Быть слабым – не стыдно!

Гарри действительно стало лучше. Когда в пятницу утром его разбудила медсестра, голова все еще болела и он чувствовал себя так, будто его избили, но сознание заметно прояснилось. Негнущимися, дрожащими пальцами он потянулся за очками на тумбочке. Вот теперь все выглядело куда яснее! – Мистер Поттер, как вы себя чувствуете? – дружелюбно поинтересовалась медсестра, внимательно за ним наблюдая. – У меня все болит, – признался Гарри хриплым и тихим голосом. – Что произошло? – Несчастный случай на квиддиче. – пояснила она, бросив взгляд на странный прибор у кровати и довольно кивнув. Ах да… матч против Когтеврана. Правда, он плохо это помнил. Но тихий голос в голове подсказывал, что дело именно в той игре. Ничего себе, насколько сильно он должен был пострадать, раз оказался в Святом Мунго? Мадам Помфри всегда легко справлялась с любыми травмами, которые он получал в Хогвартсе. – Почему я здесь? Он посмотрел на себя, но явных повреждений не увидел. Левая нога казалась странно скованной, а правое плечо и рука – чужими. – Об этом с вами поговорят целители. А сейчас мы проверим, как ваше тело справляется с едой. – ответила она, взмахнула палочкой и дверь открылась. В комнату вплыл поднос с небольшой порцией творога. Второй взмах — и изголовье кровати слегка приподнялось, чтобы он мог сесть. Еда оказалась делом непростым. Хотя порция была действительно небольшой, Гарри так и не смог доесть все до конца. К тому же ему пришлось как-то координировать действия левой руки – правая все еще была подключена к капельнице. Все делалось медленно и с трудом. В какой-то момент рука начала подрагивать, из-за чего творог буквально жил своей жизнью. В конце концов Гарри сдался, отодвинул миску и устало закрыл глаза. Он был сыт, испачкан и вымотан. После этого пришел один из целителей, чтобы рассказать ему о полученных травмах. Гарри хмурился, но слушал очень внимательно. Все это звучало довольно тревожно, но объясняло и ноющее тело, и затрудненное дыхание, и головную боль. – И как узнать, есть ли серьезные повреждения? – устало спросил он. – Ну… для начала я был бы доволен, если бы вы смогли пошевелить пальцами ног. Звучало разумно. Гарри сосредоточился на пальцах и довольно легко ими пошевелил. – Это хорошо. Как только у вас появится немного сил, проведем дальнейшие тесты на координацию движений. Что касается мозга… мы тоже проведем проверки, особенно на кратковременную и долговременную память. Пока что все выглядит неплохо. Гарри вновь кивнул и снова закрыл глаза. – Кстати, у вас посетитель. – сообщил целитель. Гарри взглянул на него с надеждой. Он смутно помнил, что Драко уже был здесь. Правда ведь? Или это все же был сон?.. Хотя нет, он почти уверен. Наверняка его парень снова к нему пришел. – Я… мне нужно помыться. – сказал Гарри, чувствуя себя немного неловко. Было настоящим шоком узнать, что он провел без сознания целых двенадцать дней. Гарри даже думать не хотел, как тяжело было его друзьям все это время. Тем не менее, сейчас ему было важно умыться, почистить зубы и хоть немного привести себя в порядок. – Я пришлю медсестру… хотя полноценное мытье пока невозможно. Вы еще недостаточно подвижны. Придется обойтись магической очисткой. Гарри кивнул. Это все равно лучше, чем ничего. После умывания он почувствовал себя немного лучше. Правда, чистка зубов оказалась настоящим испытанием. Использовать левую руку было очень неудобно. К тому же, она все время начинала непроизвольно дрожать. В глубине души Гарри надеялся, что это пройдет. Его тело все еще восстанавливалось. Со временем станет лучше. Два часа бодрствования вымотали его окончательно. Уставший, он посмотрел на дверь, ожидая, что сейчас войдет Драко. На его лице появлялась широкая улыбка, когда дверь наконец