Магия Арии

Ария сидела в кабинете своего отца, профессора Снегга, на старом деревянном стуле. Кабинет, обычно наполненный едким запахом зелий и тяжелой атмосферой тайны, сегодня казался ей особенно гнетущим. Она нервно теребила край своей мантии, ожидая отца. Тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием камина, давила на неё. Снегг задерживался, и это ожидание, наполненное тревожным предчувствием, тянулось бесконечно. Чтобы отвлечься от своих мрачных мыслей, Ария решила заняться магией. Это уже было её ежедневным ритуалом. Она сидела перед маленькой, аккуратно поставленной свечой, попытка за попыткам пытаясь зажечь её. Пламя вспыхивало, наполняя кабинет мимолётным светом надежды, но тут же, словно испуганное, гасло, оставляя за собой только запах воска и ощущение безысходности. Ария снова и снова повторяла попытки, но результат был неизменным. Дамблдор говорил о необходимости сильных эмоций, о том, что магия проявится, когда сердце будет переполнено сильными эмоциями. Но какими эмоциями? И сколько ей ещё ждать? Может год? Её пальцы дрожали, рука устала, а надежда таяла с каждой неудачной попыткой. Перед глазами плыли тусклые блики пламени, каждый раз, подобно призраку, исчезающего так же быстро, как и появляющегося. Внезапно, позади раздался глубокий, знакомый голос её отца: — Всё до такой степени плохо? Ария вздрогнула, обернулась и увидела Снегга, стоящего в дверях. Его лицо, обычно непроницаемое, казалось немного усталым, но в его глазах Ария прочитала заботу. — Да, — прошептала Ария, опуская голову. Вздох вырвался из её груди, словно выражая всю её усталость и отчаяние. Даже запах зелий в кабинете не мог отогнать ощущение беспомощности. Снегг подошёл ближе, остановившись перед столом. Он опустился на стул напротив, его взгляд был прикован к Арии. — Зачем ты пришла, Ария? — спросил он мягче, чем обычно. Ария собралась с силами и начала рассказывать о своих проблемах, о том, что она так и не может контролировать свою магию. Затем, собрав все своё мужество, она перешла к главному — к третьему заданию Турнира Трех Волшебников. — Папа, ты что-нибудь знаешь о третьем задании? — спросила она, её голос немного дрожал. Она видела, как напряглось лицо Снегга, и осознала, что вопрос был слишком прямой, слишком открытый. Снегг молчал некоторое время, его взгляд был направлен куда-то вдаль, за пределы кабинета. Казалось, он борется с самим собой, с каким-то внутренним приказом, принуждающим его к молчанию. — Я знаю, — наконец, ответил он тихо, — Но я не могу тебе рассказать. Горечь разочарования пронзила Арию. Она чувствовала, что вот-вот расплачется. — Я очень переживаю за Седрика, — призналась она, её голос был тихим, почти неслышным. Снегг кивнул. — Это испытание… очень сложное, — сказал он, его голос был полон скрытой тревоги, — Пусть Диггори повторит все оборонительные заклинания, которые он знает. Пусть отточит их до автоматизма. Ария улыбнулась, хотя сердце её всё еще сжималось от тревоги. Она почувствовала облегчение от того, что отец, наконец, хоть что-то сказал. — Спасибо, папа, — прошептала она, — Это… это уже хоть что-то. Снегг кивнул. Затем, словно небрежно, он бросил фразу: — На испытание… просто необходима волшебная палочка. Я не могу тебе сказать почему… но это так. Его слова прозвучали как загадка, но для Арии это стало маленькой, но важной подсказкой. Хоть он и не открыл