Магия Арии

Два дня спустя, полностью оправившись от легкого сотрясения и синяков, Ария Снегг получила разрешение от мадам Помфри покинуть Больничное крыло. Чувствуя прилив сил и облегчение от того, что снова может ходить без головокружения, она сразу же направилась в свою комнату в подземельях Слизерина. Как она и ожидала, в комнате была только Дафна Гринграсс. Она сидела на своей кровати, читая учебник по Трансфигурации, но подняла голову, как только Ария вошла. — Ария! Наконец-то! Я уж думала, ты там насовсем пропишешься, — воскликнула Дафна, откладывая книгу. — Профессор Снегг никого не пускал к тебе. Как ты себя чувствуешь? Тебе не больно? Ария улыбнулась, откидываясь на своей кровати. — Я в полном порядке. Мадам Помфри сказала, что я полностью восстановилась. И, честно говоря, я рада снова оказаться здесь, а не на койке, — она сделала паузу, вспоминая последние два дня. — И у меня есть кое-что рассказать. Ты не поверишь, кто приходил меня навестить. Дафна приподняла бровь, предвкушая сплетни. — Неужели тот нахальный первокурсник, который пытался проскочить мимо профессора Снегга на зельях? Или Блейз опять пытался тебя рассмешить? — Нет, — Ария хихикнула. — Седрик Диггори. Глаза Дафны округлились. — Седрик? Серьезно? Он приходил? И что? Что он делал? Принес цветы? — она мгновенно перешла в режим полного возбуждения. Ария кивнула. — Принес. Полевые цветы. И самое смешное… или не очень смешное, зависит от точки зрения… он пришел, когда мой папа был там. Дафна прикрыла рот рукой, чтобы не расхохотаться вслух. — Нет! Ты шутишь! Профессор Снегг и Седрик Диггори в одном помещении… да еще и с цветами! Расскажи все! Ария в деталях описала сцену: изумление на лице отца, его едкие комментарии про «подарок-приносящих» и «очаровательную непосредственность» полевых цветов, и, конечно, как он выпроводил Седрика. Дафна слушала, то хихикая, то чуть ли не задыхаясь от смеха. Когда Ария закончила, Дафна оперлась о стену, еле сдерживая приступ веселья. — О Мерлин! Это просто… это легендарно! Профессор Снегг, который не знает, как реагировать на простые полевые цветы! И Седрик, такой вежливый, стоящий перед ним с букетом! Ария, ну вот, я же говорила! Он определенно запал на тебя! Это же очевидно! Сначала он тебя похвалить пришёл, потом прогулка, теперь цветы приносит… Он же твой тайный воздыхатель, сто процентов! Ария покачала головой, чувствуя, как краснеет. — Дафна, перестань. Он просто хороший человек, и, возможно, ему было жаль меня, после того как я упала с люстры. И это не значит, что он на меня запал. И я для него как младшая сестра, ведь младше его на три или четыре года. — Ой, да ладно тебе, Ария! — Дафна махнула рукой. — Ты же знаешь, я вижу такие вещи! Это прямо как в тех романах, где главные герои сначала просто друзья, а потом внезапно влюбляются! Зато теперь он точно не забудет твоего папу, это уж точно! Ария только вздохнула, зная, что спорить с Дафной, когда она начинает сводить кого-то, бесполезно.

