Глубже кода

Мир выжил. RootNet выжил. Шоу — тоже. И, кажется, никто так не удивлён этому, как сама Шоу. I. Патруль, партнёр и подзатыльник вселенной Самин снова ходит на работу. Каждый день. Без жалоб. Почти. Фаско богом клянётся, что в первый день даже прослезился, когда она вошла в участок, будто ад внезапно решил начать носить бейдж. Он каждое утро тихо благодарит вселенную, что она снова его напарник, а каждую ночь — благодарит, что она не переломала ему руки за глупые шутки про детские кроватки и бодики с надписью "Улыбнись, если ты из R.G." Он всерьёз хотел бы поцеловать её в ногу, но боится: мало ли та же нога однажды заедет ему в лицо. Шоу, как обычно, не смеётся, но улыбается уголком губ. Раз в неделю. Фаско считает это прорывом. II. Башни, улыбка и правая рука Лис. Она теперь правая рука аналогового интерфейса. Правая рука всех R.G.-проектов. Правая рука R.G. Capital. R.G. Black. R.G. Intelligence. R.G. Coffee, между прочим, теперь тоже. И это её полностью устраивает. Она говорит с министрами как с второклашками, улыбается, когда подкидывает вирусы в системы наблюдения за RootNet, и пугает всех своим безмерным, тихим восторгом. Даже Фаско стал её бояться. Особенно, когда она улыбается, ничего не говоря. Это значит, кто-то получит цифровой инфаркт в ближайшие 72 часа. III. Дом, где правит R В особняке, построенном так, чтобы выдерживать и кибератаки, и гормональные штормы, и даже семь громких оргазмов подряд от супружеской спальни — жизнь не просто идёт. Она марширует. Лейла живёт с ними. Иногда радуется как школьница. Иногда сдержанно подкалывает дочурку и её "аналогового терминатора". Особенно, когда опять надо менять зеркало, полку, диван или дверь, которую Рут захлопнула с таким страстным энтузиазмом, что петли улетели в другой штат. А потом Лейла поворачивается к Хершу, сдержанно улыбается и, не подмигивая, говорит: — Я думаю, ты поставил этот комод крепче, чем в прошлый раз. Херш кивает. — Я учёл, сколько Рут сможет выдерживать, прежде чем сорвать пуговицу. И да — Лейла и Юлиан теперь пара. Шоу старается не замечать этого. Она буквально отвернулась однажды, когда они держались за руки. — Слишком много романтики. А я просто хотела кофе, — пробурчала она. IV. Финч, сеть и броня Финч продолжает работать с Рут. Он, Лис и Рут за первые три месяца после Конгресса довели RootNet до такого состояния, что ни одна страна больше не может создать нечто подобное. RootNet признан официально. Как цифровой аналог Красного Креста. Рут — аналоговый интерфейс и операционный страж. В мире нет никого, кто бы не знал её имени. Но все ещё боятся сказать его вслух. Потому что за этим именем — миллиарды строк кода, сотни спутников, и одна женщина, которая может родить киберебёнка в теле человека. V. RootNet и мир Сеть работает в США, ЕС, Южной Корее, даже в Китае. Те ИИ, что пытаются подражать, удушаются ещё на уровне зародыша. RootNet видит их, как подделки. И душит. Она защищает. Предупреждает. Убирает шум и спасает жизни. Миллиарды жизней. И ещё одну. Внутри Рут. VI. Дети и гормоны На девятом месяце, с выражением лица «я всё ещё могу вас взломать, даже когда не вижу свои ноги», Рут… командует всем. Шоу, осознав, что Рут действительно будет рожать, выронила бурбон. И заткнулась на три дня. Лис визжала. Фаско кричал "Крестный!", упал с дивана и тут же полез искать бутылочку в ближайшем баре. Херш... просто приподнял бровь. Она зависла где-то у потолка. СМИ охуели. Политики хотели застрелиться. Сенаторы впадали в ступор. Один комментатор CNN сказал: > "Если Рут Гроувс беременна… кто, простите, отец?" — и тут же получил бан от всех сетей RootNet. На пять дней. Для профилактики. VII. Шоу, задания и выдох Шоу тащит. Всё. Работу. Дом. Гормоны Рут. Она срывается с участка, если Рут говорит: — Сладкая… я думаю, мне нужно… — и