Там, где корни не дотянутся

Альманиэль проснулась от оглушительного грохота битвы, доносившегося снаружи. Звон мечей, крики боли и ярости ворвались в комнату, заставив её резко сесть на кровати. Сердце колотилось в груди, а рука инстинктивно потянулась к мечу. В комнате стояла густая темнота, нарушаемая лишь тусклым светом луны, пробивающимся сквозь неплотно задернутые шторы. — Ты слышишь? — прошептала Лелиана с соседней кровати, её голос был напряжен, как натянутая тетива. — Бой, — тихо ответила Альманиэль, уже поднимаясь на ноги и бесшумно натягивая кожаные штаны и рубаху. — Но кто сражается? Лелиана молча кивнула, быстро вставая. Она обладала собственной интуицией, отточенной годами жизни в путешествии. Она потянулась за луком, лежавшим у изголовья кровати. Нерия Сурана, третья обитательница комнаты, зашевелилась на своей постели. Эльфийка-целительница всегда спала чутко, и звуки сражения не могли остаться незамеченными. — Что происходит? — спросила она, прислушиваясь к нарастающему шуму. Отчаянные, полные ужаса человеческие крики прорезали ночную тишину. За ними последовал еще более громкий лязг металла и грохот чего-то тяжелого, упавшего на землю. Где-то вдалеке залаяли собаки, их вой смешивался с криками людей, создавая какофонию ужаса. — Нападение, — коротко бросила Альманиэль, затягивая пояс, на котором висели ножны с мечом из драконьей кости. Её пальцы двигались с отточенной годами практики скоростью, пряжки и застёжки поддавались без малейшего звука. — Лелиана, твой лук. Нерия, держись позади нас. Нужно выяснить, кто там сражается. Лелиана уже стояла у двери с натянутым луком, а Нерия сжимала посох, от навершия которого исходило слабое голубоватое свечение. Целительница выглядела испуганной, но решительной — за прошедшее время с тех пор, как Альманиэль присоединилась к их группе, она успела заметить, что хрупкая на вид эльфийка обладает немалой внутренней силой. — Готовы? — спросила Альманиэль, и, получив два кивка в ответ, осторожно открыла дверь в коридор таверны. Коридор второго этажа уже наполнился людьми. Арден Амелл стоял у лестницы, его высокая фигура в простой ночной одежде выглядела непривычно уязвимой без мантии, но выражение лица оставалось спокойным и сосредоточенным. Рядом с ним Алистер, один из тех, кто нёс ночную вахту, был в тяжёлой броне и сжимал меч и щит. Его обычно улыбчивое лицо сейчас было серьёзным и напряженным. — Все здесь? — спросил Арден, окидывая взглядом собравшихся. Его голос, как всегда, был спокоен, но Альманиэль заметила напряжение в его глазах. — Эйдан с Хайдером проверяют чёрный ход, — ответил Алистер, поправляя ремень щита. — Дюран уже внизу. Натия пошла с ним. Сказала, что может заблокировать двери надёжнее, чем любой замок. — Что происходит? Кто напал? — спросила Каллиан, появляясь из своей комнаты с двумя кинжалами наготове и с луком позади. Её короткие тёмные волосы были взъерошены, а на ней была лишь ночная рубашка и наспех натянутые штаны. За ней следовал Терон с уже натянутым луком, тоже в ночной одежде. — Бой в городе, — ответил Арден, его взгляд скользнул по коридору, оценивая готовность каждого. — Но пока неясно, кто сражается. Судя по звукам, масштабное столкновение. Алим, Морриган, — он повернулся к двум магам, появившимся из своих комнат, — держитесь в центре группы. Ваша магия будет нашим главным преимуществом. Алистер и Дюран впереди. Остальные — поддержка и фланги, — он говорил коротко и чётко. — Спускаемся. Нужно выяснить, что происходит. Группа двинулась вниз по лестнице. Общий зал таверны представлял собой картину хаоса. Столы и стулья были сдвинуты к дверям и окнам, образуя импровизированные баррикады. Несколько местных жителей, вооруженных кто чем — от кухонных ножей до охотничьих луков — сгрудились у стойки. Хозяин таверны, Ллойд, бледный как полотно, судорожно сжимал в руках арбалет, который, судя по