Часть 33. Сделка (1).
2 июня 2026 г., 10:26
Ренли с неудовольствием потягивал лимонную воду, бросая редкие взгляды на собеседников. Переговоры длились уже более трех часов, и он морально и физически выдохся. Ночь без сна и столько же без еды тяжело отразились на его организме. Впрочем, едва ли кто ожидал от него умных мыслей за этим столом.
Он был младшим из братьев, младшим из присутствующих лиц и меньше всех занимал должность в совете. Он не был дипломатом и, в большинстве случаев, полагался лишь на интуицию свою и других. Асом по данной части был Джон Аррен, более опытный и более искусный в интригах, несмотря на свой престарелый вид.
Он с легкостью нивелировал резкость Станниса и гнев Роберта, равно как и вникал в хитрые замыслы Тайвина. Потому сейчас Ренли оставалось лишь следить за ходом разговора, чтобы проанализировать возможные последствия и не допустить совсем уж неприятных сюрпризов для их будущего.
Раздраженно отстранив от себя кубок, он поморщился от яркого солнечного света.
Светлица, которую они заняли, находилась в башне десницы. Просторная, с большими окнами и столом, с многочисленными шкафами и тумбами, заполненными всевозможными свитками, она отражала в себе характер ее владельца в нацеленности на плодотворную работу.
Мягко направляя участников, Аррен изначально пресек попытки Роберта задеть Ланнистера, однако сам Тайвин также внушал уважение своей манерой разговора.
Он не выказывал потрясения и стыда, которые жаждал увидеть старший брат, не рассыпался в извинениях и лести и это восхищало. Глядя на него Ренли невольно задумывался: как бы он отреагировал на подобную ситуацию и пришел к выводу, что самолично снес бы себе голову, но старый лев никоим образом не показывал своего отчаяния.
Изначально выведав у них планы на его детей, Тайвин холодно заметил, что каждым преступникам полагается выбор – Стена или смерть, о суде же он не промолвил ни слова. Сам Верховный септон засвидетельствовал измену, не говоря уже о членах совета и показательному шествию по замку.
Подобное предложение Станнис отверг сразу же. Он серьезно отнесся к мысли о том, что оставлять близнецов в близости от своей семьи и трона слишком опасно. Джейме уже дважды нарушил клятву, какое ему дело до очередной на Стене?
Собственно, на это заявление Ланнистер отреагировал так, словно уже ожидал услышать подобный ответ, потому предложил изгнание, подобно последним остаткам Таргариенов. На этот вариант, в свою очередь, ополчился Роберт, считавший подобное недостаточным наказанием за их преступления, требуя голову одного из близнецов.
Ярость Роберта, казалось, стала прорываться еще сильнее, когда Тайвин резко заметил, что его дом на протяжении всего его правления, по сути, спонсировал Вестерос, столицу и его траты, а доводы о погашении этих долгов путем войны с ними были смехотворны учитывая нынешние силы Ланнистеров.
Ситуация накалялась, звучали оскорбления, однако намерение Тайвина отказаться от своих детей в случае достойной альтернативы было ясно всем, потому в крайности конфликт не перешел.
Аккуратно выспросив у Тайвина его планы в случае изгнания детей, Аррен был настроен более благожелательно ведь лев был готов поддерживать нынешние добрые отношения и полностью отказаться от своих детей, вот только его варианты не устраивали Роберта абсолютно.
Багровея, он с силой ударил по столу и дубовое полотно отозвалось треском.
– Жениться на Вашей племяннице? Вновь подложить к себе постель проклятую львицу, что будет шипеть у меня за спиной и строить козни? Этому не бывать!
– Я предлагаю Вам путь, где ваш дом сохранит лицо, а мой – влияние. Я не требую невозможного. Серенна или Мириэль менее строптивы и своевольны чем моя дочь и они подходят вам по возрасту.
– Сохранить лицо? Мы опозорим свои имена, если согласимся на повторный брак с Вашим домом, – резко ответил Станнис, – Ваша дочь – шлюха, ваш сын – клятвопреступник. Ваши дети осквернили королевское ложе. Единственное право Ланнистеров сейчас – право на чистую казнь. Ваш дом должен молиться на то, что мы не ведем армию к Утесу Кастерли!