всё, Шоу уже в дороге. Фаско: — Это было «сладкая», значит — экстренный вызов. Я прикрою. Но ты мне должна три кофе и новый бронежилет. Она ворчит. Она шипит. Она ненавидит, когда Рут сюсюкается, но… Когда Рут кладёт руку ей на живот и шепчет: — Кажется, она ударила. Хочешь почувствовать? …Шоу молча опускается на колени. И сдается. Это не просто год. Это первая глава новой версии человечества. Сеть уже жива. И скоро будет… ещё одна. Та, что будет громко смеяться и плакать. Кусаться. И, если повезёт, не начнет ядерную войну в 8 лет. Но Шоу всё равно будет рядом. С оружием. С любовью. С глазами, которые говорят: — Попробуй тронь мою семью. И я покажу тебе, как твои органы выглядят изнутри. 23:51. Особняк. Гостиная. Они все были здесь. Редкое состояние — тишина, но не мрачная, а насыщенная. Как последняя минута перед рассветом. Огни Манхэттена разливались за окнами, будто мир снаружи знал — внутри происходит нечто куда важнее, чем всё, что он мог предложить. Рут сидела на широком диване у окна, спиной к мягкой подушке, одна нога полусогнута, вторая — под тёплым пледом. Беар у её ног, как часовой. Одна рука Рут лежала на животе, вторая — сжимала пальцы Шоу. Шоу… Шоу сидела рядом. И всё, что происходило за пределами этого дивана казалось ей не просто далеким, а невозможным. Фаско где-то у бара пытался убедить Лис не запускать «детский режим RootNet» на Беаре. Лейла и Юлиан опять переглядывались так, что Шоу хотелось выстрелить в потолок. Финч и Херш обсуждали «биометрическую симуляцию тактильного отклика младенца». Она слышала всё это. Но не понимала ничего. Она была… в ахуе. И от себя — в первую очередь. Социопат. Детектив. Убийца. Спасатель. Солдат. А теперь — жена. И, чёрт возьми, — будущая мать. Она посмотрела на Рут. На её лицо — светящееся, уставшее, наполненное. Она не знала, как Рут это делает — быть одновременно гением, угрозой национальной безопасности и женщиной, от которой нельзя отвести взгляд даже на долю секунды. Она любила в Рут всё, что никогда не умела назвать. Тонкий изгиб пальцев, когда та держит оружие или ложку для мороженого. Ту полуулыбку, когда её план срабатывает, и кто-то попадает в капкан. Голос, когда она шепчет: «Сладкая», будто у этого слова в сочетании с голосом Рут есть пароль к Шоу. Запах за ухом — не парфюм, не шампунь, просто Рут. Спину, которая может быть такой беззащитной и такой хищной, в зависимости от угла зрения. И, да, грудь, которую она обожала сжимать или целовать в моменты, когда у Рут теряется контроль, но глаза всё равно продолжают блестеть безумием. И в этом теле, в этой женщине, сейчас, внутри… их ребёнок. Рут резко отвлекла её от мыслей. — Сладкая, она снова толкается. Потрогай. Голос — как команда. Но в нём было что-то... трепетное. Шоу дёрнулась. Сердце будто выдрали из груди и засунули обратно. Она смотрела в глаза женщине, которую сначала хотела убить. Потом трахать. Потом спасать. Потом... любить. Без вариантов. Она не помнила, когда это случилось. Когда ненависть превратилась в зависимость. Когда зависимость стала домом. Когда она поняла, что в этой жизни нет никого и ничего, что она могла бы защищать с большей яростью. И вот. Рут Гроувс. Беременная. Их ребёнком. Шоу молча потянулась вперёд. Пальцы осторожны. Как будто касаются мины. Кладёт ладонь на живот. Пауза. И потом — лёгкий толчок. Словно код, словно пароль. — …чёрт, — прошептала Шоу. Рут смотрела на неё. Мягко. Почти победно. Шоу наклонилась ближе. Слушала. Ткнулась губами в кожу. Мысленно. "Я не знаю, что ты. Но я знаю, что ты будешь защищена. Потому что у тебя есть я. И у тебя есть она. И этого миру не пережить". — Твоя мама — всё контролирующий псих, — шепчет она животу. — Но ты… ты станешь той, кто выведет её из себя. Рут улыбается. Кладёт ладонь поверх руки Шоу. Шоу выдыхает. Губы дрожат. Она не умеет