Глава 7: Письмо Бронны. Бен.
«Дорогие мои, надеюсь, что то, что я здесь напишу, никогда не пригодится. Но если судьба не будет милосердна, то здесь будут ответы, которые вы ищите.
Скорее всего, если вы читаете это письмо, меня уже нет с вами. Я знаю, что скорее всего не смогу оставаться в мире людей после рождения нашей девочки. Я уже слышу голоса сестёр и Богини, зовущие меня домой.
Простите меня, мои любимые, что не смогла остаться с вами, что не смогла быть рядом. Я очень вас люблю и всегда буду любить, в каком бы мире бы не находилась, сколько бы миров нас не разделяло.»
Текст размыт каплями, почерк неровный.«Если вы ищите ответы, то скорее всего моя девочка такая же, как и я.
Я знаю, я чувствую, что это так. Она родится шелки, а значит.»
Слова обрываются, предложение зачёркнуто. Текст начинается с нового абзаца.«Магия продолжает угасать, с каждым годом всё меньше Фейри. Однажды мы больше не сможем жить в человеческом мире, и настанет время возвращаться обратно. В Тир на Ног. Если Богиня смилуется, то я стану Проводницей, Песней несущей всех в Рай. Если же мне придётся покинуть вас раньше срока, то эта задача ляжет на нашу девочку.
Будут знаки, вы поймёте, что время пришло. Магия сама будет давать подсказки. Сирша тоже почувствует зов. Вам нельзя будет затягивать: если не провести обряд вовремя, то она может серьёзно пострадать.
Что будет дальше решать только ей. Она может пойти с Фейри, а может остаться.»
Несколько пустых строк. Дальше идёт прощание с Коннором, короткие слова любви к детям. Последний лист свёрнут в несколько раз. Помятая бумага свидетельствовала о том, что тот, кто это писал сначала скомкал, а потом расправил её вновь. Словно не был уверен в нужности слов, написанных на ней. Подпись на одном из углов короткая. «Бену». Бен закрывает глаза. Разворачивает лист. А потом сглатывая горечь, открывает их вновь, замутнённым взглядом скользя по расплывающимся словам.«Милый, я не уверена, зачем пишу это. Уверена, что это просто тревога от предстоящей разлуки туманит мой разум и видит знаки там, где их быть не может. Но как бы я не заставляла думать себя, что это невозможно, какая-то часть меня хочет перестраховаться.
Ты был рождён человеком, без каких-либо оговорок являешься им сейчас и проживёшь им до смерти. Но как бы то ни было в твоих венах течёт и моя кровь. Кровь Фейри, кровь шелки. Наш с Коннором союз не первый в истории шелки, поэтому я знаю, чего можно ожидать. У таких союзов детей моря и суши могут рождаться как люди, так и шелки. Девочка – шелки, мальчик – человек. Иногда Богиня не даёт своего благословления. Порой девочки тоже рождаются людьми.
Но что я знаю наверняка от моей матери, сестёр и членов клана, так это то, что Богиня одаривает только девушек.
И я была бы спокойна на твой счёт, ласточка, если бы не легенды Старейшины. Старейшину уважают, она знает такое, что другим не могло и представиться. Но в некоторые истории невозможно поверить.
Не раз она рассказывала, что во времена, когда ещё викинги осаждали берега нашей родины, Богиня не делила свой Дар между своими детьми в угоду одних. Не было разницы какого ты пола, каждый нёс в себе волшебство. Но когда воды Ирландии были окрашены в красный руками мужей, Богиня отвернулась от них. И дар шелки с тех пор передавался только от матери к дочери.
В юные годы мне казалось это странным. Как же так? Ведь войны велись между людьми, почему наказы оказались мы? Несправедливость злила мою молодую натуру, пока Старейшина не рассказала причину такого решения Богини. Первое и одно и ужаснейших нападений на острове Ратлин было свершено несколькими из нашего народа. Тогда погибло много женщин и детей. Богиня не смогла оставить это просто так.
Сейчас как мать я понимаю её решение.
Хотя, возможно, заранее обвинять своих детей в том, что они могут не совершить лишь по поступках нескольких других, немного-
Текст обрывается.«Кто я такая, чтобы судить Богиню. Верно? Кто знает, может это было действительно верным решением.
Но это не всё. Бытуют легенды, поверья, сама Старейшина иногда шепчет некоторым сёстрам, что Богиня всё видит. Всё знает наперёд. Знает, каким путём пойдёт её ребёнок, какое у него будущее. И она может дать свой дар мальчику, если видит, что у того светлая душа.
Но это просто слухи. На нашем побережье не было прецедентов ни разу за все эти года, что была в этом мире я, моя мама, а до этого её мама и её. Но что-то мне всё равно не даёт покоя. Последние дни только и могу думать, что про это.
Бен, дорогой, ты был рождён человеком. У тебя нет шкуры. Нет Дара.
Но пути Богини неисповедимы.
Всё может измениться.»
Бумага выпадает из его рук.«Извини, что твоя мама такая паникёрша. Конечно, как любая мама я верю, что мой ребёнок лучший. Но я не просто говорю это из любви, я говорю, потому что я вижу, каким ты растёшь.
Могу представить, каким замечательным ты станешь. Даже если меня не будет рядом, чтобы помочь, поддержать. Я знаю, что ты сможешь вырасти прекрасным человеком.
И как бы я не радовалась тому, какой ты у меня хороший, я понимаю, как это может повлиять на твою жизнь и судьбу. Ведь это вижу не только я.
Но и Она тоже.
Как бы мне хотелось ошибаться на этот счёт. »
