Семь волшебных палочек и Загробный Мир

Поскольку для перемещения было желательно чётко представить, куда именно необходимо переместиться, а у Блум со знанием конкретных мест на Домино имелись явные проблемы, кулон телепортировал её и Валтора на какую-то неосвоенную никем пустынную равнину. На десятки километров вокруг не было ничего, кроме короткой травы сочного зелёного цвета, почему-то не желтеющей под лучами палящего солнца, и только где-то вдалеке виднелись невысокие холмы, за которыми, возможно, располагался город или поселение. Блум запрокинула голову и прищурилась, разглядывая ясное небо. На часах был полдень, и солнце обжигало беспощадно. Домино, похоже, являлось планетой вечного лета не меньше, чем Солярия, а ведь в Волшебном Измерении сейчас, как и на Земле, шёл последний зимний месяц. Впрочем, увидеть зиму со снегом и морозами здесь вообще было мало где можно, так что Блум не сильно удивлялась. К тому же Домино и его жителям наверняка хватило тех восемнадцати лет, проведённых во льдах. Блум едва сдержала нервный смешок. — Предполагаю, что мы находимся в северо-восточной части планеты, — Валтор в размышления не погружался и времени не терял. — Хотя это толком ничего не даёт, учитывая, что мы не знаем точно, где расположено Драконье древо. — Как сказала Фарагонда, оно находится на окраине Домино, а вся близлежащая территория якобы принадлежит драконам, — Блум взяла в руки телефон и открыла фотографии книжных страниц, сделанные в кабинете директрисы. Пробежав взглядом по довольно короткому тексту, она вздохнула: — Тут тоже ничего конкретного не указано, та местность лишь описывается общими словами как сказочная. — Легенды на то и легенды, — ответил Валтор. — Они никогда не будут наполнены конкретикой, дабы никто не мог проверить. — И что будем делать? — поинтересовалась Блум. Она уже успела пожалеть, что они мгновенно сорвались на поиски, стоило раздобыть лишь крупицу информации, а ведь изначально собирались составить чёткий план. Но сейчас точно не имело смысла ругать себя за спонтанность и идти на попятную, нужно было как-то выкручиваться. — Валтор, ты же наверняка достаточно хорошо знаешь Домино. Какое место здесь можно считать принадлежащим драконам? Валтор снисходительно улыбнулся. Он выждал пару секунд, словно надеясь, что за это время Блум догадается сама, и всё-таки произнёс: — Это ведь Домино, милая. Драконам здесь принадлежит примерно половина планеты, особенно есть учесть, что периодически они мигрируют. Блум как-то раздосадованно сложила руки на груди и повернула голову в сторону, почти обиженно надув губы. Одновременно её расстроили как собственная невнимательность, так и тот факт, что у них с Валтором по-прежнему не было идей. Удивительно, но даже демон с его огромным жизненным опытом и начитанностью не знал о Драконьем древе больше, чем было написано в книге, хотя у Блум вообще-то нередко складывалось впечатление, что Валтор являлся ходячей энциклопедией. — Я без понятия, как нам быть, — она вновь вздохнула и пожала плечами. Вера в успешную миссию угасала на глазах. — У меня есть одна идея, — немного осторожно сказал Валтор. — Однако вряд ли ты будешь в восторге. Блум сделала неопределённый жест рукой и выжидающе посмотрела на него. В данной ситуации ей было абсолютно всё равно, окажется ли она «в восторге». — Никто не знает планету лучше её правителей, — Валтор словно решил начать издалека. Он внимательно следил за реакцией Блум и, кажется, какое-то время не решался продолжать, но в итоге совершенно спокойно заключил: — Нам нужна Марион. Огненная фея изумлённо вскинула брови и широко распахнула глаза, не веря в услышанное. «Великий Дракон, хоть бы это была шутка», — пронеслось в мыслях, однако ни серьёзное выражение лица Валтора, ни сама ситуация в целом для юмора не располагали, а Блум вполне ясно осознавала, что этот вариант действительно был единственным, если они не хотели потратить кучу времени на, может быть, даже безуспешные поиски.

