༒• Последний Герой: Война двух Миров •༒

Снежинки кружат в танце над землёй, белым саваном укрывая грязь. В душе моей пожар бессильно-злой, и мир вокруг — как выцветшая вязь. Как это горько — быть системы частью, невидимой, но прочной, словно сталь. Мне навязали роль безвольным плачем, и я живу, как тень, влача печаль. Мой плен, мой крест, мой вечный приговор — абсурд времён, где роли все смешны. Где женский мир царит, как приговор, и тают в пустоте былые сны. Мы — призраки их славы, их побед, отраженье в зеркале кривом. Нам не дано оставить в мире след, лишь эхом быть в величии чужом. Снежинки падают, как белый свет, что застилает наш разбитый дом. И в этой белой пелене зимы тонет последний крик моей души. Мы заперты в холодной кутерьме, где голоса надежды не слышны. Снежинки падают… И я не жду спасенья в этой снежной, безмолвной тишины.

·:*¨༺ ✞︎ ☠ ✞︎ ༻¨*:·

Садху

      Веки отяжелели, словно их придавили грузом невыплаканных слез, и все, чего я желал – сомкнуть их, погрузиться в беспамятство. Но все это казалось таким… неважным. Это был сон, мучительно-реальный сон. Или нет? Может, это и есть подлинный мир? Мир, где в симбиозе живут люди и нелюди, где переплетаются нити разных вселенных и измерений. Мир, где каждый новый день – схватка с чудовищами, где за каждым поворотом поджидает ледяное дыхание смерти. Это не игра, нет. Это жестокая явь. Здесь смерть — это конец. Важно всегда иметь козырь в рукаве, который позволит защитить самого себя в мире, полном странной магии и навыков. Я понятия не имел, как управляться с магией, и умел всё понемногу. А мое представление о навыках было слишком поверхностным. В этом вопросе мог полагаться лишь на свои инстинкты и чутьё... Где он, мой дар? И вдруг, словно луч надежды в кромешной тьме, перед глазами вспыхнул маленький экран. Интерфейс.       Я подключился… Мое тело содрогнулось в предчувствии перемен. В самой глубине живота, где-то в сплетении нервов, зародилось движение, словно свернувшаяся кольцами змея приподняла голову. Бодрящее и пугающее ощущение – будто в тебе прорастает неведомое семя. Дар. Энергия. Сила. Первооснова этого мира. Внутри меня разверзся взрыв колоссальной мощи, и, по тайным каналам, она хлынула во все уголки тела, меняя саму мою суть. Меня накрыла волна невыносимой боли. Тело выкручивало и ломало, ощущения были ужасными. Это похоже на то, как будто тебя разрывают на части и пронзают миллионами раскалённых игл. Я закричал беззвучно, пытаясь вырваться из этого кошмара. И проснулся весь в поту. Честно говоря, я готов был после такого кошмара проспать еще часов пять, не меньше. Где я? Это не мой дом, не моя комната… И это точно не моя кровать. Медкапсула? Что за бред? Что я помню последним? Хороший вопрос… Система, кажется, вливает в меня живительный коктейль из лекарств и витаминов. Нервный срыв? Не исключено. Нехватка витаминов? Вполне возможно. И эта бредовая, болезненная галлюцинация. Наверное, реакция на эти грёбаные иглы, которыми меня напичкали, чтобы привести в чувство.       Нужно собраться с мыслями. Ситуация отвратительна. Математический склад ума, логическое мышление — это, конечно, хорошо. Но вот воспоминания о кабинете приемной матери… Они тревожат меня до глубины души. Подписала или нет? Как я оказался в больнице? И давно ли я тут нахожусь? Закрыл глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Эта дрожь была не от холода, а от ужаса, затаившегося где-то в самой глубине сознания. Воспоминания, назойливые, как рой мошек, кружились вокруг, не давая сосредоточиться. Приемная мать… Ее пустые, равнодушные глаза.        Второе пробуждение оказалось уже в палате. Ни души вокруг, лишь одинокое кресло и… что-то еще, неуловимо намекающее на роскошь. Да это же вип-палата! Окинув взглядом высокотехнологичную кровать, я оценил масштабы помещения – не меньше двадцати метров, а то и больше. Настоящая комната, напичканная неведомыми приспособлениями.       У окна стоял Марк, погруженный в созерцание пейзажа. Я прокашлялся, и он тут же обернулся ко мне. Его реакция была странной: он испугался, потом опустился на колени, будто я был его хозяином. Я офигел, глядя на него. Чего это он? В голове не сходилось простое сложение: ответ получался неверный и какой-то абсурдный, а все остальные вопросы только множились или делились на кучу вариантов с подвохом. Но лучше послушать, чем выдумывать свои теории.       - Марк, что ты делаешь здесь? — с большой такой настороженностью прохрипел я, пытаясь сглотнуть. Голос звучал чужим, слабым. — Что мы делаем в больнице? Сколько я здесь нахожусь? — Я помню, в каком он был состоянии. Его же избили до полусмерти. Брачный договор... Его приписали ко мне как предмет мебели. А выглядит парень как новенький. Подлатали? — Что было, когда я потерял сознание? И почему ты так на меня смотришь? Его глаза, обычно полные жизни и какой-то неуловимой иронии, сейчас были наполнены чем-то другим. Тревогой? Страхом? Он что, меня боится? Реально я такой страшный или что произошло? Я не мог понять. Мой мозг, привыкший к четким формулировкам и неоспоримым фактам, отказывался обрабатывать эту новую реальность. Медкапсула, витаминный коктейль, галлюцинации – все это звучало в моей голове как плохой научно-фантастический роман, а не моя жизнь. Но дрожь в руках, холодный пот на лбу и этот липкий страх говорили об обратном.       Я попытался встать, но тело отозвалось тупой болью. Каждая мышца ныла, будто я пробежал марафон, а потом меня еще и побили. Марк тут же бросился ко мне, но остановился, увидев мой жест рукой. Он не смел прикоснуться, пока я сам не позволю. И что он делает здесь? Он же постельничий Мии. Но сейчас он вел себя как… как слуга. Он пополз к кровати на четвереньках.       - Марк, я не понимаю, – прохрипел я, пытаясь сглотнуть. Голос звучал чужим, слабым. — Что происходит? Ты можешь мне объяснить толком? Хватит ползать! — рявкнул я на него и добавил: — Сядь в кресло и объясни нормально. Он вздрогнул, поднял голову, в его глазах я увидел отчаяние, но выполнил требуемое с первого раза. Я выдохнул, ожидая ответа. Глаза Марка мрачно сверкнули.       - Садху-сан, у вас случился нервный и голодный обморок. Брачный договор был подписан. Вы стали женихом дочери Мёдзи. - Этот день стал худшим кошмаром для меня после такой новости. А он словно не замечал и говорил дальше: - Я теперь по велению госпожи стал вашим рабом, слугой и постельничим. Это такая практика, ведь обычно у госпожи бывает до трех супругов и измена супругу карается законом. Для этого существует постельничий. - Марк тяжело вздохнул, словно набираясь сил для прыжка в пропасть. - Вас отправили в эту больницу и вы провели здесь всю ночь. Вы были без сознания. Я не имею права вас бросить. Я поехал с вами. Они сказали, что это стандартная процедура. Наблюдение. Восстановление. Госпожа подготавливает вам дальний домик, где есть две спальни, гостиная, небольшая кухня, зал для медитации и занятий, а также библиотека и кабинет. Есть прачечная. Есть небольшой садик за домом и комната для слуги. - Марк был бледен и напряжён, и не смотрел мне в глаза, пока сообщал новости. Эти слова прогремели так, что земля ушла из-под ног. Судьба решила добить меня окончательно. Окаменевшее тело перестало реагировать. Всё же продали. Я слушал его и обалдевал над щедростью приемной матери. Целый дом в моем распоряжении. Это где-то мамонты возродились?! Мир всей тяжестью надавил на плечи, пытаясь уложить меня на лопатки. Но я падать не собираюсь. Задумавшись, я словно увидел себя со стороны. Жизнь — фарс, игра, где роли определены, и я не главный герой, а главный подчиненный. Сердце сжалось от боли. Я был ошарашен, чувствовал себя раненым зверем, который пытается держаться из последних сил. Боль пронзала мое сердце, заставляя подавлять ее стиснутыми зубами. Мне уже было все равно… Я старался отвлечься от новости, чтобы найти в себе силы смириться с неизбежным. Через три года после окончания школы за моей спиной закроется дверь семьи Мёдзи, и я стану их собственностью... Буду женат, и меня, кажется, сейчас стошнит... Так, спокойно… Спокойно?! Но... Одна мысль пришла на ум, и я...       Смех вырвался сам собой, сначала тихий, потом набирающий силу, пока не перешел в истерический хохот. Как это глупо звучит: я сам раб системы, не на бумаге, нет, но по сути да, и мне приписали раба, постельничего, который теперь принадлежит мне. Раб владеет рабом... Хуже этого абсурда не придумаешь. Я хватался за живот, пытаясь отдышаться. Марк смотрел на меня с недоумением и с какой-то робкой надеждой, словно мой смех означал, что я наконец-то пришел в себя и все стало на свои места. Но для меня все только начинало запутываться еще сильнее. Я посмотрел на Марка, который все еще сидел, ожидая моей реакции.       - Извини. Его лицо было бледным, а руки слегка дрожали. Марк был словно отражением моей собственной растерянности, только выраженной через страх и подчинение. Мое отношение к нему не было дружественным. Скорее, циничным, холодным... Лимит доброты был исчерпан. Новой не подвезли. Когда будет – не знаю! А он продолжил рассказывать, что в ближайшее время, по традиции, во время первой встречи родительниц принято обмениваться подарками.       - Родственники невесты передают семье жениха пять, семь или девять конвертов. В одном из них лежит большая часть или даже вся сумма для организации свадебного торжества, а в остальных — амулеты счастья или вообще ничего. Будущие родители молодоженов также обмениваются списками ближайших родственников. До сих пор в Эоланте знать поименно семью супруга или супруги — значит проявить глубокое уважение. Но торжественную встречу глав родов проведут без тебя. Так что не нервничай. Издавна свадьбы, по крайней мере среди простых людей, чаще всего проводились дома. Они могли сопровождаться разными синтоистскими ритуалами, например, церемониями распития сакэ, но не имели чётко обозначенных традиций и не проходили в специально отведённых для этого местах. Но в последние годы наблюдается рост числа людей, которые регистрируют брак, но не проводят свадьбу. Но твоя будущая жена не из простых, как ты сам понимаешь, и не стоит надеяться, что самого торжества не будет. Княжеский род даймё Мёдзи, официально зарегистрированный как отдельный клан, ведет происхождение от рода Токи, через который нити кровного родства тянутся к самой первой сёгунской династии Минамото, к роду Сэйва–Гэндзи. Так вот церемония будет, но их есть целых четыре вида, из которых можно выбрать: христианская свадьба, свадьба в синтоистском стиле, свадьба в буддийском стиле, нерелигиозная свадебная церемония. Разные религии крепко сплелись друг с другом, и порой трудно понять, где заканчивается одна религия и начинается другая. Что выберут Хранительницы и о чем договорятся, узнаете позже.       - Спасибо, что рассказал об этом. Я снова попытался сесть, опираясь на подушки. Боль в тех местах, где побывали иглы все еще ощущалась, но уже не была такой острой. Марк тут же преобразился, его тревога была почти осязаемой. Он подбежал и помог приподнять кровать, подложив мне под голову и спину подушки. Он подал мне стакан воды, налив ее из бутылки. Я сделал пару глотков и стало легче телу, но не душе. Дал знак ему сесть в кресло. Мне нужно прийти в себя и окончательно осознать своё положение. Если помолвка состоялась, её обычно освещают в различных информационных каналах. Семья Мёдзи имеет отношение к власти: кто-то из них является родственницами, или обе — сестра и племянница, правительницы Совета Шести глав. Такое событие СМИ бы не пропустили.       Я включил новостной канал и провалился сквозь землю... У меня неприятно заныло под печенкой. Предчувствие, мерзкое и пакостное, выползало из нутра колючим ежом. И вот оно! Стоило мне найти новости, и диктор...       - Слухи, разлетевшиеся среди Эолантской элиты, гласят, что Айко Мёдзи официально помолвлена с Тэхёном Чао, который, по тем же официальным документам, подписанным несколько недель назад, станет старшим супругом. И тут же показали его фото на экране. Красивый парень с золотисто-каштановыми волосами и зелеными глазами. Вторым ее женихом стал Цзян Ли. Перед нами на экране появилось второе фото, на нем был изображен бледный юноша, чья красота была почти неземной. Голубые глаза, необычного цвета волосы. Он был в форме Третьей старшей школы другого города. Название я прослушал, так как мое сердце ухнуло вниз. Моё фото оказалось последним. Телеведущая что-то говорила о нас, но звуки сливались в какофонию и превращались в монотонный гул. В висках запульсировала боль. Мне казалось, что я попал в абсурдный кошмар.        - Они красивая пара и знают друг друга с малых лет, что не скажешь о двух других юношах. Правда Садху Хакар Ватанабэ является приемным братом ее лучшей подруги Мии Аяно Ватанабэ и именно в их общей школе юная Хранительница встретила своего будущего жениха. Что же, будем следить за развитием их отношений. А сейчас поговорим о других новостях. Я буду третьим по статусу, и два человека станут выше меня в иерархии. Они будут иметь право командовать мной, указывать на мои ошибки и вести себя вызывающе. Они могут использовать своё положение, чтобы выместить на мне своё плохое настроение, издеваясь и унижая меня.       – С этого времени… - Выплываю из не веселых мыслей и смотрю на экран. - В этом году Совет Шести Глав ввели обязательное образование для юношей в области боевых искусств. Начиная с начальных школ и заканчивая высшими учебными заведениями, их начнут готовить, чтобы обеспечить мир человечеству! Необходимы умения защитить свои семьи до прибытия Хранительниц... Ведь именно мужчины всегда становились мастерами Смерти. Марк слушал увлечённо, но пробормотал, что таких, как он, обучать не станут. Тяжело вздохнул. Он расстроен. Я окончательно пришёл в себя. Внутри – пустота. Глубокая, затягивающая во мрак. Раньше я бы ликовал от такой новости, но сейчас... Кто мне даст свободу? Никто... Депрессия накрывает с головой и мне ничего не хочется. Вырубил новостной канал и посмотрел на Марка, который, что-то обдумывая, решительно вскинул голову и произнёс:       - Садху-сан, может вызвать медперсонал для осмотра? Вас осмотрят, и, если все нормально, выпишут из больницы сегодня. Дома отлежитесь. После получения таких новостей Дзёси будет воспринимать вас иначе. Вероятно, она будет оплачивать ваше питание в школе и обеспечивать одеждой, соответствующей статусу. Это поможет избежать разговоров, которые могли бы негативно повлиять на её репутацию и репутацию семьи. Когда он поднял взгляд, в глазах горела привычная стальная решимость. Похоже, он меня принял, как и обстоятельства нашего взаимодействия, а вот я... Пока нет, и не знаю, как воспринимать его. Не друг и не враг, а так... подневольный. Выпил воду до дна.       - Зови, — сказал я, передавая ему стакан. Марк поставил его на столик и нажал кнопку вызова медперсонала. - Не мельтеши, сядь. Мы успеем поговорить. Кто меня заберет?       - Дзёси пришлет за нами машину и охрану. Кивнул молча, в голове пронеслось: «Вот это поворот событий! То никому не был нужен и был просто игрушкой, то теперь ювелирное украшение, которое необходимо охранять и ухаживать до передачи другой хозяйке...»       Я горько улыбнулся. Что можно ожидать от тех, кто является хозяйками мира? Ничего хорошего. Вскоре пришел врач и начался медицинский осмотр. Мне прописали кучу витаминов, успокоительное и правильное питание. Получил освобождение от занятий в школе на неделю, чтобы прийти в норму... После этого меня выписали. Марк позвонил моей приемной матери, чтобы нас забрали из больницы. Оплата счетов не моя забота.       После выписки я чувствовал себя выжатым лимоном. Витамины и успокоительное, конечно, хорошо, но они не могли заглушить нарастающее чувство тревоги. Охрана, машина от Дзёси… Все это пахло не свободой, а золотой клеткой. И Марк, этот вечно собранный и целеустремленный парень, теперь был частью этой клетки. Может он будет шпионить за мной и докладывать все приемной матери или Мие? Такой исход тоже может быть и доверять ему, себе дороже. Я замкнулся и говорить вообще не хотел.       Сидя в машине, окруженный угрюмыми лицами охраны, просто смотрел в окно, наблюдая за мелькающими пейзажами. Марк сидел рядом, молчаливый и напряженный. Я чувствовал его взгляд, изучающий и немного испуганный. Он, наверное, гадал, что я предприму. А я и сам не знал. С самого детства мечтал стать воином – расследовать загадочные происшествия, путешествовать по всему миру, сражаться с чудовищами… А меня запихали в самую неприятную точку... между ног....       Настроение на нуле. Все больше погружаюсь в пучину одиночества и отторжения всего, что окружает меня. Все больше и чаще мечтаю о прорыве, да таком, чтобы меня забрали отсюда... Ведь как-то мой родной отец пришел сюда, а потом покинул нашу планету. Не хочу быть здесь.       Поместье приемной матери встретило нас тишиной и стерильной чистотой. Она, сидя в своем кабинете, как всегда, была безупречна: прическа, макияж, дорогая одежда. В ее глазах читалось облегчение, смешанное с опаской. Кровь мгновенно отхлынула от лица, да и тело все похолодело. Знакомо ли вам чувство унижения настолько сильное, что у вас сводит даже челюсть? Прекрасно понимаете, что вы должны сейчас подчиниться ей, поклониться ей и выполнить то, что она хочет от вас... А так не хочется склонять голову перед той, что продалась за деньги и власть...        - Садху, как ты себя чувствуешь? - спросила она, стараясь казаться заботливой.       - Нормально, Дзёси, — буркнул я, избегая её взгляда. Она кивнула, словно ожидала такого ответа.       - Ки во цукэтэ Снова киваю. Это как предупреждение мне, чтобы думал, как себя веду и с кем. Не забыть, кто я и где мое место.       - Марк, отведи Садху-куна домой. Ему нужно отдохнуть. Марк послушно кивнул и повел меня, покидая дом приемной матери, через сад этого старинного поместья.       - Марк, если твои вещи не перенесли, как покажешь новое место жительства, можешь сходить к себе и забрать их.       - Благодарю вас Садху-сан. Мы углубились в сад, и я замер, как громом пораженный, перед домом в форме буквы «П». Его кровля, ну точно спина дракона, извивалась навстречу солнцу ослепительным блеском! Кое-где припорошенная снегом, она контрастировала с панорамными окнами, будто порталами, заливающими дом изнутри искрящимся светом. Чувствую, оттуда открывается вид на внутренний дворик, вылизанный до последнего листочка! Все дышало традициями Китая и Японии. Я, конечно, не эксперт в этих азиатских штучках, но даже я оценил этот фьюжн. А перед домом – дерево, старейшина дендромира! Остановился, смотрю на него, как завороженный. Сучья, тянущиеся к небесам, – живое воплощение стойкости и древней мудрости. И вот оно! В этот самый момент меня осенило: я нашел не просто дом, а колыбель для души, понимаете? Колыбель! Для! Души! Представил, как буду каждое утро просыпаться в этом доме, как солнечные лучи будут мягко щекотать мои пятки сквозь эти чудо-окна! Завтракать, любуясь на умиротворяющий дворик, где каждый камешек, кажется, знает свое место. А вечером, сидя у камина (уверен, там есть камин, просто обязан быть!), размышлять о вечном, потягивая ароматный чай и слушая мудрые советы старой сакуры.       - Нравится?       - Да, — машинально ответил я и направился к порогу старинного архитектурного сооружения.       С тихим щелчком Марк открыл резную деревянную дверь, и меня обдало прохладой и ароматом сандала. Внутри дом оказался еще более удивительным: свет, проникающий сквозь стеклянные стены, играл на полированной деревянной поверхности, создавая ощущение нереальности. В воздухе витала тишина, наполненная покоем и умиротворением. Сердце дрогнуло от неожиданной волны благодарности. После долгих скитаний, лишений и борьбы, меня ждало место, где можно было спокойно выдохнуть. Место, где, возможно, я смогу залечить раны и обрести долгожданный покой. Этот дом был больше, чем просто крыша над головой – это было обещание надежды. Три года тишины и относительного спокойствия.       Разулись, оставляя обувь при входе, и погрузились в эту необыкновенную атмосферу. Марк поставил сумку, собранную после прибывания в больнице, и повел внутрь дома.       Я следовал за Марком по этому дому, словно Алиса за белым кроликом, только вместо абсурдного чаепития меня ожидали, судя по всему, покой и умиротворение. Дом казался бесконечным лабиринтом: коридоры плавно переходили в залы, а залы – в уютные уголки, каждый из которых был пропитан своей уникальной атмосферой. И камин! Огромный, как грот горного тролля, он манил меня. Я уже представлял, как буду сидеть перед ним с книгой, наслаждаясь теплом, пока за окном разыгрывается непогода!       В одном из залов Марк остановился и торжественно обвел рукой пространство: «Ваше святилище, Садху-сан!» Комната была настолько просторной, что в ней смело можно было бы устраивать балы. А посредине – татами! Маленький островок спокойствия и сосредоточения. Я представил себя, рассекающим воздух самурайским мечом (которого у меня, конечно же, нет, но это детали!). Можно и деревянный наверняка найти. За святилищем следовала чайная комната, где я похоже обязан встречать гостей. Она была оборудована мини кухней, в которой обнаружился холодильник, полностью заполненный продуктами. Вау!! Какая роскошь!! Кто-то решил не жадничать и всё же накормить приемыша. Мысленно сарказм лился из меня потоком злобы и ненависти. Все для настоящей чайной церемонии: изящные чашки, чайничек, как произведение искусства, и даже миниатюрный сад с карликовыми соснами! Все для нормального питания, даже есть посуда...       «Да тут можно жить вечно!» – подумал я, ощущая, как напряжение покидает меня, словно старая кожа. Кажется, я и правда нашел то самое место, где смогу снова стать человеком… ну, или хотя бы его подобием! Комната Марка была небольшой, но достаточно просторной. Не мои восемь квадратных метров, я бы сказал, метров семнадцать, и у него своя ванная комната. Неплохо. Пошел дальше знакомиться. Все мысли, что до этого хаотично носились в моей голове, словно парализовало. Я прошел в свою спальню и остался доволен обстановкой. Тяжело вздохнул:       - Марк... — еще один вздох, и поворачиваюсь к парню. - Прости, мне надо отвлечься от неприятных новостей и срочно взять минорный тон. Иди за вещами и оставь меня на этот день в покое. Не хочу никого видеть. Сам помоюсь и найду одежду, не надо стоять над душой. Он кивает, разворачивается и идет к выходу. Вскоре остаюсь один. Тишина на этой ноте так прекрасна... Подхожу к большому современному шкафу и раскрываю его створки. Взгляд ошалело скользит по вешалкам с одеждой. Надо же, какой выбор! Для меня, самыми дорогими были вещи, которые покупала мама. Я выбираю свободную футболку с длинными рукавами, спортивные штаны, чистые носки и белье. В ванной висит полотенце. Я складываю вещи и наливаю воду. Бросаю пару шариков с пеной и погружаюсь в воду. Прикрываю глаза и расслабляюсь. Горячая вода обволакивает тело, словно мягкое одеяло, унося прочь остатки напряжения. Аромат хвои заполняет все пространство, и я позволяю себе раствориться в этом хвойном блаженстве. Ох, как же мне этого не хватало! Мозг постепенно отключается, мысли превращаются в ленивые пузырьки, поднимающиеся со дна ванны. Кажется, будто попадаю в рекламу релаксации, где заботы испаряются вместе с паром. Внезапно в голове всплывает образ Айко Мёдзи, и в груди всё начинает шевелиться. Сидел и прокручивал в памяти последние события. Любое слово способно вызвать слезы. Они постепенно собирались внутри меня, а затем внезапно вырвались наружу, когда я остался один. Они смешались с каплями воды, и невозможно было понять, плачу ли я или это просто капли на лице. Я сжал кулаки с такой силой, что вены на руках стали видны. Нервы сдали. Не хочу, чтобы мой плач был слышен по всему дому. Отпускаю всё на волю. Как хорошо, что меня никто сейчас не видит, не слышит и не узнает о моей слабости. Нынешняя ситуация была невыносимо оскорбительной. Меня трясло от невыносимого гнева и испытываемого оскорбления. Впервые в своей жизни я чувствовал себя настолько ужасно из-за того, что я был ничтожным рабом. Пройдет много времени, когда я смогу позволить себе просто начать купаться.       Ну вот, только стоило расслабиться! Но нет, сегодня я сам себе хозяин. Сегодня я – повелитель хвойных ванн и вселенской лени! Закрываю глаза и представляю себя где-нибудь на берегу океана, с коктейлем в руке и без единой мысли в голове. Да, вот это жизнь! Мне просто на какой-то миг показалось, что может хоть ненадолго затянется рана на сердце и успокоится душа. Увы. Глупо искать успокоение в пустоте. Как же мне хотелось отдохнуть. По-настоящему. Не просто закрыть глаза, а крепко уснуть – без сновидений, провалиться в темноту, чтобы хоть на одну ночь забыть о существовании самого себя. Я приложил руки к груди. Сердце отстукивало неровный ритм. Ушел под воду с головой. Насколько смог задержать дыхание – лежал так. Вынырнул. Пора вылезать отсюда...       Искупался быстро, сливая воду из ванной. Прихватив полотенце, высушил волосы и тело. Надел приготовленную одежду и отправился в уголок библиотеки. Стоило лишь пробежаться взглядом по названиям книг на полках, как я почувствовал раздражение. Конечно, по мнению приемной матери меня должна привлекать только такая литература. Но вот беда — читать мне оказалось нечего. Выглядываю в гостиную и замираю, словно меня громом поразило… Это кого ещё нелёгкая принесла?!       – Юная Дзёси, как мы рады вас видеть! – чуть ли не ползая в ногах, запел Марк, отчего меня передёрнуло. Неожиданно проснувшаяся интуиция подсказала с беседой не спешить, а понаблюдать за тем, как будут развиваться события. Да здравствуют мои крепкие нервы! Или не очень. Это как повезет. Не повезло... Не успеваю опомниться, как в воздухе разливается благоухание – не удушливый приторный кошмар, а нежный цветочный шёпот. Шаги – уверенные, властные. Прикрыл глаза, пользуясь минутами перед встречей с гостями, чтобы пораскинуть мозгами. Я сжал зубы, так как не знал, как себя вести в такой ситуации и что говорить, растерялся и мог лишь смотреть на дверной проем... Вдох-выдох. И вот, словно богиня с Олимпа, в проёме появляется она. Айко Мёдзи...Эти жалкие утешительные мысли помогли мне справиться с выражением собственного лица, потому что если мимикой своей я еще владел, сохраняя невозмутимую (а скорее, окаменевшую от очередного сюрприза) физиономию, а вот эмоции и глаза меня сейчас выдадут. Таких гостей я не ожидал увидеть. Предупреждать надо, если что? Блин, а я из ванной недавно. Приди она чуть раньше, я не смог бы ее встретить как положено. Кошусь... За спиной маячит Ён, расплывшись в довольной ухмылке – так и светится от радости, что видит меня. И второй, кого нетрудно узнать после сегодняшнего цирка – Тэхён Чао во плоти. Наши взгляды на долю секунды скрестились, и я, словно страус, торопливо нырнул взглядом опять в пол, превращаясь в мраморную статую. Как и положено бесстрастному хозяину, приветствовал гостей с каменным лицом, натянув маску циника, и… (ох, чего мне это стоит!) хладнокровия.       – Я… так рада тебя видеть, – негромко проговорила Айко, явно нервничая, и я все-таки рискнул быстренько бросить на неё взгляд. Действительно, выглядела девушка странно: синие глаза были все также прикованы ко мне, и в них плескалось столько… волнения, радостного ожидания и… удивленного счастья. Боюсь, я так хорошо не контролировал себя, и таящееся в глазах смятение, с отчетливыми всполохами подступающей паники, были слишком уж яркими, живыми. Я помрачнел. Неужели в голове у нее не возникло мысли, что кто-то не мечтает о ней. Кто-то не рад ее видеть, но вынужден изображать эту радость. С чего мы начинаем отношения? Со лжи... Веселое начало. Я молчу, но жестом приглашаю невесту в гостиную, словно примерный жених. Она оглядывает мою скромную обитель, заливаясь соловьём, а я лишь киваю и кривлюсь, как кот, объевшийся лимонов. Молчу... Да просто не знаю как себя вести... Только вот она всё понимает по-своему: как скромность, как смущение, как уважение к ней.       Церемония «знакомства» старшего по рангу «жениха» прошла на ура. Ёна она не представляет, но намекает, что его я уже знаю.       - Хороший дом и хороший вкус у тебя. Теперь я знаю и в поместье у себя найду такой уголок рая. Мне хочется кричать: «Не надо», но это никого не волнует. Тэхён Чао, ох, сколько он кидал взглядов в мою сторону. Оценивал как противника, но так ничего и не понял. Мне вручили дары от «невесты» словно у алтаря, то есть, «жениха перед свадьбой»: гобан для умалишённых игроков в Го. Сам я в это не играю, но надеюсь, Марк меня просветит… Книги… о, да! Те самые, которые мне недавно навязывала опекунша. Интересно, где у меня тут тайная комната, чтоб это всё с глаз долой отправить? Куча всяких мелочей, которые еще не распаковали. Кажется, одежда. Я что голый хожу? Вроде приемная мать накупила всякой хрени. И – вишенка на торте! – учебный меч. Оценил лишь этот подарок.       Увы, сам я подарить невесте в ответ не могу, денег нет и все, что есть в этом доме не моё... Благодарю и продолжаю строить радушного парня. Она продолжает медленно идти по комнате и рассматривать. Очень переживает, или создает видимость переживаний, что я оказался в больнице. Ей моя «сестрица» рассказала, что меня сегодня выписали, и вот она поспешила прибыть с дарами и поинтересоваться, всё ли со мной в порядке. Бурчу... Благодарю... Отдаю распоряжение Марку, и он спешит подать на стол сладости и угостить чаем.       Я теряюсь и не знаю, о чем с ней говорить. Больше молчу, прячу взгляд. Она пытается понять, чем я дышу, и не догадывается, что сам только недавно заселился в этот дом. Что ты хочешь увидеть? Отпечаток моей души? Не ищи здесь. Все тут создано для антуража. Она пытается разговорить меня. Воздух в комнате словно сгустился, как будто сгустилась вокруг неизвестная мне магия. Тэхён с периодичностью влезает в разговор и перетягивает одеяло на себя. Айко подтвердила, что со следующей недели начинаются обязательные занятия по изучению боевых искусств. Что подаренный меч учебный. Он не заточен. Тэхён начал расхваливать подарки и буквально расплывался лужицей делясь или хвастаясь, что подарили ему.Мол, сравни: твои подарки фигня... Он решил устроить мне буллинг? Или надеется, что я расстроюсь?       В общем-то, чаепитие прошло под аккомпанемент тишины. Айко, кажется, недовольна моим молчанием. Ён с Марком старались развлечь нас, с нашего молчаливого позволения. Болтали парни обо всем и ни о чем. Время шло, и первая часть сего действа подошла к определенному концу. Я облегчённо выдохнул.       – Оставьте нас, – холодно сказала Айко. Молодые люди вышли, оставляя нас наедине. Она дождалась последнего и только после этого произнесла: – Садху-кун, Марк – ваш постельничий? - глаза сверкают магически и мне не по себе. Отвожу взгляд. Чего ты злишься? Я стиснул зубы. Вот если бы не обстоятельства, я бы с удовольствием послал бы тебя дремучим лесом. А так... Мотаю головой с таким видом, будто меня оскорбили в лучших чувствах. А она, наверное, думает, что я по мальчикам… Или что? Или это намек, на мою неопытность? Чего ты хочешь? Может дам, а может нет... А с другой стороны, она не знает, ей до фонаря мои чувства. Она гнет свою политику и приседает мне на мозг. Что ты знаешь обо мне?       Меня тошнит от всего вашего общества и законов. Никого видеть не хочу… И уж тем более заниматься сексом. Да, мой возраст таков, что парни в мои шестнадцать-семнадцать сами готовы согласиться снять напряжение с кем угодно, но после смерти моей мамы и всего остального, с чем столкнулся я, меня действительно воротит. Необъяснимо, но факт... И...       – Айко-сама, прошу вас, не нужно подобных инсинуаций, – произношу с трудом, чувствуя, как к горлу подступает ком. Слова застревают, словно ядовитые шипы. Как она может говорить такое сейчас, когда собственная боль разрывает меня на части? Внутри все кричит от несправедливости. Мой мир давно рухнул, оставив лишь пепел и холод. И в этом мраке, вместо поддержки и понимания, я получаю подозрения и оскорбления. Разве я заслужил это? Разве моя боль не достойна уважения?       Я смотрю в ее холодные, сверкающие глаза и вижу лишь бездну. Неужели она не видит, что перед ней стоит не похотливый юнец, а сломленный горем человек? Каждая ее фраза, словно удар ножом, только усиливает кровоточащую рану. Хочется закричать, выплеснуть всю боль и отчаяние, но силы покинули меня. Остается лишь сжаться в комок и молча терпеть, пока буря не утихнет. Внутри поселяется лишь одна мысль:       «Когда же всё закончится?» Когда я смогу снова вдохнуть полной грудью и почувствовать хоть что-то, кроме боли? Я не знаю какой у нее дар, но ощущение такое, что она может читать меня как книгу. Неужели так и есть? Тишина повисла в воздухе, давящая и невыносимая.       – Тебе понравились мои подарки? Однажды я лучше пойму тебя и узнаю твои вкусы, увлечения. Мы будем часто видеться и общаться, чтобы найти общие интересы. Киваю, стараясь придать лицу хоть какую-то приветливость. А что я могу ещё сказать? Что мне этот хлам даром не сдался? Что книги хочется пустить на костёр? Или, может, стоит спросить, а хочу ли я вообще становиться твоим «женихом»? Каждое слово Айко-самы отзывалось эхом внутри меня, множась и искажаясь в болезненном калейдоскопе. Хотелось зажмуриться, закрыть глаза и уши, чтобы не видеть и не слышать эту жестокую реальность. Но я не мог. Я был прикован к этому месту, к этому моменту, как бабочка к булавке. Смотрел на Айко-саму, надеясь увидеть хоть искру сочувствия в ее глазах, но там по-прежнему царила лишь ледяная пустота. Чего ты вообще от меня хочешь, чудо расчудесное?!       Айко делает пару шагов в мою сторону, а я как приклеенный стою, глаз не поднимаю.В моем взгляде можно увидеть лишь пустоту, там боль и отчаяние. Не там ты ищешь тепло и заинтересованность в тебе. В моей душе нет восторга, нет желания болтать с тобой и улыбаться, нет даже мыслей о тебе. Вернее, мысли есть, но они не оправдают твои ожидания.        Вздрагиваю, когда перед самым носом вырастают её тонкие пальцы, унизанные перстнями и кольцами. Айко нежно (но в то же время требовательно) касается моих волос:       – Волосы у тебя красивые, но короткие. Я хочу, чтобы ты отрастил их, как и положено воину. Посмотри на меня. – И она приподнимает мой подбородок, заставляя встретиться с её бездонными голубыми глазами. Я не имею права оттолкнуть её руку, отступить или взбрыкнуть. Виновато смотрю в глаза.       – Я видела ваш бой с Ёном. И мне бы хотелось испытать тебя, но не сегодня… Её ладонь скользит по моей щеке, по шее, по груди, и, наконец, берёт мою руку в свою. Снимает с пальца перстень с магической основой, и оно, словно влитое, садится на мой палец.       – Мой третий… – шепчут её губы почти у моего уха, а я стою как истукан, боясь пошевелиться. Обалдеть! Да она меня метит, как скотину на ярмарке! Третий, значит? А остальные двое похоже на полочке в музее дожидаются? Или заспиртованы в банках? Хотя нет, один как привязанный сидит в моей гостиной и ждет ее, пока девочка тут играет в игру «хозяйка и ее игрушка». У меня сейчас крыша поедет от этих мыслей. Чувствую себя экспонатом, которого разглядывают под микроскопом. И главное — не пошевелиться, не пикнуть, а то вдруг ещё чего отчекрыжат «во имя любви».       Айко отстраняется, окидывая меня взглядом с головы до ног. Ну, что скажете, юная Хранительница? Годится игрушка для экспериментов или в утиль? Ухмыляюсь про себя. Если бы она знала, что творится в моей голове, точно бы наказание схлопотал. А вслух выдавливаю дежурное:       - Я польщен, Мёдзи-сама, - прошептал едва-едва слышно. Ну, конечно, польщен! Кто бы сомневался! Меня тут замуж насильно выдают, а я польщен! Да я сейчас как польюсь, как водопад Ниагара! Она, кажется, довольна моей «реакцией». Кивает, как будто я сдал экзамен на отлично. Ну, спасибо, мамочка! Пойду за медалью. А потом, пожалуй, нужно будет напиться. До беспамятства. Чтобы забыть этот цирк с конями.       - Я надеюсь вы подружитесь с Тэхёном, - говорит так утвердительно, будто так и должно быть. Пожимаю плечами. Я откуда знаю, что у него в голове творится. Может у него желание мне физиономию подправить. Я, конечно, не позволю ему кулаками махать, но кто его знает... Или вдруг меня занесет?... Может, отпинаю ногами и решу прикопать за могучим деревом сакуры... Это уж как пойдет. Но об этом вряд ли узнаешь, красавица.       - На этом всё, – произносит Айко, и я готов расцеловать ей ноги за эти слова. Наконец-то! Свобода! Хотя какая там свобода? Завтра опять этот маскарад, эти «уроки хороших манер», эти взгляды исподтишка… Бррр! Стерпится с любится, так получается. Нравится, не нравится - спи красавчик. Ля.. ля.. ля!! Провожаю ее как самый примерный мальчик и «хозяин» дома. Улыбаемся и машем... Жаль, платочка не припас...Ух, как я зол!!!       Сгущался сумрак. С неба посыпал мелкий снежок. Кружась, он ложился на остывшую землю. Пока стоял в дверях и провожал гостей, мои руки начали мерзнуть. Я выдохнул в сложенные ладони, выпуская изо рта клубы пара, в отчаянной попытке согреть озябшие пальцы. Я глубоко вздохнул, продолжая смотреть им в спины: очень был рад, что они ушли.       – Почему так несправедливо устроен мир? – спросил Марк, глядя на ухоженный цветник и дорожку, едва прикрытую снежком. Он стиснул кулаки с такой силой, что проступили вены. В ответ я только вздохнул. - Нет, в самом деле? В чем мы провинились? – не успокаивался он.       Мы смотрели друг на друга, как два человека, потерпевших кораблекрушение, вцепившиеся в обломок надежды, посреди бушующего океана отчаяния. Любое слово прозвучит фальшиво, как злая насмешка, любая банальная фраза – как плевок в душу. Вместе, рука об руку, мы пройдем через этот ад. Вместе будем искать ответы, вместе будем бороться с несправедливостью. И если не найдем облегчения, то хотя бы будем знать, что не остались одни в своих страданиях. Мне этот парень ничего плохого не сделал и я в ответ не собираюсь. Может быть мы сможем найти в этом аду поддержку друг у друга? Жизнь расставит все по своим местам и обнажит нутро каждого из нас.       - Лучше скажи мне, у нас кладовая есть? — сменяя тему разговора, смотрю на своего слугу.       - А для чего, Садху-сан? - Марк смотрел на меня, недоумевая.       - Подарки запихать куда-нибудь.       - Нельзя их прятать. Хочешь неприятностей?       - Так книги девать некуда.       - А-аа, это...       - А может и не только это. Там столько принесли этих свертков, что еще часа два разбирать придется.       - Давайте, сначала поедим, примете лекарство, а уж потом разберемся с подарками. На том и порешили. Попытка сменить тему, предложить бытовые заботы, была жалкой, я это знал. Как будто, спрятав подарки, мы могли спрятаться от нависшей над нами беды, от того, что гложет нас изнутри. Но что я мог ему сказать? Какие слова утешат, когда сама жизнь кажется насмешкой? Я чувствовал себя бессильным.       Аппетит у меня, признаться, был волчий! После того как Марк поставил передо мной дымящуюся тарелку, с какой-то невероятно ароматной похлебкой, я набросился на еду, как голодный зверь. Каждое мгновение наслаждался вкусом, забывая обо всем на свете. Лекарство проглотил, даже не поморщившись – подумаешь, горечь! Главное, чтобы помогло хоть немного прийти в себя.        Разбирая горы подарков от моей невесты, я то и дело натыкался на забавные вещицы. Вот, например, резная деревянная фигурка кота, подозрительно похожего на Марка в плохом настроении. В доме оказалась кладовая, и мы отправили туда книги, которые моя приемная мать поставила на полки для вида. А те, что принесла в подарок невеста, разместили на почетном месте, чтобы она могла их видеть. Но это не означает, что я буду их читать. Всякие фигурки тоже расставили по разным местам, потом я их отправлю в утиль, когда примелькаются и она перестанет их замечать. Нет, сплавлю «сестренке». А некоторые вещи отправились в кладовую, так как место им не нашлось. Я считал это барахлом, и Марк был со мной согласен на все сто. Из одежды, тоже преподнесенной в качестве подарка, не было ничего подходящего мне по стилю. Ее просто так, в пакетах, повесил в шкаф. Единственное, что понравилось — школьная форма с магической составляющей. Это значит, что моя приемная мать и здесь экономила. Устали оба.       - Марк, давай разберем остатки завтра. Он кинул взгляд на барахло, согласился со мной, но слегка замялся.       - Что?       - Среди книг, я нашел одну, которую надо прочитать обязательно. Правила этикета и поведения в обществе для молодоженов. Я простонал и закатил к потолку глаза, молясь не пойми кому.       - Это поможет избежать некоторых неприятностей в супружеской жизни. Там описывается все подробно, не только взаимодействие между парнями, но и с супругой и даже интимные отношения прописаны. - продолжал Марк. Я взвыл... Но Марк был неумолим и продолжил.       - Не всегда получается иметь интимные отношения с супругой, поэтому для каждого есть постельничий.       - Что? Она меня на эту тему сегодня... - недоговорил и прорычал, хватаясь за голову. - А еще потребовала отрастить длинные волосы, как у воинов... А я хочу? - прорычал срываясь на тихий рык. Дальше шло очень неприличное... Цедил и... Пауза, когда Марк подошел ко мне и обнял. Я обалдело затих.       - Я бы помолчал немного. Первый день всё же. Может, где камера есть. - прошептал он настороженно, в самое ухо. Я вздрогнул от такого предположения.       — Ты уверен? — спросил я, еле шевеля губами. Он лишь пожал плечами. А потом выдал еще абсурднее.       - Эти фигурки могут выполнять функции артефактов или служить следящими устройствами.       - Ты меня решил окончательно добить, да?       - Нет. Мы не маги и определить камеру слежения, к примеру, или камеру со звуком, нереально. Это мне пришло в голову случайно. И хорошо, что поставили только в гостиной.       - Аут, — и усмехнулся... В этот момент голове задорно пела Фрекен Бок: «Ля-ля-ля-ля! А я сошел с ума! Какая досада!» Марк тоже обвел взглядом комнату и усмехнулся.       - Сам поставил камеры слежения... Оба тихо посмеялись, и именно в этот момент я его принял как помощника. Он зависим от меня, и наше с ним взаимодействие в мирном русле намного лучше, чем война. Мы разошлись по комнатам. Я размышлял обо всем, что произошло сегодня. Мои мысли, как блохи, скакали из крайности в крайность. Лег в постель. Я всегда плохо переносил смену климата, смену ночевки, а тут переезд в другой дом. Как только свет погас, дом наполнился тихими шорохами. В темноте они были особенно отчётливы. Чувство одиночества и ненужности вдруг схватило меня, словно тиски. Но я постарался преодолеть его. Уснуть в чужой обстановке, осознать, что на три года это твой дом, сложно. Стук ветки по стеклу, какие-то звуки в доме... Глупость, конечно, но тревожно как-то. Не по себе... Сон мгновенно улетучился.       «Ну да ладно!» — усталость махнула рукой. — «Пойду-ка я, к кому-нибудь, в гости!» И вот я лежу, словно лягушка в молоке, в этой новой, непривычной кровати. В голове роятся мысли... А вдруг... Нет...глупости. Но что-то мне не хорошо. Ветер завывает за окном. Может, это мои собственные нервы так громко протестуют против переезда? В любом случае уснуть в такой обстановке — задача почти невыполнимая.       Решив, что хватит лежать и прислушиваться к ночным кошмарам, я подскочил с кровати.       «А ну их всех!» – подумал я с отчаянной дерзостью. – «Пойду на поиски приключений!» Тихонько, как ниндзя-любитель, прокрался к двери. Сердце колотилось. Коридор встретил меня полумраком и тишиной. Взял меч и пошел на татами. Включив ночник, вошел в круг и приступил к тренировке. Нервы тут же успокоились. В руках я чувствовал не просто меч, а мое продолжение руки. Это было странное ощущение, ведь я не маг, а вот меч был с магической составляющей. В зале было все, что необходимо для разминки. Шест, ленты прикрепленные к балкам перекрытия. Я отрешился от всех странных звуков, включил музыку на браслете и под нее пошел в бой с тенями...       Лезвие засверкало в призрачном свете ночника, отбрасывая танцующие тени на стены зала. Музыка пульсировала в моих венах, подстегивая каждое движение. Шест взмыл ввысь, рисуя в воздухе сложные узоры, как будто я управлял невидимым оркестром бойцов. Ленты, покачиваясь, манили меня в вихрь танца, где грация и сила сливались воедино.       И вот, наконец, «бой с тенью»! О, это мое любимое развлечение! Я ухмыльнулся, представив, как мои невидимые противники трепещут от страха. Меч в моих руках стал продолжением моей воли, словно я сам был выкован из стали и магии. Каждый выпад, каждый поворот, каждый взмах - это взрыв энергии, направленный в пустоту, но ощущаемый всем моим существом! Я крутился, прыгал, парировал удары невидимых врагов, хохоча от восторга. Зал наполнился эхом моих шагов и свистом рассекаемого воздуха. Я чувствовал себя не просто воином, а настоящим волшебником, создающим собственную реальность силой своего воображения. И пусть кто-то скажет, что это всего лишь игра. Пусть смеются! Но в этом зале, под покровом ночи, я - король, я - герой, я - повелитель клинка и танца! Плевать, что завтра снова в невидимый бой с судьбой, и рабский «ошейник» душит и ломает душу... Сегодня я отрываюсь по полной!       Тренировка закончилась, но внутри меня еще долго бушевала энергия. Я выключил музыку, погасил ночник и, улыбаясь, вышел из зала. Марк не спал. Он смотрел на меня завороженный.       - Ты чего не спишь?       - Непривычно в новом доме.       - Мне тоже не по себе здесь. Но привыкнем.       - То, что я сейчас видел. Это... это потрясающе.       - Снимает напряжение, закаляет душу и тело. Я плохо сплю ночами, вот и занимаюсь. Привыкай.       - Почему?       - Ночь это время прорывов. Время демонов. Знаешь, не так страшны некоторые чудики. К примеру, водные слизни. Они боятся огня. Некоторые бояться воды. Такие разрывы не страшны. Нет, если ты идиот, то погибнешь, а если в голове не опилки, то можно выжить. У меня на родине даже неодаренный знает квалификацию нечисти, нежити, что прет из разломов. А тут население прибывает в полном невежестве и ждет, когда прибудет отряд по зачистке. Но к этому времени могут быть жертвы. Даже неодаренные могут справиться с низшим демоном, но только не в одиночку.       - Ты так говоришь, словно участвовал...       - Скажи, что она говорила обо мне?       - Ничего. Просто всем было сказано, что они едут за сыном, и всё. Потом тебя привезли, стали учить языку и манерам. Всё.       - А что случилось с твоими родителями Садху-сан?       - Родного отца я не знаю. Даже имени. Моя мама никогда о нем не рассказывала. Возможно была магическая клятва о не разглашении. Ведь такое в магии есть. Моя мама была главой клана. Огромная территория, где проживали как и одарённые, так и нет. У нее было три мужа, но так получилось, что я у нее был единственным ребенком. Наследником рода и клана.       - Ого!       - Она воспитывала меня не так, как другие воспитывают мальчиков. Не баловала, а растила из меня главу семьи. А кем в итоге стал... - я горько усмехнулся. - Ее убил демон и этого демона не убить. Он ушел со своим войском, я знаю. Он придет еще. И группа Хранительниц не справится. Они сдохнут в его ловушке. Он высший... Вот кого стоит бояться. Его имя Энди Лютый. Мой враг...убийца моей матери и моего клана. Он воин, командующий армии. В нем сила, возможно, двадцати Хранительниц разом. - Марк вздрогнул. - Он беспощаден. Тогда он пришел наскоком, чтобы проверить, посмотреть мир. Но если он придет со своей армией, открыв портал, нам не выжить.       - Научишь? - Марк умоляюще посмотрел на меня. - Понимаю, что против них слаб, но и погибнуть бесславно, не убив, не защитив кого-то, это тоже... Быть тряпкой не хочу.       - Всё, что знаю сам, научу. Знаешь, как обидно, ведь я был почти одной ногой в высшей школе мастеров Смерти. И документы отправлены, и я был принят в их ученики. Но он пришел и разрушил мою жизнь. А она не захотела отдать меня туда.       - Извини, но слова здесь неуместны. Может, попробуешь всё же уснуть? Я могу...       - Не можешь, — сказал как отрезал. — Иди спать. - Тон ледяной и не предвещающий ему ничего хорошего ... Марк подчинился. Развернулся на пятках, посматривая в мою сторону, и тяжело вздыхая. Он снова меня боялся.       - Садху-сан, ложитесь спать. Утром наверняка появится химэ. Так быстро волосы не растут, а значит, поведет в салон красоты. Исправлять будут с помощью магии. Небось список претензий уже есть. Дзёси вряд ли пойдет с вами на эту процедуру. Наверное, со стороны, я представлял жалкое зрелище. Заострившиеся скулы, лихорадочно блестящие глаза, худые ключицы в огромном халате... При одной мысли, что со мной сотворят в этом салоне красоты...       - Мист!! - Выругался я. - Фердамт! Шайсэ...       - Не ругайтесь. Всё равно потащит... И магически накачают во всех местах. Так сказать, товар лицом представят. Я как это представил, чуть ли не взвыл в голос. В этой капсуле действительно приведут тело в порядок, удалят волосы и, если нужно, отрастят их. Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!       - Да иди ты... спать!!! - рявкнул я, но Марк не обиделся, лишь лукаво посмотрел на меня и тихо завел свою шарманку:       - Я изучал этот язык, поэтому знаю значение этих слов. Мир смешался, смешались религии и языки. Получилось то, что получилось. В одном месте можно услышать разнообразную речь. Поэтому у Хранительниц многомужество, гарем...       - Топай отсюда. - Это сказано было беззлобно и он это почувствовал.       - Спокойно ночи! Марк с улыбкой направился к себе. Я вернулся в спальню, лег в постель. Долго ворочался, а потом усталость навалилась на меня, раскатала по кровати, и я решил подумать обо всем завтра. Или когда-нибудь.       Меня довольно резко разбудили, велев принять душ и одеться в принесенные наследницей вещи. Мия сегодня выглядела потрясающе, но в то же время была раздражена. Марку пару раз досталось от нее. Она сама копалась в моем гардеробе и выбирала одежду. Достала то, что принесла в подарок ее подружка. Я сдерживал свой порыв, напоминая себе, что она магичка и в дурном расположении духа. Причем на сборы Мия дала практически минут двадцать, а потом, нервно схватив меня под локоть, повела за собой. Все так быстро закрутилось… Я вышел из дома с тем же настроением, что и Мия. Злой, голодный, не выспавшийся и желающий прибить этот мир разом...Я был удивлен, когда возле ее авто обнаружил нового постельничего. Странный цвет волос. Он светло-серый, пепельный. Глаза карие, лицо миловидное. Он высок, но еще не сформировался как мужчина, миловидный юноша. Марк тоже посмотрел на него оценивающе.       - Нравится? - неожиданно произнесла Мия.       - Вы приобрели себе нового мальчика? — поинтересовался я. Этот вопрос был уместен с моей стороны. А вот Марк даже при ней спросить не может.       - Его имя Ингар. Красивый и такой чувственный. Заводится с пол-оборота. Вкусный и сладкий, а вот ты горький и противный, гад. От ее слов я вздрогнул не понимая, что не так?       - Чего так вылупился? Поцеловать невесту не мог? Она ждала. Я был в полном недоумении. А потом в мою голову пришла идея:       - А я думал об ответных дарах. Хотя о чем это я? Денег у меня на подарки нет.       - Сшей ей платочек на память, — с ехидством произнесла Мия.       - Так платочка и ниток нет... - парировал я. Оба постельничих смотрели на нас с открытым ртом. - А может, ей живопись нравится? Так у меня красок тоже нет.       - Залезай, Садху-кун. — прорычала на меня Мия. - У нас назначена программа ух.... Похоже, список огромен. Представляю, чего там невестушка захотела увидеть на моем теле. Я тоже заводился с пол оборота, но только в гневе и тихой ярости, но никак не в сексе....       Мы расселись в ее салоне. Она мне не позволила отсесть от нее. Машина тронулась в путь. Мия начала «атаковать» мой мозг по списку, который ей передала её подруга и моя будущая супруга. Отчитывала за то, что я холодная селедка и не сказал невесте ни одного комплимента. Я лишь вздыхал и помалкивал, пока меня отчитывали.       - Неужели в твоем словарном запасе не нашлось что-то, что порадует твою невесту? Она тебе позволила. Осталась наедине с тобой. Обнять не пробовал? Или хотя бы за руку взять, когда она так старается, так ждет от тебя хоть какого-то знака внимания? Ты же не камень, в конце концов. Или успел превратиться в него, пока я тут с тобой беседу веду? Я молчал, чувствуя, как щеки заливает краска. Слова Мии, хоть и резкие, попадали в самую точку. Я действительно был как камень, застывший и неспособный выразить то, что творилось внутри. Мия ждала моей реакции, оправданий, а я… я просто слушал, как она меня отчитывает.       - Ну же, ответь мне! – голос Мии стал чуть мягче, но настойчивость никуда не делась. – Она тебе нравится наверно? Так покажи ей это! Не словами, так делом. Сделай что-нибудь. Неужели так сложно сказать: «Ты сегодня особенно прекрасна»? Или просто взять ее за руку и посмотреть в глаза так, чтобы она почувствовала все, что ты к ней испытываешь? Ты же не хочешь ее расстроить, правда? Она так старается для вас обоих, устроила вечер, пришла к тебе, пыталась создать дружескую атмосферу… Понравится тебе, узнать лучше. А ты? Ты просто сидел и позволял ей делать все самой. Это нечестно. А еще молчал, был букой и бубнил едва слышно ответы. Я поднял глаза на Мию. В ее взгляде не было злости, только искреннее беспокойство. Она была права. Да со стороны так и выглядит, но ни одна из них не видит моих чувств.        - Я… я не знаю, что сказать, - пробормотал я, чувствуя, как голос дрожит.       - Не знаешь? – Мия усмехнулась. – А попробовать знаешь как? Подойти к ней, обнять крепко-крепко, прижать к себе и сказать: «Прости, я был глуп. Ты самая лучшая». В салоне авто повисла напряженная тишина, прерываемая лишь недовольным ворчанием Мии. Я же, словно мышь, забился в угол сиденья, и смотрел на нее пришибленно. Ингар, кажется, был ошеломлен разворачивающейся драмой и старался не смотреть в нашу сторону, всеми силами пытался слиться с обстановкой и не привлекать ее внимания. Он внимательно смотрел на дорогу, избегая нашего взгляда. Марк, напротив, с явным интересом наблюдал за происходящим, словно смотрел увлекательный сериал. Мии пришла очередная блажь и она выдала:       - Может, мне научить тебя, как именно обращаться с девушкой? Хмм-м? Я начал отбрыкиваться и отрицательно мотать головой, боясь, чтобы ей в голову не пришла очередная идея.       - Может, ты ни разу не целовался? — и так посмотрела на меня, что я покраснел как рак...       «Холодная селедка», — эхом отдавалось в моей голове. Это я то?? Да я сейчас скорее кипящий чайник, готовый вскипеть от праведного гнева! Но вместо того, чтобы выплеснуть все накопившееся, я лишь мысленно представлял себе, как наряжаю Мию в костюм этой самой селедки и отправляю на бал-маскарад. Внезапно в моей голове созрел коварный план. ... «А что, если сыграть в эту игру?» — подумал я. - «Что, если стать самым очаровательным, самым галантным ухажёром на свете? Довести эту невестушку до истерики своим вниманием. Вот интересно, она от меня откажется тогда?» Мы прибыли в салон красоты. Войдя внутрь, я остановился, внимательно оглядываясь по сторонам. Ого! Как тут всё устроено. Глаза разбежались от обилия зеркал, отражающих бесконечный калейдоскоп красок и форм. Словно попал в параллельную вселенную, где законы физики уступают место магии преображения. Атмосфера искрилась предвкушением перемен. Дамы восседали в креслах, словно королевы на тронах, в ожидании, когда кисти и расчески превратят их в богинь. Сказать, что я волновался, значит ничего не сказать. Нас встретили услужливые работники этого элитного, магического салона. Мия передала им список процедур предназначенных для моей особы. Меня пригласили в комнату и попросили снять одежду. Выдали специальный костюм для процедур, и.... погнали....       Через некоторое время мне указали на прозрачную капсулу, куда я благополучно и улегся.       — Сейчас закроется верхняя панель и начнется сеанс назначенных процедур. Главное, не бойтесь. Помните, все будет хорошо, — как-то уж ласково сообщили мне. Я же, заподозрил неладное... Сотрудник салона нажимал какие-то кнопочки, задавая параметры данные по списку. А мне ознакомится не надо? Это мое тело!! Но крышка уже захлопнулась. Несколько секунд ничего не происходило, а потом из крошечных отверстий начали проникать световые лучи и капсула стала заполняться непонятной жидкостью, которая непонятным образом проникала в организм. Я был полностью окутан белой субстанцией словно покрывалом. Мне оставили лишь часть лица, чтобы я мог дышать...        «А-а-а!» — мысленно закричал я, так как рот открыть не получалось. Как оказалось, мне зафиксировали не только руки, ноги и тело, но и челюсть. Надетый костюм был с магической составляющей. Тело чесалось. Интересно, что именно моя «невестушка» там назаказывала?       Меня охватило беспокойство: пусть я совершенно не чувствовал боли, но мерзкое ощущение проникновения чего-то постороннего в мое тело буквально сводило с ума. Еще никогда в жизни я так не "кричал" от ужаса! Даже с демонами... Благо, вскоре сознание сдалось, погружая меня в благословенную тьму. Открываю глаза, медленно приходя в себя. Сотрудник с улыбкой на лице произнес:       - Процесс прошел успешно. Это невероятный результат! А я подумал, что поздно махать кулаками и кричать, когда за это заплатили и за меня всё решили. Надеюсь всё не так страшно, как мне представляется. Просто кошмарные ощущения! Жажда крови проснулась с новой силой. Мне аккуратно помогли выбраться из медицинской капсулы. Первое, что почувствовал, – волосы. Они упали на лицо, скрывая мир, и оказались поразительно длинными, густыми, почти до пояса, с глубоким синим отливом. Я мысленно выругался. Ну зачем ей понадобились такие длинные волосы? Пока я мысленно возмущался мне помогли снять этот странный костюм, и позволили принять душ. Именно тогда я заметил, что на теле нет ни единого волоска, даже в самых интимных местах. Они удалены. И странное предчувствие подсказывало: они больше не вырастут. Провел рукой по подбородку – гладко. Бритва, похоже, стала ненужной. Тело тоже преобразилось: стало атлетическим, мускулистым, сильным и подтянутым. Ушла прежняя худоба, словно я набрал мышечную массу. Будто не было этих голодных месяцев... Теперь на одной руке красовалась большая татуировка – переплетение стеблей, листьев и цветов роз, придающее образу экзотическую загадочность, навеянную, кажется, японской культурой, самурайскими традициями. Это добавляло экзотический и загадочный вид. Ну, насчет татухи и нормально подтянутого тела, не могу сказать ничего плохого. Мама мне запрещала делать татуировку, а я наоборот хотел. Правда и здесь мне выбора не оставили, но не буду придираться к деталям. Выйдя из душевой, я тщательно вытерся мягким полотенцем и начал одеваться. Вроде бы ничего так, только волосы с непривычки мешаются. В процедурную заглянул работник салона и предложил пройти с ним в другое помещение. Никогда не ухаживал за своими ногтями, а тут меня привели на маникюр. Еще какое-то время мои пальцы приводили в окончательный приличный вид. Даже покрасили бесцветным, защитным лаком от повреждения, придав ногтям ухоженный вид. Но и это не все...       Меня отвели в зал и усадили в кресло, чтобы привести волосы в порядок. Я взглянул в зеркало, и отражение показало мне не только физическую трансформацию, но и что-то более глубокое — новую идентичность. Лицо, которое я видел, было незнакомым, но в то же время знакомым, как будто я всегда знал, что однажды стану таким. Внезапно в голове пронеслась мысль, что, возможно, я не единственный, кто пережил подобное. Постельничий... И все женихи богатых и состоятельных Хранительниц? Возможно. Глядя на этого Тэхёна Чао и Цзян Ли можно предположить, что они будто улучшенная версия. Да наверняка. Снова вглядываюсь в свое отражение. Мои черты лица стали немного другими, словно они выражают силу и решимость. Четкие линии подбородка и скулы. Я словно повзрослел немного, это придает мне мужественный и суровый вид. Так, наверное, я бы выглядел года этак через четыре. Глаза стали казаться глубокими и выразительными, что передает мой внутренний мир и эмоции. Они и ресницы переделали, стали густыми и чуть подлиннее. В целом, моя внешность создает впечатление человека, который привык к трудностям и готов к любым вызовам. Я смотрел на себя во все глаза и хотел глубоко вдохнуть, но вместо этого из груди вырвался какой-то хрип. Мне пришлось до боли закусить губу, чтобы снова научить себя дышать. Таких сильных изменений я точно не хотел и не думал, что она этого хочет...       Дыши, Садху! Дыши!!! Ну хоть как-нибудь… Едва до моего, притупленного потрясением сознания дошло, в какой ловушке я оказался, мысли заметались как бешеные. Забилось сердце, дыхание сбилось, заставив меня хрипеть и сипеть, досадуя на свою дурость. Ты её собственность. Как захочет, так и будешь выглядеть.        Зато у парикмахера таких мыслей не было. Он рассказал о различных способах ухода за волосами, и я погрузился в мир ухода за собой. Хм... Много чего полезного я узнал и многому научился. Меня никто не торопил, не подгонял и не кричал за сделанные ошибки. Лекция, как и сам мастер-класс, подошел к концу. Парень, обучавший меня всем этим штучкам, принялся приводить мои волосы в порядок. Подстриг челку. Боковые пряди волос собрал на затылке, чтобы не мешали. После этого начал плести косички. Он украсил их красными лентами, что придавало мне особую привлекательность. Я посмотрел в зеркало в полный рост, чтобы полностью оценить свой образ. Формы стали более плавными и совершенными. Хищными... Они подчеркнули мою расу. Просто восстановили, не улучшили, нет. Я походил на своего отца. Маминого не осталось ничего. Но одно в этой жизни останется неизменным: это взгляд парня, познавшего горе, потери и боль утраты. Мы услышали шаги, вошла Мия и замерла.       - Дзёси, все процедуры выполнены согласно требованиям уважаемой невесты Айко Мёдзи. Его тело стало более совершенным. Все недостатки исправлены. Проведено восстановление тканей. Мия некоторое время пребывала в ступоре. Я терпеливо ждал, но она продолжала смотреть на меня не мигая. Мастер молчал и понимал в каком потрясении находится Хранительница. Руки пришлось сцепить в замок, пальцы слегка дрожали.       — Химэ Мия, с вами всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовался я. Она вздрогнула от моего голоса. Блин, они и его немного изменили...       — Да-да… Просто всё так непривычно, — пробормотала Мия, стараясь не покраснеть. — Все процедуры оплачены, следуй за мной. Всегда удивлялся, зачем нужны такие правила: сначала пропустят, а потом обгонят, чтобы показать дорогу. Я бы и сам не заблудился и нашел выход из салона. Стоило нам выйти на улицу, как дверь автомобиля открылась и на тротуар выскочил Ингар. Он забыл обо всем и уставился на меня, как на музейный экспонат. Мия даже не отчитала его за это. У-у-у, как всё запущено в производстве! Такого ошеломительного эффекта, похоже, никто не ожидал. На меня посматривали даже прохожие. Я залез в салон и расположился в отдельном кресле. Марк молчал и смотрел на меня, забыв как дышать. И он туда же... Вся процедура заняла несколько часов. Меня подкармливали, но есть хотелось неимоверно.       