Океан - часть тебя // But the ocean belongs to you

Место: Джервис-Бэй, Новый Южный Уэльс, Австралия Температура: 24°C Влажность: 78% Ветер: 2.4 м/с, ЮВ Вторая неделя Две недели прошли относительно разнообразно: плановые поездки к месту погружения, которые сопровождались вечерним употреблением немалого количества дешёвого пива. Всё было просто: Вай ныряла, а Кейт вела записи. Вай собирала информацию — Кейт её анализировала. Каждый раз, когда Вай выныривала, поднявшись с глубины, Кейт её уже ожидала, готовая помочь с поднятием на борт и снятием экипировки. Когда Вай поднималась по лестнице, капли морской воды блестели на её коже, а крошечные бусинки соли, находившиеся на её розовых волосах, сияли под теплым австралийским солнцем. Каждый раз, когда она успевала подумать о полотенце — оно уже было в руках Кейт. Отстегнуть ремни BCD, открутить регулятор от баллона, открепить подводный компьютер, далее — полотенце. Это почти уже вошло в привычку. Кейтлин сначала прижимала его к влажному лбу Вай, нежно проводя по мокрым волосам. Далее — лицо. А после оно оказывалось у челюсти девушки. Рука Кейтлин всегда инстинктивно тянулась, чтобы слегка приподнять лицо дайверши кончиками пальцев. Как будто это всегда было частью её работы. Вай никогда не останавливала Кейтлин за этим процессом. Она никогда не отстранялась от неё, и ей не приходилось самой заниматься поисками полотенца. Она просто стояла, позволяя Кейтлин управлять ситуацией и заботиться о ней. Иногда, когда полотенце слетало в сторону от лица, можно было заметить лёгкий след улыбки, задерживающийся на уголках губ дайверши. Она быстро появлялась. Также быстро, как и исчезала. Это было мелочью, чтобы заметить, но Кейтлин замечала это. Каждый раз. Она всегда находилась близко к Вай. Настолько близко, что видела самые незаметные вещи: еле заметные веснушки, покрывающие нос и скулы Вай; небольшой, почти невидимый шрам на её верхней губе; капли морской воды, медленно спускающиеся вниз от горла до ямки, что находилась между ключиц. Она была слишком близко к ней. Чертовски близко. В тот момент, когда Кейтлин почувствовала, что её лицо излучало цвет томатной пасты, единственным, что пришло ей в голову было накрыть полотенцем лицо Вай, полностью лишив её возможности видеть. Вай издала слегка испуганный звук под куском ткани: — Мх… Кейт, что за фигня? Кейтлин почувствовала, как её сердце среагировало на имя, произнесённое Вай, сильными и частыми ударами. Она заставила себя сосредоточиться на том, чтобы взять ситуацию под контроль. На том, чтобы вернуть своему выражению лица прежде присущую ему нейтральность. На чём угодно, кроме жара, что пробирался по её коже. — Не двигайся, — пробормотала она, намеренно прижимая полотенце к лицу Вай, чтобы точно лишить возможности видеть. Вай издала полусдавленный смешок, приглушённый тканью, но, несомненно, с оттенком веселья: — …Ты хочешь меня задушить? — Я просто протираю, — возразила Кейтлин, будто отстранённо, словно она вообще не проклинала себя за такую ​​реакцию. Она услышала, как Вай тихо и слегка поддразнивающее усмехнулась под тканью, приподняв полотенце настолько, чтобы снова встретиться с Кейтлин взглядом. Кейтлин не хотела, чтобы такое повторилось второй раз. Она надеялась, чтобы Вай её больше никогда не заметила за откровенным поеданием глазами дайверши. Несмотря на все эти шутки, Кейтлин хватило двух недель, чтобы усвоить одну неоспоримую истину: Вай была преданна делу и внимательна к деталям. Она точно знала какие места должны были попасть в кадр записывающего устройства. Вай маневрировала среди рифов, не нарушая естественную экосистему, словно была её частью. И что ещё важнее: она знала, чего хочет Кейтлин. Вай сама, без указаний или просьб биолога, записывала в журнал температурные колебания, наносила на карту изменения в движении рыб и отмечала все ключевые места для будущих исследований. Она была не просто нанятым дайвером, который бесцельно погружался в воду, пока Кейтлин делала настоящую работу. Она была словно продолжением её исследований. Несмотря на изначальное нежелание Кейтлин доверять свою работу другим, у неё ни разу не возникало необходимости перепроверить данные, которые вносила Вай. К своему удивлению, Кейтлин начала осознавать, что такая помощь её нисколько не смущала. Но была одна проблема. Вай прислушивалась к Кейтлин, но не во всём. Биолог заметила это только утром, спустя неделю после начала экспедиции, когда они занимались подготовкой к следующему погружению. Вай, несмотря на всё её мастерство, глубоководные познания, на весь её опыт, который позволял ей быть более осведомленной во многих вопросах, чем большинство других, была, в буквальном смысле, идиоткой. Ей напоминали. Её предупреждали. — Вай, нанеси