***

Сердце колотилось, как сумасшедшее, а делать вдохи хотя бы несколько раз в минуту Блум себя буквально вынуждала. Она тщательно следила за каждым своим шагом, старалась практически не смотреть по сторонам, избегала взглядов проходящих мимо жителей Домино и уж тем более не смела случайно их касаться. В общем, делала всё, чтобы стать как можно менее заметной, хотя это не имело смысла, поскольку сейчас Блум и так была невидимой. Дабы встретиться с Марион, очевидно, было необходимо как-то попасть во дворец, а заявиться туда в открытую Блум и Валтор не могли. Нет, конечно, они обладали правом находиться где и когда угодно, ведь, по сути, теперь владели всем, что находилось в Волшебном Измерении, однако везде находились свои нюансы. Во-первых, пусть дворцы правителей планет и не были закрыты для посещения, стоило появляться там, лишь имея на руках официальное приглашение, подтверждённое печатью. Просто так заявиться на порог хранители, безусловно, могли, но это создало бы лишний шум и подорвало их авторитет, а важно было показать народу, что Блум и Валтор, как достойные правители, не пользовались доступной им вседозволенностью. Во-вторых, именно Домино являлось так называемой зоной риска, где хранителям определённо были рады меньше всего. Жители этой планеты славились чрезмерной храбростью, граничащей с безрассудством, так что они были вполне способны не простить Блум и Валтору их наглость и начать атаку. Та была бы успешно отражена, но ушло бы много сил и времени, а это сейчас были самые ценные ресурсы. Да и с Марион в таком случае вряд ли удалось бы поговорить, а ведь ради встречи с ней всё и затевалось. Так что Блум и Валтор учли все потенциальные проблемы и придумали альтернативное решение. Однако пришлось заморочиться и отыскать в багаже бутылёк с зельем невидимости. Дозировка была крохотная, её едва хватило на стройную и невысокую Блум, поэтому проникнуть во дворец ей предстояло одной, хотя, по правде говоря, оба хранителя и так прекрасно понимали, что Валтор оказался бы третьим лишним в разговоре дочери с матерью. Но он пообещал просто быть рядом, и весь путь до дворца, проходящий через центральную площадь Домино, Блум действительно тонко ощущала его присутствие. Наверное, только благодаря этому она не сошла с ума от страха быть раскрытой. Она понимала, что не заметна для посторонних глаз, однако до дрожи во всём теле боялась увидеть презрение во взглядах жителей Домино, услышать очередное обвинение в предательстве, пропустить удар, нанесённый со спины. Не меньше Блум переживала из-за предстоящей встречи с королевой Домино, со своей биологической матерью. Она не только волновалась, одновременно с этим ей было ужасно стыдно перед Марион за случившееся первого августа. Блум не представляла, как будет смотреть ей в глаза, как посмеет с ней разговаривать и просить помощи, однако выбора всё равно не было. Поэтому она упрямо шла по направлению к главному зданию Домино, изо всех сил пытаясь усмирить трясущиеся руки. Блум остановилась перед входом на территорию дворца, который, естественно, охранялся несколькими вооружёнными стражниками, и огляделась. Ей безумно хотелось хотя бы на секунду увидеть Валтора, прочитать по губам слова поддержки и благодаря этому успокоиться, но заметить его она никак не могла. Блум по-прежнему только чувствовала, что он был рядом, и, кажется, ей впервые было недостаточно одного тепла, разливающегося в груди. Пройти напрямую и оказаться нераскрытой было невозможно, но Блум воспользовалась кулоном Андрии и с лёгкостью телепортировалась за главные ворота в ту часть территории, которую смогла разглядеть со своего места. Не теряя ни секунды, она побежала к боковому входу в здание и, пока в королевском саду не появилось прислуги или других посторонних, забежала внутрь. Однако даже после этого выдохнуть Блум не смогла, хотя и выполнила один из самых сложных пунктов плана — незаметно проникла во дворец. В тот же момент она чётко ощутила, что действие зелья завершилось. Блум попыталась угомонить подступающую панику и осмотрелась. Ей нужно было как-то найти Марион. Предположительно королева могла находиться в тронном зале или в своих покоях, однако путь до этих мест Блум не знала (впрочем, как и до чего угодно в этом дворце), да и не факт, что в данную минуту Марион присутствовала именно там. Но и стоять на месте, надеясь на чудо, тоже было глупо, поэтому в итоге Блум заставила себя выйти из ступора и пойти, куда глаза глядят, ориентируясь на внутреннее предчувствие. Оно будто бы действительно вело её в нужном направлении, иначе она никак не могла объяснить, почему после того, как поднялась по лестнице, свернула именно налево, и каким образом вовремя додумалась замедлить шаг, благодаря чему не наткнулась на одну из служанок. Блум имела огромное желание повнимательнее рассмотреть внутреннее убранство дворца, который когда-то давно и совсем недолго