Там, где корни не дотянутся

Лестница, ведущая на второй этаж Башни Круга, казалась бесконечной. Каждая ступень, отполированная тысячами шагов учеников и храмовников, теперь была покрыта тонким слоем пыли и пятнами засохшей крови. Воздух становился тяжелее с каждым шагом, наполняясь запахом горелой плоти и металлическим привкусом магии. Альманиэль шла позади, внимательно наблюдая за спинами товарищей. Построение осталось прежним: во главе Алистер и Дюран, закрытые щитами, за ними Стэн. Маги и лучники держались в центре, а Эйдан с Хайдером и Натия с Альманиэль замыкали строй. «Как подъём на Высокий Хротгар», — мелькнуло в голове Альманиэль, но она отогнала воспоминание, сосредоточившись на настоящем. Когда они достигли площадки второго этажа, Алистер поднял руку, призывая к осторожности. Перед ними простирался длинный коридор, освещённый редкими магическими светильниками, многие из которых мерцали, готовые погаснуть в любой момент. Тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения там, где его не было. — Здесь находятся кладовые и хранилища, — тихо произнесла Винн, её голос едва нарушал гнетущую тишину. — И несколько комнат магов. Арден кивнул, его лицо было сосредоточенным и напряжённым: — Держимся вместе. Проверяем каждое помещение. Они медленно продвигались по коридору, заглядывая в открытые двери. Каждая комната рассказывала свою историю ужаса: перевернутые столы, разбросанные свитки, следы борьбы. Стены были испещрены странными символами, нарисованными чем-то, подозрительно похожим на кровь. В воздухе висел тяжёлый запах лириума, смешанный с чем-то гнилостным и неестественным. — Руны призыва, — пробормотал Алим, серые глаза изучали один из символов. Его пальцы зависли в нескольких дюймах от стены, не решаясь прикоснуться к зловещему знаку. — Кто-то пытался призвать демонов прямо здесь. — И, судя по всему, преуспел, — добавила Нерия, указывая на глубокие борозды на полу, словно оставленные огромными когтями. Камень был не просто поцарапан — он был разорван, как ткань под острым ножом. В одной из комнат они обнаружили разбросанные магические инструменты: разбитые кристаллы, опрокинутые чаши с засохшими субстанциями, расколотые жезлы. Винн наклонилась, поднимая осколок чего-то, что когда-то было амулетом. — Это принадлежало Энхелу, — произнесла она тихо. — Он был одним из лучших чародеев-заклинателей. — Был? — переспросил Эйдан. Винн просто кивнула. Ответ был очевиден. Когда они приблизились к одной из кладовых в конце коридора, Алим вдруг остановился, поднимая руку. Все замерли. — Там кто-то есть, — прошептал он, прислушиваясь. — Слышите? Из-за приоткрытой двери доносился монотонный голос, произносивший что-то методично и бесстрастно. Слова были неразборчивы, но ритм речи был неестественно ровным, лишенным всяких интонаций. Арден дал знак приготовиться, и группа заняла боевые позиции. Алистер и Дюран встали по обе стороны от двери, готовые ворваться внутрь по сигналу. Стэн поднял огромный меч, а маги приготовили заклинания. Лелиана наложила стрелу на тетиву, а Натия достала кинжалы. Альманиэль обнажила меч. Арден кивнул, и Алистер толкнул дверь, входя в кладовую с поднятым щитом. Остальные последовали за ним, готовые к бою. Но вместо демонов или магов крови они увидели высокого худощавого человека в простой серой мантии, который методично расставлял банки с ингредиентами на полках. Его движения были точными, выверенными, словно он выполнял сложный танец, каждый шаг которого был отрепетирован до совершенства. Вокруг него царил идеальный порядок — резкий контраст с хаосом в остальной части Башни. — Овэйн? — неуверенно