солнцезащитный крем. УФ-индекс слишком высокий. Вай, ухмыляясь, отмахнулась от Кейтлин с той лёгкостью, что присуща человеку, который никогда не сталкивался с последствиями: — Да зачем? Всё нормально. Вода ведь отражает свет, а я буду под ней половину времени. Кейтлин провела достаточно времени с упрямыми исследователями, которые считали себя неуязвимыми, поэтому она просто вздохнула и предоставила Вай возможность пройти через опыт неизбежного самой. Всё оказалось логично предсказуемым. Она сидела на краю лодки, а её затылок был окрашен в тот самый оттенок красного. Кейтлин прислонилась к перилам, скрестив руки, и молча наблюдала, с явным удовлетворением, на итог своей исключительной, бесспорной и впечатляющей правоты. — Я же говорила. Вай застонала и провела рукой по затылку: — Отлично. Продолжай дальше свою «прожарку». — Солнце меня опередило. Вай фыркнула, наклонив голову назад. К Кейтлин. — Пройдёт. У меня быстрый метаболизм. Кейтлин почти закатила глаза, открывая одну из сумок с оборудованием и вытащила оттуда бутылку солнцезащитного крема. Без всякого предупреждения она бросила её Вай. Удивительным было то, что та её не поймала — бутылка ударилась о палубу мягким звуком. Вай моргнула: — …Ты хочешь, чтобы я сделала это сама? Кейтлин резко вздохнула, уже сожалея о своем ответе: — Боже, повернись тогда. Вай ухмыльнулась, но на этот раз она действительно послушала девушку. Кейтлин шагнула вперёд, прихватив молнию пальцами и медленно сдвинула её вниз, обнажив мускулистую спину дайверши. Её кожа всё еще была влажной от солёной воды и слегка загорелой от часов, проведённых на лодке. Опустив молнию еще ниже, Кейтлин увидела тату, что была выполнена в темном цвете и имела множество мелких деталей, раскинувшись по всей спине, и обогнув одну сторону шеи. Рука биолога напряглась. Рисунок был настолько плавным и органичным, что Кейтлин, возможно, с любопытством бы изучила каждую линию, если бы не претерпевала в тот момент еще один небольшой экзистенциальный кризис. Вай и тату были единым целым: вероятно, она уже относилась к ним как чему-то, что было с ней всегда, не удивляясь, как в первый раз, когда украдкой замечала их в зеркале. Однако, Кейтлин должна была усиленно притворяться, чтобы не смотреть на них в открытую. Вай, которая, по-видимому, начала замечать внезапную потерянность Кейтлин в своих рассуждениях, вздохнула и повела плечами: — Не останавливайся, практика вживую — лучший способ научиться. Кейтлин очнулась так резко, что чуть не выронила бутылку: — Помолчи. Вай лишь только усмехнулась. Кейтлин, покрасневшая теперь не только из-за солнца, выдавила на ладонь слишком много солнцезащитного крема и поспешно нанесла его на спину Вай. Это была ошибка. Большая ошибка. Прикосновение к её коже было неизбежным. Её ладонь провела по коже, покрытой татуировкой, пальцы скользнули по краям рисунка, по крепким и теплым мышцам. Её рука задержалась на такое количество времени, за которое можно было успеть намазать большой участок кожи. Она знала: отойти, схватить полотенце или сделать что-нибудь ещё — было верным решением. Но вместо этого она осталась стоять там: за Вай. Спина Вай не была прикрыта. Она выглядела, как холст нагретой солнцем кожи, омраченный лишь едва заметными шрамами, чернильными разводами татуировки и едва заметным движением мышц при движении. Позабыв о всякой логике, рациональности и здравом смысле, навязчивая мысль мелькнула в голове Кейтлин. А что, если я обниму её за талию, прижмусь щекой к её плечу и почувствую под ладонями, как она дышит? В ту секунду, когда она почти дотянулась до талии Вай, разум Кейтлин вмиг чуть не отключился. Её рука дернулась назад настолько быстро, что она чудом осталась на месте, не улетев по инерции назад. Что… это… было? Это было глупо. Не похоже на неё. И по-настоящему бредово. Проклятье. Наверное, ей нужно было сойти с этой чёртовой лодки и броситься в воду. Вай, всё ещё пребывающая в блаженном неведении о масштабном экзистенциальном кризисе, бушующем в голове Кейтлин, тихо выдохнула и лениво вытянула руку над головой: — Ммм… Стало реально легче. Кейтлин не смотрела. Она не смотрела. Девушка схватила полотенце и бросила его в спину Вай: — Прикройся. Вай усмехнулась, с лёгкостью поймав его: — Ой, не стесняйся меня. Кейтлин обернулась так быстро, что это было похоже на отступление при явной угрозе жизни. Демонстративно сохраняя спокойствие, она пыталась даже не думать о том, что недавно была той, у которой возникла ужасная навязчивая мысль: обнять сзади девушку, которую биолог знала всего две недели. Если не брать в счёт череду личностных кризисов, что испытала Кейтлин, ей пришлось признать тот факт, что работать с Вай было, в каком-то смысле, комфортно и продуктивно.