тайну третьего задания, но намекнул на что-то очень важное, что-то, что могло стать ключом к разгадке. И это давало ей хоть какую-то надежду. После этого разговора Ария бесцельно бродила по Хогвартсу, мысли её были заняты предстоящим третьим заданием Турнира Трех Волшебников. Тревога, словно липкий туман, окутывала её, не давая ни на минуту забыть о надвигающейся опасности. Она чувствовала себя истощенной, физически и эмоционально, словно выжатый лимон. Бессонные ночи, страх за Седрика — все это давало о себе знать. Она решила, что немного тишины и покоя ей не помешает. Уже поздно, когда Ария вошла в просторную гостиную. Огонь в камине потрескивал, отбрасывая пляшущие тени на стены, украшенные старинными гобеленами. Поздний час объяснял почти полное отсутствие людей. В кресле у камина, закутавшись в темный плед, сидел Теодор Нотт, его профиль, освещенный мерцающим пламенем, был погружен в полумрак. В руке он держал сигарету, дым которой медленно поднимался к потолку. Ария немного удивилась, увидев его. Нотт редко бывал в подобных общественных местах, предпочитая уединение. Он, кажется, не заметил её, поглощенный своими мыслями и сигаретой. Она присела на край дивана, напротив камина, наблюдая за ним. Наконец, Нотт заметил её. Он кивнул, не отрывая взгляда от сигареты, и с лёгкой ухмылкой спросил: — Засиделась, Ария? — Не могу уснуть, — ответила Ария, чувствуя, как напряжение, сжимавшее её плечи, немного ослабло. — Слишком много навалилось. Нотт, казалось, оценил её состояние. Он сделал ещё одну затяжку, выпустил дым и, немного помявшись, предложил: — Будешь? — спросил он, протягивая ей пачку сигарет. Она взяла одну сигарету, неохотно прикоснувшись к гладкой, холодной поверхности, и поднесла её к горящему камину. Затяжка за затяжкой. Дым обжигал горло, вызывая легкий кашель, но одновременно принося странное чувство расслабления. Ария с удивлением осознала, что напряжение, которое сжимало её до этого момента, начинает медленно отступать. Она чувствовала, как лёгкие наполняются дымом, как тепло разливалось по телу. — Эти волнения… не из-за Диггори случайно? — спросил Нотт спокойным, почти бесстрастным голосом. Ария кивнула, не скрывая своих чувств. — Да, — прошептала она, вдыхая ещё раз, чувствуя, как успокаивающий дым, словно бальзам, обволакивает её изнутри. — Скоро третье задание… И я боюсь. Боюсь, что оно будет намного хуже, чем предыдущие. Нотт молчал некоторое время, его взгляд был прикован к камину. — Не переживай, — сказал он наконец, его голос звучал неожиданно мягко, почти по-дружески. — Диггори… сильный. И, скажу тебе так — весь Слизерин болеет за него. Ария посмотрела на него с удивлением. Она не ожидала услышать такое от Нотта. — Прямо-таки весь? — переспросила она. — Да, — подтвердил Нотт, улыбнувшись едва заметной, почти незаметной улыбкой. — Мы знаем, на что он способен. И он не подведет. Ты увидишь. Ария сделала ещё одну затяжку, чувствуя, как тепло медленно растекается по её венам, рассеивая охватывавший её страх. Слова Нотта принесли ей странное успокоение. Они ещё долго сидели молча, лишь потрескивание камина и лёгкое шипение сигарет нарушали тишину. Ария докуривала свою сигарету, с любопытством наблюдая за Ноттом, который неожиданно предстал перед ней в новом свете. Вечер, начавшийся с тревоги и бессонницы, закончился неожиданным разговором и странным чувством спокойствия.