его трясущимся рукам, он вряд ли когда-либо использовал. — Путники! — воскликнул он, увидев спускающуюся группу. Облегчение на его лице смешивалось с паникой. — Хвала Создателю! Они повсюду! Мертвецы! Ходячие мертвецы! — Мертвецы? — переспросил Алистер, его обычная ирония исчезла из голоса. — Ты уверен? — Клянусь Андрасте! — Ллойд трясся так, что его двойной подбородок колыхался. Пот струился по его лицу, смешиваясь со слезами страха. — Они пришли со стороны замка! Десятки, может, сотни! Джон — кузнец пытался отбиться, но они… они разорвали его на части! Я видел, как они тащили его внутренности по улице! Альманиэль почувствовала, как по спине пробежал холодок. Нежить? Здесь? Её предчувствие опасности оказалось верным. Что-то подсказывало ей, что это не простое совпадение. Её размышления прервал оглушительный треск. Одно из окон таверны разлетелось вдребезги, и в проем протиснулась фигура. Серая кожа, натянутая на кости, пустые глазницы, в которых тлел неестественный огонь, и оскаленный в вечной гримасе рот. Это был труп, поднятый какой-то неведомой силой, сохранивший остатки одежды и даже черты лица, которое когда-то принадлежало живому человеку. — Назад! — крикнул Арден, и его посох, который он всегда держал при себе даже во время сна, вспыхнул ярким пламенем. Огненный шар сорвался с навершия и ударил прямо в грудь мертвеца, отбрасывая его назад через окно. Но за ним уже лезли другие — через окна, через дверь, которая трещала под напором десятков гниющих тел. — К оружию! — прогремел голос Стэна, появившегося из подвала таверны, и кунари первым бросился навстречу опасности, сжимая в руках огромный двуручный меч. Несмотря на то, что на нем не было доспехов, лишь простая одежда, в которой он спал, его мощная фигура внушала уверенность. Альманиэль выхватила свой меч. Клинок, созданный из останков древнего дракона, казалось, светился в отблесках ламп, руны, выгравированные вдоль него, пульсировали, словно живые, отзываясь на прикосновение её руки. Она заняла позицию рядом с Каллиан, прикрывая спину эльфийки, пока та готовилась метнуть свои кинжалы. Битва началась внезапно и яростно. Мертвецы лезли через все возможные входы, их было так много, что казалось, будто весь Редклифф превратился в кладбище, извергающее своих обитателей. Они двигались неуклюже, но с пугающей целеустремленностью, их пустые глазницы были устремлены на живых. Альманиэль рубила и колола, её меч рассекал гниющую плоть с удивительной лёгкостью. Она двигалась быстро и точно, используя каждое преимущества роста и ловкости. Без магии, которой она когда-то владела, без возможности призвать силы, доступные ей в родном мире, она полагалась исключительно на физические навыки и годы тренировок. Рядом с ней Каллиан демонстрировала своё мастерство выросшей в постоянной борьбе за выживание. Её движения были экономными и смертоносными, каждый удар находил цель. Терон прикрывал их с дистанции, его стрелы с пугающей точностью находили глазницы мертвецов, заставляя их падать безвольными кучами, которые, иногда, всё равно медленно поднимались. — Они не останавливаются! — крикнула Каллиан, вонзая кинжал в глазницу очередного мертвеца. — Огонь! — крикнула Альманиэль в ответ, вспоминая свои столкновения с подобными существами. — Нужен огонь! Словно услышав её, Арден и Алим одновременно создали огненную стену перед входом в таверну. Пламя взревело, пожирая первые ряды наступающих мертвецов. Воздух наполнился запахом горелой плоти и треском пламени. Морриган, стоявшая в стороне, взмахнула руками, и температура в комнате резко упала. Иней покрыл пол и стены, а затем с её пальцев сорвались ледяные копья, пригвождая нескольких мертвецов к стене. — Не тратьте силы понапрасну, — сказала она холодно. — Их слишком много. Она была права. Несмотря на все усилия, мертвецы продолжали прибывать. За каждого уничтоженного появлялись двое