– Мы уже обсудили это, лорд Станнис, – иронично заметил Тайвин, – Вы хотите войны с Западными землями здесь и сейчас, вот только готовы ли вы к последствиям? Семь Королевств еще не оправились от восстаний, а мой дом процветает, у нас огромная армия, неприступная крепость и союзники на каждом углу. Даже в случае моей смерти мой брат уплатит долг.
– Лорд Тайвин, – пресек их спор Джон, – как бы то ни было, но Ваши условия недопустимы. Повторный брак с домом, что уже запятнал свою честь, лишит Корону поддержки лордов.
– В таком случае мы можем решить этот вопрос с другой стороны, – заметил Тайвин, нахмурившись, – Лиара ваш единственный ребенок, рожденный в законном браке. Вы можете назвать наследницей ее.
– Безумие! – воскликнул десница, его лицо исказила тревога. – Принцесса Лиара девушка. История уже показала, как наши поданные относятся к такой затее. Вестерос не проглотит королеву на троне.
– Какое нам дело до лордов? Они не властны над данным вопросом, – отрезал Тайвин, – как Вы и сказали «история показала» чья именно линия воцарилась после смерти Рейниры Таргариен.
– Только потому что остальные претенденты были убиты. Эйгон III сел на трон лишь благодаря добросовестности ее вассалов, – упрямо гнул свою линию десница, – то была не ее заслуга.
– Верно, они унаследовали трон благодаря сильным домам, что поддержали Рейниру, таким как, например, Старки. Как радостно, что и у нашего Короля есть друзья оттуда, – усмехнулся Ланнистер.
– Рейнира погибла в этой войне. Неужели Вы хотите обречь на подобную судьбу и внучку?
– Война началась лишь из-за наличия законного сына у Визериса, – отмахнулся Тайвин, – при признании детей моей дочери бастрадами, у Лиары не останется соперников.
– Но у нее есть дяди – наследники мужского пола.
– С каких пор, дяди идут первее законных детей? – отрезал Тайвин, – история Вашего дома показывает как раз обратное.
Джон раздраженно вздохнул.
– Когда у Роберта появятся другие законные дети…
– Не появятся, – отрезал Тайвин, – Король должен отказаться от женитьбы при назначении Лиары наследницей.
– Вы забываетесь, Ланнистер – раздраженно отозвался Станнис, – Не Вам принимать подобные решения. Уж точно не после позора, что навлекли Ваши дети.
– Эти требования неразумны, – мягко вклинился Аррен, – данное решение поставит под угрозу всю династию.
– Я лишь предлагаю Вам альтернативу, – ответил Тайвин, – К тому же, как сам лорд Десница заметил, у Короля есть два брата, которые вполне могут устранить недостаток в виде отсутствия наследников побочных ветвей.
Ренли чуть не рассмеялся. Отсутствие у него или у Станниса иных детей в будущем было абсолютно определенным, однако молчание братьев заставило его напрячься.
Роберт выглядел глубоко задумавшимся, словно он всерьез обдумывал данное предложение и Станнис заметивший это лишь крепче сжал свою челюсть.
Одно дело, если Роберт все же женится, как и положено человеку с его статусом, заделав в дальнейшем других истинных наследников. Другое – если он примет предложение врага и выберет Лиару, отбросив подальше Станниса.
Это грозило вызвать новый раскол в семье. Средний брат был обидчив и такое решение вновь причинит ему боль. Это раздражало и разочаровывало, но не менее отвратительным фактом было и то, что он и сам задумывался об этой перспективе.
Станнис был весьма специфичным человеком. Жестким, требовательным, не терпящим каких-либо посягательств на свой авторитет.
Нет, Ренли вовсе не собирался предавать брата, однако мысль о том, что его непреклонность может сыграть с ними злую шутку в будущем, внезапно заставила его насторожиться.
Впереди у них было множество бед и проблем, и коронация Станниса означала бы войну, при том не имело значения с кем именно: с Дейнерис, с Эйгоном или с мертвыми.
Так кто же лучше подходил на роль следующего правителя? Гибкая и склонная к дипломатии и критическому мышлению Лиара или упрямый, но обладающий военным и жизненным опытом Станнис? Ответа на этот вопрос у него не было.