произнесла Нерия, опуская посох. В её голосе смешались удивление и что-то похожее на облегчение. Человек обернулся. На его лбу виднелся символ солнца, выжженный лириумом. Его глаза были пусты, как окна заброшенного дома, лицо лишено всякого выражения. Он смотрел на вошедших, но казалось, что его взгляд проходит сквозь них, не фокусируясь ни на ком конкретно. Его пустой взгляд и механические движения вызывали у Альмы смутное беспокойство. — Здравствуйте, — произнес он ровным голосом, в котором не было ни страха, ни удивления. — Я рад видеть, что вы живы. Многие погибли. Слова о радости звучали особенно странно из уст человека, чьё лицо не выражало абсолютно ничего. Арден сделал шаг вперёд, опуская посох. — Овэйн, что ты здесь делаешь? — Навожу порядок, — ответил человек, указывая на аккуратно расставленные банки и коробки. — Ингредиенты были разбросаны. Это неправильно. Они должны стоять на своих местах. Альманиэль наблюдала за магами из их группы. Лица Ардена, Алима и Нерии застыли в странном выражении — смеси узнавания, жалости и, возможно, облегчения, что видят знакомое лицо. Винн же смотрела на Овэйна с материнской заботой, смешанной с печалью. — Ты помнишь нас, Овэйн? — спросил Алим, подходя ближе. Его голос звучал мягче обычного, словно он говорил с больным ребёнком. — Да, — ответил Овэйн. — Алим Сурана. Нерия Сурана. Арден Амелл. Старший чародей Винн. Вы были в Круге до того, как я прошёл Усмирение. Арден Амелл ушёл с Серым Стражем. Близнецы Сурана ещё учились. Его голос был ровным, без малейшего намёка на эмоции, словно он зачитывал список фактов из учебника. Каждое слово произносилось с одинаковой интонацией, без акцентов и пауз, которые обычно придают речи живость. — Как ты выжил? — Винн сделала шаг вперёд, заглядывая в лицо мужчины. — Что ты делал, когда всё началось? Овэйн поставил банку с какими-то сушёными травами на полку и повернулся к ним. Его движения были плавными, но механическими, лишёнными естественной грации живого человека. — Я был здесь, в кладовой, когда начался хаос. Я сразу спрятался. В кладовой спокойно. Здесь мне комфортно. Он говорил так, словно описывал погоду за окном, а не кровавую бойню, происходящую вокруг. В его голосе не было ни страха, ни облегчения — только констатация фактов. — Ты видел других выживших? — спросил Арден, его голос был спокойным, но настойчивым. — Да, — кивнул Овэйн. — Ниалл собрал группу магов и нескольких храмовников. Они хотели подняться в зал Истязаний, чтобы остановить Ульдреда. Они взяли Литанию Адраллы. — Литанию Адраллы? — переспросила Винн, и в её голосе прозвучало волнение — первая настоящая эмоция за весь разговор. Её глаза расширились, а рука непроизвольно сжала посох крепче. — Да, — подтвердил Овэйн. — Они сказали, что это защитит их от демонов. Они ушли наверх два дня назад. Я не видел их с тех пор. Арден обменялся взглядами с Винн. В этом молчаливом диалоге читалось понимание чего-то, что было недоступно остальным. — Литания Адраллы — это древний текст, — объяснила Винн остальным. Её голос звучал напряженно, словно она с трудом сохраняла спокойствие. — Он может защитить разум от демонических влияний и магии крови. Особенно от магии крови. Если Ниалл взял её, значит, он знал, с чем столкнется. — И что это значит для нас? — спросила Натия, перекатывая кинжал между пальцами. — Нам тоже понадобится эта… литания? — Возможно, — кивнул Арден. — Если мы найдём Ниалла, мы сможем использовать Литанию вместе с ним. — А если не найдём? — мрачно поинтересовался Алистер. — Тогда нам придется полагаться на собственные силы, — ответил Арден, его лицо было