новых. Таверна превратилась в осажденную крепость, и осаждающие явно побеждали. Эйдан Кусланд и его мабари Хайдер прорубались через толпу мертвецов, которые оказались внутри таверны, вставая рядом с Стэном и Дюраном. Хайдер рычал и рвал мертвую плоть, не проявляя ни малейшего страха перед неестественными противниками. Пес бросал короткие взгляды на Альманиэль, словно проверяя, что с ней всё в порядке. — Нам нужно выбираться отсюда! — крикнул Эйдан, отбрасывая очередного мертвеца мощным ударом кулака. Его ночная рубашка была пропитана кровью и гнилой жижей, но он не обращал на это внимания. — Таверна не выдержит! Арден кивнул, его лицо было сосредоточенным. — Алистер, Стэн, Дюран, — расчистите путь к чёрному входу! Морриган, Алим — прикрывайте фланги огнём! Нерия — держись в центре, будь готова лечить раненых! Остальные — защищайте гражданских! Группа перестроилась с удивительной слаженностью для людей, только что поднятых с постели. Альманиэль заняла позицию рядом с Лелианой, прикрывая лучницу, пока та посылала стрелу за стрелой в наступающих мертвецов. — Ты сражалась с такими раньше? — спросила Лелиана, не отрывая взгляда от цели. — Не совсем с такими, — ответила Альманиэль, отсекая руку мертвецу, подобравшемуся слишком близко. — Но похожими. Огонь — лучшее средство. И отрубать головы. Лелиана кивнула и, словно в подтверждение её слов, послала стрелу прямо в глаз ближайшему мертвецу. Стэн, Алистер и Дюран тем временем пробивали путь к выходу. Кунари размахивал огромным мечом, снося по несколько противников за раз. Алистер использовал щит как таран, отбрасывая мертвецов, а Дюран, несмотря на небольшой рост, демонстрировал гномью выносливость и силу, его боевой топор крушил черепа и кости с пугающей эффективностью. — Путь свободен! — крикнул Алистер, когда они достигли двери. — Но ненадолго! — Выходим! — скомандовал Арден. — Держитесь вместе! Гражданские в центр! Группа начала организованное отступление, прикрывая перепуганных посетителей таверны. Альманиэль оказалась в арьергарде вместе с Каллиан и Тероном, сдерживая натиск мертвецов, пока остальные выбирались наружу. — Последняя! — крикнула она, когда Белла, служанка из таверны, проскользнула мимо неё к выходу. Альманиэль отступила к двери, продолжая отбиваться от наседающих мертвецов. Один из них, особенно крупный, с остатками доспехов стражника на гниющем теле, бросился на неё с неожиданной скоростью. Она едва успела уклониться, и его короткий меч проскользнул в дюйме от её лица. Она плавным движением отсекла голову мертвецу. Выскользнув за дверь, она помогла Дюрану и Натии забаррикадировать вход, используя тяжелую телегу, стоявшую неподалеку. — Это их ненадолго задержит, — проворчала Натия, вытирая пот со лба. — Что теперь? Арден уже оценивал ситуацию, его взгляд скользил по улицам Редклиффа, погруженным в хаос. Повсюду были видны фигуры мертвецов, преследующих живых. Крики и звуки борьбы доносились со всех сторон. — Нужно помочь жителям, — сказал он твердо. — И найти источник этого… нашествия. — Они идут от замка, — заметила Альманиэль, указывая на дорогу, покрытую странным туманом и ведущую к возвышающейся над городом крепости. — Видите? Действительно, основной поток мертвецов, казалось, спускался по дороге от замка Редклифф, растекаясь по городу подобно зловещему приливу. — Значит, источник там, — кивнул Арден. — Но сначала нужно помочь людям. Разделимся на группы. Он быстро распределил задачи: Алистер, Нерия, Лелиана, Терон и Натия направлялись к воротам города, чтобы помочь страже; Арден, Стэн, Каллиан и Алим — к церкви, где, вероятно, укрылось большинство жителей, заодно отведут туда гражданских; Эйдан, Хайдер, Альманиэль, Морриган и Дюран — на рыночную площадь, где, судя по звукам, шло основное сражение. — Встречаемся у церкви, когда ситуация стабилизируется, — закончил Арден. — Будьте осторожны. Группы разделились, и