распахнулась. – Драко… – прошептал он, чувствуя, как в животе заиграли бабочки. – Ну да, и я рад тебя видеть, дружище! – раздался голос Рона и улыбка на лице Гарри на мгновение застыла, прежде чем сменилась неловкой и немного смущенной. Ах да. У него ведь еще были друзья, которые тоже были рады, что он очнулся. Рон уже стоял у кровати и улыбался. За его спиной появились Джинни и Гермиона, которые тоже засияли, увидев Гарри сидящим в постели. – Привет, ребята. – поздоровался Гарри, чуть подняв руку в знак приветствия, и теперь уже искренне улыбнулся. Он был рад видеть своих друзей! Джинни первой подошла к нему, села рядом, взяла его за руку и с теплой улыбкой спросила: – Как ты себя чувствуешь? – Устал. – признался Гарри, слегка сжав ее руку. Даже это вдруг оказалось очень утомительным. Гермиона тем временем наколдовала два дополнительных стула и села с другой стороны от кровати. – Мы очень за тебя волновались! – Простите.. – пробормотал Гарри виновато и тут же закашлялся. Сегодня он слишком много говорил и это отразилось на дыхании. Но, по словам целителя, это нормально – его легкое все еще восстанавливалось. – Не извиняйся, – мягко сказала Гермиона. – Мы просто рады, что ты наконец очнулся. Джинни и Драко чуть с ума не сошли. Драко. Да, он мог себе это представить. Слизеринец наверняка сильно переживал. Особенно, когда было неизвестно, выживет ли Гарри вообще. – Где он? – прошептал Гарри и снова закашлялся. – На занятиях. Но ему позволили прогулять Зелья и прийти сюда, – небрежно ответил Рон, хотя на его лице ясно читалась улыбка. – Наверняка он и обед пропустит, лишь бы прийти пораньше. Гарри что-то невнятно пробормотал, но потом сдался и с усталой улыбкой закрыл глаза. Он был измотан. Тем не менее в голове все еще роились вопросы. – Что со мной случилось? – спросил он. Гермиона взялась подробно пересказывать матч, а Рон и Джинни дополняли рассказ, особенно моменты, когда ему начали оказывать первую помощь – они были рядом с ним. Гарри лежал с закрытыми глазами и внимательно слушал. Похоже, его с метлы сшиб какой-то дикий бладжер. У него возникли другие вопросы, но он понимал, что задать их все не получится. Придется подождать еще пару дней. Когда его друзьям пришлось уйти, Гарри даже немного обрадовался. Было приятно узнать, что нового в Хогвартсе, но он чувствовал себя совершенно разбитым и очень быстро провалился в сон. Он уже не видел, как Гермиона поцеловала его в щеку, а Джинни нежно провела рукой по волосам, выглядывавшим из-под белой повязки. – С ним все будет хорошо. – с облегчением сказал Рон, когда они вышли в коридор и попрощались с дежурной медсестрой. – Похоже на то. – согласилась Гермиона, взяла Рона за руку и счастливо зашагала рядом. – Тебе полегчало, Джинни? – спросила Гермиона, обернувшись через плечо к сестре своего парня. Та кивнула и на ее лице действительно отразилось облегчение. – Да! – И что ты теперь собираешься делать с Тео? – тут же поинтересовалась Гермиона. Девушка тяжело вздохнула и беспомощно пожала плечами. – Я не знаю. Ну правда… Я ему уже тысячу раз объясняла, что все не так, как он думает. Что мне еще сделать? – На его месте я бы тоже злился, – признал Рон. – Честно, Джинни, у меня такое ощущение, что кроме тебя и Гарри никто толком не понимает, что происходит. – Между мной и Гарри ничего нет! – раздраженно возразила она. – Все не так, как вы себе воображаете. – Тогда, может, стоит объяснить это Тео так, чтобы он тебе поверил, – заметила Гермиона. – Если ты не хочешь с ним ничего серьезного – это нормально. Но тогда просто будь с ним честна. Тео всегда был искренен с тобой и заслуживает того же. Джинни откинула за ухо прядь своих длинных волос, затем взялась за свободную руку Гермионы. –Я боюсь, что мне снова сделают больно. – тихо призналась