непроницаемым. Овэйн стоял неподвижно, его руки были сложены перед собой в идеально симметричной позе. Казалось, он мог оставаться в таком положении часами, не чувствуя ни усталости, ни дискомфорта. — Овэйн, есть что-то ещё, что ты можешь нам рассказать? Что-то, что поможет нам? Усмиренный на мгновение задумался, хотя его лицо оставалось бесстрастным. Это была странная пародия на размышление — механический процесс без эмоционального компонента. — Будьте осторожны с магами, которых встретите. Многие добровольно приняли демонов. Другие были… убеждены. Они могут выглядеть нормально, но внутри них демоны. Последние слова прозвучали особенно жутко в устах человека, говорившего без малейшего намека на страх или тревогу. — Спасибо, Овэйн, — кивнул Арден. — Ты должен оставаться здесь. Мы попытаемся остановить Ульдреда. — Я останусь здесь, — согласился Овэйн. — Здесь ещё много беспорядка, который нужно устранить. Когда они собрались уходить, Нерия на мгновение задержалась, глядя на человека с нечитаемым выражением лица. В её глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление, но оно быстро исчезло. — Прощай, Овэйн, — тихо сказала она. — Прощай, Нерия Сурана, — ответил он без всякого выражения, словно прощался не с человеком, а с предметом мебели. Выйдя из кладовой, группа продолжила свой путь по коридору. Альманиэль заметила, что маги из их отряда выглядели более напряжёнными после встречи с Овэйном. Плечи Ардена были напряжены, Алим то и дело сжимал и разжимал кулаки, а Нерия казалась погруженной в свои мысли. — Он всегда был таким… пустым? — спросила Альманиэль у Ардена, когда они отошли на достаточное расстояние. Вопрос вырвался сам собой, хотя обычно она предпочитала наблюдать, а не спрашивать. — Все Усмирённые такие, — ответил он тихо. — Ритуал Усмирения отсекает связь мага с Тенью. Вместе с ней уходят все эмоции, все желания… все, что делает человека человеком. — Овэйн сам выбрал Усмирение, — добавила Винн. Её голос звучал устало, словно эта тема была для неё болезненной. — Он боялся Истязаний. Боялся, что не справится с демонами. — И теперь он не боится ничего, — мрачно заключил Алим. — Ни демонов, ни смерти, ни жизни. Они продолжили путь в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Коридор вновь постепенно расширялся, переходя в просторный зал с высоким потолком. Когда-то это, вероятно, было место для собраний или занятий, но теперь оно превратилось в поле битвы. Повсюду были следы жестокого сражения: опрокинутые столы, разбитые светильники, обугленные пятна на стенах и полу. В воздухе висел запах озона и горелой плоти, настолько сильный, что некоторые из группы прикрыли носы рукавами. — Здесь была серьезная схватка, — произнес Дюран, осматривая помещение. — И совсем недавно. Он указал на темное пятно на полу, которое при ближайшем рассмотрении оказалось лужей крови. Она ещё не успела полностью высохнуть. — Будьте начеку, — предупредил Арден. — Те, кто это сделал, могут быть всё ещё здесь. Как по команде, из-за одной из перевернутых кафедр раздался шорох. Все мгновенно приняли боевые стойки, готовые к атаке. — Выходи! — крикнул Алистер, направляя меч в сторону звука. — Медленно и с поднятыми руками! На мгновение воцарилась тишина, а затем из-за кафедры показалась фигура в изорванной мантии мага. Это была женщина средних лет с растрёпанными волосами и диким взглядом. Её руки были покрыты засохшей кровью, а на лице виднелись странные тёмные следы. — Не убивайте меня! — взмолилась она, поднимая руки. — Пожалуйста, я не с ними! Я просто хотела выжить! Арден сделал шаг вперёд, его посох был направлен на женщину. — Кто