***

Утро встретило Арию и Дафну первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь озеро за окном. В воздухе витала атмосфера ожидания и легкого волнения — третье задание Турнира Трех Волшебников уже совсем близко. Но сегодня, на время, тревоги отступили на второй план. Девушки, сидя на полу в их комнате, среди рассыпанных кисточек, баночек с косметикой и палеток теней, предались совершенно новому занятию — созданию новых образов. Ария, всегда практичная и немного сдержанная в своем стиле, сегодня позволила себе экспериментировать. Дафна, с её ярким, креативным подходом к макияжу, с удовольствием взялась за дело. Они красили друг друга, щедро используя яркие цвета, создавая то смешные, то изысканные образы. Смех, перешептывания и шутливые замечания наполняли комнату. Они обсуждали сплетни, делились новостями, переживаниями. Настоящие подружки, забывшие на время о приближающемся опасном испытании. Дафна старалась отвлечь подругу от мыслей о Турнире. — Ну как твои успехи в волшебстве? — спросила Дафна, аккуратно подводя Арии глаза. — Проявилась ли хоть немного магия? Дамблдор что-то говорил про сильные эмоции… Ария вздохнула, задумчиво посмотрела на свои руки. Она протянула руку вперёд, к лежащей на столе книге. Книга еле заметно пошевелилась, лишь чуть-чуть сдвинувшись с места. — Это самое максимальное, что я могу сделать, — сказала Ария, её голос звучал немного разочарованно. — Дамблдор сказал, что нужно ждать сильных эмоций. Вот я и жду. Но каких? И сколько ещё ждать? Я уже начинаю терять терпение. Дафна задумалась, её взгляд стал сосредоточенным. Она отложила кисточку и, подперев подбородок рукой, начала рассуждать вслух. — Сильные эмоции… значит, нужно их… вызвать. А как? Она начала перебирать варианты, словно перебирала бусинки на нитке. — Страх? Нет, это слишком просто, слишком предсказуемо. Дамблдор точно не об этом говорил. Радость? Тоже не подходит… Любовь? У тебя есть Седрик, но это слишком… мягко, слишком нежное чувство для такой задачи. Дафна постукивала пальцами по столу, её брови были сдвинуты в сосредоточенном выражении. Её ум, обычно занятый поиском новых цветовых комбинаций и форм для макияжа, теперь был целиком поглощен поиском решения другой, более сложной задачи. — Что-то… более… экстремальное, — пробормотала она, её глаза загорелись. — Нечто… такое, что заставит твоё сердце биться как бешеное. Что-то, что заставит тебя забыть обо всем, кроме этого момента. Её взгляд упал на флакончик с эфирными маслами, стоящий на туалетном столике. — Может, яд? — неожиданно предложила Дафна. — Капелька чего-нибудь… экстремального… Что-то, что вызовет у тебя сильный страх, но не убьет. Или… нет, слишком опасно! Она отбросила эту мысль и снова задумалась. — Нужно что-то, что заставит тебя забыть обо всем… Например, что-то связанное с Седриком. Как бы сильно он тебя не любил, может быть, немного… ревности? Что-нибудь такое, что заставит твои эмоции выплеснуться наружу с огромной силой? Её глаза блеснули, словно у неё уже созрел план. Она начала строчить что-то на листке бумаги, расчерчивая его на несколько пунктов, каждый пункт — новый шаг к созданию ситуации, способной высвободить в Арии бурю эмоций. Ария наблюдала за Дафной с любопытством и лёгким трепетом. Идея вызывать сильные эмоции казалась ей одновременно безумной и захватывающей. Они всё ещё не знали, сработает ли это, но сам процесс поиска выхода, совместного преодоления препятствия, уже сблизил их ещё больше. А это, пожалуй, было ничуть не менее ценно, чем решение проблемы с магией. Дафна, с довольной улыбкой, наконец представила свой план. Он состоял из нескольких этапов, каждый из которых был призван вызвать у Арии определенные эмоции. Ария внимательно выслушала план, ее брови то сдвигались в задумчивости, то поднимались в изумлении. Но всё это было не то. Они договорились ещё подумать над этим. Внезапно раздались звуки шуршания. Обе подруги мгновенно поняли, что их соседки проснулись. — Все! — прошептала Ария, быстро собирая разбросанные косметические принадлежности. — Не стоило все это обсуждать в присутствии посторонних. — Да они всё равно храпели! Девушки поспешно привели комнату в порядок, скрывая листок с планом и заталкивая все косметические принадлежности в сумки. Они вышли из комнаты, направившись