Улыбка, Которая Лжёт

Начался раунд.

Эллиот сразу заметил, как под ним появилась трава. Его застали врасплох. Он пару раз моргнул, пытаясь прийти в себя, а потом выпрямился, резко и неуклюже, боясь, что кто-то его заметит. Очень невовремя. Эллиот хотел пойти починить генератор, так как начало раунда единственное время, когда ещё всё в порядке и не надо ни за кого переживать, но тут взгляд зацепился за него... Шанс появился неподалёку у стены, непринуждённо кидая монету.

Почему он выглядит так?

А что если Эллиот его сильно задел?

Он же не смог ответить на те касания... И Шанс ушёл так быстро... Чувство вины сжало грудь. Оно было сильнее, чем страх от самого раунда.

«Может, раз я отказался, я теперь не нужен ему..?» — мысль больно кольнула. — «Нет, я покажу, что я нужен.»

И самое умное, что придумал Эллиот, так это ходить за Шансом хвостиком, чтобы как самый быстрый и ловкий медик, помогать ему. Весь раунд он молча ходил следом, чуть сзади. Шанс ничего не говорил, никак не реагировал, словно даже не был здесь. А Эллиот боялся заговорить, боялся, что любое слово будет лишним. Каждый раз, когда глаза касались Шанса, вина неприятно скребла по рёбрам. За то, что не смог ответить. За то, что замер. За то, что позволил Шансу уйти, думая, что сделал больно. Эллиот то и дело рвано выдыхал, будто всё ещё чувствовал холод чужих пальцев на коже.

«Я должен был быть рядом,» — упрямо думал он. — «Даже если мне не нравилось.. Какая кому разница? Я ведь сам виноват...»

Шанс пару раз оглянулся, почти машинально. Каждый раз их взгляды на долю секунды пересекались, и Эллиот тут же отводил глаза, делая вид, что просто следит за окружением. Но шаг не сбавлял и не отставал.

«Я обидел Шанса... Я даже не знаю, как извиниться.» — Эллиот был слишком близко, чтобы это было случайно. — «Надо быть рядом хотя бы сейчас..»

И Эллиот шёл за ним. Терпеливо ждал, пока Шанс покидает монетку, пока выстрелит в убийцу. Он послушно следовал за ним. Если Шанс останавливался, Эллиот замирал тоже. Если кто-то приближался, Эллиот инстинктивно делал шаг назад за Шанса, сам не до конца осознавая это. Это выглядело до абсурдного глупо, он как будто надеялся, что если не отойдёт ни на шаг, то Шанс рано или поздно поймёт, что Эллиот на самом деле не отказывался, ему всё нравилось, правда... Эллиот просто испугался, это просто было неожиданностью. Он просто… не справился. Эллиот молчал. Старался быть незаметным. Полезным. Удобным. Таким, от кого не хочется отмахнуться. А Шанс, не оборачиваясь, чувствовал это напряжение спиной, но считал, что Эллиот просто устал. Что ему страшно. Что так бывает в раундах.

