Свадьба?

Поезд гудел низко, будто ворчал под нос. Вагон дрожал на стыках; каждые пару минут кто-то ронял бутылку воды или мысль — одинаково громко. За окном тянулись поля, редкие станции, одинаково уставшие домики. Солнце то пряталось за тучами, то снова выглядывало, будто проверяло — живы ли ещё пассажиры. Херейд сидел у окна, лбом к холодному стеклу. Пейзаж он не рассматривал — просто делал вид. На деле он так уходил от разговора, который уже успел его вымотать. Рядом Эд постукивал пальцами по колену в такт музыке в наушниках. Ритм был тихий, но раздражал тем, что всегда попадал в самый нерв. — Тебе вообще нравится вот это всё? — Херейд провёл пальцем по запотевшему стеклу, оставив кривую линию. — Дорога? Нравится. — Шум, люди, которые спорят вот уже двадцать минут… — Атмосфера. — Атмосфера ада. — Ты просто не умеешь расслабляться. Херейд коротко хмыкнул, но спорить не стал. Утром Эду позвонили из автосервиса. Машину, которую он сдавал ещё в Новосибирске, почему-то перевезли в другой город. Рабочий бодро сообщил: «Готова. Можете забирать». Эд, как ни странно, даже обрадовался. Херейд — нет. — Поедем сегодня, — заявил Эд, будто вопроса не существовало. — На поезде туда, обратно — на машине. Быстро. Быстро не вышло. — Поезд задержали, — пробормотал Херейд, глядя на табло. — Бывает. — Ты всегда так спокойно реагируешь, когда планы идут в тартарары? — Если бы я нервничал каждый раз, когда что-то идёт не так, я бы уже облысел. — Так у тебя и так… — Херейд прикусил язык. — Осторожнее, — Эд ухмыльнулся. — Мы ещё весь день вместе. Они всё же сели в поезд — тот самый, который «вот-вот прибудет», но прибыл через сорок минут. Людей было много, воздух стоял тяжёлый, пахло кофе из автомата, влажными куртками и чем-то сладким. Дорога тянулась. За окном мелькали поля, потом завод, потом лес, потом снова поля. Через два часа они вышли на полустанке — маленькая станция, где от ветра дрожали флаги, а динамик объявлял что-то неразборчивое. — Так, — Эд уткнулся в телефон. — До сервиса два километра. — Интернет ловит? — удивился Херейд. — Пока да. Они прошли один квартал. Интернет пропал. — Ты издеваешься, — Херейд остановился как вкопанный. — Это не я, — Эд пожал плечами. — У тебя карта загружена? — Эм… — Эд провёл пальцем по экрану. — Нет. — Великолепно. Просто замечательно. — Не ной. Люди находили путь и без интернета. — Люди и по звёздам ориентировались! — Можем попробовать. — Эд! Тот рассмеялся. Они свернули в узкий переулок. Потом в другой. Прошли через двор, где сушилось бельё. Где-то звучала музыка — кто-то слушал старый рок из открытого окна. Кот на ступеньке ленно повернул голову и посмотрел на них, как на идиотов. Херейд всё сильнее раздражался. — Ты уверен, что мы идём правильно? — Абсолютно. — Ты это уже говорил. — И буду говорить. Они вышли к дороге. Автосервиса не было. — Мы не туда свернули, — наконец признал Эд. Херейд глубоко вдохнул. — Молодец. А теперь хочешь новость? Моя зарядка села. — Серьёзно? — Да. И давай угадаю — у тебя тоже. Эд нажал кнопку. Экран мигнул и погас. — Угу. — Отлично. Просто замечательно. И как назло в этот момент из серого неба упала первая капля. — Нет… — простонал Херейд. Вторая капля — за ворот. Третья — по щеке. Потом небо просто разверзлось. — Бегом! — крикнул Эд. Они рванули под ближайший козырёк — маленький, кривой, над закрытым ларьком. Места было