***

На следующее утро, когда Ария шла по оживленному коридору третьего этажа, направляясь на урок Защиты от Темных Искусств (к её большому неудовольствию, это снова был Локонс), она заметила Седрика Диггори, который разговаривал с друзьями у статуи Бориса Бестолкового. Она колебалась, но потом решила, что ей нужно поговорить с ним. — Седрик? — окликнула она, подходя ближе. Он обернулся, его лицо тут же просветлело. — Ария! Ты уже на ногах? Это здорово! Как ты себя чувствуешь? — Гораздо лучше, спасибо, — ответила она. — Я хотела… я хотела с тобой поговорить, если у тебя есть минутка. — Конечно, — Седрик тут же улыбнулся. — Я как раз направлялся к выходу на двор, хотел подышать свежим воздухом перед уроком. Хочешь прогуляться? — С удовольствием, — согласилась Ария. Они вышли вместе, минуя толпу студентов, и вскоре оказались на мощеном дворе, где легкий осенний ветерок нежно шевелил опавшие листья. — Ещё раз спасибо за цветы, Седрик, — начала Ария, когда они медленно пошли вдоль стен замка. — Они были очень милыми. Седрик кивнул, его взгляд был мягким. — Не за что, Ария. Я просто хотел, чтобы тебе было приятно. — И… я хотела извиниться за своего папу… то есть за профессора Снегга, — продолжила Ария, чувствуя, как щеки снова предательски краснеют. — Он… он иногда бывает немного… интенсивным. Особенно когда дело касается меня. Седрик слегка рассмеялся, и в его глазах появился озорной блеск. — О, ничего страшного, Ария. Я понимаю. Профессор Снегг… он просто… профессор Снегг. Это было незабываемо, должен признаться. Я думаю, это был первый раз, когда я видел его настолько эмоциональным. И я не уверен, что это был комплимент, — он сделал вид, что дрожит. — Честно говоря, после этого я теперь немного боюсь твоего отца. Его взгляд мог бы превратить меня в жабу без палочки. Ария не смогла сдержать смех. Это был настоящий, искренний смех, который она не позволяла себе в присутствии отца. — Не преувеличивай, — сказала она, хотя знала, что он недалек от истины. — Совсем нет! Я думаю, что теперь я официально зачислен в список его личных врагов. Рядом с Поттером, Хагридом и, возможно, с тем гномом, который однажды пытался украсть его учебник по Зельеварению, — пошутил Седрик, и его улыбка была такой теплой и искренней, что Ария почувствовала себя совершенно свободно. Они продолжили прогулку, разговаривая о квиддиче, о зельеварении, и о Локонсе, который, по общему мнению, был главным источником хаоса в Хогвартсе в этом году. И, слушая Седрика, Ария почувствовала, что, несмотря на все неловкости, ей очень нравится проводить с ним время.

