Истерика вне расчёта

– Я просто хочу увидеть, как ты получаешь удовольствие. Бедро огладила рука, поднялась выше беззастенчиво опускаясь на бугорок в штанах. Феликс резко вдохнул, сам не ожидая от себя такой готовности отдаваться, глаза заблестели. Губы снова накрыли поцелуем, таким тягучим, что не очень понятно, когда он стал глубже. Без давящего ощущения угрозы, такой контакт и тем более стимуляция приносили удовольствие. Ся Фэй промычал что-то негодующее в поцелуй, когда его уронили спиной на диван. Но когда мужчина отстранился, не нашёлся что сказать. Только стыдливо отвернулся. Смотреть как и так выглядящей как хищник Вейн облизывает свои губы, будто собирая остатки поцелуя, было невозможно. Тонкие пальцы, успевшие расстегнуть ширинку, сжимают так упоительно, что из груди вырывается несдержанный стон. Парень тут же краснеет, не желая, но всё равно, видя боковым зрением, как мужчина улыбается. Следующий стон с его губ сцеловывают. Всё как-то не так! Используют – это когда не думают о чувствах того, кого употребляют. А о нём явно думают. Им наслаждаются как дорогим, будто бы даже долгожданным десертом. Его стоны пробуют на вкус; проходятся по чувствительным точкам, будто проверяя звучание струн незнакомой гитары. Феликс не знает куда девать руки, сжимает красный бархат чужой одежды, но тут же испуганно разжимает пальцы, боясь испортить дорогую ткань. И сжимает их снова, со стоном выгибаясь на диване. Ему жарко и душно, но так хорошо, что тревожным мыслям просто нет места. Острые зубы смыкаются, чуть прикусывая мочку уха, но это не больно и сейчас кажется даже приятным. Рука сама тянется к алым волосам, пальцы погружаются в неожиданно шелковистые пряди, чуть проводят ногтями по чужой коже головы, желая отблагодарить за удовольствие. Почему ему ещё не оторвали руки за такую самодеятельность? Тонкие губы ведут дорожку поцелуев от уха, по шее с ещё не зажившим укусом, к ключице и ниже. Когда футболка успела задраться до грудины? Касание слишком смущающее, чтобы не дёрнуться, отстраняя мужчину за плечи. - Что не так, сладкий? – на удивление спокойно тянет Вейн, будто ему не сказали сейчас пусть и маленькое, но нет. - Н-не там, - Ся Фэй смущён до предела и точно не готов говорить. Он задыхается, хочет провалиться сквозь землю и в тоже время отчаянно нуждается, в том, чтобы партнёр довёл начатое дело до конца. - Значит тут можно, - рука делает быстрое, даже чуть резкое движение. – А здесь нет? – напористое поглаживание по груди задевающее на своём пути, что надо и не надо. - Мммф, - мычит Феликс раздавленный удовольствием, которого не ждал, к которому не привык. - Ты явно себя не знаешь, - острые зубки снова смыкаются, ещё слабее чем в прошлый раз, но из-за изменившегося места воздействия ощущения в несколько раз ярче. Ся Фэй громко стонет, выгибая спину дугой и обессилено подает на диван, восстанавливая сбившееся в край дыхание. На удивление, его больше не трогают и не тормошат. Просто гладят по бедру, но спокойно без спешки. Оправляя футболку и поспешно, а от того неловко ещё чуть дрожащими пальцами студент застёгивает ширинку, чувствуя себя самым провинившимся человеком на земле. - Чего ты губы поджимаешь? – насмешливо спрашивает старший. Феликс запоздало понимает, что его нынешнюю моську можно принять за обиженную. Но не знает, на что её сменить и выть хочет от чувства вины. У него там мать может умирает, а он и думать о ней забыл. Но как вообще думать, когда с тобой делают такое? - Ты такой милый, - смеётся Вейн, от чего уже действительно обидно. Хотя знать о мыслях подопечного тот явно не может. – Убедился? Тебе не нужно меня бояться. Какой раз за день повторяется эта фраза? Но страха действительно стало меньше, а на его место пришло смущение, стыд, вина и неуверенность в себе. Ся Фэю не должно было ТАК понравится происходящее, даже если это было изначальной целью босса! Но зачем ему это? Мужчина даже не выглядел возбуждённым. Точнее более возбужденным, чем обычно.