Hush, Don't Say a Word / Тише, не говори ни слова

Четвертое убийство

Синий пикап несётся по шоссе, пожирая мили одну за другой. Окна опущены до упора, и ветер, словно дикий зверь, ревёт и воет от удовольствия, когда она вырывается вперёд. Мэри чувствует, как он развевает её каштановые волосы. Она — Медуза в огне. Она непобедима. Грузовик старый, но Натаниэлю он всегда нравился. Ему нравилось, что он заводится со второй передачи. Она научила его этому, как только он научился доставать ногами до педалей. Он быстро освоился; Натаниэль всегда знал, как выманить доброту из зверя. Он бросил ее. Мэри никогда не думала, что он её бросит. Ни за что на свете. Ни в этой жизни, ни в следующей. Он был её, а она была его. Спина к спине, пистолеты наготове, ножи наперевес. Они вдвоём противостояли всему, что могло причинить боль. Никто другой не был в безопасности, и поэтому они сами обеспечивали себе безопасность, они выковывали её из недр мира, который не хотел их нежно обнимать. Она нежно обняла его. Потом, когда его лицо покрывалось синяками, а порезы кровоточили, Мэри убирала волосы с его лба, пела ему, говорила, что он хороший мальчик и что она знает, что в следующий раз он справится лучше, потому что он принадлежит ей, а она принадлежит ему, и он может быть таким хорошим, когда захочет. Но он бросил её. Он оставил её гнить на краю света. Мэри задаётся вопросом, как Натаниэлю это удалось, если он передвигался по ночам, как она. Она задаётся вопросом, помнит ли он, как лечить свои мозоли. Если он теперь спит спиной к стене, то её рядом с ним нет. Она задаётся вопросом, как он пережил эти годы. Предполагалось, что Натаниэль в безопасности. Мэри сделала всё, чтобы он был в безопасности. Она сделает всё, чтобы он был в безопасности. Лучше со мной, чем в той школе. Лучше умереть, чем быть пойманным. Что бы они сделали, если бы поймали его. Мэри видела это. Она сама это делала. Лола предала её, выболтав все секреты Мэри. Лола всегда любила Натана — Мэри чувствовала отчаяние в том, как Лола потела. От неё воняло. Мэри задаётся вопросом, плакала ли Лола, когда ФБР собирало по кусочкам его тело. Задаётся вопросом, пошла бы она с ним, когда его забрала программа защиты свидетелей. Задаётся вопросом, что они сделали с его глазами. Дэниел был ходячим подарком судьбы для любой группы, которая его принимала. Рико был случайной пулей. Он подобрался слишком близко к тому, что принадлежало ей. Никто не тронет её мальчика. Никто, кроме неё. Он бросил меня. Я никогда не думала, что он меня бросит. Мэри оглядывается через плечо. Там, сзади, лежит тело. Мальчик. Мерзкий маленький засранец. Проснулся за два часа до того, как должны были закончиться действия транквилизаторов, и плюнул ей в лицо, когда она уколола его ещё раз. Мэри оставила Натаниэлю чёткое послание. Она написала это кровью. Не прекращай бежать. Он её не слушал. Натаниэль знал, что происходит, когда он не слушает.