являлся её домом. Ей безумно хотелось поразглядывать висевшие на стенах картины, зайти в разные комнаты, возможно, даже найти собственную спальню и хотя бы на мгновенье представить себя настоящей принцессой Домино. Однако Блум прекрасно понимала, что на это не было времени, что ей вообще было запрещено претендовать на подобное, и она, почти не останавливаясь, шла вперёд, периодически смахивая кончиками пальцев подступающие к уголкам глаз слёзы. Спустя некоторое время она остановилась перед дверью. Было трудно объяснить, почему Блум выбрала именно её из тех пары десятков, что успели повстречаться на пути, но отчего-то она была убеждена, что должна была зайти именно в эту комнату. В очередной раз посмотрев по сторонам, она коснулась ручки, ненадолго прикрыла глаза и, выдохнув, вошла в помещение. Это оказалась светлая и очень просторная спальня. У левой стены стояла широкая кровать с балдахином, а у противоположной находился туалетный столик с большим зеркалом, бежевый пуф и невысокий комод из светлого дерева. Рядом была дверь, вероятно, ведущая в ванную комнату, а в центре комнаты лежал пушистый белый ковёр. Блум прошла немного вперёд, внимательно разглядывая помещение и предметы интерьера. Спальня не казалась слишком роскошной, скорее, походила на стандартную гостевую, и не выглядела так, будто имела постоянного жильца, из-за чего Блум уже успела подумать, что предчувствие её всё-таки подвело. Хотя комната, безусловно, была очень красивой и даже имела выход на балкон, откуда открывался прекрасный вид на сад, вряд ли она могла принадлежать королеве. Но прежде, чем покинуть её, Блум для чего-то решила напоследок обойти её и вдруг обнаружила в дальнем углу высокую ширму для переодевания и мягкую софу на изящных ножках, где аккуратно лежало что-то вроде ночного платья из лёгкого материала светло-зелёного цвета. Блум глубокого вдохнула и почему-то только сейчас ощутила приятный сладковатый аромат, который показался ей очень знакомым, почти родным. Она почувствовала неожиданный прилив спокойствия, её сердце, кажется, впервые за последние пару часов вернуло привычный ритм, и внезапно ей захотелось навсегда остаться в этой комнате, которая словно могла уберечь не только от внешних угроз, но и от внутренних переживаний, чего Блум так сильно не хватало. Печально, однако в таком состоянии она провела совсем немного времени. Послышался тихий скрип, и в момент, когда дверь распахнулась, Блум удачно сделала шаг в сторону, скрываясь за ширмой. Вновь вернулось волнение. Она затаила дыхание и крепко сжала ладони в кулаки, напрягаясь всем телом, будто приготовилась атаковать, хотя глубоко внутри знала, что никогда не станет сражаться с той, кто вошла в комнату. Из-за ширмы Блум не могла разглядеть даже силуэт, и приходилось ориентироваться только на слух. Сначала она слышала лишь редкие шаги, затем последовал короткий шорох, а после наступила тишина. Подозрительная тишина. И в эту секунду Блум поняла, что её слишком быстро раскрыли. — Выходи, кто бы ты ни был, — несмотря на то что Марион старалась придать голосу резкости и строгости, он всё равно оставался мягким. Блум зажмурилась, медленно выдохнула и на едва гнущихся ногах вышла из укрытия. Руки старалась держать на виду, дабы Марион не думала, что она вот-вот бросится атаковать. Королева Домино лишь на мгновенье изумлённо приподняла брови, однако в её взгляде не промелькнуло ни страха, ни враждебности, что вселило некоторую надежду. Блум застыла на месте и не могла произнести ни слова, поскольку в голове с трудом укладывалось, что сейчас она стояла напротив своей матери. И встретились они не на поле боя, не в момент, когда Орител сыпал угрозами и заявлял, что Блум больше не являлась их дочерью, а в спокойной обстановке. Она до сих пор не знала, как Марион относилась к ней. Открытой ненависти она не показывала, впрочем, как и поддержки. Кажется, до смерти Оритела она пыталась сохранять шаткий нейтралитет, так как ни против мужа, ни против дочери пойти не могла, и даже первого августа участия в сражении не принимала. Но стоило ли Блум надеяться на лояльность Марион после того, как она собственными руками убила Оритела? Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Королева явно ждала, что разговор начнёт Блум, ей как минимум предстояло объясниться и рассказать, зачем она проникла во дворец, однако у неё совершенно не было идей, с чего стоило начать. В горле встал ком, глаза защипало, нижняя губа задрожала, и Блум с трудом выдавила из себя первое, что пришло на ум: — Прости. По щекам потекли слёзы. Марион, не сомневаясь ни секунды, сделала шаг навстречу и порывисто обняла Блум. — Дочка, — она осторожно погладила её по спине, — всё в порядке. Блум вздрогнула, услышав это обращение, и всхлипнула. — Мар… мама, — она шмыгнула и глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, дабы суметь произнести больше одного слова за раз, — мне так жаль. Прости за то, что я приняла его сторону, что сражалась против Домино, — Блум не переставала плакать, — за… за отца, — закончила она практически шёпотом и больно прикусила кончик языка, чтобы хоть немного привести себя в чувства и избежать истерики, однако держать эмоции под контролем было тяжело. Она жила с постоянным чувством вины более полугода, и теперь накопившееся внутри напряжение рвалось наружу. Внезапно Марион прервала объятия, но вместо этого аккуратно обхватила лицо Блум ладонями и заглянула в глаза. — Дорогая, — тихо произнесла она, — я знаю, что ты делала всё ради нас и Домино, и я благодарна тебе за это. — Но отец… — дрожащим голосом вмешалась Блум, однако резко замолчала, когда ощутила разливающееся по телу тепло, следом за которым шло спокойствие. Догадаться, что этому через прикосновение поспособствовала Марион, было не трудно. Блум наконец вдохнула полной грудью и почувствовала, что плакать мгновенно перехотелось, а королева, не прерывая зрительный контакт, вновь убедительно заговорила: — Теперь послушай. Блум, не вини себя в гибели отца. Блум удивлённо распахнула покрасневшие глаза и собиралась ответить, но Марион продолжила: — Дорогая, к сожалению, заклятие дезинтеграции не прошло бесследно, и Орител лишился рассудка. После возвращения он помешался на мести. Практически всегда он руководствовался эмоциями, ведь потерял трезвый холодный разум, — Марион на несколько секунд отвела взгляд, возможно, окунаясь в воспоминания, а затем коротко мотнула головой и закончила: — Поверь, смерть для него была освобождением. Если бы он остался в живых, то рано или поздно погубил бы Домино и всех нас. Блум с трудом верилось в услышанное. Ей казалось, будто всё происходящее являлось сном, в котором её измученное искажённое сознание пыталось хоть как-то оправдать совершённый поступок и убедить Блум в собственной невиновности. Осознавать, что всё было реальным, помогали только тёплые прикосновения Марион. — Ты меня услышала? — поинтересовалась она. Блум медленно кивнула. — И ты мне веришь? Блум пришлось приложить некоторые усилия, чтобы заставить себя кивнуть ещё раз и хотя бы немного поверить в слова мамы. Губы Марион тронула лёгкая улыбка, и Блум облегчённо улыбнулась в ответ. Она никогда не смогла бы точно описать, что ощутила в тот момент, однако с груди будто скинули тяжёлый камень, а внутренний голос перестал обвинять во всех грехах. Хотя Блум по-прежнему верила, что оправдать её было никак нельзя, слова Марион вселяли надежду. — Спасибо, — прошептала она, напоследок вновь обнимая маму, после чего отступила на пару шагов. Марион изящно поправила причёску и указательным пальцем смахнула единственную слезинку, скатившуюся по щеке, а затем выжидающе посмотрела на Блум. — Теперь рассказывай, для чего пришла, — она присела на край кровати и кивнула в сторону, приглашая Блум расположиться рядом. — Похоже, случилось что-то серьёзное, раз ты решилась на такие меры. — Честно говоря, для меня проникновение во дворец — это не что-то из ряда вон выходящее, — Блум нервно усмехнулась, села на кровать и положила ладони на колени. Потратив пару секунд на размышления, она сказала: — Мне… нам нужна твоя помощь, — она мельком посмотрела на Марион и отметила, как та только на мгновенье нахмурилась. Очевидно, упоминание Валтора было для неё не слишком приятным, однако врать маме Блум не собиралась. — Ты знаешь что-нибудь о Драконьем древе? — Это не самая известная легенда на Домино, — почти сразу ответила Марион, — но я, конечно, её знаю. — Может, тогда ты знаешь, где оно находится? — с надеждой спросила Блум. Марион какое-то время молчала, поджав губы, но скоро удивительно серьёзно произнесла: — Будь ты простолюдинкой или чужеземкой, я бы ответила, что нет, не знаю, — она повернулась к ней лицом, — и сказала бы, что древа, скорее всего, не существует вообще. Однако ты по-прежнему часть королевской семьи, — Марион неожиданно поднялась на ноги и встала напротив Блум, — и заслуживаешь знать правду, в каких бы целях не собиралась её использовать. Марион сложила ладони и ненадолго прикрыла глаза. Когда она развела руки в стороны, в воздухе образовался золотистый вихрь, который скоро превратился в слегка потрёпанный бежевый свёрток. Развернув, она передала, как оказалось, карту Блум, которая чуть удивлённо наблюдала за происходящим и одновременно думала, должна ли была рассказать всю правду или о многом всё-таки стоило умолчать. — Вот здесь, — Марион указала на определённую точку на карте, — южнее Огненного леса. — Огненного? — переспросила Блум, на секунду оторвав взгляд от карты. — В этом лесу часто случаются пожары. По официальной версии, из-за палящего солнца. — Но на самом деле?.. — вмешалась Блум, догадавшись по интонации, что «но» тут явно присутствовало. Марион вздохнула: — Драконы. Бо́льшая часть той территории принадлежит им, — Блум вздрогнула, когда