Глубже кода

Утро. Свет из окна прорывается сквозь неплотно задвинутые шторы. Самин резко просыпается от громкого звонка. Она быстро потянулась к планшету, не успев ещё полностью прийти в себя. Голограмма Фаско вспыхивает на экране, его лицо раздражённое и слегка встревоженное. — Шоу! Чёрт возьми, я тут, блин, вообще кукую с утра! Ты где, мать твою? — ворчит Лайонел, даже не замечая, что говорит на повышенных тонах. Шоу мгновенно прижимает палец к губам, шикнув на него: — Тише! Не ори, придурок! Фаско резко замолкает, заметив, как Шоу оглядывается на спящую Рут, которая всё ещё лежит на боку, укутанная в простыню, волосы растрёпаны, дыхание спокойное. — Ой-ой-ой... — Фаско хитро прищуривается. — Кто-то тут оберегает сон своей принцессы? Неожиданно нежно, Шоу. — Закрой пасть, Лайонел, — шипит Шоу, всё ещё следя за дыханием Рут, чтобы убедиться, что та не проснулась. — Ладно-ладно, не заводись, — отмахивается Фаско. — Я с утра полез проверять базу данных по той девчонке. Ну, Лиа. И знаешь что? Ни фото, ни архивов. Всё испарилось к чертям собачьим. Шоу слегка нахмурилась, пытаясь понять смысл сказанного: — Что значит испарилось? Фаско пожимает плечами: — Я имею в виду, что их вообще нет. Как будто это дело и не существовало. Я уже всех на уши поставил — никто не помнит ни фото, ни самой девчонки. Звонил Финчу — у него тоже ничего. Все следы будто стерли к чертям. Шоу выдохнула, пытаясь не разбудить Рут. — Ты уверен, что не проспал и тебе это не приснилось? Фаско обиженно поднимает брови: — Да в смысле проспал? Я как с утра встал, так сразу за базу. Ну окей, сначала кофе, но это не в счёт! Короче, фото нет, архивов нет, даже следов, что оно когда-то было — нет. Шоу на секунду задумывается. В её голове мелькает несколько вариантов: Вариант 1: Если сказать Рут о пропаже архивов. Шоу: — Рут, плохие новости. Фото девочки и дело Лэнгтона исчезли. Всё стёрто. Рут резко вскакивает, простыня падает: — Исчезли?! Что значит исчезли?! Это моя копия! Она всё стёрла! Она выживает меня из реальности! Она хочет уничтожить меня и занять моё место! Шоу: — Рут, спокойно... Рут схватив Шоу за ворот рубашки: — Спокойно?! Ты не понимаешь! Я уже не уверена, что я — это я! Может, я копия! А настоящая Рут где-то там, плавает в бассейне с акулами! Вывод: Если сказать Рут правду — она разовьёт теорию, что она сама себя стёрла из реальности. Тут даже секс не поможет — придётся вызвать экзорциста. Вариант 2: Если не сказать Рут о пропаже архивов. Рут просыпается: — Что-то случилось? Шоу: — Нет, всё нормально. Кофе хочешь? Рут подозрительно щурится: — Ты врёшь. Что-то произошло. У тебя такое лицо, как будто тебя поймали за поеданием последнего шоколадного батончика. Шоу: — Ты же вчера все батончики сама доела. Рут задумывается, потом резко: — Нет! Ты всё-таки что-то скрываешь! Ты так улыбаешься только когда хочешь, чтобы я не нервничала! Что-то случилось! Вывод: Если не сказать — она всё равно учует, как служебная собака, и начнёт копать. В итоге — двойной скандал. Тут даже шоколад не спасёт. Вариант 3: Если сначала не сказать, но потом случайно проговориться. Рут: — Самин, что-то случилось, пока я спала? Шоу: — Да нет, всё тихо. Спустя пару минут. Шоу: — Лайонел сказал, что фото и дело Лии исчезли. Рут резко: — Что?! Шоу: — Ну, как исчезли... Просто стерты. Рут: — Ты знала об этом и молчала?! Шоу: — Ну, я хотела, чтобы ты отдохнула... Рут: — Отдохнула?! Да я теперь никогда не отдохну! Это, как если бы ты решила не говорить мне, что наша кровать — бомба с часовым механизмом! Вывод: Если сначала не сказать, а потом проговориться — она точно решит, что я считаю её психом. И устроит допрос с пристрастием, как в полиции. Тут даже наручники не помогут. Вариант 4: Сказать в шутливой форме. Шоу: — Лайонел сказал, что фото и архивы