Альманиэль последовала за Эйданом в сторону рыночной площади. Хайдер бежал рядом с ней, время от времени порыкивая на тени, мелькавшие в переулках. Морриган шла чуть позади, её лицо выражало смесь раздражения и сосредоточенности. Дюран замыкал их небольшой отряд, его топор был наготове. Группе иногда приходилось сражаться с мертвецами, спасая людей и отсылая их в церковь. По мере приближения к площади звуки боя становились всё громче. Когда они вышли из узкой улочки на открытое пространство, перед ними предстала картина настоящего кошмара. Десятки мертвецов окружили небольшую группу защитников: нескольких стражников и вооруженных горожан, отчаянно отбивавшихся от натиска нежити. В центре группы Альманиэль заметила знакомую фигуру — сера Рикарда, рыцаря, которого они видели в таверне накануне вечером. Его доспехи были забрызганы кровью и какой-то тёмной жижей, но он продолжал сражаться, прикрывая собой нескольких детей и женщин. — Нужно помочь им, — сказал Эйдан и без дальнейших слов бросился в бой, Хайдер последовал за ним с яростным лаем. Альманиэль глубоко вдохнула и, крепче сжав рукоять своего меча, последовала за ними. Она ворвалась в гущу сражения, её меч сверкал в тусклом свете факелов, разбрасывая вокруг капли гнилой жижи с каждым ударом. Она двигалась с грацией, которую могли дать только годы тренировок под руководством Довакина, Сераны, тёти Хильды, Соратников Йоррварска и тёти Карлии. Каждое движение было выверенным, каждый удар — смертоносным. Мертвецы поворачивались к новым противникам, их пустые глазницы с неживым огнём фиксировались на живых с пугающей целеустремленностью. Один из них, с наполовину оторванной челюстью и обнажёнными рёбрами, бросился на Альманиэль, вытянув руки с почерневшими скрюченными пальцами. Она уклонилась от его захвата и одним плавным движением отсекла ему голову. Труп рухнул к её ногам, но неживое пламя в его глазах погасло лишь через несколько мгновений. — Они не как обычные противники! — крикнула она Эйдану, который сражался неподалеку, прикрывая спину Дюрану. — Не пытайтесь их ранить — отсекайте головы или конечности! Эйдан кивнул, не тратя дыхание на ответ, и тут же применил её совет, обезглавив ближайшего мертвеца мощным ударом меча. Хайдер, казалось, инстинктивно понимал тактику — он целился в горло и конечности, его мощные челюсти разрывали гниющую плоть и сухожилия, обездвиживая противников. Морриган держалась на расстоянии, её магия была направлена на создание ледяных барьеров, замедляющих продвижение мертвецов. Она не тратила силы на прямые атаки, понимая, что их ждет долгая ночь, и энергию нужно экономить. — Стражи! — воскликнул сер Рикард, когда Альманиэль и её спутники пробились к центру площади. Его лицо было покрыто кровью и грязью, но в глазах светилась решимость. — Хвала Создателю, что вы здесь! — Сколько их? — спросил Эйдан, становясь плечом к плечу с рыцарем, образуя живой щит перед группой гражданских. — Десятки, может, сотни, — ответил Рикард, тяжело дыша. — Они появились около часа назад, спустились от замка. Мы пытались организовать оборону, но их слишком много. Альманиэль окинула взглядом площадь. Мертвецы наступали со всех сторон, но основной поток действительно шёл с направления замка. Среди защитников она заметила нескольких стражников, но большинство составляли обычные горожане — рыбаки, ремесленники, торговцы, вооруженные чем попало и явно не имеющие боевого опыта. — Нужно укрепить позиции, — сказала она, оценивая ситуацию. — Использовать телеги, бочки — всё, что можно превратить в баррикады. И огонь — они боятся огня. Сер Рикард кивнул и начал отдавать приказы оставшимся стражникам. Альманиэль заметила, как несколько мужчин бросились к ближайшим лавкам, вытаскивая бочки и ящики, чтобы создать импровизированные укрепления. Дюран тем временем организовал группу лучников, расположив их на крыше