она. – Но сейчас все иначе, Джинни, – мягко сказала Гермиона. – Тео правда к тебе неравнодушен. Он тебя не обидит. А сейчас ты его ранишь, а не он тебя. После этих слов Гермиона отпустила обоих Уизли, так как они как раз дошли до камина, ведущего в Хогвартс. Что Джинни с этим сделает, это только ее дело. *** На Трансфигурации и Алхимии Гермиона постоянно ощущала взгляд Драко. Он, судя по всему, очень хотел узнать, как там Гарри. Слизеринец выглядел заметно лучше, чем в предыдущие дни. Он снова был сосредоточен и следил за тем, что происходило на занятиях. Да и выглядел выспавшимся. Понимая, как сильно он мучается, Гермиона решила избавить его от необходимости подходить первым. После Алхимии она быстро собрала свои вещи и направилась к слизеринцам. – С ним все хорошо. Гермиона начала разговор без лишних вступлений, за что удостоилась удивленного взгляда от Драко и одобрительного – от Блейза. – Гарри задавал вопросы о несчастном случае, внимательно слушал и уснул только тогда, когда нам уже пришлось уходить. И он спрашивал о тебе. Он очень ждет, когда ты придешь. Драко молча смотрел на нее некоторое время, а затем просто сказал: – Спасибо. И по тону было ясно, что слизеринец говорит это абсолютно искренне. Гермиона улыбнулась ему и кивнула. Поведение Драко по отношению к Джинни ей все еще не нравилось, но это было не ее дело. Она обещала Гарри, что постарается принять Драко. Да и вообще, она давно заметила, что на самом деле он не так уж плох. Гермиона уже собиралась уйти, как нерешительно вмешался Тео: –А как Джинни? Гермиона остановилась, на миг прикусила губу, размышляя, что и как сказать. Она не хотела выставлять чувства Джинни напоказ, но и не хотела давать слизеринцу повод думать, что его тревоги были оправданы. — Она, как и все мы, просто облегченно выдохнула. И, по-моему, она хочет с тобой поговорить. Тео, Джинни не из тех, кто интригует или врет. Она очень прямолинейная. Иногда даже чересчур. Вся эта история с Гарри и Джинни... ее никто толком не понимает, честно, я и сама не понимаю. Но она бы не стала лгать. Этим Гермиона и ограничилась. Такого вмешательства в чужие дела было более чем достаточно. Похоже, ее слова подействовали: Тео выглядел немного менее напряженным. Блейз усмехнулся и хлопнул его по плечу. А когда Гермиона вышла, она заметила, что Драко смотрит на нее с сомнением. Но в этом случае он не мог быть объективным. *** После быстрого обеда Драко вновь направился в больницу. Поел он исключительно потому, что Блейз был очень настойчив. Он даже пригрозил настучать на него МакГонагалл. После порции гуляша Драко быстро привел себя в порядок. Ему хотелось использовать отведенное на визит время по максимуму. У него был один урок Зельеварения, затем свободный урок и короткая перемена, прежде чем нужно было возвращаться на занятия по Чарам и Древним рунам. Чтобы сэкономить время, он сразу взял с собой школьную сумку и, бросив взгляд на наручные часы, подсчитал, что у них есть чуть больше двух часов. Он надеялся, что Гарри выспался и сможет хоть немного с ним поговорить. Драко вдруг начал волноваться, когда оказался в Святого Мунго. Но ноги сами несли его по знакомому маршруту. Он, как полагается, зарегистрировался на входе, а затем постучал в дверь палаты. И услышал тихий голос своего парня. С замирающим сердцем Драко открыл дверь, вошел – и смог только удивиться: Гарри сидел в кровати с приподнятым изголовьем и улыбался ему сквозь густую бороду. Как только дверь за его спиной закрылась, Драко бросил сумку на пол и быстро подошел к больничной койке. Он осторожно сел на край кровати, затем очень бережно обнял Гарри, уткнувшись лицом в его взъерошенные волосы. Это могло показаться слащавым и не очень мужественным, но держать в объятиях живого, дышащего Гарри, слышать, как