***

Место: Джервис-Бэй, Новый Южный Уэльс, Австралия Температура: 23°C Влажность: 76% Ветер: 3.1 м/с, ЮЗ Третья неделя Кейтлин не заставляла Вай погружаться каждый день. Хоть сбор информации и зависел только от дайверши, ей, несмотря на то что она была опытной в этом деле, требовались восстановительные дни — дни декомпрессии, как она же их и называла, — необходимый перерыв в бесконечном цикле подготовок к погружению, дайвинга, записи данных, всплытия и повторения всего этого снова и снова. Для того, чтобы Вай не лишилась сил под конец шестимесячной экспедиции, Кейтлин составила расписание так, чтобы среди прочего обязательно присутствовали дни отдыха. Она проводила их за просмотром отснятого материала и анализом записанных данных, а Вай отдыхала. Кейтлин пыталась использовать эти дни максимально эффективно: составляла отчёты, несколько раз перепроверяла анализы образцов и занималась планированием следующих погружений. Вай также была очень продуктивна. Она продуктивно отдыхала, отсыпаясь до полудня, а затем просто блуждала по своему номеру. К большому раздражению Кейтлин, время от времени та нарушала её распорядок дня отвлекающими разговорами и совершенно ненужными комментариями к отчётам. Проведя несколько дней таким образом, услышать стук в дверь комнаты Кейтлин не было чем-то неожиданным. Биолог едва успела отвлечься от своего ноутбука, как уже оказалась около двери, чтобы открыть её Вай. Она была готова выслушать любую ерунду, которой Вай собиралась её обложить. Вай стояла за порогом, одетая в повседневные шорты для сёрфинга и свободную майку. Её волосы были слегка взъерошены, видимо, по причине недавнего сна. Увидев такую картину, Кейтлин сразу поняла: это будут не рабочие разговоры. — Зачем пришла? Вай прислонилась к дверному косяку: — Нам нужно прогуляться. Кейтлин моргнула в замешательстве: — Прогуляться? Вай указала на открытый балкон, где утреннее солнце покрывало золотистым светом крыши. — Изучить обстановку вокруг. Мы здесь уже три недели, а города ещё не видели. Кейтлин слегка нахмурилась: — Мы были заняты делами. Вай фыркнула: — Да, я знаю. Но у нас сегодня выходной, так что давай займёмся чем-нибудь, кроме залипания в ноутбук. Кейтлин вздохнула, понимая, что этот разговор может стать потенциальным спором: — И зачем же мне идти с тобой? Вай ухмыльнулась: — Очевидно: сама ты никуда не выберешься. Кейтлин открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его. Чёрт возьми. Вай была права. С тех пор как они приехали Кейтлин не позволяла себе заняться чем-нибудь, что не было бы связано с работой. Так было не только в этой экспедиции — так было всегда. Вай, должно быть, почувствовала её нерешительность, поэтому она слегка толкнула её в плечо: — Да ладно тебе. Это займёт немного времени. Кейтлин медленно выдохнула. Ей, вероятно, стоило остаться и не соглашаться на такое предложение, а провести весь день, читая эссе и составляя отчёты, для которых, на самом деле, у неё было отведено время и в другие дни. Она закрыла ноутбук и скрестила руки на груди: — Хорошо. Не долго.

