Тайная покупательница

Фред Уизли никогда не считал себя объектом таинственных влюблённостей. Да, у него были фанатки — чаще всего из младших курсов, которые присылали ему пергаменты, пахнущие приторными духами и отчаянной надеждой. Да, его однажды просили расписаться на животе. Да, одна девочка даже пыталась вручить ему букет из самопоющих колокольчиков. Но всё это было… громко. А здесь — тихо. Её визиты продолжались. Вторник за вторником. Она по-прежнему не говорила ни слова. Но покупки начали меняться. — Джордж… — протянул страший близнец, поднимая с прилавка упаковку «Жвачки-отражалки» с собственной физиономией на фантике. — Ты меня в рекламу запихнул? Тот выглянул из подсобки, вытирая руки о фартук с надписью «Я не Фред». — Нет. Хотя идея неплохая. — Тогда скажи, кто заказал вот это, — Фред ткнул пальцем в список спецзаказов. Пудра с эффектом «рыжие волосы на 3 дня» Капли для насмешливого взгляда Перья с автоподписью «Ф. У.» — О. Ну тут всё ясно. Кто-то влюбился в твою гениальность. — Или троллит. — Что по сути то же самое. Фред задумался. Девушка ведь… смотрела на него. Тогда. Мельком, но видела. А теперь — оставляет следы. Он вышел на улицу. Дождик капал лениво, как будто небеса щипали пельмени. Вдруг взгляд зацепился: на витрине соседней лавки, прямо среди свитков с погодными прогнозами, торчал пергамент с надписью: «Фред Уизли — лучший анекдот дня!» (ниже шёл его фирменный каламбур про слизеринца и говорящий чайник) — Джо-о-ордж, — протянул рыжеволосый сквозь стекло, — если это ты, то знай: ты проиграл войну и любовь. — Я просто дышу. В невинности. — Удушу невинность лично, если это окажется очередной розыгрыш. Но записка была не его почерком. Ни Джорджа, ни Ли, ни даже полтергейста Пивза, который однажды подписал поздравление «Гномом от души». А потом — начались открытки. Одна пришла по почте. С розовыми перьями. Без обратного адреса. «Слишком красив, чтобы быть законным. Особенно с этим дурацким вихром над левым ухом.» Фред нащупал его и чуть нахмурился. — Братец, моя гламурная укладка и правда так плоха? Джордж закатил глаза. — Они действительно торчат. Как всегда, — пожал плечами он. — Впрочем, это нравится маме. Фред покраснел. Сильно. Так, что младший близнец уронил бутыль с бесцветными чернилами и поперхнулся воздухом. — Ты заболел, Фредди? — Нет. — Тогда, может, ты… влюбился? — В кого? В неизвестный почтовый аромат? — Бывает и хуже. *** Старший Уизли стал видеть её повсюду. Нет — не саму. А следы. На полке с зельем «Глупой радости» кто-то приклеил маленькую стрелочку и написал: «Выпить, если хочешь перестать думать о ней.» У прилавка, где лежали фейерверки, к коробке была привязана ленточка с запиской: «Ты — как фейерверк. Бах — и везде искры.» Фред нервно засмеялся. Джордж посмотрел на него, как на пикантно сгоревшее печенье. — Это серьёзно. — Что именно? — Я. — Ты всегда серьёзен, когда краснеешь до корней волос. *** Во вторник она пришла снова. Всё та же походка. Тот же плащ. И снова — молча. Но на этот раз подошла к витрине с «Зельем лёгкого смущения», обернулась к нему — и показала на него пальцем. Фред замер. — Вы… — выдохнул он. Но девушка уже шла к выходу. У двери — обернулась. Мгновенье — взгляд. Тот самый. Насмешливый. Печальный. И… что-то ещё. После её ухода парень бросился к витрине. Под зельем — что-то было. Маленькое. Сложенное вчетверо. Он развернул. Прочитал. И на секунду мир замер. Даже Джордж перестал греметь в подсобке. «Я бы пошла с тобой на свидание…если бы ты не был такой невозможный.» Подписи не было. Но почерк красивый. Словно у той, кто пишет письма в голове — и боится их отправлять. Фред сел за прилавок. Уставился на витрину. Долго. А потом улыбнулся. И тихо прошептал: — Это же… не может быть… Но это было. И вторники, кажется, начали пахнуть по-другому. Словно дыней. С ноткой перца. И ожидания.