к Большому залу на завтрак. В коридоре было многолюдно. Студенты спешили на занятия, громко разговаривали, смеялись. Ария, задумавшись о плане Дафны, чуть не столкнулась с каким-то второкурсником. Парень, ошарашенный, чуть не налетел на Арию, но в тот же момент чья-то рука крепко схватила ее за плечи, и быстрым, ловким движением отталкивая назад, предотвращая падение. — Спасибо, Драко, — удивленно сказала Ария, повернувшись. Она не ожидала увидеть Драко Малфоя, тем более, что в последнее время они практически не общались. Малфой, обычно холодный и надменный, чуть улыбнулся Арии — едва заметное движение губ, которое она, возможно, и не заметила бы, если бы он не находился совсем рядом. Взгляд его, обычно полный презрения ко всему, что не относилось к Слизерину, был каким-то… странным. В нем читалось не только легкая ирония, но и что-то ещё, не поддающееся определению. Обратившись к второкурснику, который, ошеломленный, стоял как вкопанный, Драко процедил сквозь зубы. — Следи куда прешь, мелкий. А то мало ли что может полететь тебе в лицо. Затем, не сказав больше ни слова, Драко Малфой прошел мимо, оставляя Арию в недоумении. Ей было одновременно приятно и немного странно. — Что-то он добренький слишком сегодня, — хмыкнула Дафна. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в яркие, огненные цвета. Длинные тени от высоких башен Хогвартса ложились на траву, создавая таинственную атмосферу. В одном из уютных уголков гостиной Слизерина собрались несколько человек. Воздух наполнялся тихим смехом и шепотом, а в центре стола лежала колода обычных, магловских игральных карт. Несколько ребят, среди которых были Блейз Забини и несколько других студентов Слизерина, занято играли в дурака. — Девочки, присоединяйтесь, — улыбнулся Блейз, подзывая Дафну и Арию, которые только что вошли в гостиную. Ария и Дафна, немного подумав, согласились. Они уселись на пол и, несмотря на первоначальное волнение, быстро втянулись в игру. Вечер пролетел незаметно в шуме карт, лёгких спорах и дружеских подначках. Когда игра закончилась, и большинство ребят разошлись по своим комнатам, Ария почувствовала лёгкий голод. Она пропустила ужин, полностью погрузившись в игру и волнения дня.

***

Ария направилась на кухню, решив подкрепиться перед сном. Близнецы Уизли наслаждались поздним перекусом. Как всегда, они были заняты чем-то озорным, шепчась и хитро переглядываясь. Увидев Арию, Фред приподнял брови. — О, смотри-ка, дочь грозы подземелий! Заблудилась в поисках запрещённых зелий? — пропел он, широко улыбаясь. Джордж закатил глаза. — Фред, да оставь её в покое. Она выглядит уставшей. Может, она ищет что-нибудь съедобное, а не взрывчатое. Но Фред, не обращая внимания на брата, продолжал подшучивать над Арией. — Может, ты ищешь рецепт для своего нового любовного зелья, чтобы сразить Диггори? Ария, сначала ошеломлённая, быстро пришла в себя. Она прекрасно знала стиль шуток близнецов Уизли и не собиралась обижаться. — Оставьте свои гадания на потом, — ответила она, стараясь скрыть улыбку. — Мне просто голодно. Вы не могли бы указать мне на что-нибудь поедаемое? Фред и Джордж переглянулись и, впервые за весь вечер, замолчали. Затем, синхронно, они указали на полку с вкусными пирожными. — Конечно, мисс Снегг. Пожалуйста, угощайтесь! Только будьте осторожны, — добавил Джордж с игривым подмигиванием, — Некоторые пирожные могут обладать… неожиданными свойствами. Ария взяла с полки несколько пирожных, стараясь не обращать внимания на многозначительные взгляды близнецов. Она поблагодарила их и, откусив кусочек, наслаждалась сладким вкусом. Пирожные были действительно вкусными, и, несмотря на все подколы, настроение Арии заметно улучшилось. Она села за стол, рядом с близнецами, и они продолжили разговор, перейдя от шуток к более серьёзным темам. Они обсуждали предстоящее третье задание Турнира Трех Волшебников, делились своими переживаниями и предположениями. Ария, обычно сдержанная и немного замкнутая среди гриффиндорцев, почувствовала себя в их компании комфортно и непринужденно. Близнецы, несмотря на свою известную репутацию, умели слушать и сочувствовать. В какой-то момент разговор плавно перетек на менее серьёзные темы, и близнецы начали рассказывать смешные истории, случившиеся с ними за последнее