Резонанс

— Что же, все складывается именно так, как и должно было быть... Хотя, немного подозрительно то, что на защиту наших мышат встала парочка оборванцев. Словно нет кого-то смелее них, со связями девчонки так могли бы и поинтереснее устроить, — протянула стоящая у окна женщина. — Мы проверили их убежище вдоль и поперек, от подвала до чердака, и не обнаружили ничего подозрительного, госпожа Стечковска. Там не было ни шпионских устройств, ни признаков пребывания там кого-либо еще. Также наши люди продолжают преследование, и они доныне одни. Все абсолютно точно идет по плану, — протараторила ее собеседница, ясно, что нервничая.  — Я рада слышать такие новости, мисс Викман, – Юстина повернулась и с улыбкой взглянула на собеседницу. – Знаете, очень, очень радостно наконец получать желаемое, пускай даже и намного позже, чем планировалось изначально. Мне хоть лет сто жди, но только скука смертная... — она звонко рассмеялась. Несмотря на довольно-таки зрелый возраст, ее голос звучал ничуть не хрипло, без единого намека на старение. Да и сама женщина выглядела весьма молодо. — Вам, может быть, и радостно, а вот мне не до смеха, — слегка поморщившись, наконец ответила девушка, названная Викман. – За несколько лет практически полного бездействия симбионты могли одичать и... — И? — женщина перестала улыбаться, и ее лицо опять приняло серьезное выражение. — Хотите сказать, что, поймав наших мышат, останемся ни с чем? Вздор. Я помню обо всех мерах предосторожности и знаю, что не стоит полностью полагаться на свою силу. Но я не думаю, что за годы регрессировавшие в развитии существа, не помнящие даже своего далекого прошлого, смогут нас одолеть или сбежать. — Вы безоговорочно правы, но я, все-таки, имела в виду другое, — помотала головой Викман. — Могут возникнуть затруднения с симбионтом девчонки.  — Неужели..? — Юстина вскинула брови. – Неужели, это то, о чем я думаю? Фатима не готова к последнему выходу? — Это пока не точно. В последнее время ее жизненные силы так резко стали падать... Мы не уверены, что после всего этого она будет способна показать себя в всей красе. Организм слишком истощен, — девушка стала говорить потише, и ее голос дрожал. Она ясно нервничала, передавая такую информацию. — Никто пока не разобрался, что случилось, но похоже придется менять план. — Вы думаете, нам придется действовать иначе? – на секунду в голосе женщины послышалось сомнение. — Хорошо... Хорошо, я знаю, что делать. Но до того, как наших человечков доставят сюда, я должна еще кое-что хорошенько подготовить. А для вас у меня иное задание. — Готова послужить Вам, госпожа, — собеседница Юстины вытянулась в струну, твердым и уверенным движением салютовала, и при этом ее лицо приняло полностью бесстрастное выражение.  — Вольно, — похоже, что Юстине сейчас было вообще не до формальностей. — Передай всем не лютовать слишком сильно, в особенности с Йостом. И сама не лезь на рожон. — Так точно, — Викман опять "отдала честь" и, развернувшись на месте, пошла было к выходу из кабинета, но тут же вдруг остановилась. — Каковы Ваши цели, моя госпожа? К чему так заботиться о нем, если он расходный материал? — спросила девушка, не поворачиваясь к собеседнице.  — Не я здесь подчиненная, Эрика. Так что, не мне докладывать о каждом своем действии. Скажу так: у меня есть пара небольших планов, так что не смей перечить или вольничать, а то власть и над тобой тоже вся в моих руках.

***

Марко, этот загадочный товарищ Йере, продолжал остервенело давить на газ, пока они пытались оторваться от преследования. До Томми начала доходить боль (и, похоже на то, что ему прострелили кость), и его разум плавал. Ла Зарра, толком не давшая себе передышки после неожиданной пробежки от скорой смерти, хлопотала рядом с ним, соображая, что делать в этой ситуации и как наложить жгут, а он думал о Йосте и его взгляде, который ловил прямым и периферийным зрением. Знал ли Кляйн о его мыслях не спасать ее и бросить на смерть? У парня за рулем, это было видно через зеркало заднего вида, было странное выражение лица: смесь решительности и паники. Каждый новый поворот был прыжком в неизвестность, и казалось, что асфальт под колесами словно плавится от скорости. — Мы не можем ехать так вечно! — выпалил Томми, зажимая раненую руку. Его голос был полон отчаяния, и он надеялся, что парни спереди услышат его призыв. Ла Зарра сидела рядом, успокаивая его, хотя сама была не лучше, только без травм. — Нам нужно найти укрытие, — ответила она, не отводя глаз от заднего окна. — Они не отстанут, пока не догонят нас, и здесь поможет только хитрость. Марко резко свернул на узкую дорожку, уводя их от главной дороги. Ветки деревьев по обеим сторонам дороги царапали бока машины, но это было лучше, чем попасть в руки преследователей. Ла Зарра положила трясущиеся руки на плечи