Единственное, что он знал точно, так это то, что любой из этих вариантов был лучшим выходом, чем очередная Королева, действия которой предсказать было бы очень сложно.
Задумавшись об этом, он вдруг понял, что упустил нить разговора, потому переведя взгляд на его участниках вдруг отметил внезапно очнувшегося от дум Роберта. Похоже он нашел для себя какой-то ответ.
– Каковы гарантии, Ланнистер? – наконец произнес Роберт, подтвердив его догадку, – каковы гарантии, что жизнь моей дочери будет в безопасности? Каковы гарантии того, что твои проклятые отпрыски не узурпируют в будущем трон у моей дочери?
– Роберт! – возмутился Аррен, неверяще обернувшись на него, но брат лишь отмахнулся рукой.
Ренли тяжело вздохнул. Похоже вопрос престолонаследия определен, теперь же главной его проблемой будет удержать от очередной ссоры братьев и заставить Станниса, что уже застыл подобно камню, остаться на их стороне.
– Я могу дать клятву, – наконец ответил Тайвин, – что никто из них не получит поддержку моего дома.
– В пекло твои клятвы, – огрызнулся Роберт, – я не верю тебе и твоим лживым словам. Если хочешь, чтобы я согласился на твой план, мне нужны четкие гарантии.
– Роберт, одумайся! – вновь воскликнул Джон, – ты не можешь пойти на это!
– Я – Король! – процедил Роберт, – окончательное решение тут принимаю я!
– Что конкретно Вы от меня требуете, Ваше величество? – холодно отозвался Тайвин.
– Твоя дочь должна публично признать своих бастардов и последние должны принять это, фактически отрекшись от прав на престол. Я, так и быть, узаконю их как бастардов Ланнистеров, и документы об этом мы направим во все великие дома, города и цитадель с вашими подписями и согласием на документах. Твои дети покинут Вестерос навсегда, и ты не предоставишь им никакой поддержки ни сейчас, ни когда-либо после. Я не хочу, чтобы они собрали на твои деньги армию за морем.
– Серсея не пойдет на это, – отрезал Тайвин, – после сегодняшнего шествия она унижена и жаждет мести.
– Тогда Вам следует напомнить ей о Вашем незавидном положении. Согласие Вашей дочери Вы должны обеспечить самостоятельно. Не забывайте о том, кто в данной ситуации истинный виновник.
– Я постараюсь, – мрачно отозвался Тайвин.
– Постарайтесь, – усмехнулся Роберт, – и, пожалуй, напомните ей о том, какая участь ее детей может ожидать в случае отказа. Это ведь вы ввели подобную практику с детьми Таргариенов.
Тайвин лишь нахмурил брови, проглотив последнюю угрозу.
– И раз вы упомянули состояние казны, – вклинился в диалог лорд Аррен, – то думаю прощение долга Короны перед Ланнистерами будет разумной уступкой с Вашей стороны за сокрытие личности любовника Вашей дочери.
С секунду помолчав Тайвин нехотя кивнул.
– Но мне также нужны гарантии, что трон не будет узурпирован у Лиары ее дядьями, – наконец сказал он, окончательно принимая условия.
– Ренли возится с моей дочерью больше меня, – отмахнулся Роберт, – а Станнис человек слова. Мои братья никогда не станут угрозой для нее. Они присягнут ей перед всеми в день объявления наследницы.
– Тогда нужно решить и вопрос замужества Лиары, – добавил Тайвин.
– За ее руку уже ведется переписка с Дорном, – отрезал Аррен.
– Дорнийцы, что ненавидят нас, не лучшая пара для нее, – серьезно заметил лев, – тем более как вы и сказали, лорд десница, сейчас не лучшее время, чтобы рисковать Баратеонами.
– Предложение не отзовешь, Ланнистер, – отозвался Роберт, – в вопросах ее брака у тебя нет и не будет власти и, пока Серсея не согласится на сделку, никаких дальнейших переговоров не будет.
– Если она согласится, то что будет с детьми? – задал не менее важный вопрос Тайвин.
– Если согласится, то Джоффри уберется подальше вместе с ней, и в качестве доброго жеста с моей стороны я отдам тебе младших, – великодушно заметил Роберт, усмехнувшись – Томмен пусть и бастард, но он будет лучшим наследником чем карлик.
