Часть 29 Безумный день
31 мая 2025 г., 13:08
Была суббота. И погода — как назло — была чудесной: солнце, мягкий ветер, шелест листвы и жужжание каких-то гиперактивных магических жуков.
Аделаида сидела на траве возле Чёрного озера вместе с Гарри, Гермионой, Джинни, Роном и… Драко. Да, теперь это стало нормой. Никто не шипел, не бросал проклятий, и даже Джинни больше не косилась на Малфоя с выражением «ещё слово — и ты слизняк».
— Вы знаете, что слизь бульбопрыга прекрасно растворяет краску с волос? — неожиданно сказала Гермиона, листая журнал с рецептами зелий.
— Намёк понял, — фыркнула Джинни, — но это не поможет, если кто-то нарисует тебе усы на лбу в три часа ночи.
— Это был не я! — захохотал Рон. — Это была Аделаида!
— Я?! — Аделаида возмущённо ткнула в него пирожком. — Я спала! С Драко! В смысле... рядом! Ну, не так рядом! Ну, вы поняли!
— Что мы поняли, Аделаида? — с усмешкой наклонился к ней Драко, отчего у неё загорелись уши. — Что ты хотела сказать?
— Что ты ведёшь себя как змея, — буркнула она, покраснев.
— Спасибо. Комплимент для слизеринца.
Гарри хлопнул в ладони.
— Предлагаю сыграть в «Правда или действие».
— Ооо нет, — простонала Гермиона, — я помню, как это закончилось в прошлый раз. Я неделю ходила с бровями в форме треугольников.
— Тогда тем более!
Они сели в круг. Джинни начала:
— Аделаида. Правда или действие?
— Правда, — осторожно ответила она.
— Ты когда-нибудь думала поцеловать кого-то из этого круга?
Аделаида закашлялась, Рон прыснул от смеха, а Драко невозмутимо закинул руку за голову и повернулся к ней:
— Ответь, Снейп.
— Я… возможно. Иногда. Ну... Может быть. — Она в панике спрятала лицо в ладонях. — Следующий вопрос, пожалуйста.
— Подожди, — тихо сказал Драко и, воспользовавшись моментом, неожиданно поцеловал её в висок. Быстро, почти незаметно. Но от этого она только сильнее покраснела.
— Что это сейчас было?! — ахнула Джинни. — Ты не можешь просто так целовать людей!
— Это не люди. Это Аделаида, — спокойно парировал Драко, и Аделаида, неожиданно для себя, расхохоталась.
Шутки, смех, споры — всё это сливалось в один приятный поток. Гарри проиграл пари и должен был полчаса говорить на украинском (Рон придумал новое «заклинание перевода»). Гермиона нечаянно обрызгала всех из бутылки с тыквенным соком, а Джинни и Аделаида начали петь пародии на песни волшебных групп, но вполголоса, чтобы не примчался Филч.
А потом… это произошло.
Три старшекурсницы-слизеринки проходили мимо и, бросив взгляд на компанию, громко произнесли:
— Ну конечно, развлекается. После всего — ещё и Малфоя себе затащила. Шлюха.
Мир будто остановился на секунду.
Драко встал.
— Повтори. — Голос его был холоден, как лёд.
— Ты не ослышался, Драко, — хмыкнула одна из девушек. — Может, ты и любишь грязных, жалких девочек, но—
Он сделал шаг вперёд. Весь его облик — злость, ярость, защита.
— Ещё одно слово — и я сам тебя отправлю в Мунго лечить зубы.
Но Аделаида встала.
— Не надо, Драко. — Она повернулась к девушкам. — Вы называете меня шлюхой? Потому что я выбралась из боли, в которую вы меня толкали? Потому что я не сломалась, как вы хотели? Потому что я не дала вам уничтожить мою жизнь?
Одна из девушек усмехнулась и, проходя мимо, толкнула Аделаиду плечом.
Аделаида не выдержала. Она схватила её за мантию и ударила. Чисто. Быстро. В челюсть.
Девушка упала на землю. Аделаида стояла над ней, дрожащая от злости, руки сжаты в кулаки.
— Никто больше не будет меня трогать.
И в следующую секунду — будто в замедленной съёмке — Драко подошёл, обнял её за плечи и, при всех, поцеловал в губы. Это было не для шока. Это был жест поддержки. И защиты.
Все замерли.
— Она моя, — сказал он просто. — И я не позволю никому больше прикасаться к ней или оскорблять.
— Нам придётся объясниться с Макгонагалл, — прошептал Гарри.
— По крайней мере, будет весело, — добавил Рон.
И Аделаида… рассмеялась. От всего сердца. Смех был чистым, настоящим. Это был день, когда она почувствовала себя частью чего-т настоящего. Друзей. Семьи. Любви.
И всё это началось с простого «правда или действие».
