Мужчины пустоши

В ночь после битвы на Дамбе Гувера Курьер долго не могла уснуть. Вернее нет, даже не так – во вторую ночь, ибо в первую не спал никто, все праздновали и ликовали. НКР победило, Легион отступил путём кровопролития и сложных интеллектуальных дебатов. Вечно серьёзная и хмурая полковник Кассандра Мур напилась так, что стала улыбаться, а до этого и вовсе проплакала часа два, рассказывая Джейн про свою былую службу. Президент Кимбол лично вручал Курьеру благодарность, и конечно же они тоже долго говорили. Да, событие действительно решающее, к которому все так готовились. Целая ночь прошла в слезах, выпивке, и перечени всех тех кто участвовал. Уже под утро кто-то спал, а кто-то размышлял, что будет дальше. И вот так, до следующего вечера, Джейн была занята разными хлопотами с фракциями. То в Вегас заявиться, то к Великим Ханам, то ещё куда-нибудь... И вот теперь, когда представился шанс отдохнуть хотя бы ночь, а желательно сутки, заснуть не получалось. Вот не получалось и всё тут, что хочешь делай! Сделав глубокий вдох, Курьер открыла глаза и уставилась в потолок: даже не сыпится... Да, в пентхаусе Хауса всё до сих пор на высшем уровне, но такое нелюдимое, что аж скривиться хочется. И всё-таки, что же будет дальше? Что будет теперь? Размышления прервал пронзительный звон – поначалу Курьер так испугалась, что даже не поняла, откуда он идёт. Подпрыгнула, схватилась за пистолет, уже даже навела курок, когда поняла: телефон! Это чёртов довоенный телефон, которыми пользуются на различных базах НКР! От сердца отлегло, но всё-таки звук действительно был противным. Именно поэтому, встав с кровати, босая, в одной розовой купленной где-то на барахолках пижаме, Джейн сняла трубку и прислонила к уху. Только теперь она вдруг почему-то осознала, как сильно устала. – Да? Приём...? – в навыке телефонных разговоров Курьер не была особо сильна. И она ожидала всё что угодно, может быть даже голос Цезаря, который каким-то образом бы воскрес, но только не оживлённый весёлый крик, обладатель который был явно под чем-то. И которого она узнала... – Слава Фантастической НКР и моей девочке!! Смотрю мы пробились вперёд, да? О, молодец, мой маленький помощник, признаю! Самое первое желание, которое появилось в Джейн после услышанного – повесить трубку, и уехать далеко-далеко. Но всё-таки взяв себя в руки, она обречённо вздохнула: –...Фантастик? – Само собой, дорогуша. Или ты думаешь, что какому-нибудь маленькому рейнджеру дадут позвонить из самого ГЕЛиос один? Нет конечно! – в возникшей на меньше чем мгновение паузе Курьер зевнула, и потерев виски, прислонилась к стене. Волнистые рыжие волосы все были всклокочены, на оголённой ноге раны, на руке тоже, что уж говорить о груди или животе... Под зелёными, как у кошки глазами, поплыли синяки. Не густо. Совсем не густо. – Та-ак. Хорошо... – Джейн опять не удержалась и вздохнула, перед тем как продолжить этот странный разговор, – На кой чёрт сам Великолепный Мистер Фантастик мне звонит, ещё и посреди ночи? При этой фразе она невольно вспомнила, как главный инженер ГЕЛиос Один спал, развалившись на своём рабочем месте. Очки его, которые он вечно носил и по словам окружающих никогда не снимал, сползли на нос. Шевелюра стала лохматая, а вокруг валяются бутылки от ядер-колы, сгрызанные карандаши, какие-то бумаги. И вот на одной из них, Курьер смогла увидеть накаляканный рисунок, где запечатлена она сама – только обнажённая, с ангельскими крыльями и нимбом. Сверху гласит ироничная надпись: «Благодеетель Пустошей». Джейн не стала будить тогда автора этого шедевра, как думал наверное этот умник, а просто положила свои отчёты на его, и покинула эту электростанцию. Больше Фантастика она не видела и не слышала, и даже как-то и не вспоминала о нём. И тут, после столько-то времени, которыое наполнено чем-то сумасшедшим и грандиозным, он заявляется вот так! – Ну вообще-то, Мисс Невероятная Девочка с Пустошей, – передразнил Фантастик Курьера, – я интересуюсь, как у тебя дела. Я рассчитывал на то, что ты будешь в восторге, но что-то такого не наблюдаю... Его чересчур деловитый тон всегда раздражал, и не только Курьера. Джейн опять вспомнила, как передавая эти дурацкие пароли от терминалов, Фантастик постоянно любил командовать и рассказывать о себе и планах, мол, какую славу маленький помощник ему принесёт. А если честно, так хотелось тогда достать какой-нибудь огромный огнемёт, и сжечь всё до тла! Или разорвать всё в клочья, а потом вцепиться этому высокомерному придурку в глотку... Удивительно, но Фантастик почему-то искренне считал, что знает всё лучше других, и что в целом, он – лучше. Самонадеянно ли это? Да. Тупо? Ещё бы. – Как ты вообще узнал, где я? – Легко и просто. Достаточно просто пару манипуляций, протыкать по клавишам терминала, и вуаля! Мы с тобой на одном проводе, дорогуша. – Очень находчиво, браво, Мистер Всезнайка. – сухо