он тихонько смеется.. все это довело Драко до слез. Он крепко прижал гриффиндорца к себе. Вот оно – все то, что имеет для него значение. Гарри. Невредимый. Прижимать к себе его теплое тело – это было неописуемо. Настоящий подарок. Гарри позволил себе утонуть в крепких объятиях Драко. Свободной от капельницы рукой он провел по его спине и глубоко вдохнул его запах. Эта смесь парфюма и лосьона после бритья была такой до боли знакомой, такой непередаваемо «драковской», что у него буквально подкосились ноги, хотя он и сидел. Только когда он почувствовал что-то мокрое на своей шее, Гарри понял, что слизеринец плачет. Оу. Это было... неожиданно? – Все хорошо.. я жив. – прошептал он успокаивающе, а затем немного отстранился, чтобы заглянуть в лицо Драко. Оно было влажным от слез. Глаза покраснели, а сам он немного дрожал. Но на обычно надменном лице Драко сияла и мягкая улыбка. Гарри ласково провел рукой по его щеке. – Ты жив. – повторил Драко всхлипывая, прижался щекой к ладони Гарри. – Я так боялся. – признался он спустя минуту и из его глаз снова хлынули слезы. Гарри был уверен, что из них двоих ему повезло больше. Да, он тут валялся без сознания и его тело многое пережило, но он почти ничего из этого не помнил. Он просто спал двенадцать дней. А для Драко это, наверное, было настоящим адом. Целых двенадцать дней не знать, выживет ли тот, кого любишь... Нет, Гарри даже представить себе не мог, каково это. Все, что гриффиндорец мог сделать, чтобы хоть немного облегчить боль Драко – это наклониться и нежно поцеловать. Он ласково коснулся соленых слез на его мягких губах и прижался к Драко всем телом. Драко сразу ответил на поцелуй, обхватив руками лицо Гарри. Поттеровская борода казалась немного непривычной, но это нисколько не мешало моменту. Он жаждал прикоснуться к Гарри и снова иметь возможность его целовать. Драко игриво коснулся языком губ Гарри, затем проник внутрь, чтобы сделать поцелуй глубже. Он мог бы сидеть здесь весь день и целовать его. Можно ли было представить более убедительное доказательство того, что Гарри жив и полон сил, чем это? Почти в отчаянии Драко целовал своего парня, стараясь вложить в эту нежную ласку все свои чувства. Но этого было мало, совсем мало. Один поцелуй не мог выразить всего того, что волновало его сердце. Прошла вечность, прежде чем слизеринец медленно отстранился от Гарри и прижал лоб к его лбу. Гриффиндорец тяжело дышал, будто только что занимался спортом. Но при этом он улыбался. Эта улыбка была для Драко всем миром. Гарри был его миром. Он был тем человеком, которого Драко больше никогда не хотел терять. Он чуть отстранился и провел большим пальцем по покрасневшим губам гриффиндорца. Гарри тоже открыл глаза и уставился на него своими зелеными глазами, сверкающими, как изумруды. – Я люблю тебя. – прошептал Драко, потрясенный своими эмоциями. Но он говорил это совершенно искренне. Вот они, эти три слова, которые Драко никогда не собирался говорить первым. Но он побывал на краю пропасти и знал, что сойдет с ума, если Гарри умрет. И теперь слизеринцу было легко сказать эти слова. Он так сильно любил чертового гриффиндорца, что не видел смысла это скрывать. Гарри с удивлением посмотрел на него. Он был сбит с толку этим словами. Драко Малфой любит его. Драко. Малфой. Любит. Его. В его животе неистово закружились бабочки, сердце забилось быстрее и стало невыносимо жарко. Гарри не нужно было думать, он и так давно знал, что чувствует. Правда, Гарри никогда не думал, что именно Драко скажет эти слова первым. Ему всегда казалось, что первый шаг сделает он сам. Но Драко снова удивил его. – И я люблю тебя. – прошептал Гарри в ответ, слегка покраснев. Они сидели, улыбаясь друг другу. Может ли быть что-то лучше, чем уверенность в том, что твоя