***

В городе было более тихо и спокойно, чем ожидала Кейтлин. На улицах были небольшие, но красочные магазины, яркие вывески которых покачивались и немного скрипели от ветра, что дул со стороны берега. В воздухе можно было почувствовать слабый запах соли, что смешивался с ароматом свежесваренного кофе из кафе неподалёку. Напарницы просто гуляли по городу. Бесцельно. Свободно. Изучая местные окрестности. Вай, что было неудивительно, чувствовала себя как всегда расслабленно, засунув руки в карманы и ловя глазами всё, что ей попадалось по пути. Кейтлин всё ещё чувствовала себя слегка потерянной, словно ей нужно было быть в другом месте, а не праздно гулять. Они прошли мимо магазина товаров для сёрфинга и небольшого книжного магазинчика, пока что-то не привлекло внимание Вай в следующей лавке. Это было ожерелье из ракушек. Переливающаяся подвеска в виде ракушки на тонкой серебряной цепочке, простая, но элегантная. Вай остановилась перед окном, слегка наклонив голову, и уставилась прямо на него. Кейтлин взглянула на неё: — Хочешь приобрести его? Вай подтверждающее кивнула: — Да. Выглядит мило. — Это для тебя? Вай фыркнула: — Нет. Для моей сестры. Это каким-то образом привлекло интерес Кейтлин. Вай никогда раньше не упоминала, что у неё есть сестра. — У тебя есть сестра? — Да, — кивнула Вай, входя в магазин. — Зовут Паудер. Кейтлин последовала за ней, наблюдая, как Вай взяла ожерелье, вертя его на пальцах. — Она учится в колледже. Изучает инженерное дело. По какой-то причине это заставило Кейтлин задуматься. Она этого не ожидала. В инженерном деле нужно было обладать важными качествами: быть внимательным к мелочам, иметь хорошую концентрацию и обладать практическими навыками. Её взгляд метнулся от Вай к ожерелью: — Вы обе умные. Вай тихонько усмехнулась, слегка покачав головой: — Паудер действительно умна. Ей нравится что-то конструировать. Когда мы были детьми, она возилась со старой техникой. Она могла разобрать радио и собрать его за один день. В том, как Вай говорила о своей сестре, было что-то тёплое и нежное, но в то же время, чувствовалось, будто она пыталась не сказать лишнего о ней, пытаясь аккуратно пройти по фактам. Это пробудило искреннее любопытство Кейтлин. Она кивнула на ожерелье в руке Вай: — Ей понравится. Вай взглянула на неё, провела большим пальцем по гладкой поверхности ракушки и направилась к кассе с лёгкой улыбкой: — Да, понравится. Выйдя из магазина, они продолжили бесцельно блуждать, шагая в унисон с далеким шумом волн. Кейтлин не ожидала, что ей понравится прогулка с Вай без какой-либо определенной цели, маршрута или плана, ровно до того момента, как они оказались около уютной маленькой пекарни. Среди изысканной выпечки и пирогов на витрине стоял только один черничный кекс. Нежная ванильная основа, украшенная лёгкой глазурью цвета индиго, и, усыпанная сверху крошечными серебряными кусочками шоколада. Вай остановилась как вкопанная, указав прямо на него, без малейшего колебания. — Кейт, смотри. Похож на тебя. Кейтлин моргнула: — …Что? Вай повернулась к ней, ухмыляясь, словно только что открыла шестой океан: — Аккуратный маленький торнадо сверху. Всё на своём месте. Немного холодный снаружи, но, если откусить — невероятно сладкий внутри. Кейт — он копия тебя. Кейтлин уставилась на неё. Потом на кекс. Потом снова на Вай. — …Вай, это ведь просто кекс. Вай кивнула с лёгким смешком: — Я знаю. Теперь я буду называть тебя именно так. Кейтлин выдохнула, уже сожалея о каждом решении, которое привело её к этому моменту: — Не будешь. Вай, сияя от удовлетворения, вошла в пекарню. Кейтлин от безвыходности задержалась снаружи, глядя на витрину и изо всех сил стараясь не думать о том, насколько нелепым был способ, благодаря которому она только что получила себе новое прозвище. Она даже не возмутилась, когда Вай вернулась с тем единственным черничным кексом в руке. Каким-то образом, девушки оказались на берегу подле воды, на том самом месте, с которым они уже были хорошо знакомы. Волны мягко достигали берега, пока девушки шли рядом друг с другом вдоль береговой линии. Вай наслаждалась поеданием недавно купленного кекса, разговаривая с набитым ртом, что иногда было трудно разобрать. — Пуэрто-Рико невероятен, — она слизнула мелкую крошку с большого пальца. — Я была там однажды в пик сезона, и вся береговая линия светилась синим. Кейтлин задумалась, едва слушая. — Как-то хреново, что мы их тут ещё не видели. Может, дело в температуре. Думаю, вода должна прогреться как минимум до 27 градусов, чтобы процесс пошёл. Но я не знаю, может быть… Кейтлин вообще не слушала. Её внимание полностью и бесповоротно сосредоточилось на чём-то