услышала это, однако вмешиваться не стала. — Животные не поддаются контролю и устанавливают там собственные порядки, так что нам пришлось смириться и оставить те земли неосвоенными. Древо также находится под их охраной. А теперь скажи, Блум, — Марион понизила голос, — для чего ты хочешь посетить данное место? Блум вздохнула и стала нервно постукивать кончиками пальцев по коленям. Как много она могла рассказать? Могла ли вообще рассказать хоть что-то? Кажется, с самого начала было принято решение не посвящать никого в подробности, и Блум утаила самое главное даже от Ривена и Рокси, но ведь сейчас спрашивала Марион, её мама. И всё же это был не повод доверять ей больше, чем остальным. Почему-то у Блум сложилось впечатление, будто данные слова в её голове были произнесены голосом Валтора. Впрочем, они так или иначе являлись правдивыми, поэтому спустя пару минут молчания Блум всё-таки ответила: — Я предполагаю, что там может находиться один очень нужный предмет, — она подняла на маму немного опасливый взгляд. — Ты уверена, что данный предмет сто́ит того? — только и спросила Марион, хотя Блум думала, что она потребует конкретики. — Это очень опасное место. Драконы ревностно оберегают свою территорию, а древо самостоятельно защищает себя и не подпускает посторонних. Блум прикусила нижнюю губу. В целом, она и так догадывалась, что будет непросто. Однако какими бы опасными ни были драконы и древо, наверняка они и рядом не стояли с Кейтлин, встреча с которой предстояла ей и Валтору в будущем. — Да, я уверена, — твёрдо произнесла Блум, — это точно того стоит. — Что ж, — Марион вздохнула, — тогда я могу только пожелать удачи и попросить быть осторожнее. Блум кивнула несколько раз и слабо улыбнулась: — Спасибо, — она поднялась на ноги. — Мне нужно идти. — Сможешь покинуть дворец так же незаметно, как попала в него? — Марион приподняла уголки губ. Усмехнувшись, Блум сжала в ладони кулон и вновь кивнула. Она практически приготовилась переместиться, но вдруг поняла, что напоследок была обязана узнать ещё кое-что. — Мам… — заговорила она и на мгновенье стушевалась, поскольку звать Марион мамой было слишком непривычно. Через силу пришлось продолжить: — Как дела у Дафны? — Я уже думала, ты не спросишь, — призналась Марион. — Она в порядке и очень по тебе скучает. Приходи снова, как только появится возможность, чтобы увидеться с ней. — Обязательно, — пообещала Блум. Они крепко обнялись на прощание, и огненная фея, не веря в то, что всё прошло настолько гладко, телепортировалась в место, где договорилась встретиться с Валтором. Это был берег небольшого озера, расположенного за городом, на которое Блум и Валтор наткнулись, пока добирались до столицы. Здесь не было людей, что являлось главным преимуществом. Когда Блум телепортировалась сюда, Валтора ещё не появился, и она восприняла это как возможность провести немного времени наедине с собой, разложить мысли по полочкам и прийти в себя после достаточно эмоционального диалога. Она села на траву у самого края озера, прикрыла глаза и слегка запрокинула голову. Во всём теле ощущалась непривычная, однако очень приятная лёгкость. До сегодняшнего дня Блум даже не мечтала, что когда-то сможет спокойно поговорить с Марион, назвать её мамой, и уж тем более подумать не могла, что когда-то практически полностью поверит в собственную невиновность. Валтор убеждал её в этом на протяжении нескольких месяцев, и Блум была ему безумно благодарна, однако лишь у Марион получилось сказать именно такие слова, которые захотелось считать правдой. Казалось невероятным, что теперь Блум действительно могла спокойно находиться на Домино и даже посещать королевский дворец без необходимости придумывать для этого какой-то замудрённый план. Хотя свободно передвигаться по городу Блум всё равно вряд ли могла себе позволить, ведь отношение жителей Домино к ней наверняка оставалось предвзятым, на что они вполне имели право. Во всяком случае, в родном доме к ней не были настроены враждебно, чему уже стоило радоваться, ведь ещё вчера подобное не представлялось возможным. Когда рядом послышались тихие шаги и шорох, Блум не поспешила открывать глаза. Хотелось ещё чуть-чуть насладиться умиротворяющей тишиной и набраться сил перед предстоящим испытанием. А в компании любимого нечеловека делать это было в разы приятнее. — Полагаю, всё прошло успешно? — спустя несколько минут поинтересовался Валтор. — Вполне, — ответила Блум, посмотрев на водную гладь, после чего повернулась лицом к демону. — Кажется, я даже официально приглашена в гости. Валтор как-то неоднозначно дёрнул уголком губ, однако его жест она никак не успела трактовать, ведь он сказал: — Я рад. Куда теперь мы держим путь? Блум материализовала в руках карту, полученную от Марион, развернула и положила на траву между собой и Валтором. Поставив указательный палец ниже изображения Огненного леса, она произнесла: — Сюда.