***

Шанс сидел на лестнице, тяжело опёршись локтями о колени. Они были на этом непонятном корабле, сломанном на 2 части. Шанс услышал шаги, и сразу понял, что убийца где-то рядом. Рука сразу же сжала пистолет в кармане. Руки дрожали от усталости. Эллиот стоял у генератора, согнувшись, опираясь на колени, пытаясь перевести дыхание. Волосы прилипли ко лбу, плечи подрагивали. Генератор за спиной был холодным, шероховатым, неприятным, но сейчас это даже помогало не расползтись. Шанс посмотрел за спину, Эллиот возился с генератором, и заставлял себя не думать слишком много. Не прокручивать. Не возвращаться к этим надоевшим мыслям, особенно когда Эллиот в непристойной близости к нему. Эллиот работал быстро, хоть ему и досталось больше, пока убийца за ним гнался. Пальцы скользили, иногда срывались, он шипел от боли, и каждый такой звук отзывался у Шанса где-то под рёбрами. На мгновение они просто существовали в одном пространстве. Только тяжёлое дыхание и чувство, что если сейчас снова придётся бежать, то сил может уже не хватить. Половину раунда убийца бегал за Эллиотом. Как обычно. Он просто резко появился из-за угла, вынуждая менять маршрут, разворачиваться, ускоряться. Эллиот срывался с места, Шанс следовал за ним, и они снова бежали. Они смогли оторваться, хоть и получили пару ранений. Шанс украдкой посмотрел на Эллиота. Тот был всё ещё рядом. Всё ещё делал своё дело. Всё ещё не уходил. И в этом было что-то странно успокаивающее... Шанс поднялся с лестницы, тяжело выдохнул и огляделся. — Я пойду аптечку поищу, — сказал он спокойно, почти буднично. — Ты тут побудь. Генератор дочини. Он уже сделал шаг, когда Эллиот резко выпрямился. — Я… — голос сорвался, он тут же прокашлялся. — Я не хочу один. Слова прозвучали тише, чем он рассчитывал, даже немного виновато, почти как просьба, на которую заранее готов ответ "нет". Шанс остановился. Всего на секунду, но этого хватило. Для Эллиота эта пауза была слишком длинной. Он сразу увидел в ней сомнение. Раздражение. Нежелание. Как будто Шансу неприятно находиться рядом с ним, как будто он просто терпит, потому что так надо, потому что раунд идёт и только Эллиот в опасной ситуации сможет ему помочь. Шанс повернулся, посмотрел на него, взгляд уставший, тяжёлый. Не злой. Но Эллиот прочитал в нём другое.

Он всё ещё обижается.

Я ему неприятен.

Он просто не говорит этого вслух.

— Если хочешь, я могу остаться здесь, — поспешно добавил Эллиот, делая шаг назад. — Я справлюсь. Правда. Ты иди. Он говорил быстро, нервно. Руки не сразу нашли друг друга, пальцы сцепились, будто он боялся, что иначе они начнут дрожать. Шанс нахмурился. — Я не говорил, что не возьму тебя, — тихо сказал он. Но Эллиот услышал только усталость в голосе. Шанс не сказал "хочу". Только "могу". Только "ладно".

О боже, он снова делает из мухи слова.

Но... что делать если это правда?

Как заставить себя не переживать, когда Шанс смотрит на него так жалостливо?

Что делать когда ноги подкашиваются от страха быть слишком навязчивым, а грудь сжимается из-за появившегося чувства вины?

Эллиот не знает ответа. Но что-то же надо делать. Ему страшно, что любое его движение снова сделает Шансу неприятно...

Если Шанс молчит, значит, злится.

Если отвечает коротко, значит, не хочет разговаривать именно с ним.

Если не смотрит на него, значит, ему противно.

Даже когда Шанс замедлялся, чтобы Эллиот не отставал, Эллиот видел в этом не заботу, а обязанность. Страх поссориться с важным членом команды. Даже когда Шанс инстинктивно прикрывал его при каждом повороте, Эллиот думал: "он просто делает это, потому что так правильно". Он чувствовал себя лишним. Человеком, который навязался и теперь портит всё своим присутствием.

«Если бы я тогда…» — мысль обрывалась каждый раз, не доходя до конца.

Шаги на лестнице были знакомыми. Эллиот услышал их раньше, чем понял, чьи они. Они слишком долго стояли там в тишине: Эллиот в своих мыслях, а Шанс, ожидая ответа. Эллиот посмотрел Шансу за спину почти автоматически и замер. Ту Тайм поднялся наверх. На секунду всё внутри Эллиота сжалось. Не страх, а что-то хуже. Резкое, липкое чувство, будто его застали не там и не таким. Он сразу подумал о Шансе. Поймёт ли неправильно. Ту Тайм тоже заметил его. Остановился на пару ступенек ниже, быстро оглядел. Задержал взгляд на сбитом дыхании, на усталых плечах, на руках, которые Эллиот снова держал слишком близко к себе, так как те были ранены. — Ты ранен? — спросил он без лишних эмоций. Эллиот мотнул головой, хотя по нему было и так всё видно. — Нет. Просто… — он осёкся, не зная, что именно "просто". Взгляд Ту Тайма был расфокусированным, будто он смотрел сквозь Эллиота, он помолчал секунду, потом протянул руку. В ней была аптечка. — Возьми. Тебе это  нужно. Слова были спокойные. Без давления. Без скрытого подтекста. Но для Эллиота этого оказалось слишком много и слишком невовремя. Он уставился на аптечку, будто та могла взорваться.