мало. Очень мало. Херейд стоял вплотную к Эду, плечом почти касаясь его. Дождь бил так, будто кто-то сверху решил устроить конец света локально. — «На сегодня быстро съездим», говорил ты, — бурчал Херейд. — План немного скорректировался. — Немного?! — Ладно. Много. — Эд, если мы умрём от простуды, я тебя с собой заберу. — Романтично. — Не в том смысле! Эд усмехнулся. Дождь лил минут десять. Потом стал тише. Стал каплями. Затем почти исчез. — Пошли, — сказал Эд. — А куда? — Туда. — Ты пальцем ткнул в воздух. — Интуиция. — Она у тебя сломана, как и твоя машина. — Спасибо. К автосервису они всё-таки вышли. Уже почти вечером. Рабочий — мужчина в грязном комбинезоне — посмотрел на них так, будто видел двух людей, которые очень зря сюда пришли. — Вы за машиной? — спросил он. — Да, — сказал Эд. — Поздно. Мастер ушёл. Без него не выпишем. — Мы можем подождать? — спросил Херейд. — До утра. Завтра к десяти. Херейд развернулся к Эду. — Вот и приехали. Тот вздохнул. — Ищем отель. Гостиница оказалась лучше, чем они ожидали после всего этого странного дня. Ничего роскошного, но аккуратная: мягкий ковролин, светлые стены, тёплый свет от бра, запах чистых простыней и свежего воздуха из приоткрытого окна. На стойке стоял маленький кактус, который выглядел так, будто пережил больше, чем любой постоялец. — Один номер, — сказала администратор, не поднимая взгляд от монитора. — С большой кроватью. Остальные заняты или убираются до утра. Эд кивнул: — Берём. Херейд тихо выдохнул: — Прекрасно… Но спорить сил уже не было. --- Комната была просторной: тёмная панель у изголовья, большая кровать с безупречно белым одеялом, небольшой круглый столик, шкаф и широкие стеклянные двери на балкон, за которыми виднелись огни ночного города. В воздухе пахло чем-то успокаивающим — смесью стирального порошка, горечью дерева и слабым запахом дождя, проникшего с улицы. — Душ мой, — спокойно заявил Эд и исчез за дверью, будто так и должно быть. Когда за дверью загудела вода, комната неожиданно стала слишком тихой. Херейд прошёлся туда-сюда. Дотронулся до подоконника. Заглянул в шкаф (пусто). Сел на край кровати. Встал. Снова сел. Так… нормально. Это просто день. Просто поезд. Просто дождь. Просто номер… И просто Эд… который сейчас голый в душе… — Чёрт, — тихо сказал он вслух. Дверь ванной щёлкнула. Эд вышел — волосы мокрые, капли воды стекали по шее к ключице, полотенце на бёдрах держалось так, будто знало, что вызывает последствия. Херейд отвернулся так резко, что чуть не потянул плечо. — Твоя очередь, — сказал Эд, проходя мимо. — Угу. Херейд почти вылетел в ванную. --- Пар ударил в лицо. Стекло на зеркале запотело мгновенно — и хорошо, не нужно было видеть собственное выражение. Кожа горячая, мысли сбитые, дыхание неритмичное. Почему я так реагирую?! Что происходит? Это Эд. Просто Эд. Я его знаю сто лет. Почему сейчас… Он включил воду громче — как будто мог заглушить этим мысли. Вымылся быстро, натянул простую футболку, провёл ладонью по лицу и только тогда сделал глубокий вдох. --- Эд лежал на кровати, опираясь на подушку, будто Царь Спокойствие. Телефон рядом, руки за головой. — Жив? — спросил он. — Пока да. — Ну отлично. Херейд лёг на свою сторону кровати — максимально далеко. Потушил свет на своей тумбочке, завернулся в одеяло. — Спи, — сказал Эд. Как будто это так просто… --- Прошёл час. Херейд не спал. Прошёл