совершенно другом: на крошечном кусочке голубой глазури в уголке рта Вай. Её рука инстинктивно двинулась. Пальцы коснулись щеки Вай. Когда большой палец провел по губам, стирая глазурь, биолог успела осознать, что только что сделала. — Не шевелись, — рассеянно пробормотала Кейтлин, полностью сосредоточившись на том, чтобы убрать крошку, которая беспокоила её уже пять минут. Губы Вай не успев приоткрыться, тут же сомкнулись. Кейтлин осознала свою ошибку только тогда, когда почувствовала тепло и мягкость под большим пальцем. Губы Вай были мягкими. Невыносимо мягкими. На мгновение у биолога перехватило дыхание. Её рука задержалась там немного дольше, чем нужно, а кончики пальцев всё ещё нежно прижимались к теплой коже. Проклятье. Кейтлин мгновенно оцепенела. Она отдернула руку, словно кожа девушки обожгла её. Для Вай, казалось, в этой ситуации всё было идеально. Уголок её рта, но уже без крошек, изогнулся в медленной, почти самодовольной улыбке. — Чёрт, Кексик. Кейтлин не могла шевельнуться и сделать вдох. Вай слегка наклонила голову, излучая спокойную уверенность. — Это было по-настоящему горячо. Кейтлин едва не задохнулась, глотнув чистого воздуха. Тепло мгновенно залило её лицо, устремившись вниз по шее. Неконтролируемая реакция только усилилась, когда Вай улыбнулась ещё шире. — Пожалуйста, перестань меня так называть, — вздохнула Кейтлин. Вай, как и ожидалось, была довольна: — Окей, Кексик. Кейтлин развернулась и начала идти так быстро, что это практически приняло форму лёгкого бега. Она направилась к воде, в надежде, что сможет буквально сбежать от произошедшего. К сожалению, Вай легко поспевала за ней. Будучи позади, она изучала спину девушки, а с её губ не сходила её коронная ухмылка. Кейтлин резко выдохнула, фокусируясь на видах вдалеке. Волны плавно расстилались у её ног, словно насмехаясь над ней за то, как она разволновалась из-за какого-то пустяка. В какой-то момент её шаги наконец замедлились. Не намеренно. Не потому, что она этого хотела, а скорее бессознательно, в момент, когда Вай догнала её и шла рядом. Остатки смущения никуда не делись. Тепло всё ещё блуждало по её коже. Ей пришлось сменить тему разговора в сторону науки: в ту сферу, где она была действительно сильна и чувствовала себя спокойно. После минуты тишины, наполненной шумом океанских волн, разбивающихся о берег, и редкими криками чаек, летающих в воздухе, Кейтлин наконец смогла заговорить, повернувшись к бескрайним бирюзовым просторам, простирающимся перед ними. — …Каково это? Вай взглянула на неё: — О чём ты? Кейтлин немного замешкалась, рассматривая волны, что пенились у её ног. — …Быть в океане. На самом деле, каково это? Вай пожевала внутреннюю часть щеки, размышляя: — Ощущается, будто…. С такими чувствами тяжело что-то сравнить. Она слегка наклонила голову, мягко улыбаясь, и бросила взгляд на море, как будто могла видеть сквозь его поверхность. — При первом погружении — холодно, но это терпимо. Через некоторое время просто перестаёшь это замечать. Чем глубже погружаешься, тем тише всё становится, и просто забываешь, что мир где-то наверху вообще существует. Кейтлин слушала, глядя прямо в ясные небесно-серые глаза дайверши, в которых можно было рассмотреть уважительное восхищение. — Чувствуешь себя… невесомо. Вода движется вокруг тебя громко, но в то же время тихо. Она спокойно выдохнула в сторону бескрайнего моря рядом с ними, задумчиво улыбнувшись. — Это как свобода, но когда ты там оказываешься, то становишься зрителем или гостем. Как будто… океан пускает тебя только на то время, которое он позволяет. У Кейтлин перехватило дыхание. То, как Вай об этом рассказывала — звучало так, будто океан был чем-то священным, будто она не просто ныряла. Она принадлежала ему —полностью и добровольно. Как у неё получалось заниматься этим так легко? Как она могла просто скользнуть под волны, исчезнуть в глубине и двигаться по воде так, будто она никогда и не была на суше? У Вай это не вызывало трудностей: находиться в океане было привычным для неё делом. А Кейтлин, несмотря на все её знания и исследования, несмотря на все её разговоры о любви к океану, никогда не смогла бы этого сделать. Она могла изучать приливы, изучать науку, запоминать названия всех видов, которые входили в коралловые рифы. Однако, она не могла видеть всё своими глазами. Не могла пересечь эту грань: между наблюдением и погружением, между пониманием и чувством. А Вай в тоже время это было доступно и открыто. В любой момент. Лёгкий укол зависти ощутимо пошатнул её. Она не могла принять вырисовавшейся действительности. Резкое дуновение ветра. Мимо них пролетело что-то белого цвета, заставив мысли