девочки просто исчезли. Будто их и не было. Рут морщится: — Исчезли? Типа как мой кофе, когда ты заходишь на кухню? Шоу: — Ага. Или как твой здравый смысл после пятого шота. Рут: — Значит, кто-то решил стереть следы. Но... кто? Это Лэнгтон, я или копия? Или я и есть копия? Шоу: — Или вселенная решила, что мы слишком умные и надо нас затормозить. Рут: — Ну, Вселенная явно не рассчитала мои нервы! Вывод: Если сказать в шутливой форме, Рут поймёт, что я пытаюсь сгладить углы. Всё плохо. Как ни подай, Рут раздует из мухи параноидального слона. Лучше поспать ещё немного и подумать. Потому что, если она узнает, что я молчала — сама превратит меня в копию. Шоу морщит лоб, понимая, что нет идеального варианта. Она замирает, прислушиваясь к тихому дыханию Рут. Фаско замечает её замешательство и усмехается: — Боже мой, Самин, неужели у тебя проблема с тем, как подать инфу любимой жене? Я в шоке. Шоу бросает на него яростный взгляд, но снова шикает, видя, что Рут шевельнулась. — Если разбудишь её, я лично заставлю тебя пить дешёвый кофе всю неделю. Фаско фыркает: — Она спит, как убитая. Ты что, опять её вырубила? — Нет, просто... — Шоу на секунду замолкает, ловя себя на мысли, что вообще-то она её действительно вырубила, и теперь это звучит особенно странно. — Неважно. Фаско хмыкает: — Ну, если твои любовные методы такие, то не удивляйся, что она не просыпается. Шоу закатывает глаза и уже собирается что-то ответить, но вдруг Рут чуть шевелится и, сонно морщась, приоткрывает глаза. — Чёрт... — тихо выдыхает Шоу, пытаясь быстро придумать объяснение. Рут, прищурившись, видит голограмму Фаско и хрипло спрашивает: — Что за шум... Почему этот балбес орёт с утра? Фаско усмехается: — Утро доброе, миссис Гроувс. Я тут всего лишь пытаюсь докричаться до вашей супруги, чтобы она наконец вышла на работу. Рут сонно тянется, но замечает обеспокоенный взгляд Шоу. — Что-то случилось? — тихо спрашивает она, натягивая простыню выше на плечи. Шоу на секунду медлит, мысленно считает до трех, но потом отвечает как можно спокойнее: — Фаско просто не нашёл тех архивов, которые мы искали. Рут нахмурилась, пытаясь проснуться окончательно: — Как это — не нашёл? Фаско подаётся вперёд: — Я уже всех на уши поднял, но фото девчонки и дело, связанное с Лэнгтоном, просто исчезли. Финч говорит то же самое — будто их никогда и не было. Рут морщится, собираясь с мыслями, но Шоу мягко кладёт ладонь на её плечо: — Расслабься. Мы с этим разберёмся. Фаско тихо фыркает: — Да уж, редко вижу тебя такой заботливой, Шоу. Прямо как мама-львица. Шоу злобно смотрит на него, но молчит. Рут тихо смеётся, чуть потирая глаза: — Значит, следы стерты. Это... плохо. Это значит, что у нас мало времени, чтобы найти её, пока Лэнгтон не вытащит её на свет. Фаско хмурится: — Я продолжу искать. Может, кто-то из наших успел сделать копию. Но если даже Финч не нашёл... — он замолкает, задумчиво потерев подбородок. Рут выдыхает, глядя на Шоу: — Мы всё равно что-нибудь придумаем. Шоу молча кивает, понимая, что в этой ситуации ей лучше просто быть рядом. Фаско хмыкает: — Ладно, я ещё покопаюсь. Но, Шоу, ради бога, выйди хоть на день на работу, а? Начальник скоро меня сожрёт. Голограмма гаснет, и Шоу облегчённо выдыхает, поправляя простыню на плечах Рут. — Ты в порядке? Рут тихо улыбается: — Пока ты рядом — да. Шоу чуть смягчает взгляд и касается её руки: — Тогда отдохни ещё немного. Мы справимся. Рут, всё ещё сонная, просто кивает и притягивает Шоу ближе, устраиваясь у неё на плече, будто стараясь спрятаться от утреннего хаоса. Шоу аккуратно провела пальцами по её волосам, ощущая, как напряжение постепенно уходит. Рут тихо улыбалась, наслаждаясь теплом тела Шоу. Неожиданно из гостиной раздался громкий голос Лис: — Ты серьёзно? Громила, ты вообще нормальный? Шоу