любовь взаимна? Гарри не мог придумать ничего, что было хоть немного похоже на это. *** – Ты пропускаешь уроки, чтобы быть здесь? – спросил Гарри спустя некоторое время. Драко сидел на стуле рядом с его кроватью и непрестанно гладил большим пальцем ладонь Гарри. – Ммм… – ответил Драко несколько сдержанно, но при этом видя обеспокоенный взгляд Гарри. Наверное, Гарри думал о последствиях. О том, что будет, если о них узнают. Кажется, никто не сказал ему, что прятки уже закончились. – Когда ты упал на поле и все подумали, что ты мертв, я не смог сохранить самообладание, – признался Драко несколько уклончиво, почесывая затылок. – Похоже, из-за моей, признаться, немного панической реакции, все сразу понял, что ты для меня очень важен. Моя погоня за твоими носилками, видимо, стала последним гвоздем в крышку гроба. Все догадались, что я – твой парень. Гарри показалось, что Драко рассказывает это удивительно спокойно и даже с легкой долей иронии. Что же случилось с тем Драко, который панически боялся, что все выйдет наружу? – Как ты? – спросил Гарри. Драко тяжело вздохнул и некоторое время молча смотрел на Гарри. – В последние дни у меня были дела поважнее... Но да… какой-то идиот слил это в "Пророк". Ужас, что они там написали. Теперь эти идиоты думают, что злой Пожиратель смерти заколдовал тебя Империусом или любовным зельем. Выбирай сам, какой вариант лучше. – Мне жаль. – пробормотал Гарри с сожалением, что не может встать и обнять Драко. – Не стоит, – ответил Драко. – Люди – идиоты. – В школе все нормально? – Нормально. – соврал Драко, улыбаясь. Он был хорош в лжи. Не нужно, чтобы Гарри переживал из-за придурков, которые болтают всякую чепуху. К тому же, с тех пор как МакГонагалл вмешалась, стало действительно немного лучше. *** Новость о том, что Гарри Поттер снова среди живых, разнеслась по школе, словно пожар. На факультете Гриффиндора настроение заметно поднялось и Симус даже организовал "вечеринку в честь живого Гарри Поттера", хотя сам выживший не мог на нее прийти. Слизерин тоже вздохнул с облегчением, глядя на повеселевшего Малфоя. В последние дни многие хлопали Драко по плечу и улыбались, выражая свою поддержку. Даже большинство когтеврановцев и пуффендуйцев выглядели веселее от того, что Гарри очнулся. Лишь группа вокруг Смита казалась далека от радости, хотя они и не выказывали этого при учителях. Большую часть выходных Драко провел в больнице Святого Мунго, причем Гарри настоял, чтобы он взял с собой школьные принадлежности. Так хоть кто-то из них мог делать домашнее задание. Это была очень хорошая идея, ведь у Драко накопилась огромная гора незавершенной работы. Он догонял пропущенное, да и Гарри тоже начал привыкать к учебе. Целители пока запретили ему перегружать мозг, но он был рад заняться хоть чем-то полезным. Даже присутствие Джинни Драко терпел молча, но только потому что она всегда была в компании Тео. К тому же девушка старалась не сближаться с Гарри и вела себя, как друг. Так что с этим Драко мог смириться. Присутствие Гермионы оказалось даже полезным, как заметил Драко в воскресенье. Несмотря на обстоятельства, она была в курсе домашних заданий и помогала ему с Арифмантикой, давая советы, даже когда он их не просил. В понедельник целители сошлись во мнении, что Гарри достаточно восстановился для первых тестов. После завтрака сняли капельницу и повязку на голове, после чего тот сразу почувствовал себя немного лучше. – Итак, мистер Поттер, – начала целительница с заплетенными в длинную косу каштановыми волосами. Рядом с ней в воздухе парили планшет с пергаментом и самопишущее перо. – Попробуйте, пожалуйста, сесть и свесить ноги с кровати. Гарри немного нервничал. С тех пор, как в четверг он проснулся, он только и делал, что лежал. Тем не менее сейчас Гарри