«Если я возьму, Шанс увидит. Он подумает, что я снова выбрал не его,» — тут же вспыхнуло в голове.

Пальцы дрогнули, но он не потянулся к ней. — Я… — голос стал тише. — Я… не хочу. Всё нормально. Правда. Он сказал это быстро, извиняясь, и тут же бросил короткий взгляд на Шанса, проверяя, не сделал ли чего-то не так.  Ту Тайм дёрнулся, слегка приподняв бровь, но рука не дрогнула. Плечи напряглись, голова чуть наклонилась вбок, жест, который Шанс уже видел раньше. Плохой знак. — Не хочешь?.. Сначала все не хотят, а потом понимают, что боль - это правильно. — сказал Ту Тайм уже тише. — В культе никто не заставляет. Мы просто… принимаем тех, кто готов. Ту Тайм говорил так будто он повторял фразы, которые говорил не один раз, которые в него вбили. Шанс нахмурился, а Эллиот побледнел, так как аптечка в руках Ту Тайма выглядела не как помощь, а как настоятельное требование. — Я… я не… Я в порядке, — быстро ответил он. — Оставь… если кому-то ещё понадобится. Он говорил и уже готовился к реакции Шанса, ловил её краем зрения. Стоять рядом с ними было невыносимо. — Знаешь, — начал Ту Тайм негромко, — так говорят только те, кто ещё не понял, насколько это опасно. Эллиот напрягся. Шанс сразу почувствовал изменение: интонация Ту Тайма стала другой. Не резкой. Наоборот, почти наставнической. — В культе, — продолжил Ту Тайм, будто рассуждая вслух, — пренебрегать своей жизнью могут только высшие. Те, кто уже прошёл путь. Кто доказал, что достоин жертвы. Он поднял взгляд на Эллиота. — Новичкам так нельзя. Эллиот сглотнул. — Что… что ты имеешь в виду? — спросил он тихо. — Новички заботятся о себе, — спокойно сказал Ту Тайм. — Очень. Они использую лекарства, бинты - всё, что помогает излечиться быстрее, при любой возможности. Следят за телом. Потому что тело - это сосуд. Высшим такое нельзя. При каждом ранении они должны ждать, когда тело само излечится, никакой помощи. Аптечка всё ещё была протянута. Эллиот побледнел. Он инстинктивно сжал руки, будто пытаясь защититься от слов. В груди кольнуло: неприятно, тревожно, слишком точно. — Ты сейчас рискуешь собой, — мягко сказал Ту Тайм. — А значит, ты думаешь, что твоя жизнь стоит меньше, чем нужно. Эллиот смотрел на аптечку так, будто она вдруг стала чем-то большим, какой-то странное нездоровой проверкой. — Хватит, — сказал Шанс. — Ты его пугаешь. Ту Тайм перевёл на него взгляд. — Где ты был раньше? — спросил Шанс, обращаясь к Ту Тайму, пытаясь отвлечь его и перевести тему. — И зачем ты вообще взял аптечку? Шанс немного развернулся, неосознанно закрывая Эллиота плечом. — Ты же и так можешь хилиться об убийцу, — продолжил Шанс, чуть хмурясь. — А остальные - нет. В этих словах не было обвинения. Скорее усталое недоумение. Как будто он действительно не понимал логики происходящего. Ту Тайм посмотрел на него спокойно, без раздражения. Его взгляд на секунду скользнул к Эллиоту, коротко, внимательно, и вернулся к Шансу. — Я искал Эллиота, — ответил он просто. — Чтобы отдать аптечку ему.

Повисла пауза.