второй. Он лежал, уставившись в потолок, чувствуя, как всё внутри гудит. Что это была за реакция? Почему так? Почему от него? Почему… сейчас? Боже. Это выглядит так, будто я… Нет. Нет-нет. Стоп. Он резко сел. Кровь ударила в виски. — Прекрасно, — пробормотал он и спустил ноги с кровати. Он подошёл к тумбе Эда. Там лежали его брюки. Открыл карман. Пачка сигарет. — Прости… — снова прошептал он, сам не понимая кому именно. Вышел на балкон. --- Ночь была холодной, но ясной. Город внизу светился жёлтыми окнами и отражался в мокром асфальте. Далеко слышалась музыка, где-то хлопала дверь, ветер носил остатки капель с крыши. Первая затяжка обожгла горло. Вторая — будто выровняла мысли. Третья — наконец дала возможность дышать. Так… лучше. Он уставился в темноту, упершись ладонями в холодные перила. Что со мной? Это из-за… него? Или я просто перегретый мозгом идиот? Почему простая ситуация превратилась в катастрофу? Почему я… Он закрыл глаза. — Не спится? — услышал он спокойно. Херейд вздрогнул. Открыл глаза. Эд стоял в дверях. Босиком. В чёрной футболке. Взгляд мягкий, без насмешек. — Да, — выдохнул Херейд, не пытаясь скрывать. Эд вышел на балкон и встал рядом. Не слишком близко. Но достаточно, чтобы Херейд почувствовал его присутствие. Эд взял сигарету из пачки, наклонился к огоньку Херейда. — Можно? — тихо. — Да… конечно. Они стояли молча, дым уходил в сторону ночного города. Тишина была странной — не неловкой, а… честной. Херейд выдохнул и сам начал разговор: — Слушай… — он потер шею, глядя на город. — Я сегодня весь день как… не в себе. Эд промолчал, но стоял рядом — спокойно, без давления. — Это не только из‑за дождя, сервиса, поезда, — продолжил Херейд. — Просто… такое чувство, будто внутри что‑то всё время дергает. Не понимаю, что именно, и это бесит. Эд сделал затяжку и тихо спросил: — Ты боишься, что с тобой что‑то не так? — Нет… — Херейд покачал головой. — Я боюсь, что слишком всё понимаю. Или наоборот — вообще ничего. Это… раздражает. Пауза. Длинная, но не давящая. — Знаешь, — сказал Эд спокойно, — иногда бывает, что день просто давит. Или человек. Или ситуация. И ты думаешь, что реагируешь «неправильно». А на самом деле — это просто ты. Нормально так чувствовать. — Ты так спокойно говоришь… будто всё всегда контролируешь, — тихо сказал Херейд. — Я ничего не контролирую, — усмехнулся Эд. — Просто умею делать вид. Ветер прошёлся по перилам. Дым поднялся вверх. — И что мне делать? — спросил Херейд. — Если внутри всё прыгает. — Ничего, — ответил Эд. — Пережить. Переспать. Перекурить. Дать себе время. Ты слишком торопишься всё объяснить. Херейд сжал пальцами пачку сигарет. — А если это не пройдёт? Если я так и буду чувствовать себя… странно? Эд посмотрел на него чуть дольше обычного — взгляд спокойный, внимательный. — Тогда скажешь. Когда будешь готов. Или не скажешь. Я всё равно рядом. У Херейда пересохло в горле — ответить сразу не получилось. — Ты иногда… слишком спокойный, — выдохнул он. — Кто‑то же должен быть, — сказал Эд, облокотившись на перила. Они снова замолчали. Но теперь тишина была не пустой, а будто тёплой. Город шумел снизу. Ветер трогал волосы. Дым растворялся в воздухе. И Херейд вдруг понял, что впервые за день его сердце не бьётся, как сумасшедшее. — Ладно, — тихо сказал он. — Спасибо, наверное. — «Наверное» принимаю, — ухмыльнулся Эд. Херейд не сдержал лёгкой улыбки.