время. Их рассказы были настолько забавны, что Ария не могла сдержать смех. Она смеялась громко и заразительно, от души, что случалось с ней не так часто. Фред, всегда немного более настойчивый и откровенный, чем Джордж, наблюдая за Арией, еле заметно начал подкатывать. Его шутки стали более личными, его взгляды — более долгими и пристальными. Он находил поводы, чтобы коснуться ее руки, «случайно» задевая её плечо. Он рассказывал истории, в которых его «герой» имел поразительное сходство с ним самим, описывая качества, которые, как он ненавязчиво подчёркивал, Ария наверняка ценит в людях. Джордж, наблюдая за этим, иногда незаметно пинал Фреда под столом или делал ему неодобрительные жесты. Однако, он не вмешивался напрямую, предоставляя Фреду полную свободу действий. Он хорошо понимал, что его брат по-настоящему увлёкся Арией. Ария чувствовала себя немного смущенно под пристальным вниманием Фреда. Её сердце билось чаще, чем обычно, и румянец вспыхнул на её щеках. Ей нравились шутки и общество близнецов, но она не ожидала такой настойчивости от Фреда. Ситуация становилась всё более запутанной и интересной, добавляя в уже насыщенный событиями день ещё одну неожиданную интригу. Фред, подзадоренный предыдущими неудачами, перешёл к более агрессивной тактике. Его шутки перестали быть безобидными подколами и превратились в целенаправленные попытки вывести Арию из равновесия. Он сыпал остроумными, но язвительными замечаниями, намекая на то, что отношения Арии и Седрика не так идеальны, как кажется. Он сравнивал Седрика с безликим и скучным существом, называя его «милым, но пресным», и изображая Арию, запертой в клетке с «пресным» Седриком. Его голос звучал как-то слишком громко, вызывая к себе внимание окружающих. Джордж, обычно участник его шуток, на этот раз лишь наблюдал, хмуря брови. Он чувствовал, что Фред перегнул палку. Ария, сначала пытавшаяся парировать его колкости с улыбкой, начала краснеть. Ее терпение лопнуло. Усталость от напряженного дня и постоянные едкие замечания Фреда наконец сломали ее. — Фред, пожалуйста, хватит, — сказала она, голос немного дрожал от сдерживаемого раздражения. — Это уже становится не смешно. Я встречаюсь с Седриком, и мне хорошо с ним. Тишина повисла в воздухе. Все трое замерли. Фред, обычно неудержимый в своих шутках, внезапно потух. На его лице появилась смесь смущения и раскаяния. Джордж, всё ещё молча наблюдавший, незаметно дал Фреду легкий пинок под столом. Фред пробормотал что-то невнятное в знак извинения, и, покраснев, отвернулся. Его обычно игривый взгляд потух, заменившись смущением. Джордж, который молча наблюдал за сценой, тихонько фыркнул, но затем, с профессиональным видом, принялся заглаживать ситуацию. — О, ну, ты знаешь, Фред бывает немного… резковат в своих шутках, — сказал он, обращаясь к Арии с широкой, несколько натянутой улыбкой. — Его мозг работает немного иначе, чем у обычных людей. Представь себе, как сложно одновременно жонглировать тремя огненными шарами и генерировать остроумные комментарии! Он бросил на Фреда многозначительный взгляд, который тот встретил молчаливым кивком, всё ещё борясь с румянцем на щеках. — Это как раз тот случай, — продолжил Джордж, — когда шутка не оправдала ожиданий. На самом деле, Фред очень ценит тебя, Ария. Он просто… не всегда умеет это выразить словами. Он подмигнул Арии, стараясь смягчить напряженную атмосферу. Ария, немного смягчившись, улыбнулась. Она понимала, что Джордж прав — Фред, несмотря на его резкие шутки, в глубине души был неплохим парнем. — Я понимаю, — сказала она, — но иногда стоит выбирать слова повнимательнее. — Запоминай, Фред, — пробормотал Джордж, тихонько пихнув брата локтем. — «Пожалуйста, хватит» — это не шутка. Это просьба. И к просьбам надо прислушиваться. Фред кивнул, всё ещё немного смущенный, но, кажется, искренне раскаявшийся. Он украдкой взглянул на Арию, пытаясь улыбнуться, но получилось немного скованно. Чтобы окончательно сгладить ситуацию, Джордж быстро перевел разговор на другие темы, начав рассказывать смешную историю о своем последнем провале в зельеварении. Ария рассмеялась, и напряжение окончательно исчезло. Вечер продолжался уже в более непринужденной атмосфере, хотя легкая тень от неудачной шутки Фреда еще некоторое время витала в воздухе.