Эллиот сжался. Пальцы крепче сцепились друг с другом, будто это могло защитить его от чужих взглядов. Сердце снова забилось быстрее от страха, что одно неверное движение всё испортит. Шанс моргнул и посмотрел на Эллиота, проверяя цел ли он. — Ты ранен? — спросил он уже тише. Грудь сдавило. Эллиот поспешно покачал головой, смотря на белый пластик в руках Ту Тайма. Он уже был уверен, что Шанс расстроится. Даже если на самом деле нет. — Нет. Просто… — Не бойся, — сказал Ту Тайм тише. — Боль - это их язык. Эллиот всё ещё смотрел на Шанса. Челюсть напряжена. Плечи подняты выше обычного. Взгляд холодный, резкий, совсем не тот, что был раньше. Было ясно: он зол. Эллиоту этого хватило. — Не надо, — он поспешно мотнул головой и сделал шаг назад. — Всё нормально. Правда. Оставь себе. Он говорил слишком быстро, почти оправдываясь. — Они не умеют иначе, — продолжил Ту Тайм, и в голосе появилось что-то убеждённое, спокойное до мурашек. — Они говорят с тобой через боль. Он сделал шаг вперёд, и тут же остановился, будто сам себя одёрнул. — Но я могу… — он запнулся, нахмурился, будто прислушиваясь к чему-то внутри. — Я могу перевести. Шанс резко напрягся. — Не смей, — сказал он низко. — Даже не начинай. Но Ту Тайм уже смотрел на Эллиота так, словно вокруг них никого не существовало. — Дай мне твою руку… — попросил он. — Не для бинта, нет. Дай мне прочесть.  — Не нужно, — повторил Эллиот тише, но упрямо. Ту Тайм резко выдохнул. В его движении появилась раздражённая резкость, та самая, которую он обычно держал под контролем. Он шагнул вперёд и, не спрашивая больше, буквально впихнул аптечку Эллиоту в руки.

Пластик больно ударил по пальцам.

— Хватит, — резко сказал он. — Это не обсуждение. Эллиот вздрогнул. Руки инстинктивно сжались, удерживая аптечку, будто иначе она упадёт. Он растерянно посмотрел на Ту Тайма, потом снова на Шанса. Его рука тут же легла на запястье Эллиоту. Тёплая. Живая. Настоящая. — Ты думаешь, что если отвернёшься, станет легче, — продолжал Ту Тайм. — Но боль не исчезает, когда её игнорируют. Она накапливается и становится виной. — Ту Тайм, — произнёс Шанс холодно. — Я сказал, что разберусь. — А я сказал, что ему нужна аптечка, — отрезал Ту Тайм, даже не оборачиваясь. Шанс отвернулся первым, как будто не хотел, чтобы Эллиот увидел что-то лишнее в его лице. Ту Тайм собирался идти дальше, но на мгновение задержался. — И… — он не договорил, будто передумал. Потом лишь коротко добавил: — Берегите себя. Аптечка жгла ладони. Эллиот сжимал её, чувствуя, как вина и облегчение неприятно колются внутри. Он сильнее сжал её, всё ещё дрожа, и шагнул ближе к Шансу, почти инстинктивно. Он всё равно был уверен, что сделал что-то не так.

Он хотел исчезнуть.

Шаги. Убийца показался из-за угла. — Чёрт… — выдохнул Эллиот, пальцы сами собой вцепились в аптечку. Ту Тайм среагировал мгновенно, так как видел состояние Эллиота и понимал, что любой удар станет решающим. И, какие бы голоса не затуманили ему голову, видеть чужие смерти он не хотел. Ту Тайм резко шагнул вниз, встав на лестнице между Эллиотом и убийцей. — Лечись, — громко сказал он, не оборачиваясь. — Сейчас же. Эллиот дёрнулся. — Но ты… — начал он, паника проявилась в голосе. — Я его задержу, сколько смогу, — отрезал Ту Тайм. — Не стой. Делай. Убийца сделал шаг вперёд. Ту Тайм тоже шагнул, закрывая Эллиота своим телом полностью. Эллиот отступил на шаг назад, почти споткнувшись. Руки дрожали так, что он с трудом открыл аптечку. Пластик скрипнул слишком громко. Сердце колотилось в ушах.

«Я мешкаю,» — голова была занята совсем не темы мыслями. — «Я опять мешкаю.»