***

До самого леса добрались без происшествий. Лететь пришлось довольно долго, но Блум удалось насладиться неторопливым полётом и хорошенько размять крылья, чего она давно не делала. Сам по себе редкий лес с высоты выглядел ещё печальнее, ведь невооружённым глазом можно было заметить все повреждённые огнём участки. Кажется, последний пожар произошёл не так давно, и, если это не являлось самовнушением, Блум даже чувствовала запах гари, хотя дыма поблизости не видела. Она внимательно смотрела по сторонам, но никак не могла точно понять, куда стоило лететь дальше. Пришлось остановиться и свериться с картой, однако это мало помогло, поэтому на какое-то время Блум и Валтор замерли в воздухе. — Такое ощущение, что она не совсем верная, — сказала она, переворачивая карту и склоняя голову набок. — Ей лет сто, не меньше, — Валтор скептично оглядел слегка порванные края и потёртые изображения, — не стоит ожидать от неё большой точности. Блум вздохнула и, поджав губы, огляделась. Выбирать направление наугад не казалось хорошей идеей, но предпринять что-либо определённо нужно было, ведь на смену дню вот-вот собирался прийти вечер, после которого и до ночи было недалеко, а искать волшебную палочку в темноте вряд ли окажется удобно. Блум медленно, но верно начинала нервничать, а вместе с нервами бушевал и внутренний Огонь Дракона, так что… точно, драконы! Она щёлкнула пальцами, избавляясь от карты, и создала мощную огненную сферу, которую подбросила высоко в небо. Боковым зрением наблюдая за недоумевающим Валтором, она отправила вслед за первой сферой ещё одну, и они, столкнувшись друг с другом, образовали короткий взрыв, сопровождавшийся характерным, однако не очень громким звуком. — Нужны сферы побольше, — нахмурилась Блум и принялась вновь использовать волшебство. — Что ты делаешь? — чуть удивлённо спросил Валтор. — Привлекаю внимание драконов, — Блум замахнулась и бросила вверх сферу, что была больше предыдущих раза в три. — Зачем? — Валтор приподнял брови. Только после уже достаточно громкого взрыва Блум, наблюдая за рассыпающимися во все стороны яркими искрами, ответила: — Желая защитить свою территорию, они погонят нас в противоположную от древа сторону, — и повернулась к Валтору. Тот пару секунд поразмышлял над её словами, после чего ухмыльнулся и одобрительно кивнул. — Думаю, тогда нам нужно вспомнить былые времена и атаковать друг друга. Не по-настоящему, конечно, — с наигранной серьёзностью уточнил он, будто это не было очевидно. — Столкновение Светлого и Тёмного пламени всегда привлекает много внимания. Блум коротко рассмеялась. — Уверен, что выдержишь мой удар? — А ты уверена, что справишься с моим? — в тон ей ответил Валтор. Не говоря ни слова, но всё также хитро улыбаясь, Блум отлетела на несколько метров от него и приготовилась атаковать. Безусловно, ни она, ни Валтор не собирались использовать магию слишком активно, им нужно было сберечь силы для драконов, но они оба, будучи немного гордыми и слегка самоуверенными, хотели ударить эффектно. Медлить не стали: — Огненная воронка! — Разрушительное пламя! Два мощных луча магии оранжевого и тёмно-фиолетового цветов столкнулись и начали противоборство. Ни один из них не планировал уступать другому, так как уступать друг другу не планировали их хозяева. Блум ощущала, каким сильным был напор её старого-нового (но главное — временного) противника, и крепко жмурилась, вкладывая в атаку больше сил, но вместе с этим пытаясь не переутрудиться. Совсем скоро стало жарко, что послужило для хранителей своеобразным сигналом, и Блум с Валтором, не сговариваясь, сначала направили волшебство вверх, а затем одновременно прекратили атаку. Магические лучи, смешавшись, образовали взрыв, со стороны напомнивший прекрасный яркий фейерверк. На мгновенье пришлось зажать уши ладонями. Во все стороны посыпались крупные разноцветные искры, за которыми Блум наблюдала, широко улыбаясь. Когда последствия короткого сражения окончательно развеялись, она опустила голову, однако не обнаружила Валтора на прежнем месте. Удивившись, Блум растерянно посмотрела по сторонам и вдруг оказалась увлечена в поцелуй. Она вздрогнула от неожиданности, но быстро опомнилась и расположила руки на плечах Валтора, отвечая ему. В какой-то момент она настолько расслабилась, что стала реже передвигать крыльями, ведь забыла, что по-прежнему находилась в воздухе высоко над землёй, однако Валтор крепко держал её, поэтому можно было не бояться упасть. Спустя время Блум отстранилась и, смело заглянув в его глаза, спросила: — Это какой-то отвлекающий манёвр? — Возможно, — с фирменной ухмылкой ответил Валтор. Они были бы не против провести в таком положении ещё несколько минут, особенно Блум, которая только в подобные моменты ощущала, что полноценно живёт, а не существует, однако пронзительный пугающий рёв вынудил хранителей окончательно оторваться друг от друга и оглядеться. Они сразу приметили трёх явно разъярённых драконов, которые стремительно летели в их сторону. — Сработало, — совершенно спокойно констатировал Валтор. Блум кивнула и, не отрывая взгляда от животных, приближающихся с каждой секундой, спросила: — Мы ведь постараемся не причинить им вред? Со стороны Валтора послышался тяжёлый вздох. Он, вероятно, в этом не был уверен, однако всё же произнёс: — Постараемся. И в то же мгновение драконы, широко разинув пасти, атаковали огнём. Блум и Валтор, словно прочитав мысли друг друга, взялись за руки и выставили их вперёд, создавая щит. Блум почувствовала, как всё тело обдало жаром, и приготовилась к следующему удару. Без необходимости она не собиралась атаковать, а планировала лишь защищаться и внимательно наблюдать за тем, в какую сторону драконы оттесняли её и Валтора. Понять это удалось довольно быстро, так что теперь предстояло как-то увернуться от парочки огненных столпов и полететь в противоположном направлении. Только вот пропускать хранителей драконы не собирались, они вообще были настроены слишком агрессивно даже для диких особей, хотя Марион, впрочем, предупреждала о таком. Блум вдруг вспомнила, что они с Валтором как хранители были способоны подчинить драконов своей воле, а демон даже мог использовать гипноз, однако всё это работало при одном условии — драконов нужно было коснуться. А такой возможности не было, ведь животные не подпускали к себе ближе, чем на десять метров. — Нам придётся ударить по ним, — крикнул Валтор, закрывая себя и Блум щитом в виде полусферы, — иначе они нас не пропустят. Блум пусть и понимала, что вариантов не было, ранить животных всё равно очень не хотела. Но в итоге, согласно кивнув, она направила в сторону драконов несколько огненных стрел. Валтор мгновенно последовал её примеру. Когда волшебство достигло цели, драконы взревели громче прежнего и заметались из стороны в сторону. Воспользовавшись отсутствием препятствий, Блум и Валтор стремительно полетели прямо. Но радоваться успеху раньше времени не стоило, ведь главные опасности были впереди. Блум и Валтор буквально направлялись в логово драконов, а в спину им дышали те, что напали первыми. Риск оказаться охваченными пламенем был чересчур велик, но пока хранители успешно уворачивались от атак. Прошло достаточно много времени, прежде чем они перелетели лес, за которым начиналась пустынная местность. Теперь оставалось лишь обнаружить древо. Однако раньше него Блум заметила вдалеке несколько точек. По мере приближения они становились всё больше, и совсем скоро стало ясно, что это тоже были драконы. Валтор и Блум переглянулись. Нельзя дать им окружить нас. Они кивнули друг другу и резко разлетелись в разные стороны. Драконы, летевшие навстречу, едва ли не столкнулись с преследовавшими, а хранители сумели выиграть немного времени и ускорились. Было жарко и душно. Блум тяжело дышала и периодически жмурилась, что не помогало избавиться от головной боли, возникшей из-за перенапряжения. Крылья начинали уставать, несколько полученных в сражении ожогов щипало, а сухость в горле доставляла дискомфорт. Но обо всём этом она забыла, когда увидела, что они с Валтором практически достигли цели. Драконье древо одиноко стояло в центре песчаного поля. Оно и издалека выглядело большим, но, когда Блум подлетела ближе, она поняла, что оно было просто огромным. Она даже не могла предположить, каков был диаметр его ствола, но обнять его не получилось бы и у сотни человек, вставших в круг. В высоту древо явно достигало нескольких десятков метров, а его ветви походили на отдельные полноценные деревья. Листвы оно практически не имело, лишь кое-где выглядывали одинокие засохшие листья. На мгновенье Блум потеряла дар речи. Ей не верилось, что такое древо действительно существовало, а не являлось, например, иллюзией. Она несколько раз облетела вокруг, но не рискнула попробовать подобраться к стволу, так как он прятался за ветвями, которые, согласно легенде, были живыми и защищали ядро. Блум отлетела на пару метров, дабы осмотреть древо полностью, и поравнялась с Валтором. — Что думаешь? — поинтересовался он. Прикусив нижнюю губу, Блум посмотрела вниз. — Может, палочка находится в его корнях? Древо ведь растёт из земли, — предположила она, после чего запрокинула голову и прищурилась, стараясь разглядеть верхушку. — Или же… — задумчиво протянула Блум, — она спрятана там, куда труднее всего добраться. Валтор проследил за её взглядом, а затем кивнул. Они уже были готовы сорваться с места и полететь вверх, однако в ту же секунду на расстоянии вытянутой руки от них пронеслось вихревое пламя. От неожиданности Блум вскрикнула, но быстро среагировала и создала защитную сферу, благодаря которой следующая атака также не причинила урона. Хранители осмотрелись и заметили, что их окружили драконы. — Что будем делать? — спросила Блум. Голос дрожал, силы медленно иссякали, и принимать решение нужно было быстро. Около минуты Валтор молчал, глядя то на драконов, то на древо, однако в итоге сказал: — Попробовать подлететь к древу стоит тебе. Ты ниже и меньше, так что сможешь пробраться сквозь ветви. Я прикрою, — пообещал он и посмотрел на Блум. — Ты ведь мне доверяешь? Она, тяжело сглотнув, за секунду попробовала пересчитать драконов, но смогла только определить, что их было больше десяти. Значит, вероятность того, что хоть одна их атака попадёт в цель, то есть, в саму