ты? И что здесь произошло? Женщина нервно облизнула губы, её глаза метались от одного члена группы к другому. — Меня зовут Элейн. Я… я была с группой магов, которые пытались сбежать. Мы думали, что сможем пробиться вниз, к выходу, но… — она запнулась, её голос дрогнул. — Но нас перехватили. Одержимые. Они убили всех, кроме меня. Я спряталась. — Ты ранена? — спросила Винн, шагнув к Элейн. — Нет, я… — Элейн снова запнулась. — Я в порядке. — Она лжет, — резко произнесла Морриган, поднимая посох. — Это маг крови. Не успела Альманиэль отреагировать, как воздух вокруг магички заискрился от энергии. Она выкрикнула что-то на незнакомом языке, и из пола вокруг неё начали подниматься тёмные фигуры — демоны, призванные её магией. — В атаку! — крикнул Арден, и группа бросилась в бой. Алистер и Дюран встретили первую волну демонов, их щиты отбрасывали теневые когти, а мечи рассекали эфемерные тела. Стэн с ревом обрушил свой двуручный меч на одного из демонов, разрубая его пополам. Лелиана, Терон и Натия атаковали с флангов, их стрелы и кинжалы находили уязвимые места в теневых формах. Маги группы сосредоточили свои атаки на Элейн, понимая, что она является источником угрозы. Арден и Алим выпустили сдвоенную молнию, которая прорезала воздух, направляясь к магу крови. Но Элейн была готова. Она сделала резкий жест, и перед ней возникла стена из крови, которая поглотила электрический разряд. — Вы не понимаете! — кричала она, её глаза горели безумным огнем. — Мы должны были защищаться! Храмовники никогда не дали бы нам свободу! Ульдред показал нам путь! — Путь к чему? — крикнул в ответ Арден, готовя новое заклинание. — К одержимости? К убийству невинных? — К силе! — ответила Элейн, и её голос изменился, став глубже и резонируя странным эхом. Совсем как у другой магички, напевавшей колыбельную. — К истинной силе! Она подняла руки, и кровь вокруг неё поднялась в воздух, формируя острые шипы, полетевшие в сторону группы. Винн быстро создала магический барьер, который остановил большинство кровавых снарядов, но несколько прорвались сквозь защиту. Один из них задел плечо Алистера, другой оставил глубокую царапину на щеке Нерии. Альманиэль, до этого момента державшаяся в стороне от основного боя, увидела, как один из демонов обходит группу с фланга, готовясь атаковать Винн, чей барьер защищал остальных. Не раздумывая, она бросилась вперед, её меч описал широкую дугу, рассекая теневую фигуру. Демон издал пронзительный вой и рассыпался облаком чёрного дыма. — Спасибо, — выдохнула Винн, не отрывая взгляда от Элейн и поддерживая барьер. Бой продолжался. Демоны были многочисленны, но не особенно сильны. Настоящую угрозу представляла Элейн, чья магия крови становилась всё более мощной с каждым мгновением. Она черпала силу из собственных ран, которые наносила себе острым кинжалом, и из крови павших. — Нужно остановить её, пока она не призвала что-то похуже! — крикнул Арден, уклоняясь от очередного кровавого снаряда. Морриган, до этого момента державшаяся в стороне, внезапно шагнула вперед. Её глаза сверкнули желтым огнем, и она произнесла короткое заклинание. Воздух вокруг Элейн сгустился, превращаясь в невидимую клетку, которая сдавливала магичку, ограничивая её движения. — Сейчас! — крикнула Морриган, её лицо исказилось от напряжения, пока она удерживала заклинание. Лелиана, не теряя ни секунды, выпустила три стрелы подряд. Первая пробила защитный барьер Элейн, вторая вонзилась ей в плечо, а третья — в бедро. Магичка закричала от боли, её концентрация нарушилась, и демоны тени начали исчезать один за другим. Арден и Алим воспользовались моментом, объединив