прокомментировала в ответ Джейн, и взгляд её обратился в окно, где отражались ночные огни Вегаса. Казино Топс, Гоморра, и прочие предприятия, готовые красиво содрать с тебя денежки... – Так что ты от меня хочешь? Молчание. – Что тебе от меня нужно, Фантастик? Наконец с того конца провода прозвучало цоканье, и будто бы неуверенный вздох. Стоп, что? Разве НЕУВЕРЕННОСТЬ вообще про этого человека? Он конечно бездельник и идиот, но тщеславия этому мужчине в научном халате не занимать! Курьер решила проигнорировать этакую откровенность. – Ну? – спросила она, начав постукивать от нетерпения ножкой по паркету. – Ну допустим, у меня к тебе есть предложение... – нет, теперь Джейн не показалось: Фантастик действительно замялся, а значит был в чём-то неуверен! Стало страшно. – С меня хватит. – Джейн крепче сжала трубку в руках, – Иди к чёрту, Фантастик. И не вздумай больше заявляться. – Ой, вот только не надо плебейских оскорблений, тебе это не идёт! И вообще, я говорю тебе: предложение. Сечёшь, дорогуша? – Говори уже. – от напряжения у Курьера побелели костяшки. Вздох. Затем выдох. Потом молчание, опять вздох, фырканье... И всё это было перед тем, как Фантастик сказал совершенно не своим голосом: – Возвращайся ко мне, и мы будем вместе. Не как мастер и его маленький помощник, а прямо как любовники. Услышав это, Курьер прибывала в состоянии глубочайшего изумления. Она уже хотела было вопросить, но Фантастик вдруг стал продолжать: – Да, сия святейшество лейтенант Хаггерти говорит что я идиот в солнечных очках. Да, даже этот Игнасио косо на меня смотрит. Да, все вокруг хотят уже, чтобы меня уволили, и дать мне... Ну, скажем так, пинка под зад. Но, эй: я может и идиот, но обаятельный, и такие тебе никогда в жизни не попадались. А мне никогда не попадались такие, как ты. Так что я много думал, действительно думал! И решил, что нам суждено быть вместе. Вот и всё. Вот и всё – какая короткая и простая фраза, чтобы завершить вот такой поток. Сказать по правде, Курьер всё-таки чего-то такого иногда и ожидала, ну, если только чуть чуть, и то давно... Но ведь столько времени прошло, почему? Как вообще это всё могло произойти? – Ну? – на этот раз в нетерпении был сам Фантастик, – Вы ответите на моё предложение, Мисс Благодетель Пустоши? Перед глазами Курьера мигом проплыло то воспоминание с рисунком, и она вдруг поняла, что даже не знает куда себя деть. Тишина Лаки 38 вдруг впервые показалась Джейн успокаивающей, словно в ней можно было спрятаться от подобных вопросов. И если обычно всё то, что не поддавалось логике решалось с помощью пистолета или высочайшего красноречия, тут Курьер была полностью бессильна. Неловко прижав аппарат к уху, она попыталась спросить: – Ты перебарщил с психо, да? – Не твоё дело, дорогуша. И давай быстрее, мне ещё разгребать всю эту нкр-вскую пьянку... – Вот как? Значит я положу трубку, и не буду тебе мешать. – Стой, стой, полегче! – Джейн принесло невероятное удовольствие услышать, что кое-кто испугался. Значит, надо думать.... А что думать? Джейн уже делила с некоторыми постель, но по делу или просто чтобы снять стресс. Кто-то пытался подбивать к ней клинья, и Джейн использовала это как оружие. А тут... Тут нечего не подходит. Да и вообще, кто даст ей гарантию, что Фантастик не будет просто использовать её также, как в своё время использовала некоторых она? – Давай так, Фантастик. – Джейн глубоко вздохнула, – Я попробую. Вернее, мы попробуем... Мне надо будет смотаться на Дамбу, по важным делам. И... – Шикарно. Значит жди меня там, крошка! Это так неожиданно, но мне туда тоже надо. Я буду там с завтрашнего дня. – А... – Но-но-но! Аривидерчи, милочка! Целую! И ржавые, постигнутые временем гудки ударили по ушам. А Курьер, опустившись по стенке на холодный пол, закрыла глаза. Это что получается, она сейчас сказала «да» высокомерному, тщеславному мужчине, который считает что вся НКР у него на побегушках? – Получается так. Да, Джейн: ты сказала «да» Фантастику! Курьер уже не удивлялась тому, что разговаривает сама с собой. Накликав что-то в своём пип-бое, она переключилась на радио, и оттуда донеслась лёгкая, весёлая музыка. Прихватив из мини бара бутылку виски, Джейн ещё пару раз подумала, а потом решила, что перед встречей с Фантастиком алкоголь не помешает. Он то, чёрт возьми, чтобы ей в чувствах признаться вообще щедро накололся психо! – Все мы не без греха. Курьер села на кровать, и сделала глоток: один, потом другой... А через полчаса, она уже лежала уткнувшись в потолок, и тихо напевала строчки из песни на радио. Может быть, это была судьба, а может горестное совпадение, но где-то на ГЕЛиос Один Фантастик точно также лежал, и делал тоже самое. В руках его были финансовые расчёты, только вместо самих записей, Фантастик накалякал там портрет Курьера. А сверху подпись: «Красотке Мохаве от великого и ужасного идиота в солнечных очках.»