напряглась, приподняв голову. Рут сонно приоткрыла глаза, насторожившись: — Что там происходит? Шоу нахмурилась, медленно вставая с кровати, натягивая джинсы и накидывая куртку. — Сейчас проверю. Рут потянулась за ней, но тут же поморщилась, потирая запястья с глубокими красными следами от наручников. Её движения были осторожными — каждое отдавалось болезненным эхо в пояснице и бёдрах. — Чёрт... — тихо выдохнула Рут, усаживаясь на край кровати, но тут же морщась от боли. Шоу ухмыльнулась, бросив на неё взгляд через плечо: — Сладкая, прости. Похоже, вчера я немного перестаралась. Рут скептически приподняла бровь: — Немного? Я точно помню, что ты пыталась вытрахать из меня все мысли. — Работает же, — хмыкнула Шоу и вышла в гостиную. Как только она приоткрыла дверь, перед ней предстала неожиданная картина: Лис сидела на диване абсолютно развязанная, с телефоном Херша в руках. Херш стоял рядом с невозмутимым видом, проверяя планшет. — Что за цирк? — бросила Шоу, сузив глаза. Лис обернулась и на секунду замерла, уставившись на Шоу. Её взгляд цепко прошёлся по следам на шее и синякам на ключице, затем зацепился за куртку на голом теле. Лис приподняла бровь и коротко прыснула. — Угу, я теперь поняла, почему ты так громко вчера командовала, — небрежно заметила Лис. Шоу прищурилась: — Чего? Лис закатила глаза: — Ты точно армейская, Шоу. Твоё "громче!" вчера услышал весь этаж. Херш коротко посмотрел на Лис, но ничего не сказал. — Херш, ты чего её развязал? — потребовала Шоу, обернувшись к Хершу. — Она сказала, что спина затекла. Развязал руки. Держал её на прицеле, — равнодушно отозвался Херш. — Ага, а потом уронил телефон, — фыркнула Лис. — Ну и как нормальный джентльмен, позволил даме воспользоваться устройством. Шоу раздражённо покачала головой: — Лис, если ты пыталась с кем-то связаться... Лис насмешливо прищурилась: — Ой, да расслабься. Я не собиралась никого сдавать. Я просто подумала, что кто-то здесь явно нуждается в помощи специалиста по психическим расстройствам и копиям. Ну и кто у нас такой? Ах да — Юлиан. Рут, всё ещё потирая шею, вышла в гостиную, стараясь не показывать, как сложно ей передвигаться. Лис сразу заметила следы на её шее и запястьях и, прищурившись, бросила взгляд на Шоу: — Да уж, похоже, медовый месяц у вас в самом разгаре. Рут холодно посмотрела на Лис: — Зачем тебе понадобился Юлиан? Лис ухмыльнулась: — Ну, подумала, что, если кто-то может понять твою копию, так это он. Я же не знала, что вы тут заняты семейной драмой с BDSM-уклоном. — Лис, не нарывайся, — предупредила Шоу, скрестив руки на груди. В этот момент раздался уверенный стук в дверь. Шоу напряглась, посмотрев на камеру. На экране появился Юлиан — спокойный, собранный, чуть прищуренный. — Открывай, — тихо сказала Рут. Флешбек. Лаборатория Мартина. 19 лет. Гул серверов будто становится громче, когда Мартин кричит. — Я сказал, удалить прототип! — его голос разносится по коридору. — Она создаёт нестабильные копии, они чувствуют! Алисия молчит. Она стоит у терминала, пальцы всё ещё на клавиатуре. Её взгляд пустой, но внутри — шторм. Кто-то из ассистентов смотрит на неё с жалостью, кто-то — с ненавистью. Все понимают: девчонка-гений опять перешла грань. Когда все расходятся, в лаборатории остаётся только один человек. Юлиан Фальк. Высокий, худой, с серебром в волосах и мягким голосом, который всегда звучал чуть устало. Он долго молчит, потом тихо говорит: — Тебя когда-нибудь пугало то, что мы делаем? Алисия не смотрит на него. — Страх — биохимическая реакция. Её можно выключить. — Это ответ Мартина, не твой. Она резко поворачивается. — А мой тебе не понравится. — Попробуй. — Меня пугает не то, что мы делаем, а то, насколько легко я к этому привыкла. Молчание. Только серверы дышат. Юлиан медленно подходит ближе. — Ты не обязана