Дальнейший наш путь проходил в полном молчании, но меня это совершенно не напрягало. Я с интересом наблюдал за происходящим за окном. Вместо того чтобы направиться домой, мы решили зайти в ресторан. Глубоко вдохнув, решительно переступил порог. В ресторане, и вообще в общественных местах, я был впервые и чувствовал себя неуютно. Мия заказала для нас еду, продолжая посматривать в мою сторону и молчать, что-то на нее вообще не похоже. Даже Марк это заметил. Звучала тихая непринужденная мелодия, располагающая к отдыху. Нам принесли заказ. Отпив немного сока, я перевел взгляд на Мию. Ее глаза, обычно полные озорства и смеха, сейчас казались задумчивыми, словно в них отражались неведомые мне мысли. Легкая тень пробежала по ее лицу, и я почувствовал, как мое сердце сжалось от необъяснимой тревоги. Марк, сидящий напротив, тоже явно ощущал эту перемену в атмосфере: его обычная болтливость утихла, и он с не меньшим любопытством наблюдал за Мией. Я хотел спросить, что случилось, но слова застряли в горле. Казалось, даже воздух в этом уютном зале стал плотнее, наполненный невысказанными вопросами и ожиданием. Ингар вовсе сидел и не отсвечивал, уткнувшись в свою тарелку. Я не выдержал накала:       - Что-то не так, Химэ Мия? Что-то из данного списка не было выполнено?       - Нет,- так тихо и вкрадчиво произнесла она. - Просто теперь она совсем потеряет голову от тебя. А ты бездушный, айсберг... Ингар поперхнулся и закашлялся. Марк опустил голову и тоже уставился в тарелку.       - Химэ Мия, сколько мы с вами знакомы? Вы прекрасно знаете мой характер. Он по-прежнему остался таким, какой есть, и изменения тела не касаются моей души.       - Айко тебе нравится? - и смотрит так пронзительно, выжидает.       - Не могу ответить на этот вопрос. После мы ели молча. Я посматривал на окружающую обстановку с интересом исследователя.       - Скажи, какое у тебя хобби? Этот вопрос стал для меня неожиданностью. Что я больше ненавижу из того, чему обучали в школе, я прекрасно знаю, а вот хобби? Люблю читать, но она начнет пихать всякую чушь. А книги, которые мне нравятся, считаются запрещенной литературой. Ну, пожалуй, более или менее у меня получается рисовать и писать стихи, но о последнем точно не стоит говорить. Поэтому остается один вариант, который ее устроит.       - Рисовать. Плести «Шамбала» и фенечки. Но это было давно. Мне нравится изучать различные техники вязания узлов. Полезная вещь. Ходить в походы. Читать книги по истории... Она поняла, что я слишком долго обдумывал ответ, а значит правды она от меня не услышит.       - Значит те книги, что подарила моя подруга будут стоять и пылиться, так? Молчу. Она вздыхает и прекрасно понимает, что так и будет. И не было сказано ничего о кулинарии, вязании, шитье...       - Как же с тобой тяжело. Ты обдумываешь каждый свой ответ. Взвешиваешь его и заранее предполагаешь мою реакцию на твои слова. Тебе не нравится Айко. Ты не любишь шить, вышивать, вязать... До бесконечности можно перечислять, что ты не любишь. Что же ты любишь, братец? — прошипела она. Высказалась и вновь приступила к еде. Я тоже поспешил доесть. Она будет меня наказывать, и, похоже, уже нашла повод. Отвлек ее звонок коммуникатора на браслете связи. Мия подключила гарнитуру наушника и стала внимательно слушать. Ее взгляд скользил по мне.       - Мы провели все процедуры и сейчас сидим в ресторане «Самурай», - ответила она своей собеседнице. - Я могу спросить его, если хочешь? Хорошо... Хочешь увидеть?. О, он в прекрасной форме. Отбиваю его от взглядов прекрасной половины... - кокетливо и дразня произносит Мия. - Да, я куплю ему новый браслет, чтобы ты могла с ним общаться. Его просто старой модели и он ни с кем до этого не общался. Ему сложно привыкнуть. Садху вообще не очень общительный и сложно сходится с людьми. Наберись терпения. Я сейчас спрошу?       - Садху, Айко спрашивает насчет церемонии. Какую именно ты бы хотел? Припоминая наш разговор с Марком и обдумывая все вариации, усмехнулся. Я сам — никакую... И загадочно улыбаюсь... Ответ очевиден. И всякие там первые и вторые пусть мечтают о пышных свадьбах, лишь бы угодить ей. Мне же лучше...       - Регистрация брака без свадьбы. Я не расстроюсь и даже буду рад, если вы примете такое решение.       - Не обижайся на него. Это же лидокаин, а не парень. Да... Я пытаюсь, но из него вытянуть что-либо сложно. Садху, Айко спрашивает, ты не будешь против Ёна? Он хочет придти к тебе и поиграть в Го.       - Может, он тогда и научит меня играть в эту игру, — отвечаю я. - А то даже правил игры не знаю.       - Ты сама все слышала. Он оказывается играть не умеет. А ты переживала. Пусть Ён приходит или может сама поучишь его. Хорошо. Я все поняла. Мия завершила звонок и посмотрела на меня предупреждающе.       - Только попробуй все испортить, - прошипела она. И взгляд такой многообещающий. - Я потом отправлю тебя в кабину восстанавливаться, но ты свое схлопочешь, если обидишь. Будь вежливым и галантным, - шипела она разъяренной кошкой. Ее глаза сверкали магическим светом. - Я все подготовлю и закажу из ресторана ее любимые блюда. Марк, — перевела она взгляд на него. — Как только его невеста прибудет, чтобы своего носа из комнаты не казал, ясно? Ему ничего не оставалось, как кивать.       - А ты будь нежным и приветливым, - припечатала она. - Если она откажется от тебя, то поверь, твоя жизнь ломаного гроша стоить не будет. Ты увидишь ад в реале. Поел? Она обвела взглядом пустые тарелки, дала знак официанту и расплатилась за наш заказ. Мы с парнями переглядывались, не понимая, какая муха ее укусила. Может, пчела в зимний период проснулась или змея... В общем, настроение у Мии, как качели. Зашибет и не заметит.       Мы покинули ресторан. О, боги!! Она потащила нас по магазинам. Спасите кто-нибуд! Она накупила мне карандашей, кисти, краски, мольберт. Все для вышивки и плетения... Хоть и молчала, но взгляд был просто убийственный. Поэтому тоже молчал и думал, что мастерской у меня нет и кладовая не резиновая... Моего мнения не спрашивали и лишь одаривали злобными взглядами, обещая все кары мира. Нет, были и приятные покупки. Мне понравился магазин техники. Для меня приобрели робота-уборщика, тот самый браслет связи, причем с защитой от воды с погружением в бассейн, большой экран с подключением к сети, чтобы я мог с невестой смотреть фильмы. В мебельном Мия приобрела диван. Это еще один список? - промелькнул вопрос. Зачем-то приобрели новую сумку для школы, плавки, очки, обувь для бассейна. И столько гадостей и шипения выслушал, что ещё долго придется разгребать завалы. На улице давно стемнело и наконец-то мы сели в машину, чтобы отправится домой. Я устал морально и физически. Она продолжила поедать мне мозг даже в машине, стуча ложкой по черепу и требуя добавки. Я скрипел зубами и молчал. Чем больше она заводилась, тем больше я отворачивал взгляд и отрешался от мира и не реагировал на ее выпады. Ее несло. Она злилась.       - Садху!!! - прорычала она.       - Я не твой, — сорвалось с моего языка и она задохнулась хватая ртом воздух... Как прост был ответ. - Для того что ты накупила у меня нет места. Нет мастерской.       - Будет, — произнесла она. - И надевай браслет. Я внесла в него номера мамы, мой, твоей невесты и ее двух женихов. Ёна тоже, так как он будет приезжать к тебе. Подчинился. Решил, что справлюсь с этой задачей и внесу кого-то в черный список... Я для них всегда буду недоступен.       Мы вернулись домой. Я двинулся к себе. За моей спиной маячил силуэт Марка, но он не мешал мне. Нужно было обдумать новую главу своей жизни. Я угадал, что, увидев меня преображенным, Мия разозлилась, что, пусть только на бумагах, но я ее брат, а так - мы с ней чужие. Она разглядела во мне парня, и что придется отдавать другой. Вот и весь концерт по заявкам. Власть и деньги все равно перевесят все чувства, что она сегодня испытала. Ничего, постепенно привыкнет. Мне нужно задуматься о двух серьезных проблемах. Первая чуть легче, так как для барахла место найду, а вот встреча с невестой... Тяжелый вздох и глаза к небу: ну почему в этом месте так редки прорывы и разломы?

Мия

      Мои дурные мысли не давали мне покоя… Я упорно убеждала себя собраться, стараясь вернуть сердцу нормальный ритм. «Мия, соберись! Если Садху заметит…» Но я снова утонула в темно-янтарных озерах его глаз. На мгновение прикрыла веки, глубоко вдохнула и, собравшись с мыслями, засыпала Садху вопросами. Я бесилась и злилась. Эти качели разрывали меня на части. Долг и чувства... Внезапно остановив поток своей речи, я задохнулась от осознания правды, которая оказалась самой очевидной истиной во Вселенной. На миг я, казалось, окаменела от признания им очевидного, не в силах поверить в услышанное.       - Я не твой... Не мой жених... Лишь приемный брат. Грудь сдавило невидимыми тисками, не давая возможности вдохнуть. Я сама себе напоминала выброшенную на берег рыбу, беззвучно открывающую рот. Мы больше не чужие, и оба знали это. Он умен и проницателен. Садху понимал меня без слов. Да, я видела в нем мужчину своей мечты, но осознала это только что, и мой интерес нужно прекратить. Я не могла подвести маму и предать подругу. Садху был для меня мечтой и сладким искушением. Мне хотелось узнать о его жизни все, до мельчайших деталей. Но он все больше уходил в себя, прятался в лабиринтах души. Я посоветовала Айко, чтобы Ён разговорил его. Может ему он откроется, и расскажет о своих интересах. А еще я предложила поставить в доме камеры, чтобы видеть и слышать его, и артефакты защиты.