Он опустился на колено, не сводя глаз с Ту Тайма. Тот пригнулся, вынуждая убийцу сместиться, не давая пройти дальше по лестнице. — Давай же… — прошептал Эллиот себе под нос. Он прижал аптечку, сделал всё почти на автомате. Боль, знакомое тепло, резкий вдох. Мир на секунду сузился до точки. Где-то впереди раздался резкий звук удара. Ту Тайм выругался сквозь зубы, но устоял. Он буквально закрывал проход своим телом, встав прямо на лестнице, не оставляя убийце ни сантиметра пространства. Удар пришёлся в него ещё раз. Эллиот дёрнулся всем телом, будто били его самого. Он торопился, пальцы путались. Каждая секунда тянулась слишком долго. Он видел, как убийца снова пытается обойти, как Ту Тайм упорно, на собственном пределе, держит его. — Нет… — вырвалось почти беззвучно. И тут Ту Тайм резко ушёл в сторону. Почти на грани проскользнул мимо, оказался за спиной убийцы и ударил. Быстро. Без лишних движений. Как будто считал секунды. Шанс машинально прикрыл его телом, но Эллиот даже не заметил этого. Он смотрел только на Ту Тайма, он видел, как напряглись его плечи, как на мгновение Ту Тайм оказался слишком близко, слишком уязвимо. Сердце Эллиота заколотилось так, что заглушило все остальные звуки. — Быстрее! — рявкнул Ту Тайм, не оборачиваясь. Голос был хриплым. Сорванным. Настоящим. Эллиот вздрогнул, будто его ударили этим словом. Руки всё ещё дрожали, он стиснул их в кулаки и разжал пару раз, чтобы вернуть себе контроль. Эллиот действовал на чистом страхе. Пальцы не слушались. Бинты путались, соскальзывали, липли к коже, и он злился на себя за каждую потерянную долю секунды. Он обматывал руку слишком торопливо, неровно, сердце било в висках. Дыхание сбилось. Но он двигался, потому что если остановится, если замрёт хоть на миг, всё закончится плохо. Для всех.

«Если он пострадает из-за меня…» — мысль ударила больнее любого удара.

Эллиот стиснул зубы и довёл лечение до конца. В груди разлилось тяжёлое тепло. Сил стало больше, но вместе с ними пришёл и страх. Он поднялся. Взгляд уставился вперёд, туда, где Ту Тайм всё ещё держал убийцу на себе. Убийца резко замахнулся, вкладываясь так, будто хотел закончить всё одним ударом. — Нет! — выдохнул Эллиот, не слыша собственного голоса. Выстрел разорвал воздух. Пуля вошла ровно между бровей. Убийца даже не успел удивиться, движение оборвалось на середине, тело дёрнулось и замерло.

Тишина накрыла резко, оглушающе.

Ту Тайм застыл на месте, ещё секунду готовый к удару, которого уже не было. Потом медленно выпрямился и обернулся. Шанс стоявший всё это время рядом, просто выжидал момент и выстрелил в самый подходящий. Оружие всё ещё было поднято, руки напряжены, взгляд холодный и сосредоточенный, таким он бывает только в один момент. Через пару мгновений он опустил пистолет. — Поздно замахнулся, — глухо сказал он, будто самому себе. Ту Тайм хмыкнул, вытирая кровь с губ тыльной стороной ладони. Шанс задержал на нём взгляд на секунду дольше, потом отвёл. Ту Тайм сорвался с места первым. Не сказав ни слова, не оглянувшись, он просто побежал. — Ту Тайм! — окликнул Шанс.

Ответа не было.

Шанс выругался сквозь зубы и рванул следом. Эллиот дёрнулся за ним почти одновременно. Сердце снова заколотилось.

***

Ту Тайм был впереди. Шанс держался ближе, сокращая дистанцию, Эллиот чуть позади. Он ускорился, заставляя себя не думать о дрожи в ногах, о сбитом дыхании. Боль в боку вспыхнула, но он её проигнорировал. Они шли ещё несколько секунд, пока Ту Тайм не остановился на втором этаже белого домика. Шанс резко сбавил шаг, останавливаясь прямо перед Ту Таймом. Эллиот почти врезался ему в спину и тоже замедлился, хватая ртом воздух. — Ту Тайм, что это было? — недовольно спросил Шанс, смотря на Ту Тайма, севшего у стены. Тот медленно поднял голову, и в его взгляде появилось что-то тревожно собранное, почти торжественное. — Мои голоса сказали мне вылечить ангела, — произнёс он негромко. Эллиот вздрогнул. — Но ты отказываешься, — продолжил Ту Тайм, смотря уже на Эллиота, и в словах появилась странная уверенность в его нездоровой логике, будто он просто складывал факты. — Значит, ты не ангел. Значит, ты испытание. Эллиот судорожно вдохнул. Ему стало по-настоящему страшно от того, насколько уверенно это звучало. — Я вижу это, — сказал он тихо. — Ты не хочешь умереть. Ты просто не знаешь, имеешь ли право жить для себя. Эллиот вздрогнул.