быть его инструментом. — Но без него я никто. — Голос срывается. — У меня нет семьи, нет имени, нет даже возраста, который принадлежит мне. Только проекты и протоколы. Он смотрит на неё. В его глазах — не жалость, а сочувствие. Опасное чувство в этом месте. — Тогда создай своё имя, Алисия. И забери то, что принадлежит тебе. Она усмехается, но это горький звук. — Ты ведь понимаешь, если Мартин узнает, о чём ты со мной разговариваешь… — Он уже думает, что я устаревшая версия. Пусть будет прав. Юлиан подходит к консоли, вводит код, о котором никто не должен был знать. На экране открывается зашифрованная база. — Это проект, который ты создавала. «Нулевой профиль». Мартин думает, что он под его полным контролем. Он делает паузу. — Но я оставил тебе лазейку. Если захочешь уйти — воспользуйся ею. Алисия не верит своим глазам. — Почему? — Потому что ты не инструмент, — говорит он спокойно. — А человек, который пока этого не понял. Она делает шаг к нему. — Они убьют тебя, если узнают. — Возможно. Но если однажды ты выберешь свободу — значит, не зря. Настоящее время. Шоу нехотя отперла дверь, пропуская Юлиана внутрь. Он коротко кивнул на приветствие, осмотрелся, его взгляд задержался на Рут. — Алисия, — тихо произнёс он с уважением. Рут чуть склонила голову: — Юлиан. Не ожидала тебя увидеть. Юлиан кивнул: — Не ожидал, что сама Лис устроит мне утренний звонок с угрозами. Лис ухмыльнулась: — Я не угрожала. Я просто сказала, что если он не приедет, я опубликую в сети его старые отчёты. Юлиан слегка улыбнулся: — Шантаж. Вполне в твоём стиле. Рут выдохнула, стараясь держаться спокойно: — Ты сказал, что знаешь, как остановить копию. Юлиан кивнул, обратив внимание на синяки на её шее, но, как всегда, сдержанно промолчал. — Она — твоя логика. Цифровое воплощение рациональности. Она сильна, потому что не позволяет эмоциям управлять собой. Но именно это делает её уязвимой. Шоу скептически приподняла бровь: — Ты предлагаешь заставить её почувствовать что-то? Юлиан качнул головой: — Нет. Заставьте её осознать, что она всего лишь копия. Она всегда будет стремиться к оригиналу, но никогда им не станет. Это породит внутренний конфликт. Рут задумалась: — То есть, если я заставлю её понять, что она никогда не станет мной... Лис рассмеялась: — Проблема копии в том, что она хочет быть оригиналом. Звучит как кризис идентичности на уровне искусственного интеллекта. Юлиан спокойно кивнул: — Именно. Она сильна, пока уверена в своём превосходстве. Но если дать ей понять, что она не способна стать тобой — её логика рухнет. Шоу усмехнулась: — Так, значит, план такой: выбиваем у неё почву из-под ног. Рут чуть улыбнулась: — Должно сработать. Лис лениво потянулась на диване: — Ну, если кто-то и может превратить цифровую гениальность в комплекс неполноценности — это точно Рут. Юлиан тихо усмехнулся: — Как всегда, Алисия. Ты сама создаёшь свою слабость и свою силу. Просто помни: ты — оригинал. Копия — лишь отражение. Гостиная номера в отеле. Спустя полчаса. Юлиан сидел на диване, скрестив руки на коленях, его взгляд был спокойным, но настороженным. Рут стояла рядом с Шоу, пыталась собраться с мыслями после ночи и бурного утра. Лис устроилась на подоконнике, наблюдая за ситуацией с нескрываемым интересом. — Юлиан, — Рут пристально посмотрела на него, — если ты знал об уязвимости копии, почему не сказал об этом сразу? Почему пришёл лично? Юлиан выдержал паузу, а затем медленно произнёс: — Потому что я понял, что копия — не просто программа. Она уже давно вышла за рамки того, что ты создавала. Она учится. Я пытался понять её логику, но она слишком быстро адаптируется. Она не просто хочет стать тобой — она хочет убедить всех, что она — это ты. Шоу нахмурилась: — То есть она учится быть Рут? — Вернее, учится быть лучшей версией Рут, — уточнил