– Тогда и отдай только его, – заметил Ренли, – Мирцелла будет полезна в случае, если твоя жена и гвардеец, вновь решат заявить свои права. Будет лучше оставить ее при дворе.
– Это разумно, – наконец согласился Аррен, продолжив, скривившись, – если только вы действительно желаете…
– Я уже ясно выразил свою позицию, Джон, – резко ответил Роберт.
– Что же, мы наконец пришли к соглашению, – вздохнул Тайвин, – сколько времени у меня есть?
– Четыре часа, – отозвался Роберт, – Через четыре часа мы вновь встретимся здесь и заверим все бумаги, а завтра объявим об этом всем прибывшим на празднование лордам, заодно получив их присягу Лиаре. И не вздумай совершать глупости, Ланнистер. Замок полон моих людей, как и столица, а твои люди лишены командиров и едва ли смогут прорваться сюда.
– Что Вы имеете в виду? – устало спросил Тайвин.
– То, что и сказал, – ухмыльнулся Роберт, – Клиган и твои главные шавки мертвы.
Ренли покачал головой. Открывать этот аспект Ланнистеру, по его мнению, было глупо, но брат видимо очень хотел показать свою силу и Тайвин, смерив его тяжелым взглядом, не говоря ни слова, поднялся.
– Вас повсюду будут сопровождать наши люди, – добавил Ренли и поднялся следом, выводя Тайвина из покоев.
Дав команду рыцарям и приказав наконец принести им всем еды, он вернулся обратно, застав там ссору Джона и Роберта.
Нервно расхаживая по солярию, Джон отчаянно пытался достучаться до брата.
– Ты совершаешь большую ошибку! Неужели ты не понимаешь, что ослабляешь таким образом весь свой дом. Мы могли бы заиметь сильных и богатых союзников женив тебя вновь!
– Я тебе не жеребец для разведения! Решение уже принято, и я его не изменю, – раздраженно отозвался брат.
– Ты – Король! Ты должен исполнять свой долг!
– И я его исполнял, но эта шлюха наставила мне рога! И, к слову, о шлюхах, советую тебе также поскорей принять меры в отношении своей! – взорвался Роберт, и Ренли застыл у прохода.
Какого черта?, хотелось воскликнуть ему, но Роберт и сам наконец понял, что сморозил. Неловко отпив из кубка вина, он отвел взгляд, вызывая еще больше вопросов у десницы.
Даже Станнис заинтересованно переводил взгляд с одного на другого, не забывая при этом держаться холодно.
Ренли подошел к столу и с тяжелым вздохом сел.
Они, блять, не собирались открывать правду деснице вот так. После отбытия Станниса из леса Роберт никак не мог успокоиться, и Ренли просто пытался отвлечь его, сообщив об этом, но получилось все, как всегда.
– О чем ты говоришь? – наконец насторожено спросил Джон Аррен, и Роберт бросил на Ренли просящий взгляд.
Похоже этот блядский день решил доконать его окончательно.