Кейтлин вмиг остановиться. И прежде, чем Кейтлин успела осознать что-либо, кекс в руке Вай уже исчез. Он был буквально выхвачен. Вай замерла. Кейтлин быстро моргнула. В течение целых пяти секунд никто из них не произнес ни слова. Затем Вай медленно повернула голову и увидела, как чайка самодовольно улетела, зажав в клюве большой кусок черничного кекса. Кейтлин прикрыла рот рукой, едва сдерживая проскальзывающий смешок. Вай просто стояла, проживая самое страшное ограбление в истории, которое произошло всего пять секунд назад. Наконец она застонала: — …Я, блядь, ненавижу океан! Кейтлин потеряла контроль. Она больше не могла себя сдерживать. Смех вырвался наружу: громкий, внезапный и не подвластный ей. Он прорвался сквозь солёный воздух, сотрясая её плечи. Вай повернулась к Кейтлин с невозмутимым выражением лица: — Да, конечно. Продолжай. Смейся как не в себя. У Кейтлин это получалось. У неё болел живот. Такой смех был для неё настоящей редкостью. Она даже не могла вспомнить, когда в последний раз так смеялась. Вай раздраженно покачала головой: — Блядь, просто невероятно. Я ведь уворачивалась от акул, а эти чёртовы птицы смогли обвести меня вокруг пальца, как нефиг делать. Кейтлин вытерла глаза, задыхаясь от внезапной волны смеха: — Я не могу… Вай прищурилась: — Эта птица только что выставила меня на посмешище. Это заставило Кейтлин смеяться еще сильнее. Смешно было уже даже не от чайки, а от того факта, что с Вай дважды случилось одно и то же. По ней было заметно, как она была полностью опустошена и претерпела очередное поражение. Её драматический вздох, и то, как она не могла ничего сделать, кроме как смотреть в небо — это было тем, что вызвало у Кейтлин желание сжаться сильнее от смеха. Кейтлин снова хихикнула, всё еще прижимая руку ко рту. В груди внезапно стало легче, как никогда. На этот раз Вай даже не стала что-либо комментировать. Хихиканье Кейтлин наконец стихло, перейдя во что-то более тихое, только тогда она что-то заметила. Вай рассматривала её. Она молча смотрела на Кейтлин, пока та смеялась. Её взгляд почти незаметно стал значительно мягче. Взгляд, который Кейтлин заметила, когда последние остатки смеха её покинули. Она поняла, что Вай не произнесла и слова за последние десять секунд. Однако, Вай ухмыльнулась. Как будто она совсем не высматривала каждый сантиметр лица Кейтлин несколько мгновений назад. — Знаешь что? Всё нормально. Брови Кейтлин слегка приподнялись: — Ты смирилась со своим трагичным фиаско? Вай только пожала плечами, небрежно засунув руки в карманы: — Да. У меня ведь всё равно есть кексик. Но этот — намного лучше. Тишина. Улыбка Кейтлин застыла. Еще раз. Чёрт возьми. Вай произнесла «кексик» с такой лёгкостью и так бездумно, что это заставило Кейтлин прочитать собственную реакцию с новой для себя стороны, серьёзно задумавшись об этом: возможно, Вай вела себя так с любой другой девушкой, с которой могла пересечься, и Кейтлин была идиоткой, думая иначе. Почему я вообще думаю о таком? — Что случилось, Кексик? — голос Вай резко прервал ход её мыслей. Кейтлин перестала заниматься самоанализом, развернувшись на каблуках с твердой решимостью: — Мы возвращаемся. Вай рассмеялась, вновь шагая около девушки: — Мы? Кейтлин проигнорировала то, как её собственные слова отозвались эхом. Вай только усмехнулась, слегка толкнув Кейтлин плечом.

***

Место: Джервис-Бэй, Новый Южный Уэльс, Австралия Температура: 26°C Влажность: 81% Ветер: 3.9 м/с, ЮЗ Третья неделя Воздух на месте погружения был насыщен солоноватым запахом океана. Лодка мягко покачивалась от течения, вызывая лёгкий эффект укачивания, от чего Кейтлин чувствовала себя расслабленно. Она стояла у лавки с оборудованием, дважды перепроверив устройства для отслеживания погружения Вай. Затем Кейтлин подняла глаза. Вай уже поправляла ремни своего BCD, вращая плечами. Это выглядело так, словно она собиралась в обычное плавание, а не заниматься техническим погружением. Кейтлин протянула Вай многопараметрическое устройство записи, а затем проверила, осмотрела место, куда будет пристегнуто устройство. — Мне нужны показания температуры, pH и солёности на глубине сорока метров. Когда сменится сезон, мы их используем для сравнения с новыми образцами. Вай кивнула и пристегнула его к своему BCD: — Хорошо. На каких обитателей мне стоит обратить внимание сегодня? Кейтлин задумалась: — Возможно, состояние некоторых кораллов, но это не цель сегодняшнего дня. Или, может, что-то за пределами рассматриваемой популяции кораллов. Вай ухмыльнулась, поправляя маску: — Типа: «Если будет что-то странное — сними это»? Кейтлин вздохнула: — Главное — данные, которые я перечислила. Вай