свои силы в мощном заклинании льда, которое заморозило ноги и туловище Элейн, оставив свободной только голову. Она пыталась вырваться, но лед был слишком прочным. — Сдавайся, — произнес Арден, подходя ближе. — Твои демоны уничтожены, ты ранена и обездвижена. Элейн перестала сопротивляться, её взгляд потух. — Убей меня быстро, — прошептала она. — Я знаю, что вы не оставите меня в живых. — Почему? — спросил Арден, его голос был холоден, но в нем не было ненависти. — Почему ты обратилась к магии крови? Почему последовала за Ульдредом? Элейн горько усмехнулась, кровь стекала по её подбородку. — Ты спрашиваешь, почему? Ты тот, кто сбежал отсюда с Серыми Стражами? — она покачала головой. — Ты не знаешь, каково это — жить в клетке. Каждый день под надзором храмовников, каждую ночь в страхе, что тебя сделают Усмирённой за малейшую провинность. — И это оправдывает убийство невинных? — спросил Алим, его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Оправдывает призыв демонов? — Мы хотели свободы! — выкрикнула Элейн, и на мгновение в её глазах вспыхнул прежний огонь. — Ульдред обещал нам силу, достаточную, чтобы сбросить оковы Церкви! Чтобы маги могли жить свободно, без страха! — И посмотри, к чему это привело, — тихо произнесла Винн, обводя рукой разрушенный зал. — К смерти и разрушению. К одержимости. Это не свобода, Элейн. Это другая форма рабства — рабства у демонов. Элейн опустила голову, её плечи задрожали. — Мы не хотели этого, — прошептала она. — Не так всё должно было быть. Ульдред сказал, что мы сможем контролировать демонов, использовать их силу, не становясь одержимыми. Но что-то пошло не так… Он изменился. Стал… чем-то другим. — Демоном гордыни, — произнес Арден. — Он стал одержимым демоном гордыни. Элейн медленно кивнула. — Когда мы поняли, что происходит, было уже поздно. Он начал… преобразовывать других магов. Тех, кто сопротивлялся. Он называл это «даром», но это было проклятие, — она подняла взгляд, в её глазах стояли слёзы. — Мы пытались сбежать. Наша группа. Но одержимые нашли нас. Они убили всех, кроме меня. Я использовала магию крови, чтобы спастись, чтобы призвать демонов для защиты. Я не хотела этого, но у меня не было выбора. Наступила тяжелая тишина. Арден смотрел на Элейн долгим, изучающим взглядом. — Ты знаешь, что я не могу отпустить тебя, — наконец произнес он. — Ты использовала магию крови. Ты призвала демонов. Ты напала на нас. — Я знаю, — кивнула Элейн. — Я не прошу пощады. Только… быстрой смерти. Арден поднял свой посох, его лицо было непроницаемым. — Дело не в магии крови, — сказал он тихо. — Я не осуждаю тебя за использование запретной магии в отчаянной ситуации. Я осуждаю тебя за то, что ты стала частью восстания, которое привело к гибели стольких невинных. За то, что ты и такие, как ты, позволили Ульдреду превратить Башню в бойню. Элейн не ответила, лишь закрыла глаза, готовясь к концу. Арден произнес короткое заклинание, и острая ледяная сосулька сформировалась в воздухе. Одним быстрым движением она пронзила сердце Элейн. Магичка вздрогнула, а затем обмякла, её тело всё ещё удерживалось ледяной тюрьмой. — Да примет Создатель твою душу, — тихо произнесла Лелиана, склоняя голову. Группа молча стояла вокруг тела Элейн. Никто не произнес ни слова осуждения, ни слова сожаления. — Нам нужно двигаться дальше, — наконец произнес Арден, отворачиваясь от тела. — Ульдред всё ещё наверху, и с каждым часом опасность растёт. Они продолжили путь через второй этаж, сражаясь с одержимыми и демонами, которые встречались им на пути. Каждый бой был тяжелее предыдущего, каждая комната скрывала новые