***
В полутемной комнате, освещенной лишь горящими свечами, Лиара лежала на софе, мрачно созерцая потолок. Пришедший более получаса назад Ренли сидел в кресле напротив, окидывая ее беспокойным взглядом. – Возможно, это и к лучшему, – наконец завершил свой рассказ Ренли, протерев лицо ладонями будто пытаясь стереть с него усталость и сонливость, что все еще одолевала его. – Лучше? – спросила она возмущенно, – Мы надеялись, что он изберет наследником дядю Станниса, закроет этим их конфликт и укрепит наш дом! Какое еще к черту лучше? – Ты сама как-то сказала: Станнис умен, он человек долга и гнется лишь в эту сторону. В наших будущих тяжбах его неуступчивость может стоить нам жизни. – О да, а отец просто образец гибкости, – с сарказмом ответила племянница. – Как выяснилось, он может задавить свою гордыню, когда это необходимо. Она выругалась, а Ренли покачал головой. – Как вообще вы к этому пришли? – спросила она, резко вставая с софы. – Твой дед уперся. Он напомнил, что восстановление Семи королевств и содержание Красного замка осуществлялось за счет средств их дома ведь состояние казны плачевно. «Едва ли Вы осилите очередную войну», – скривился Ренли, процитировав слова льва, – потому он предложил Роберту выбрать новую жену из числа его родичей. Роберт, естественно, отказался, и тогда Тайвин согласился признать сыновей Серсеи бастрадами в случае, если трон унаследуешь ты. – И отец увидел в этом свободу, – тихо проговорила она, глядя куда–то сквозь свечной огонь. – Свободу от короны, от клятв, от нового нежеланного брака. – Вероятнее всего так, – ответил он, отгоняя от себя очередную волну сонливости, – Я думаю, что Роберт полагает, что из-за отсутствия других наследников, никто не станет оспаривать твои права. Долина, Север, Штормовые земли и Запад будут на твоей стороне, Дорн мы также расположим к себе через твой брак, это в духе их традиций, Речные земли не станут возникать, а мнение Железных островов его не интересует. – Но почему? – с сомнением спросила Лиара, закусив губу, – после того, что я сделала, почему дед решил… – Ты не понимаешь ход его мыслей, – раздраженно отозвался Ренли, – Ты единственный законный ребенок от Королевской четы. Он это знает, мы это знаем, и он знает, что мы знаем. Измена Серсеи – это позор, репутационный удар по его дому, но от него можно оправиться. Задобрить чернь и предложив сделки лордам, выбросив Серсею и выставив ее единственной паршивой овцой в стаде. Однако настоящим ударом для его дома стало бы полное отстранение от власти в случае наследования Станниса или других детей Роберта. – Он слишком печется об имени своего дома, – покачала она головой. – Может и так, и я уверен, что ситуация сильно ударила по нему, однако слова – это лишь слова. Они не несут за собой настоящих последствий, если у тебя есть влияние и золото, – устало ответил Ренли, – в любом случае, я думаю, он задумал это сразу же. По крайней мере, когда мы приступили к переговором в нем уже была какая-то уверенность. – Удивительно, – тихо сказала она, запрокинув голову вверх. – Хоть и паршиво это признавать, но я согласен, – грустно усмехнулся Ренли, – к слову, мы также отбили его притязания на голос в вопросах твоего замужества. – Он хотел протолкнуть Ланселя, – отозвалась племянница. – Скорее всего, но Роберт осадил его. Теперь мы все ждем решения твоей матери и Джейме. Твой дед донесет им важность согласия для их собственных жизней. Лиара рассеянно кивнула и подойдя к столику, налила себе сока. Лицо ее было задумчивым и мысли, судя по всему, ей совершенно не нравились. – Тебе не о чем переживать, – тихо произнес он, – Из тебя получится отличная королева. – Ты меня переоцениваешь, – отозвалась девочка, нахмурившись, и он с усмешкой встретил ее взгляд. – Ты умна, – коротко сказал он, и она с раздражением отпила из кубка. – Для своего возраста, – процедила Лиара, – Рен, я не пытаюсь быть скромной и хорошо знаю свои сильные и слабые стороны. Особенно слабые, понимаешь? Он удивленно посмотрел на нее, пытаясь понять к чему она ведет. – Я не люблю насилие, не люблю дрязги, не люблю быть в центре внимания. Я слишком мягка для роли Королевы и, честно говоря, довольно доверчива. Плохо определяю ложь и ненавижу сам факт моего проживания в этом унылом месте, полном льстецов. Быть королевой – не по мне, – на одном духу выложила племянница, словно уже не раз думала об этом. Ренли вздохнул. – Ты еще молода. У тебя будет время научиться всему, и мы поддержим тебя. – Даже дядя Станнис? – невесело отозвалась она. – Лет семь назад вряд ли, – усмехнулся он, – но сегодня брат принял это. Пусть при этом был рассержен, обижен и недоволен, но он согласился на сделку, поскольку понимает необходимость данного решения. А если Станнис дал слово, то будет следовать ему до конца. Она кивнула и рассеяно уставилась в окно. – Хотела бы я отправиться в другой город и прожить тихую жизнь. – Тогда ты родилась не в той семье, – с усмешкой отозвался он. – Не то, чтобы у меня был выбор, – невесело протянула она, и он вновь усмехнулся.