Это было слишком точно. Опасно точно.

И в этот момент мысль настигла обоих. Почти одновременно. Шанс смотрел на это лицо: напряжённое, слишком бледное, нездоровое, будто если он хоть немного расслабится, всё рухнет, и чувствовал знакомое, тяжёлое ощущение.

Страх.

«Он сейчас не в порядке.» — чётко подумалось ему.

Шанс стиснул зубы.

«Отдаляться? Сейчас? После того, как Ту Тайм только что прикрывал Эллиота собой, после того, как сам полез под удар?» — и появилась мысль, довольно логичная и почему-то от неё стало невыносимо спокойно. — «Это было бы слишком легко. И слишком похоже на предательство.»

Эллиот смотрел на Ту Тайма, почти не отрываясь. И внутри всё скручивалось тем же узлом, что и раньше.

«Если мы сейчас отдалимся…» — он не хотел давать мысли продолжиться, но страх в ней был яснее слов.

Шанс выдохнул сквозь зубы. Эллиот несколько раз открыл рот, и каждый раз закрывал. Слова застревали где-то в горле. Он боялся сказать не то. Боялся, что Шанс всё ещё злится. Боялся снова стать причиной разрыва.

Но молчать было хуже.

— Шанс… — наконец тихо позвал он. Тот повернул голову, бросил короткий взгляд, а потом слегка коснулся руки Эллиота и молча пошёл куда-то. Эллиот тут же пошёл за ним следом.

***

Эллиот сглотнул, пальцы нервно сжались. — Меня… пугает то, как он говорил. — Эллиот рвано вздохнул. — И в какой-то момент мне показалось, что он может… не остановиться. Я не понимаю, он хотел помочь или… Шанс выдохнул медленно и провёл рукой по лицу. — Он специально тебя пугал, — сказал он наконец. Эллиот вздрогнул. — Специально?.. — переспросил он. — Да, — Шанс кивнул. — Не потому что хотел навредить. И не потому что хотел затащить тебя в культ прямо сейчас. Он посмотрел в сторону, будто прокручивая сцену заново. — Он видел, что ты пренебрегаешь собой. Что тебе проще отказаться от помощи, чем признать, что тебе плохо. И он выбрал самый жёсткий способ, который знал. Эллиот побледнел. — То есть… это было нарочно? — Нарочно, — подтвердил Шанс. — Запугивание. Давление. Видимо в его мире это считается заботой. Он чуть наклонился, чтобы Эллиот смотрел ему в глаза. — То, что тебе стало страшно, это нормально. Это значит, что ты почувствовал опасность. И ты был прав. Эллиот медленно кивнул. — Я… думаю, нам не стоит его оставлять. Шанс ничего не ответил сразу. Только снова посмотрел вперёд. Эллиот продолжил, торопливо, будто боялся, что его перебьют: — Это… частично из-за нас всё так. Из-за меня… — он запнулся, выдохнув. — Он сейчас не в порядке. Если мы отойдём, ему станет только хуже. Он ожидал возражений. Холодного "он сам выбрал". Или молчания. — Я и не собирался его бросать, — сказал Шанс наконец. Эллиот замер на полшага, потом снова пошёл рядом. В груди что-то болезненно сжалось и тут же отпустило. — Правда? — вырвалось у него тише, чем он хотел. Шанс кивнул. — Да, — он помолчал секунду и добавил: — если уж помогать, то до конца. Эллиот кивнул в ответ. Глаза защипало, но он не позволил себе ни секунды слабости. Сейчас было не время.

И в этот момент Эллиот впервые за долгое время почувствовал, что они снова команда, не идеальная, не спокойная, но настоящая.