вел себя так, словно Драко все еще охотился или нападал на магглов. Но это было не так! На самом деле, такого никогда и не было. Казалось несправедливым, что Гарри обвинял его. – Вопрос не в этом. Ты все еще ненавидишь магглов? Драко напряженно думал, облизывая губы языком. Все теперь сводилось к этому? Гарри сравнивает их моральные взгляды? Он покачал головой, несколько вызывающе приподняв подбородок. – Я встречал магглов, которых не презирал, – сказал он примирительно. Это уже было больше, чем он был готов признать еще год назад. – Но если ты сейчас продолжишь это, Гарри, то я проиграю. Этот тест я не пройду – мы оба это знаем. Я не испытываю ненависти к магглам. И сожалею о том, что с ними сделали – это было неправильно. Но считаю ли я нас, волшебников, все же лучше их? Конечно. Но имеет ли это вообще значение, если это остается только в моих мыслях, и я никогда не сделаю ничего плохого? Я никогда не причиню магглу вреда, никогда не нападу на него. Гарри сглотнул, чувствуя, как в глазах жжет от нахлынувших эмоций, услышав эти почти упрямые, но очень искренние слова. – Это имеет значение. Потому что то, что мы думаем – и есть то, кем мы являемся. – Нет, нас определяет то, как мы поступаем! – с жаром возразил Драко. – Я мог бы ненавидеть всех магглов на свете – и это было бы неважно, пока я даю им жить в этом мире. Но ведь я даже не ненавижу их… просто считаю, что мы, благодаря нашим магическим способностям, немного выше. Гарри разочарованно покачал головой, потянулся за палочкой и пробормотал очищающее заклинание. – Если ты так думаешь, значит, ты все еще считаешь, что вы, чистокровные, выше остальных! – огрызнулся на него Гарри, затем встал и натянул трусы. Драко обернул одеяло вокруг бедер, вскочил и обошел кровать, направляясь к гриффиндорцу. – Пожалуйста, Гарри, не делай этого. Не суди меня по тому, чего я не говорил. Я уже несколько месяцев стараюсь избавиться от того, что мне вбивали в голову всю жизнь. Не ставь меня сейчас к позорному столбу, чтобы оценивать, насколько хорошо у меня это получилось. Это несправедливо. Я не виноват, что родился в такой системе. Гарри устало посмотрел на него, протянул руку и погладил по щеке. – Нет, не виноват. Но и я не виноват, что мне нравятся люди, которых ты презираешь. Моя мать была магглой, Гермиона – маггл, Уизли – предатели крови, как ты знаешь. И все это для меня ничего не значит, потому что я вижу человека и ничего больше. – Так посмотри на меня! – взмолился Драко, потянувшись к руке на своей щеке. Он сделал все возможное, чтобы выйти из тени, которую бросал на него отец. Он так старался измениться и стать лучше! Гарри помедлил, затем подошел к Драко и серьезно посмотрел ему в глаза. – Я влюблен в тебя, понимаешь? И хочу кричать об этом всему миру. А ты можешь это сделать? Ты можешь завтра выйти и поцеловать меня посреди школы, на глазах у всех? Драко замер под пристальным взглядом Гарри. У него пересохло в горле и зашумело в голове. Гарри Поттер влюблен в него! В него! В падшего Пожирателя Смерти...И он хотел быть с ним открытым, как со своим партнером. Хотя Драко был в восторге от того, что Гарри признался ему в любви, он не мог позволить себе радоваться. Слизеринец просто уставился на него – на этого парня, которому всегда было наплевать на то, что думают другие. Который с легкостью выносил насмешки и издевки. Который шел своим путем, наперекор всему, вне правил и ожиданий. Который был смелым. И вдруг Драко с болезненной ясностью понял: он сам таким не был. Он не был смелым. Не умел плыть против течения. Не стоял выше чужих слов. Ему было не все равно, что о нем говорят. Драко беспомощно прошептал: – У меня тоже есть чувства к тебе, но мы можем быть вместе, не показывая их всем. Гарри слабо улыбнулся, протянулся к нему и нежно поцеловал. Драко закрыл глаза. – Но я так не хочу, – решительно прошептал Гарри. – Не хочу больше это скрывать. Он снова поцеловал Драко, затем отступил назад и надел брюки и рубашку. Затем взял в руки носки, туфли и мантию. – Я не хочу больше прятаться и поэтому лучше положить этому конец, Драко. Понимаю, что ты еще не готов. Но я не могу так продолжать, потому что это слишком мучительно.. это уничтожит меня. Гарри направился к двери, но снова обернулся. – Я буду скучать по этому... – тихо пробормотал он, оглядывая комнату и в последний раз бросая взгляд на Драко. Он, все еще закутанный лишь в одно одеяло, растерянно смотрел, как Гарри уходит.