плакать. Но если бы умела, то, возможно, сейчас бы… Нет. Не сегодня. Сегодня она просто будет держать ладонь на животе. И шептать: — Я тебя защищу. Я защищу вас обеих. Всегда. Месяц 1: Шок, слёзы, Фаско под диваном 1. Рут говорит команде о беременности. — Я жду ребёнка. — спокойно, почти философски. Пауза. Финч выронил планшет. Юлиан опустил очки и сказал: — Это… вне протокола. Фаско встал. Упал. Сел. Лис издала ультразвук. Херш моргнул. Один раз. Это как если бы Земля сбилась с орбиты. Шоу стояла в углу, глядя в стену, словно там был выход в другую вселенную. Рут посмотрела на всех и добавила: — Да, я точно буду в порядке, детишки. Но вы — нет. 2. СМИ узнали через три дня. CNN: "Станет ли наследие RootNet человечным?" Fox: "Геноинженерия или любовь? Кто зачал цифровую Мессию?" Buzzfeed: "10 способов понять, что ты — ребёнок аналогового интерфейса." The Onion: "Президенту США снится, что Рут рожает налоговую реформу." 3. Сенаторы в панике. Сенатор Грейвс встал посреди заседания и произнёс: — А если это будет девочка?! — Почему это волнует вас, Том? — спросила Лейла, прихлёбывая кофе. — Маленькая Гроувс может вырасти и заменить нас всех! — Надеюсь, — вставила Лис. — И чем скорее, тем лучше. Месяц 2: Гормоны и бедный Финч 1. Рут захотела клубнику. В час ночи. С ледяной водой. И тайским соусом. Фаско поехал. Потому что Шоу сказала: — Если ты не привезёшь — я поеду сама. Он решил, что клубника — меньшая угроза. Вернулся через час. В холодном поту. Без кошелька. — Я чуть не убил человека за банку соуса. 2. Финч спорит с Хершем о том, кто будет няней. Херш: — Я могу обеспечить безопасность. Финч: — Ты в прошлый раз поменял Рут диван, когда она на него только посмотрела. Лис: — Финч, ты разве хочешь, чтобы няней ребёнка был человек, который называет ножи по именам? Финч: — …Аргумент принят. 3. Вице-президент прислал цветы. Большой букет белых лилий. С карточкой: > "Пусть это будет мальчик. Мир не готов к еще одной Гроувс." Рут: — Он умнеет. Медленно, но верно. Месяц 3: УЗИ, паника и сенатская истерика 1. УЗИ. Врач: — Хотите узнать пол? Рут: — Мы уже знаем. Она будет угрожать всем с первых дней. Шоу хрюкает от смеха, но делает вид, что просто кашлянула. 2. Сенатор Флорес в эфире: «Нам нужно быть готовыми. Девочка может быть умнее нас всех.» Лис: — Слишком поздно, Надин. Даже RootNet боится Рут-младшей. Фаско в кулуарах: — Я не буду её крестить, я буду её охранять. От неё самой. 3. У Рут случился "приступ справедливости" из-за дизайна обложки для нового закона о RootNet. — Я беременна. Я всё ещё гений. И нет, этот шрифт ужасен. Юлиан: — Я думал, Arial безопасен. Рут: — Arial — преступление против стиля. Месяц 4: Камеры, капризы и Фаско в женском отделе 1. Пресс-секретарь Белого дома заявил: > "Мы уважаем личную жизнь миссис Гроувс и её семьи. Мы не комментируем её рацион и темперамент." > «Потому что боимся.» 2. Рут захотела стрижку. В 03:40. Херш нашёл мастера через RootNet. Привёз. Мастер: — Я обычно не стригу под угрозой смерти, но её волосы вдохновили меня. 3. Фаско пошёл покупать бюстгальтер, потому что Шоу снова срывалась с работы. Продавщица: — Вы уверены, что знаете размер? Фаско: — Я не знаю даже свой размер страха, мэм. Просто дайте то, что выдержит вселенную. 4. Сенатская панель по цифровой этике. Вопрос: «Может ли аналоговый интерфейс быть хорошей матерью?» Итог: — Шоу пьёт кофе ведрами. — Лейла ведёт журнал "Психика Рут: день 113". — Финч покупает книгу "Дети и ИИ: выживание от нуля до крика". — Лис уже шьёт мини-чокер с надписью "Alpha Baby." — Фаско хочет уволиться. Не может. Боится из-за поисков новой работы пропустить момент рождения будущей катастрофы. — Юлиан заказал люльку из титана. Херш добавил GPS. — СМИ в истерике. — Сенаторы в панике. — Рут сияет. — Шоу рычит. — А в животе… уже кто-то точно слышит RootNet изнутри. И, похоже, строит план. Месяц 5: "Это не крик, это… код" 1. Первый толчок. Рут безэмоционально: — Она только что двинула мне изнутри. Почти… структурировано. Финч в панике: — Возможно, она передаёт телеметрию. Шоу жуя мороженое: — Или просто бьёт тебя ногой. Добро пожаловать в материнство. 