небольшого склада, откуда они могли обстреливать приближающихся мертвецов. — Целься в головы! — командовал гном, его голос звучал уверенно и твёрдо, несмотря на хаос вокруг. — Экономьте стрелы! Бой на площади становился всё ожесточеннее. Мертвецы, казалось, не знали усталости, их натиск не ослабевал ни на мгновение. Защитники же начинали выдыхаться — сказывалось внезапное пробуждение и отсутствие банальной подготовки у большинства. Альманиэль почувствовала, как усталость начинает сковывать её движения. Каждый удар, каждый шаг требовал всё больше усилий. Но она не могла позволить себе слабость — не сейчас, когда вокруг неё люди сражались за свои жизни. Внезапно она услышала детский крик. Обернувшись, она увидела маленькую девочку — не старше пяти лет, с растрепанными светлыми волосами — которая каким-то образом оказалась отрезанной от основной группы гражданских. Мертвец, бывший когда-то крупным мужчиной, возможно, кузнецом или мясником, судя по остаткам фартука на его гниющем теле, надвигался на ребёнка, его скрюченные пальцы тянулись к маленькой фигурке. Не раздумывая, Альманиэль бросилась к девочке. Она преодолела разделявшее их расстояние в несколько прыжков, но мертвец был ближе. В последний момент она метнула свой кинжал, который всегда носила на поясе в дополнение к мечу. Клинок вонзился в глазницу мертвеца, заставив его пошатнуться и отвлечься от ребенка. Этой секундной задержки хватило Альманиэль, чтобы оказаться рядом и одним мощным ударом меча отсечь голову нежити. Труп рухнул к её ногам, а она подхватила рыдающую девочку на руки. — Кэти? — узнала она ребенка, с которым познакомилась накануне. — Всё хорошо, я держу тебя. Девочка вцепилась в неё с силой отчаяния, её маленькое тельце сотрясалось от рыданий. Альманиэль быстро осмотрелась, ища безопасный путь к основной группе защитников. Но мертвецы, словно почуяв живую плоть, начали стягиваться к ним, отрезая путь к отступлению. — Эйдан! — крикнула она, прижимая ребенка к себе и одновременно отбиваясь от приближающихся мертвецов. — Мне нужна помощь! Эйдан услышал её зов и, прорубаясь сквозь толпу нежити, устремился к ней. Хайдер следовал за ним, его мощные челюсти разрывали всё, что становилось на пути. Но расстояние было слишком большим, а мертвецов — слишком много. Альманиэль почувствовала, как что-то холодное схватило её за лодыжку. Она опустила взгляд и увидела мертвеца, верхняя часть тела которого была практически уничтожена, но руки всё ещё функционировали, цепляясь за всё живое. Она попыталась стряхнуть его, но хватка была слишком сильной. Другие мертвецы приближались, их пустые глазницы горели зловещим синим огнем. В этот момент воздух вокруг неё внезапно похолодел, и мертвецы, окружавшие её, замерли, скованные льдом. Морриган стояла в нескольких шагах, её руки всё ещё были вытянуты в завершающем жесте заклинания. — Не стой столбом! — крикнула ведьма. — Беги! Альманиэль не нужно было повторять дважды. Освободившись от хватки замёрзшего мертвеца, она бросилась к основной группе защитников, всё ещё прижимая к себе рыдающую Кэти. Эйдан и Хайдер прикрывали её отступление, а Дюран организовал залп из луков, сдерживая натиск нежити. Достигнув относительной безопасности за импровизированными баррикадами, Альманиэль передала Кэти женщине, которая, судя по сходству, была её матерью. Женщина благодарно кивнула, слёзы облегчения текли по её лицу. — Спасибо, — прошептала она, прижимая дочь к груди. — Создатель благословит вас. Альманиэль кивнула в ответ, крикнув, чтобы те бежали к церкви. Её плечо пульсировало болью — в какой-то момент схватки один из мертвецов задел её своими когтями, оставив глубокие царапины. Но сейчас было не время обращать внимание на раны. Бой на площади продолжался с неослабевающей силой. Защитники держались, но с каждой минутой их становилось всё меньше, а мертвецов, казалось, только прибывало. Альманиэль