***

Прошёл первый месяц учебного года, и Хогвартс снова погрузился в привычную суету уроков, домашних заданий и коридорных разговоров. Для Арии этот год начался иначе, чем предыдущий. За прошедшие недели Ария заметила, что их дружба с Блейзом Забини уже не была такой тесной, как на первом курсе. Он по-прежнему был добр к ней, когда они пересекались, но большую часть времени Блейз теперь проводил в компании других парней-слизеринцев, особенно Драко Малфоя и Теодора Нотта. Их троица часто держалась вместе, обсуждая квиддич, последние слухи или просто подшучивая друг над другом. Ария не держала на Блейза зла — она понимала, что это естественный процесс взросления и формирования новых компаний. Что касается Драко, то в школе он всегда «надевал маску» высокомерного и надменного придурка. Его насмешливые комментарии и снисходительные взгляды были неотъемлемой частью его школьного образа, и Ария знала, что за этим фасадом иногда скрывается что-то другое, но он редко показывал это. На первой неделе учебного года Ария даже умудрилась крупно с ним поссориться именно из-за его поведения и заносчивости. Сейчас их отношения были более нейтральными: они просто иногда перекидывались парой фраз, обычно по необходимости, или когда Драко позволял себе чуть ослабить свою обычную маску. В целом, Ария в начале года много с кем познакомилась, даже с других факультетов, что было для неё самой небольшим открытием. Она стала немного раскрепощеннее, более открытой к общению, и это принесло свои плоды в виде новых знакомств. Ей нравилось разговаривать с Седриком, подмечать забавные детали в поведении гриффиндорцев или обсуждать уроки с кем-то из когтевранцев. Однако, несмотря на расширение круга общения, по-настоящему близка она была только с Дафной Гринграсс. Дафна оставалась той единственной, кому Ария могла рассказать всё без утайки, кто понимал её с полуслова и всегда был рядом. Их комната в подземельях Слизерина была их маленьким, неприступным миром, где они могли быть собой, без всяких масок и школьных ролей. Ещё в сентябре Седрик предложил Арии научить её летать на метле. Он сам был отличным летуном и с радостью делился своими знаниями. К тому же в этом году он стал капитаном команды Пуффендуя. И вот, уже в октябре, в один из прохладных, но солнечных дней, Ария и Седрик снова были на квиддичном поле. Воздух звенел от ветра и свиста пролетающих мимо метел. Седрик, сидя на своей метле, демонстрировал Арии новый, довольно сложный маневр — резкий нырок с последующим мгновенным подъемом, требующий идеального чувства баланса и реакции. Ария, сосредоточенно прищурившись, попыталась повторить. Её новая метла, «Комета 260», которую она получила в подарок на день рождения от отца (после долгих уговоров и обещаний быть предельно осторожной), слушалась её на удивление хорошо. Она сделала глубокий нырок, почувствовала, как ветер свистит в ушах, а потом резко потянула вверх, выполнив маневр почти безупречно. Её сердце бешено колотилось от восторга. — Отлично, Ария! Почти идеально! — крикнул Седрик, подлетая к ней. — С такой скоростью ты скоро сможешь облететь весь замок за минуту! Ария улыбнулась, почувствовав прилив адреналина и гордости. Они ещё немного потренировались, оттачивая резкие повороты, ускорения и внезапные остановки в воздухе. Ария с каждым разом чувствовала себя все увереннее и свободнее на метле, словно рожденная для полетов. Неподалеку, за трибунами, скрываясь за стеной, высокий, коренастый парень с жестким взглядом наблюдал за ними. Это был Маркус Флинт, капитан квиддичной команды Слизерина. Его обычно мрачное лицо выражало смесь удивления и задумчивости. Он простоял там несколько минут, внимательно отслеживая каждое движение Арии, особенно то, как она ловко выполняла сложные маневры, которые порой и не каждый опытный игрок мог повторить. Наконец, Флинт медленно кивнул самому себе, его губы сжались в тонкую линию. Развернувшись, он быстрым шагом ушел, исчезнув за углом. Поздним вечером, когда звезды уже усеяли черное небо, и в гостиной Слизерина царила более расслабленная атмосфера, Ария и Дафна сидели на мягких диванах у камина. Они листали старые журналы о моде в мире волшебников, тихо перешептываясь. Внезапно к ним подошел Маркус Флинт. Его появление сразу привлекло внимание остальных слизеринцев, сидевших поблизости. Блейз Забини, Драко Малфой, Грегори Гойл и Винсент Крэбб, а также Теодор Нотт, которые играли в плюй-камни в дальнем углу, замерли и незаметно переглянулись. Было ясно, что Флинт редко подходил к кому-либо просто так, а уж тем более к младшекурсникам. — Снегг, — начал Флинт, его голос был низким и немного резким. Он неловко переминался с ноги на ногу, что было для него крайне необычно. — Меня зовут Маркус Флинт и я капитан слизеринской команды по квиддичу. Я тут… ну, в общем, искал кое-кого для команды. Знаешь, у нас есть одна позиция, и я присматривался к игрокам. К второкурсникам в том числе. Ария удивленно посмотрела на него, не понимая, к чему он ведет. — Ну, в общем, сегодня я был на поле. И я видел, как ты летаешь. Я, честно говоря, удивлен. Нет, не так. Я шокирован. Ты умеешь такие… невозможные трюки делать. Как ты так летаешь? Эта штука с нырком, а потом резко вверх… я видел такое только у охотников международного класса. Ты так… великолепно летаешь. Блейз, Драко, Крэбб, Теодор, Дафна и Гойл снова переглянулись, их лица выражали смесь изумления и зависти. Похвала от Флинта была чем-то неслыханным, особенно в таком количестве. — Я думал, ты еще совсем малышка, а ты там вытворяешь такое, что даже у меня челюсть отвисла, — Флинт нахваливал ее, и это звучало почти как признание. — В общем, к делу. Я ищу охотника для команды Слизерина. И, если ты согласна, я поговорю с профессором Снеггом. Уверен, он будет рад, что его дочь попадет в команду. Ария сидела, абсолютно ошеломленная. Предложение было настолько неожиданным, настолько грандиозным, что она не сразу нашла слова. В её голове крутилось одно и то же: Я? В квиддичной команде? — Это точно не шутка? Ну, меня кое-кто научил летать, но играть я не умею. Да и профессор Снегг скорее всего будет против. — Играть я тебя научу. А почему твой отец должен быть против? — Он переживает за меня и не очень-то любит квиддич. — Ты хочешь играть или нет? Ария задумалась. Раньше она побаивалась высоты. Но сейчас всё изменилось. Благодаря Седрику она поняла, что полёт на метле — лучшее удовольствие. И именно тогда она даже не чувствует свою магию. Именно во время полёта она может её даже не контролировать. — Да, хочу.