полностью сел, подтянул ноги и перебросил их через край кровати. Ладно, это было несложно. Сначала он выполнил несколько простых команд: выпрямить ноги, подтянуть пальцы, немного поднять левую ногу, немного поднять правую. Гарри с удовлетворением отметил, что со всем справился. – Хорошо, тогда сейчас мы вас поднимем. – объяснила целительница и подала знак сидящей в углу палаты медсестре. Они подошли к Гарри, по одному обхватили его за плечи, чтобы немного поддержать. Целительница досчитала до трех, затем они вместе помогли ему встать. Гарри задержал дыхание и поднялся на ноги. Конечно, он чувствовал себя неуверенным и уставшим, но мог стоять. Гарри сделал несколько шагов к двери комнаты, затем осторожно повернулся. Это было утомительно, но скорее из-за легких. Ноги были немного скованными и не очень выносливыми, что неудивительно после двух недель лежания. – Я вернусь обратно один. – решительно сказал он. Целительница кивнула и они осторожно его отпустили. Гарри напрягся и начал медленно переставлять ноги. Достигнув кровати, он сел и тяжело вздохнул. – Как ваши ноги? – Немного тяжелые и скованные. И дышать тяжело.. – признался Гарри. Он действительно с трудом дышал, чувствовал себя измотанным и слегка вспотевшим. И это всего лишь после нескольких метров. — Ваши легкие сильно пострадали, мистер Поттер. Пройдет некоторое время, прежде чем ваша выносливость восстановится. Мы будем поддерживать вас с помощью специального зелья. Сестра Ханна, принесите, пожалуйста, дыхательный тренажер для мистера Поттера и покажите, как им пользоваться. Чем усерднее вы будете с ним заниматься, тем быстрее ваши легкие снова полностью восстановятся. Сестра Ханна быстро вышла из палаты. Гарри казалось, что почти все врачи и медсестры очень ему стараются помочь. Они заботились о нем, были необычайно внимательны и обходительны. Здесь Гарри все еще был Избранным, героем. И он принимал это без лишних слов. Только один пожилой врач с густыми бровями был очень холоден и отстранен. Но почему – Гарри не знал. Чтобы проверить работу мозга, они дали Гарри пять слов, которые он должен был помнить до вечера. Это было легкое упражнение. После обеда в дверь постучали и в комнату сразу же вошел Драко. Гарри радостно ему улыбнулся. Драко выглядел явно лучше, чем в прошлую пятницу. Вернулся нормальный цвет лица, да и синяки под глазами значительно уменьшились. Но он все еще выглядел очень худым. Гарри был уверен, что после случившегося слизеринец целыми днями ничего не ел. – Ты пообедал? – спросил Гарри после приветственного поцелуя. Драко закатил глаза. – Я же тебе обещал, не так ли? Обещал. Гарри потребовал это обещание в воскресенье, заметив, что Драко пропускал слишком много приемов пищи. – Как ты себя чувствуешь? – Устал, – признался Гарри, но все равно ему улыбался. – Я прошел тест на моторику! Это вызвало улыбку и у Драко. – Я знал, что ты справишься! – Я сам ходил! Было тяжело, но скорее из-за дыхания. – Это скоро пройдет. Драко радостно посмотрел на гриффиндорца, затем сел рядом на кровать и снова его поцеловал. Гарри улыбался сквозь поцелуи, потом пробормотал: – Я уже не могу дождаться, когда выйду отсюда и снова смогу проводить с тобой время. Блондин рассмеялся. – Если ты можешь думать о таком, значит тебе действительно лучше. – поддразнил он Гарри. Гарри улыбнулся и пожал плечами. – Ты разве не рад? Бледное лицо снова стало серьезным. Он положил руку на щеку Гарри. Борода была совершенно неухоженной и Гарри нужно было что-то с ней делать. Он выглядел как бородатый лесоруб. – Честно говоря, я еще не думал об этом. Я просто рад, что ты еще дышишь. Эти слова заставили Гарри сиять. Он игриво поцеловал блондина и захихикал: – Мне нравится, когда ты становишься таким романтичным. Слизеринец прищурился и поджал