Часть 10 Страница 000
5 декабря 2025 г., 23:27
Примечания:
https://t.me/SpermHorrora
тг: _Sperma_Horrora
Я потерял себя. Моего меня больше не существует. Осталась лишь оболочка, наполненная страхом, стыдом и глубочайшим чувством вины. Я виню себя за то, что я есть. Очень часто и не понимаю, откуда это. Мне столько раз говорили, что я неправильный, испорченный, и я, конечно, этому верю, но лучше от этого не становится. А должно…
Каждую ночь, когда весь дом погружался в тишину, я лежал в своей постели, уставившись в потолок. Мне казалось, в тишине я слышал собственные мысли, эти ужасные воспоминания и видел эти тени. Лёжа, я вспоминал всё, и потом мне было так больно в груди. Внутри всё жгло и сдавливало, воздуха не было, он просто не входил в мои ноздри. Плакать хотелось, но пришлось бы это делать очень тихо. Мой папа не любит, когда я плачу, потому что тогда я становлюсь девочонкой и плаксой. Мне так плохо. Я чувствую себя пустым, но при этом, когда мне очень-очень плохо, появляется снова эта тяжесть. Появляется боль и странные, плохие мысли, а радости всё нет.
Я думаю, что я медленно исчезаю. Что-то внутри меня медленно упорхает, подобно бабочке. Или как прах и его кто-то сдувает.
Еда больше не приносит мне удовольствие. Она какая-то сырая и пластиковая. Есть вроде бы надо, а вроде бы и всё равно. Сны мне снились такие ужасные, беспокойные, полные смутных кошмаров, из которых я просыпался еще более усталым, чем ложился. Это обидно, потому что я так старался уснуть и каждый раз не высыпался. Отец говорит, что все мы отоспимся на том свете. И мне, если честно, после его слов захотелось на тот свет поскорее.
Потому что всё остальное было не невыносимее, чем сон, и еда, и кошмары. Каждый день был борьбой: нужно встать, нужно помыться, нужно пойти в школу, нужно поесть, не забыть покаяться, постараться уснуть.
Эта цикличность. Я узнал это слово на уроке биологии и понял, что это моя жизнь. Я существую и только в цикле.
Это был вторник. Обычный вторник, ничем не отличающийся от сотен других. Моё тело — это мясо и сплошной груз, прибитый к кровати.
Я знаю, что родители видят меня, но не видят меня. От этого мысли раздваивались и появлялась боль в висках. Я уверен, что недалек от истины, просто у меня нет сил больше думать. Иногда и писать трудно. Как сейчас, я чуть не забыл про то, что у меня есть этот дневник, и пишу я сюда сейчас только из-за чувства ответственности, а не от желания.
Школа – это отдельный вид пытки. Шум, смех, разговоры. Все эти люди, которые чем-то увлечены, о чем-то спорят, что-то планируют. Я иду по коридорам, словно призрак. Невидимый, неслышимый. И это хорошо. Если меня не видят, значит, никто не сможет заглянуть внутрь.
На уроке истории меня почти засмеяли всем классом. Учительница задала мне какой-то вопрос, а я не смог ответить. Я почти весь урок только смотрел на доску. Обычная доска, но я не мог пошевелиться. Такое часто происходит, и я не могу дать этому точное объяснение. Я смотрел на доску, а учитель на меня, а после, когда она до меня не достучалась, то махнула рукой и сказала, что я могу дальше продолжить витать в облаках, а другие засмеялись и шутили надо мной ещё два урока. Я не понял, что здесь смешного. Мне не нравится витать в “облаках”. Мои облака — это страшные черные тучи, и я молюсь, чтобы они когда-нибудь меня отпустили или хоть кто-нибудь меня отсюда вытащил. У самого меня нет сил, поэтому надеюсь.
После школы я убежал домой. Мне там не нравилось, но и дома тоже было плохо. Мой мозг — это как заржавевший механизм, с трудом выполняющий даже самые простые задачи. Я не могу сосредоточиться, не могу найти смысла ни в чём.
Как будто во мне осталось всё только плохое и только воспоминания.
Иногда, очень редко, в сознании всплывали образы. Неясные, мимолетные, я их почти не помню. Но иногда наоборот. Сильные и яркие картинки, от которых я не могу проснуться ещё целые сутки.
Мне снилось… мне снилось, как это было. Голоса. Холодные, мягкие, но такие стальные голоса.
«Ты ошибаешься, Ники».
«Это не Божий путь».
«Мы поможем тебе стать тем, кем ты должен быть».
«Тебе нужно молиться, Ники. Искоренить грех».
«Твои мысли – это болезнь, которую мы вылечим».
Кабинеты с белыми стенами, пахнущие чем-то стерильным и чужим. Люди в белых халатах, которые улыбались мне, но их глаза были пустыми. Они говорили, что спасают меня. Что делают меня лучше. Они называли это «терапией».
Я помню, как сначала сопротивлялся. Помню, как кричал, как плакал, пытаясь объяснить, что это – я. Что я так чувствую. Что это не выбор, а часть меня. Но они не слушали. Они говорили, что это «искушение», «демон», который поселился в моей душе. И что его нужно изгнать.
И они его изгнали. Или, по крайней мере, так они сказали.
Но когда они закончили, я не почувствовал облегчения. Не почувствовал спасения. Я почувствовал пустоту. Огромную, леденящую пустоту. И по сей день я чувствую только её.
Мне кажется, я никогда больше не смогу почувствовать радость. Или настоящую любовь. Или даже гнев. Все эмоции притуплены, как будто я постоянно нахожусь под наркозом. Я – функция. Хожу в школу, ем, делаю вид, что живу. Но это не жизнь. Это просто существование.
И знаете, что?
Я не хочу больше жить. Это слишком тяжело, простите.
Примечания:
Прости любимая, прости...
https://t.me/SpermHorrora
тг: _Sperma_Horrora