Томми, фокусируя его плавающий рассудок на себе, чтобы он не потерял сознание. Девушка старалась дышать ровно, несмотря на почти фибрилляцию в груди. — Ребята, поднажмите, нам нужно оторваться, — сказала она решительно. — Мы не можем выскочить, если они будут близко. Двоим из нас придется тащить на себе Томми, если он сейчас отключится. Он теряет кровь, и здесь ему не помочь. — Мы сейчас! Держись, дружище... — финн обернулся к Томми, а потом продолжил следить за дорогой. Во всей этой суматохе Йост не мог найти себе места. Все смешалось для него в настоящее сумасшествие: тот разговор с Ла Заррой, новое знание, погоня, конфронтация ее и Томми и ранение последнего... Он чувствовал, как паника сжимает горло, и ему хотелось просто исчезнуть, найти укрытие от бушующей вокруг реальности, но где? Что способно его заземлить сейчас? Тишина, которую Йост так желал, была недоступна. Он понимал, что это безумие, и словно в бреду искал что-то, что могло бы успокоить его. Наконец, решив искать утешение в близости другого человека, Йост аккуратно обнял Ла Зарру со спины, стараясь не нарушать ее сосредоточенности. Девушка застыла на мгновение, но, почувствовав его дрожь и напряжение, расслабилась. Это был момент, который, казалось, начал убавлять страх. В эту секунду Йост прижался ухом к ее спине, ощущая тепло ее тела, которое было таким близким и родным, хотя и не по крови. Он вслушивался, пытаясь улавливать каждую "волну" ее сердцебиения. Быстрый, уверенный ритм шел в унисон с его собственным сердцем, создавая своего рода диалог между ними. Этот звук был подобен спокойному шепоту, который перекрывал эхо хаоса вокруг. Он рвался из глубины ее сущности, словно мудро подсказывая ему: "Ты не один". Кляйн закрыл глаза, позволяя этому звуку проникать в его сознание, словно это был единственный ритм в хаосе, который он мог воспринимать. Прислонившись к девушке, он мечтал разогнать тьму, чтобы создать свет для всех, кто его окружал. Йост стиснул свою названную сестру крепче, словно в знак веры, что они пройдут сквозь это, ведь вместе они были сильнее, чем даже самый неожиданный поворот судьбы. — Я здесь, — прошептала Ла Зарра, пытаясь вложить в свои слова всю силу и уверенность, на которую была способна. — Мы справимся. Спасем твоего Томми, и все тоже спасемся. Они выехали на высокий мост. Он величественно нависал над долиной, но в этот момент Йост почувствовал, как в груди что-то оборвалось. Мост был разрушен посередине, и Кляйн, смотря на приближающиеся обломки и пропасть, ощущал, как мысли его покидают разум. Он понимал, что это тупик. Надежда таяла, и он, казалось, они были обречены на то, чтобы увидеть, как все заканчивается, прямо здесь, в этом месте, где жизнь и остановится. Томми, сидя рядом, повалился на спинку сиденья. От резкой боли, пронизывающей его, он потерял сознание. Кляйн закрыл глаза, готовясь к неизбежному, но его внимание от паники отвлекла рука Ла Зарры, обхватившая его запястье. Марко, управляющий машиной, вдруг резко ускорился. Он понимал, что другого выхода нет. Их жизнь висела на волоске и ныне зависела от пресловутого "прыжка веры"; этот момент требовал решительных действий. Он несся вперед, пронзая статичный воздух, увеличивая скорость, несмотря на абсурдность. Йере понимал его план. Он затаил дыхание, каждый удар сердца сливался с жужжанием мотора. Машина приближалась к краю, где была навалена груда искореженного металла, предлагая им единственный шанс на спасение. Марко, не теряя надежды, продолжал газовать, держа курс только вперед. Настал решающий момент: машина, словно в замедленной съемке, преодолевала эту границу между жизнью и смертью. В мгновение ока они прыгнули, использовав те обломки, как трамплин. Воздух вокруг них заполнился свистом, когда взмыли, подлетая над пропастью, пока под ними раздавался оглушительный треск строительного мусора. И вот, они приземлились на другую сторону, колесами ударившись о землю, и понеслись дальше, пока позади них что-то разрушалось. Отсчет времени, видимый и слышимый, уступил место глухому молчанию. Йост, все еще в шоке от происходящего, почувствовал, как Ла Зарра, оставшаяся неподвижной, сжала его руку еще крепче. А после этого девушка первой нарушила молчание и громко и нервно засмеялась. Ее смех разорвал тишину и словно вернул остальных к жизни. Йост, все еще охваченный острым чувством дереализации, посмотрел на нее и невольно улыбнулся. — Мы сделали это. — выдохнул Йере, оборачиваясь и глядя на них. — Твою-то так... Марко, все еще держа руки на руле, почувствовал, как дикое напряжение покинуло его тело, но его руки и поныне дрожали. Он совсем немного сбросил скорость, переведя дыхание, и усмехнулся. В душе у него плескалась маленькая доля гордости, но он понимал, что после даже такой удачи не следует расслабляться.  — Да, но это еще не конец, — произнес он с легким сарказмом, — нам нужно продолжать двигаться. — Нам нужно найти укрытие, — сказала Ла Зарра, переводя взгляд на зеркало, чтобы встретиться глазами с парнем ща рулем. — Я не думаю, что они отстанут так быстро. А еще Томми вырубился, и ему нужна помощь. Марко кивнул, и в его глазах опять зажегся огонек решимости. Они все знали, что даже несмотря на эту колоссальную удачу, самое трудное только впереди. Тишина окончательно разрушилась, когда машина опять нырнула в лес, и звуки внешнего вернулись: жизнь вокруг них продолжалась, словно все это время они не находились в опасности. Они гнали вперед, петляя по шоссе сквозь густой лес, и и машина то и дело подпрыгивала на неровностях дороги. — Знаете, — начал Йере, когда они опять куда-то свернули, — пока меня не было, я надыбал инфу об одном бункере. Он, вроде как, неподалеку. Через мост, и мы пока все правильные делаем повороты, так что как вариант. — Бункер? — переспросила Ла Зарра, наклонив голову. — Ты что, шутишь? И в смысле ты, блядь, ратное молчал!? — Нет-нет-нет, я серьезно, — подтвердил Пеухенен, чувствуя, что она права, и он заглупил. — Я узнал о нем, тупо встретив каких-то диггеров по счастливой случайности. Такая информация, которую лучше знать, но чтобы она не пригождалась ни в коем разе, но раз такое дело... Пойдем, пока у нас есть шанс. И да, простите. Марко резко взял новый поворот по указке финна, и опять всю компанию окутало ощущение непредсказуемости. Когда это все уже наконец закончится... Тупость, но другого выхода не было, и им так или иначе пришлось бросить машину и углубиться в лес в надежде, что их не нагонят, или хотя бы не так скоро, чтобы у них была возможность зализать раны и перегруппироваться. Они шли, Томми пришел в себя и брел, оперевшись на Йоста, а Ла Зарра в этот момент углубилась в собственные мысли, и поэтому она не заметила, как Марко с любопытством стал ее поддевать. — Эй, а что у тебя в рюкзаке? — с ухмылкой спросил он. — Ты так в него вцепилась, словно там что-то из ряда вон. Не взрывчатка ли часом? — Нахер иди, — девушка метнула на него недовольный взгляд, но сдержала усмешку. — Так, пара девчачьих цацок. Петляя по извивающейся дороге, они пробирались к бункеру. Йост заботливо придерживал Томми, бледного как мел, Йере вел впереди, надеясь, что правильно запомнил, как надо идти, а Марко, не теряя интереса, продолжал дразнить Ла Зарру.  — Девчачьи цацки? Эти "цацки" могут оказаться весьма полезными, если нам вдруг понадобятся какие-то женские хитрости. Ты же у нас единственная девчонка в команде. — Мы не команда, я здесь лишь по стечению обстоятельств, — девушка фыркнула, но внутренне была довольна тем, что хотя бы кто-то в этом унылом сборище пытается разрядить обстановку.  Тем временем, группа углублялась в лес, а день уже потихоньку клонился у вечеру. В лесу темнеет рано, и солнце уже слабо пробивалось сквозь листву, и атмосфера из-за этого была своеобразная. Йере до сих пор шел впереди, пытаясь визуализировать у себя в уме из путь, как карту на телефоне, словно они были в видеоигре (ох, лучше бы это правда была лишь игра)... — Мы совсем близко, — обернулся он к остальным. — Вон, походу, те три толстых дуба, про которые мне говорили, и густые кусты, вроде бы, должен быть можжевельник, но я не шарю, а за ними начинается возвышенность, которая перейдет в холм. Да, где-то тут надо откопать люк под слоем листвы. Томми, хотя и выглядел усталым и на грани очеркового обморока, все-таки добавил: — Ну влезем мы туда, и что дальше? Заберемся внутрь и устроим подземный пикник? А если эти твари тоже в курсе о бункере? Мы просто-напросто подарим себя им, подадим на блюдечке с золотой каемочкой. — Не забывай, почему мы здесь, — резко сказал Йост, за что получил удивленные взгляды от всех, кроме Ла Зарры. — Нам надо разобраться с твоей раной, во-первых, а во-вторых, хотя бы как-то прийти в себя. Останемся в лесу и просто сдохнем,  в этого хочешь? После этого они шли дальше в молчании. Бункер оказался не выдумкой, однако Йере, Марко и Ла Зарра пришлось потрудиться, чтобы добраться до входа, замаскированного ну просто невероятно. Йере первым решился подойти ближе, немного дернувшись, когда услышал треск очерковой ветки под ногой. — Ну, что, готовы? — спросил он, глядя на остальных. — Да рожай уже, первопроходец несчастный, — Ла Зарра протиснулась вперед него к люку. Внутри царила полная темнота. Девушка достала небольшой фонарик, который мигнул в ее руках. Она включила его, и мягкий свет пробился сквозь темноту, освещая трещины в стенах и остатки какой-то старой ржавой техники. Все медленно спустились внутрь следом за ней. Вход удачно находился прямо под не облетевшими кустами, и для маскировки было достаточно "замести свои следы" и попытаться завалить листьями и ветками крышку люка, прежде чем окончательно ее закрыть.