ужасы. Но они продвигались вперёд, шаг за шагом приближаясь к центральной части этажа. Наконец, они достигли просторного помещения, который когда-то, вероятно, служил кабинетом для кого-то из старших чародеев. Массивный дубовый стол стоял в центре, заваленный книгами и свитками. Вдоль стен тянулись книжные шкафы, многие из которых были опрокинуты, их содержимое разбросано по полу. — Это кабинет Ирвинга, — произнесла Винн, оглядываясь вокруг с выражением глубокой печали на лице. — Первого чародея. Арден кивнул, его взгляд был прикован к столу. — Возможно, здесь мы найдем что-то полезное. Информацию о том, что планировал Ульдред, или о Литании Адраллы. Группа рассредоточилась по комнате, осматривая книги и свитки в поисках чего-то, что могло бы помочь им. Альманиэль подошла к одному из уцелевших книжных шкафов, изучая корешки древних томов. Многие из них были написаны на языках, которых она не знала, с символами, которые казались странно знакомыми и в то же время совершенно чуждыми. Морриган, тем временем, методично перебирала содержимое стола, её движения были точными и целенаправленными, словно она искала что-то конкретное. Арден обнаружил небольшую книгу в кожаном переплете, спрятанную под стопкой официальных документов. — Это дневник Ирвинга, — произнес он, осторожно открывая книгу. — Возможно, здесь есть ответы. Он начал читать, перелистывая страницы в поисках недавних записей. Остальные продолжали осматривать комнату, но время от времени бросали взгляды на Ардена, ожидая, что он поделится найденной информацией. — Здесь есть записи о возвращении Ульдреда из Остагара, — наконец произнес Арден, его голос был напряженным. — Ирвинг пишет, что Ульдред вернулся изменившимся. Более… уверенным. Более убедительным. Он начал собирать вокруг себя последователей, говоря о необходимости поддержать тэйрна Логейна. — Это было до того, как он стал одержимым? — спросил Эйдан, подходя ближе. Арден перевернул ещё несколько страниц. — Похоже на то. Ирвинг пишет, что подозревал Ульдреда в использовании запрещённых практик ещё до Остагара, но не имел доказательств. После возвращения его подозрения усилились. Он продолжил читать, его брови сдвинулись, когда он дошёл до следующей записи. — Ирвинг договорился с Рыцарем-Командором Грегором об аресте Ульдреда во время собрания. Они планировали обвинить его в малефикаруме и отправить в Эонар. — Но что-то пошло не так, — мрачно заключила Винн. — Ульдред, должно быть, узнал о плане или почувствовал опасность. — И решил нанести удар первым, — кивнул Арден. — Используя магию крови и призвав демонов прямо во время собрания. Он перевернул ещё несколько страниц, и его взгляд внезапно помрачнел. Он замер, перечитывая какой-то отрывок. — Что там? — спросил Алим, заметив изменение в выражении лица Ардена. Арден колебался мгновение, затем прочитал вслух, голос его дрогнул: — «Сегодня пришли вести из Остагара. Не могу поверить, что их больше нет. Близнецы Сурана, Алим и Нерия, обладали таким потенциалом… Алим с его невероятным талантом к стихийной магии, Нерия — одна из самых одаренных целительниц. И Арден… Его понимание теоретических аспектов магии было исключительным. Я возлагал на него особые надежды. Столько потерянных возможностей, столько нераскрытого таланта. Если бы все маги обладали его самоконтролем и мудростью, возможно, Круги не были бы необходимы. Теперь же я могу лишь скорбеть о том, что могло бы быть». Тяжёлая тишина опустилась на комнату. Алим и Нерия обменялись взглядами, в которых читалась горечь и печаль. Арден опустил дневник, его обычно непроницаемое лицо исказилось от боли. — Он думал, что