губы. Он никогда не был романтиком, никогда. Через некоторое время в комнату вошла медсестра, которая приходила утром. Драко тихо соскользнул с кровати и занял стул. – Итак, мистер Поттер, какие слова вы должны были запомнить? – Котел, саламандра, волос единорога, сливочное пиво, плащ. – он быстро перечислил все слова, что вызвало у медсестры довольное кивание. – Прекрасно. Ваша кратковременная память в порядке. Похоже, с долговременной памятью у вас тоже нет проблем. Переходим к последнему тесту. – Она достала два пергамента, перо и чернила, затем поставила на кровать небольшой столик и все разложила. – Пожалуйста, перепишите текст своим самым красивым почерком. Драко насмешливо фыркнул. – Он провалит этот тест, – весело заметил слизеринец. – У него нет красивого почерка. У Гарри действительно не умел так писать. Его почерк был неразборчивыми каракулями, которые превосходил только совершенно отвратительный почерк Рона. Медсестра улыбнулась: – Ну, все же постарайтесь сделать это в пределах своих возможностей. Гарри бросил Драко злой взгляд. – Не у всех девчачий почерк! – язвительно заметил он, но Драко это проигнорировал. Поттер просто завидовал тому, что он пишет очень аккуратно и изящно. Гарри молча взял перо, окунул его в чернильницу и начал переписывать текст. Его рука казалась немного скованной, когда он держал перо, но это неудивительно. Правое плечо была сильно вывихнуто и ему нужно было заново привыкнуть к нагрузкам. Гарри ощущал это даже во время еды или чистки зубов. Гарри частно старался писать аккуратно, но продвинулся всего на несколько слов, когда рука вдруг начала неконтролируемо дрожать, разбрызгивая чернила по пергаменту. Левой рукой он тут же обхватил свое правое запястье. Гарри чувствовал взгляды Драко и медсестры, но делал вид, что все в порядке. Когда дрожь утихла, он снова окунул перо в чернила и вернулся к пергаменту. Лучше. Пять слов, шесть, семь. Ничего не происходило. Восемь, девять. Вдруг он почувствовал небольшой электрический разряд, рука снова сильно задрожала и чернила разбрызгались по пергаменту. Медсестра подошла к Гарри, взяла перо из его дрожащих пальцев и внимательно осмотрела руку. Гарри запаниковал. Это было плохо, не так ли? По ее взгляду было видно, что она явно не ожидала чего-то подобного. – Раньше такое уже случалось? – заинтересованно спросила она, повернула его руку ладонью вверх и профессионально ощупала сухожилия на запястье. – Иногда... – неуверенно признался Гарри. – Когда ел или чистил зубы.. Она кивнула и слегка прищурила глаза. – Ну... мы обсудим ситуацию и проведем дополнительные обследования, чтобы найти причину. – Она ободряюще улыбнулась, собрала пергамент и перо, после чего вышла из палаты. Гарри молча проводил ее взглядом. Они справятся с этим, не так ли? По сравнению с раздробленным черепом, разорванной аортой, сломанными ребрами и коллапсом легкого это должно быть пустяком. Драко взял его руку и ободряюще ее сжал ее. – Они найдут причину и помогут. – А если нет? – Давай будем думать о хорошем. – сказал Драко, не желая погружаться в беспочвенные догадки или заставлять Гарри волноваться. Мерлин, гриффиндорец чуть не умер. Эта легкая дрожь, скорее всего, была просто реакцией его тела. Даже магия так быстро не исправляет подобные травмы. – Лучше покажи мне, как ты встаешь! И Гарри пришлось сосредоточиться на том, что у него получалось. Драко с гордостью смотрел, как он медленно сползает с кровати, а затем встает перед ним. Конечно, Гарри тяжело дышал и, казалось, ему приходилось тратить на это все силы. Но он стоял! Улыбаясь, блондин тоже встал, положил руку Гарри на шею и наклонился, чтобы нежно поцеловать. Гриффиндорец справился со сломанным позвонком, так что этот дурацкий тремор руки он точно возьмет под контроль.