видела усталость на лицах своих спутников: Эйдан тяжело дышал, его рубашка была пропитана потом и кровью; Дюран, несмотря на гномью выносливость, двигался всё медленнее; даже Морриган, обычно невозмутимая, выглядела истощенной от постоянного использования магии. — Мы не сможем держаться… — сер Рикард не успел закончить фразу — мертвец, казавшийся поверженным, внезапно вцепился в его ногу, прокусив сапог и вонзив гнилые зубы в плоть. Рыцарь вскрикнул от боли и неожиданности, пытаясь стряхнуть нежить, но потерял равновесие и упал на колено. Тут же еще несколько мертвецов бросились к нему, почуяв уязвимость. — Рикард! — крикнул один из стражников, бросаясь на помощь, но было поздно. Мертвецы навалились на рыцаря, их скрюченные пальцы рвали ремни доспеха, словно бумагу. Крик Рикарда оборвался, когда один из них вонзил руку ему в горло, вырывая плоть и артерии. Кровь хлынула фонтаном, забрызгивая мостовую и окружающих мертвецов, которые с еще большим остервенением набросились на свою жертву. — Отступаем! — закричал Эйдан, понимая, что позиция потеряна. — К церкви! Всем к церкви! Но его команда потонула в криках паники. Смерть сера Рикарда, который был последней надеждой для многих горожан, сломила их дух. Организованное отступление в одно мгновение превратилось в хаотическое бегство. Люди бросали оружие, толкали друг друга, пытаясь спастись от наступающей волны нежити. — Нет! Держите строй! — кричал Дюран, пытаясь остановить бегущих, но его голос тонул в общем хаосе. Альманиэль оказалась в эпицентре паники. Вокруг неё люди кричали и бежали, мертвецы прорывались через брошенные баррикады, хватая всех, кто не успевал уйти. Она видела, как женщина, только что прижимавшая к себе спасенную Кэти, упала, сбитая с ног толпой. Девочка выскользнула из её рук и закричала, потерявшись в море ног и тел. Альманиэль бросилась к ребёнку, но поток бегущих людей оттеснил её в сторону. Она потеряла из виду и Кэти, и её мать, и могла лишь надеяться, что кто-то другой успел подхватить девочку. — Эйдан! — крикнула она, пытаясь найти своих спутников в хаосе. — Морриган! Дюран! Но её голос тонул в криках паники и рычании мертвецов. Она оказалась одна, отрезанная от своей группы, в окружении бегущих людей и наступающей нежити. Внезапно что-то тяжелое ударило её сзади — обезумевший от страха мужчина, пытаясь пробиться через толпу, ударил её с такой силой, что она потеряла равновесие и упала на мостовую. Боль пронзила её раненое плечо, а меч выскользнул из руки, отлетев на несколько шагов. Альманиэль попыталась подняться, но новая волна бегущих людей чуть не затоптала её. Она прижалась к земле, прикрывая голову руками, пока над ней проносились десятки ног. Когда поток немного ослаб, она подняла голову и увидела, что оказалась в опасной близости от наступающих мертвецов. Её меч лежал в нескольких шагах, но между ними уже маячили фигуры нежити. «Это конец?» — мелькнула мысль. Она сейчас была беззащитна перед лицом этого кошмара. В своём мире она была дочерью Довакина, обладала силами, о которых здесь могла только мечтать. А сейчас она была просто смертной, загнанной в угол, как крыса. Ближайший мертвец заметил её и повернул свою безглазую голову. Он двинулся к ней, вытянув руки с почерневшими ногтями. Альманиэль отползала назад, пока не уперлась спиной в стену здания. Выхода не было. Она лихорадочно огляделась, ища хоть что-то, что могло бы послужить оружием — палку, камень, разбитую бутылку, хоть что-то. Но мостовая была пуста, все, что могло быть использовано как оружие, уже было подобрано отчаявшимися защитниками. Мертвец приближался, за ним следовали другие, привлеченные движением и запахом живой плоти. Альманиэль приготовилась встретить смерть с достоинством, как учил её Эйрик. «Если умирать, то с честью», — говорил он. Она выпрямилась, глядя прямо в пустые глазницы приближающейся нежити.