2. СМИ: "Первое движение плода Гроувс было зафиксировано сейсмической станцией в Исландии." Фаско кидает журнал в камин: — Я всё. Больше не читаю. Меня уже стошнило от слова ‘интерфейс’. 3. Лис обнаружила, что RootNet начал собирать данные о детской генетике в попытке... предсказать цвет глаз. — Я ничего не просила, — сказала Рут, — но я и не запрещала. Месяц 6: Международный скандал и пижамная вечеринка 1. Китай предложил имя для ребёнка. В официальной ноте: > "Мы предложили имя для потенциальной наследницы RootNet: «Цзи Лин» (Мирная Гармония). С уважением, правительство КНР." Рут: — Уважаю инициативу. Не уважаю назойливость. Шоу: — Предлагаю: 'Смерть любому, кто предлагает имя для моего ребёнка без спроса'. 2. Лейла организовала "вечер для будущих мам". Все: в пижамах, с чаем. Шоу: сидит с ружьём. Фаско: в пижаме с Чубаккой. Лис: в халате с надписью "крестная и карательная." Херш: стоял в углу и следил, чтобы никто не принёс глютен. Юлиан: принёс вино. Был изгнан. Вернулся с декафом. Месяц 7: Битва за подушку и международный саммит 1. Рут потребовала официально сертифицировать её подушку для сна. Потому что "она держит мою спину лучше, чем большая часть сената". Финч: — Я не думаю, что… Рут: — Сертифицируй, Гарольд. Сейчас. 2. Саммит G7. Рут выступала по видеосвязи. Французский министр: — Вы не считаете, что ваша беременность может повлиять на политическую объективность? Рут: — Я считаю, что она уже это сделала. Например, я больше не терплю идиотов. Поздравляю. 3. Шоу опоздала на совещание. Фаско: — Что? У тебя снова беременная жена требует солёных оливок на закате? Шоу: — Нет. На рассвете. И теперь ещё в форме созвездия Кассиопеи. Месяц 8: Тест на выносливость и протокол «ребёнок» 1. Лис и Финч презентовали новый модуль безопасности: R.G. BABY LOCK — Протокол, созданный для защиты данных и ритма жизни младенца. — Встроен в систему отопления. — Отправляет пуш-уведомление, если кто-то слишком громко чихнул возле детской. 2. Рут проводит симуляции будущего. — Если она унаследует мои мозговые паттерны и её унаследованный доступ активируется через 6 лет — я хочу быть уверенной, что она не перепишет валютные рынки до школы. Финч: — Это… разумно. И пугающе. 3. Вице-президент прислал плюшевого медведя с камерой ночного видения. Рут взяла. Удалила камеру. Оставила медведя. Назвала "Агент Наблюдальцев". Шоу: — Если он заведёт с ней разговор — я его поджарю сразу после вице-президента. Месяц 9: Сегодняшний день. Готовность 101% 1. Беар не отходит от Рут. Херш дал ему кодовое имя "Смотритель Матки". Фаско закатил глаза так сильно, что мог видеть затылок. Лис подарила Беару нагрудник. 2. Рут не выходит из своего центра управления. Всё под рукой: планшет, сигнальный звонок, теплая грелка, запас протоколов и список «раздражающих идиотов» на этот день. 3. Шоу ходит за ней как тень. Только Рут может приказывать ей раз в полчаса: — Принеси морковный сок и скажи, что я всё ещё великолепна. 4. Все команды в режиме ожидания. Финч пересчитывает протоколы. Фаско вычёркивает «спорные фразы для ребёнка». Юлиан репетирует речь: "Вы — дитя эпохи. Но, надеюсь, вы не будете хакером в три года." Лис скачивает детские версии всего. Лейла сидит с календарём, клянётся, что будет рядом. А Рут… Она сидит на диване. Манхэттен в огнях. На животе — рука Шоу. На губах — тёплая, почти безумная, почти счастливая улыбка. И да. Через неделю родится кто-то, кто будет знать RootNet… изнутри. И, может быть, даже сможет выключить его... одним глазом.