вы погибли, — тихо произнесла Винн. — Когда я вернулась из Остагара, многие спрашивали о вас. Никто не ожидал, что кто-то из молодых магов выживет в той бойне. Арден кивнул, не доверяя своему голосу, и медленно перевернул страницу. Последние записи были сделаны незадолго до катастрофы. — Здесь Ирвинг пишет о своих опасениях относительно растущего влияния Ульдреда, — сказал он, сделав глубокий вздох и возвращаясь к своему обычному деловому тону. — Он заметил, что некоторые маги начали проявлять странные способности, которые могли быть результатом запрещенных практик. Он планировал провести расследование после ареста Ульдреда. — Есть что-нибудь о Литании Адраллы? — спросила Лелиана. — Или о том, как остановить демона гордыни? Арден покачал головой. — Ничего конкретного. Но здесь есть упоминание о том, что Ирвинг передал копию Литании Ниаллу для изучения. Он считал, что древние защитные тексты могут пригодиться в неспокойные времена. — Значит, Ниалл уже имел Литанию до начала восстания, — задумчиво произнесла Винн. — Это объясняет, почему он смог так быстро организовать сопротивление. Пока они обсуждали найденную информацию, Альманиэль заметила, что Морриган, стоявшая у дальнего книжного шкафа, осторожно извлекла толстый том в чёрном переплете и быстро спрятала его в своей сумке. Движение было настолько плавным и незаметным, что никто, кроме Альманиэль, не обратил на него внимания. Их взгляды на мгновение встретились. В глазах Морриган читался вызов, словно она ожидала, что Альманиэль выдаст её. Но Альманиэль лишь слегка кивнула и отвернулась. У каждого были свои секреты, и она не собиралась вмешиваться в дела ведьмы без необходимости. — Нам нужно двигаться дальше, — произнес Арден, закрывая дневник и бережно кладя его обратно на стол. — Если Ульдред действительно в Хаэрронарии, нам предстоит подняться ещё на несколько этажей. — И, возможно, найти по пути Ниалла и его группу, — добавил Алистер. — Если они всё ещё живы. — Будем надеяться, — кивнул Арден. — Литания Адраллы может оказаться решающим фактором в противостоянии с демоном гордыни. Они собрались, готовясь покинуть кабинет Ирвинга и продолжить свой путь наверх. Но прежде чем они вышли, Винн на мгновение задержалась, оглядывая комнату с выражением глубокой печали. — Ирвинг был хорошим человеком, — тихо произнесла она. — Справедливым лидером и мудрым наставником. Я молюсь, чтобы мы нашли его живым. — Мы сделаем всё возможное, — ответил Арден, мягко касаясь её плеча. — Для него и для всех остальных, кто мог выжить. Они вышли из кабинета и направились к лестнице, ведущей на третий этаж. Каждый шаг приближал их к источнику хаоса, охватившего Башню, к демону гордыни, который когда-то был магом Ульдредом. Альманиэль шла позади группы, её рука лежала на рукояти меча из драконьей кости. Она чувствовала, как напряжение нарастает с каждым шагом, как воздух становится тяжелее, насыщаясь магией и страхом. Впереди их ждали новые испытания, новые ужасы, но отступать было некуда. Слишком многое стояло на кону: жизни выживших магов, судьба Круга и, возможно, будущее всего Ферелдена. Когда они начали подниматься на третий этаж, Альманиэль бросила последний взгляд на второй уровень Башни. Коридоры и комнаты, которые когда-то были наполнены жизнью и знаниями, теперь стали свидетелями ужаса и смерти. Эхо пустых залов следовало за ними, напоминая о цене, которую уже заплатили обитатели Башни, и о той, которую ещё предстоит заплатить, чтобы положить конец этому кошмару. С решимостью в сердце она повернулась и продолжила подъём, готовая встретить любую опасность, которая ждала их впереди.