только усмехнулась, поправляя баллон на спине, а затем ступила на край лодки. Кейтлин всё ещё стояла рядом, наблюдая, как Вай делает последние проверки. Сорок метров — не пик её мастерства. Далеко не пик. Кейтлин знала это. — Будь осторожна, — слова вылетели прежде, чем она успела подумать о том, что сказала. — …Не запутайся и всё в таком духе. Важно было не продолжать список того, что Вай не стоит делать, иначе биолог просто бы зарыла себя собственными словами ещё глубже. Кейтлин не успела закончить фразу, как Вай подняла взгляд, ухмыляясь: — Как мило. Ты беспокоишься за меня, Кексик? Чудным образом Кейтлин не застыла и не поменяла тему разговора. Она почувствовала изнутри, что не хотела обрамлять явную правду колким замечанием или выгнутой бровью. — Да. Вай моргнула. Это было так быстро и мимолетно, что Кейтлин могла бы просто не заметить этого, если бы не смотрела внимательно и не была так близко к девушке. Что-то мелькнуло в нежных серых глазах. Однако, моргнув пару раз, Вай быстро похоронила то, что возникло внезапно и резко ещё пару секунд назад. Она усмехнулась, а её дразнящая острота тона, казалось, исчезла, словно треща по швам: — Я всегда буду возвращаться к тебе, Кексик. Я — профессионал. Кейтлин не понимала, почему эти слова легли ей так глубоко под рёбра. Тяжёлые, как якорь. От которых было невозможно избавиться. В то же время они были какими-то невесомыми. Вай надела маску и села на край лодки, махнув рукой в последний раз. Наблюдая за этим, девушка поняла, что внутри неё расплывалось приятное чувство спокойствия. Она почувствовала непрошеную дрожь тепла, начавшуюся где-то в районе живота. Как будто, что-то внутри неё ослабло и поникло, смотря как Вай собирается исчезнуть в глубинах воды. Вода растеклась вокруг дайверши, образовав плавную рябь. Солнечный свет переливался на неспокойной поверхности, однако, когда та полностью исчезла под водой ненадолго, вода приняла более привычный вид. Кейтлин медленно выдохнула и оперлась на маленький столик. Через несколько секунд силуэт Вай слегка развернулся, и её рука поднялась в знаке «ОК». Кейтлин поджала губы и подняла руку в ответ. Только тогда она отошла от края лодки, позволяя мягкому покачиванию маленького судна сопровождать её. Рука биолога рассеянно теребила волосы полуночно-синего цвета, пытаясь удержать их на месте от лёгких порывов ветра, которые с каждым дуновением всё больше стремились их запутать. Она резко выдохнула, словно могла держать под контролем свои мысли. Держать также, как волосы, которые в конечном счёте прилипли к её шее. Было слишком жарко. Такая температура поддерживались лишь благодаря солнцу. Ветер едва справлялся с тем, чтобы остудить тело. По затылку биолога стекали капли пота. С тихим вздохом она быстрым движением собрала волосы, подняла их высоко и скрутила тонкой черной резинкой для волос высокий хвост, что была на запястье. Облегчение пришло почти сразу, когда первые порывы ветра прошлись по задней части шеи девушки. Она положила руки на талию, слегка впившись пальцами в кожу и стала ожидать всплытия своей дайверши.

***

К тому времени, когда Кейтлин увидела на приборе данные о том, что Вай поднимается, солнце поднялось ещё выше. Точно по расписанию. Кейтлин, облегченно выдохнув, подошла к краю лодки и увидела выныривающую Вай. Та с лёгкостью вынырнула на поверхность, натянув маску на лоб, а капли морской воды начали медленно стекать по её коже. Кейтлин направилась к ней. Она уже привыкла к такому виду. Она шагнула вперед, автоматически протягивая руку к лестнице. Вай схватилась за неё, позволив Кейтлин подтянуть её ровно настолько, чтобы дальше Вай смогла взобраться самостоятельно. — Эй, Кексик. Твой дайвер вернулся, — Вай сняла регулятор, ухмыляясь. Кейтлин вздохнула, когда потянулась к ремням BCD, пальцы двигались с лёгкостью, расстегивая их без задней мысли. Она точно знала, где находились зажимы, как изменится вес, когда Вай освободится от снаряжения. Камера всё еще работала. Вай выглядела совершенно обычно. Всё было так, как и должно быть. Кейтлин, как всегда, потянулась за полотенцем. Она прижала мягкую ткань сначала ко лбу дайверши, осторожно двигаясь вдоль виска, затем вниз по щеке, избавляя кожу от солёной воды. Как только рука Кейтлин потянулась, чтобы приподнять подбородок Вай, как первая уже привыкла делать, дайверша опередила её, слегка наклонив голову в сторону. Это произошло быстро, но намеренно. В уголках её губ играла едва заметная, но всё же лёгкая улыбка. Рука Кейтлин на мгновенье замерла. Просто неуверенный вздох. Всего лишь пару ударов сердца. А затем её рука, наконец, снова сдвинулась. И, конечно же, Вай не отстранилась, как