Блум, равнялась практически ста процентам. Однако это всё равно было неважно. — Да, — твёрдо произнесла Блум, — доверяю. Она бы доверилась ему, даже если бы драконов было больше тысячи. — Тогда на счёт три, — сказал Валтор и спустя миг добавил: — Три! Блум щёлкнула пальцами, избавляясь от защитной сферы, и полетела вперёд. Почти сразу же несколько драконов раскрыли пасти, извергая огонь, но она и не подумала остановиться, отвлечься на защиту, потому что знала, что и так будет защищена. Хотя пламя обжигало, когда проносилось мимо, Блум не ощущала этого жара, так как все мысли были заняты целью. Пришлось резко сменить направление после очередной огненной атаки, и она решила, что настало время устремиться вверх и попробовать подобраться к верхушке древа. Блум с трудом представляла, как его ветви могли двигаться, однако поглядывала на них с опасением. Казались они совершенно обычными. Подлетев к одной из них, Блум попробовала осторожно коснуться. Сначала дотронулась кончиками пальцев, затем приложила к шершавой поверхности ладонь и аккуратно провела из стороны в сторону. Никакого шевеления она не почувствовала и с подозрением нахмурилась. Времени на долгие размышления не было, поэтому Блум решила продолжить путь. Когда она добралась до самого верха, то заметила, что у древа вместо стандартного конца имелось что-то вроде некоего углубления, которое напоминало широкую чашу. Блум прищурилась и, разглядев в центре углубления длинный тонкий предмет, похожий на прямую ветку, распахнула глаза и вскинула брови. Это точно была палочка! Но просто взять и забрать её Блум не могла. Ветви древа, склонившиеся к чаше, образовывали своеобразную клетку для артефакта, причём меж деревянных «прутьев» пролезть полностью у Блум точно не получилось бы. Она нервно вздохнула, поправила растрёпанные волосы, которые неудобно лезли в глаза, вовремя пригнулась, не позволяя огню подпалить макушку, и всё-таки решила действовать. Покрепче схватившись левой рукой за одну из веток, правой она потянулась к палочке и в ту же секунду оказалась больно отброшена в сторону другой мощной ветвью. Ладонь засаднило, а бок, по которому пришёлся удар, отдался ноющей болью, но думать об этом было некогда, поскольку пришлось делать несколько кувырков в воздухе, чтобы опять увернуться от огня. Только спустя некоторое время Блум удалось вновь сконцентрировать внимание на древе. Пока она находилась далеко, ни одна из ветвей не двигалась, но, стоило ей подлететь ближе, как сразу несколько со свистом рассекли воздух в разных местах, и Блум только чудом не попала под удары. Помимо внезапно ожившего наглого полена (именно такое прозвище она дала Драконьему древу) помехой на такой высоте также выступал сильный ветер. Блум щедро швыряло из стороны в сторону, хотя, по правде говоря, иногда это спасало её от драконьих атак. Один раз, чтобы воздушный порыв не унёс её совсем далеко, она машинально схватилась за ветку, но та, естественно, зашевелилась, как только ощутила присутствие посторонней, так что Блум пришлось использовать всю свою физическую силу, дабы удержаться, и в данный момент она очень благодарила Ривена за то, что тот заставил её научиться отжиматься и подтягиваться. Блум испуганно вскрикнула, когда ветвь дёрнулась особенно сильно, а ветер подул слишком резко. Она даже стала переживать за свои крылья, ведь если крепко держаться у неё самой ещё получалось, то их такие порывы словно могли вот-вот вырвать. — Блум! — сквозь свист в ушах донёсся голос Валтора. Она с запинкой прокричала: — Я… в порядке! А про себя подумала: «всё, этот дуб-переросток мне надоел!» Отцепившись от ветви, Блум, стараясь активно работать затёкшими крыльями, отлетела подальше и приготовилась атаковать. Она до последнего хотела сделать всё осторожно, без магии, ведь понимала, что могла просто сжечь древо, однако попытки не увенчались успехом, поэтому пришлось пойти на крайние меры. Создав сразу несколько маленьких плазменных сфер, она ударила ими по древу с разных сторон. Как и предполагалось, древо использовало ветви, чтобы отбросить сферы и защититься, благодаря чему Блум поняла, что мыслила в верном направлении. Из последних сил она создала свыше пятидесяти таких же сфер и огненных стрел и одну за другой использовала для удара. Чтобы укрыться, древу пришлось задействовать почти все ветви, и у Блум появилось около десяти свободных секунд, чтобы рискнуть подобраться к чаше и забрать палочку. Ветер, как назло, разыгрался сильнее прежнего. Блум чувствовала, что скоро не сможет передвигать крыльями, но старалась успеть схватить палочку к этому времени. Морщась от ветра и боли в мышцах, она протягивала руку к центру чаши, однако не доставала совсем чуть-чуть. И вот, в момент, когда крылья действительно перестали слушать хозяйку и замерли, Блум подцепила артефакт кончиками пальцев и успела крепко сжать в руке, прежде чем новый порыв ветра отбросил её на несколько метров. Благо, угодила она прямо в объятия Валтора. Будучи почти полностью обессиленной, Блум с трудом использовала кулон Андрии, и они успешно телепортировались в безопасное место. Две из семи палочек были в руках хранителей.