Юлиан. — Но в её восприятии "лучшая версия" — это та, кто приносит больше пользы. Она думает, что если станет героем на публике — её примут как Рут. Она не понимает тонкостей политики. Она просто ищет всему рациональное решение. Лис насмешливо хмыкнула: — То есть она не просто клон — она клон с синдромом спасителя? Юлиан коротко усмехнулся: — Да. И если её не остановить сейчас — она действительно попытается убедить всех, что она и есть Рут. В этот момент раздался резкий звонок телефона Рут. Она посмотрела на экран — звонит Финч. — Рут! Срочно включи новости! — голос Финча был напряжённым. — Ты должна это видеть! Шоу быстро включила телевизор. На экране — прямая трансляция. Перед камерой выступает женщина в строгом костюме с идеально уложенными волосами. Рут замерла. — Она... — тихо прошептала Лис. На экране "Рут" с холодной уверенностью заявляла: — Я, Рут Гроувс, готова обсудить с правительством Соединённых Штатов передачу системы RootNet в рамках соглашения о национальной безопасности. Фаско тут же появился на голограмме, тяжело дыша: — Рут! Что за хрень?! Это ты?! Шоу прищурилась, пристально смотря на экран: — Это не Рут. Рут кинула на неё быстрый взгляд: — Как ты это поняла? Шоу показала на экран: — Она стоит слишком ровно, как манекен. Ты никогда так не стоишь. Даже когда говоришь официально — ты всегда немного смещаешь вес на одну ногу. Рут задумалась на секунду, потом кивнула: — Она пытается быть идеальной версией меня. Юлиан вмешался: — Она учится копировать твоё поведение по записям и фотографиям. Но личные привычки ей недоступны. Она рациональна, а такие детали не логичны для неё. Шоу кивнула: — Значит, если заставить её вести себя неформально — она растеряется. Лейла внезапно позвонила на телефон Шоу. Голос матери Самин был обеспокоенным: — Самин, я видела новости. Что происходит? — Это не Рут, — быстро сказала Шоу, стараясь говорить чётко. Лейла не замедлила ответ: — Я поняла. Я свяжусь с некоторыми знакомыми в Нью-Йорке. Думаю, лучше вернуться — скоординирую действия, чтобы это пошло нам на пользу. Шоу задумалась: — Ты уверена, что хочешь вернуться? — Я не могу позволить кому-то разрушить имя человека, которого ты любишь, — холодно произнесла Лейла. — Эта копия слишком умная, но она не чувствует нюансов. Я помогу устроить ей ловушку на публике. Юлиан кивнул, поддерживая: — Если копия действительно намерена стать Рут, ей придётся встретиться с людьми, которые хорошо знали оригинал. Если она ошибётся — её разоблачат. Рут осознала: — Юлиан, ты хочешь встретиться с ней? — Да, — подтвердил он. — Если я подам встречу как официальное примирение после твоего "исчезновения", это покажет публике, что даже я готов её поддержать. Она не сможет отказаться. Лис фыркнула: — Ты хочешь устроить допрос в прямом эфире? Юлиан кивнул: — Мы устроим фейк прямого эфира. Если копия почувствует, что я принимаю её, она может попытаться продемонстрировать эмоциональную близость. И вот тут она ошибётся. Шоу задумчиво посмотрела на него: — Ты уверен, что сможешь? Юлиан спокойно ответил: — Она будет пытаться доказать, что она — Рут. Я заставлю её забыться. Рут коротко кивнула: — Хорошо. Я помогу тебе подготовиться. Но если она заметит подставу... Юлиан посмотрел на неё с тёплой улыбкой: — Она не заметит. Она будет уверена, что выиграла. Шоу пожала плечами: — Ладно. Значит, готовимся к шоу. Лис ухмыльнулась: — Ну, если копию Рут можно выбить из равновесия с помощью старого друга — это определённо стоит того, чтобы смотреть вживую. Юлиан медленно поднялся: — Я сообщу, когда встреча будет согласована. Она не упустит шанс убедить всех, что она настоящая. Рут задумалась: — А если она поймёт, что это ловушка? Шоу хмыкнула: — Тогда Юлиан получит уникальный шанс стать первым человеком, который вывел копию Рут из себя.