и всегда. Кейтлин сглотнула, медленно выдохнула и в последний раз прижала полотенце к веснушчатой ​​щеке Вай, прежде чем сделать шаг назад и прочистить горло. Вай, всё ещё слишком довольная собой, медленно вздохнула, покрутив плечами. Затем она слегка наклонила голову, моргая на Кейтлин этими раздражающе полуприкрытыми глазами. — Я устала. Кейтлин моргнула, всё еще рассеянно складывая полотенце: — Отдохни. Ухмылка Вай стала шире: — Ты поможешь мне, Кексик? Кейтлин перестала копошиться с полотенцем, слегка прищурив глаза: — Я только что это сделала. Вай наклонила подбородок к влажным волосам, которые всё ещё были прилипшими к её коже. Соленая вода медленно стекала по её плечам. — У меня тоже мокрые волосы. Кейтлин моргнула. Один раз. Дважды. Она снова прищурилась, разрываясь между желанием бросить полотенце в лицо Вай или действительно сделать то, о чём та просила. Она не сопротивлялась долго: — …Иди сюда. Она подняла полотенце, прижала его к голове Вай, проводя медленными движениями по влажным волосам, стараясь не дергать руку слишком сильно и резко. Вай тихонько замычала, закрыв глаза и слегка наклонилась: — Ты меня балуешь. Кейтлин закатила глаза, но её руки не остановились. Вай пахла океаном: не только солью и ветром, но и солнцем, глубиной и теплыми течениями. Но Кейтлин, очевидно, не думала об этом. Она думала о волосах Вай, которые были в ужасном состоянии: с розовых прядей, запутанных до неузнаваемости, всё еще капали остатки воды. — Твои волосы запутались. Вай тихо рассмеялась, в уголках её глаз появились морщинки. Кейтлин пробиралась вниз, пальцы ловко и осторожно перебирали волосы дайверши, впитывая морскую воду тканью. Вай вздохнула, медленно и глубоко, слегка наклонив голову вперед, словно она таяла от такого внимания: — Боже, как это приятно, — пробормотала она. Руки Кейтлин дрогнули всего на долю секунды, прежде чем продолжить, но уже медленнее и немного неуверенно. Она провела по вискам Вай, убрав несколько выбившихся прядей, что попали на лицо. Ткань прошла за ушами, затем ниже, по изгибу шеи, где скопилась соль. — Лучше? Вай тихонько усмехнулась, её глаза были всё ещё закрыты: — Ммм. Ты в этом слишком хороша. Кейтлин слегка усмехнулась: — Я бы тебе не понадобилась, если бы ты могла сушить волосы, как нормальный человек. — Но мне нравится такое VIP-отношение. Вай слегка наклонила голову набок, без особых раздумий утопая в прикосновениях Кейтлин, чувствуя себя абсолютно непринужденно. Пальцы Кейтлин продолжали двигаться по влажным прядям, нежно проводя по голове Вай и взъерошивая концы, а затем она медленно провела по ним полотенцем. Вай снова вздохнула, тихо и удовлетворенно, почти сонно. Она действительно устала. Кейтлин покачала головой, и с её губ сорвался лёгкий смешок. Глаза Вай дрогнули от звука. Она моргнула, глядя на Кейтлин, будучи немного ошеломленной: — Ты только что посмеялась? Кейтлин тут же пришла в себя, её руки мгновенно замерли на волосах Вай, а лёгкая волна румянца пробежала по лицу: — Нет. Вай ухмыльнулась: — Нет, ты посмеялась. Кейтлин фыркнула, сунув полотенце в руки Вай: — Ты достаточно сухая. С остальным разберёшься сама. Вай усмехнулась, провела рукой по своим теперь уже пушистым волосам и пошла к штурвалу лодки. Кейтлин терла пальцами о ладонь, чтобы убрать остатки морской воды. Она сделала это один раз. Потом ещё раз. Она шевелила пальцами: сгибала их и разгибала. Встряхивала их. Кожа стала очень теплой, а соли становилось всё меньше. Это было абсурдно. Полностью и совершенно абсурдно. Она была взрослой девушкой. Учёной. Провела годы за тяжелыми академическими исследованиями, представляя отчеты с непоколебимой точностью. И вот она стоит на палубе лодки, краснея, как влюбленная школьница, потому что Вай, честно говоря, была слишком привлекательна. С ней хотелось быть рядом. Теплый отголосок прикосновения прошелся по ладони. Кейтлин почти агрессивно вытерла ладони о шорты от остатка соли, надеясь, что морской бриз каким-то образом также благополучно унесет и её тепло с щек. Не то, чтобы Вай сделала что-то необычное. Она могла просто посмотреть на неё, ухмыльнуться, позволить Кейтлин прикоснуться к себе без малейшего колебания, не мешать ей смахивать соль с её кожи и вытирать полотенцем её волосы. Как будто это было естественным процессом между ними. Но хуже всего было то, что Кейтлин почувствовала себя естественно всего лишь на мгновение. А ведь прошло всего три недели. Это означало, что еще двадцать три недели всё будет происходит таким же образом. Двадцать три. Кейтлин даже не хотела представлять как пройдет остальная часть этой экспедиции. Одна лишь мысль об этом была невыносима.