༒• Последний Герой: Война двух Миров •༒

Судьба — как ветер, что несёт куда-то, Не выбирая путь, не зная цель. И мы идём, как будто бы куда-то, Забыв, что сердце — это не постель. Но даже в ранах, в трещинах души, Есть отблеск света, что не погаснет вмиг. Любви таятся памяти осколки, стирать их не спеши. Судьба — не рок, а выбор, что вершится, В сплетенье судеб, в каждом новом дне. И в них горячее сердце бьётся, Напоминая о тебе.

·: *¨༺ ✞︎ ☠ ✞︎ ༻¨*: ·

Цзян Ли

      В любой ситуации главное — сохранять самообладание. Что я старательно и делал. Впрочем, нам от этого не легче. Военная академия — не пансион благородных элитных мальчиков. Иногда кажется, что нас не тренируют, а просто издеваются, замеряя всякие параметры для какой-то «научной работы» или для проверки, как организм выдерживает нагрузки. И ведь нас отлично натренировали, а прошло всего ничего времени. Удивительно, каких результатов мы достигли за год обучения, хотя только недавно начали этот путь. Интересно, каких высот мы сможем достичь к его завершению?       Начался второй этап: курсанты изучают теорию и закрепляют её на практике. В реальной жизни нам пришлось отрабатывать тактику и технику патрулирования, тактические приемы пехоты. Мы также прошли полный курс десантной подготовки. Моя влюбленность не вписывается в плотный график обучения, и это настоящая проблема. Точнее, настоящая беда. Разлука с любимым человеком — двойная беда, потому что мысли периодически отвлекаются, и теряется концентрация. Удивительно, как чувства могут мешать жить. Нас учат держать в узде не только собственные мысли и эмоции, но и различным техникам контроля окружающих. Наша группа — уникальный, особенный проект. Официально мы находились на попечении адмирала Традонии, лучшей Хранительницы из лучших и в военном деле, и в переговорах. Нам давали знания по языкам, дипломатии, управлению самолётами и программированию, а также проводили тренировки, которые заставили бы любого супергероя из кино почувствовать себя новичком. Наши курсанты уже сейчас находятся на особом положении: режим секретности здесь строже, чем на всех военных факультетах вместе взятых. Объём изучаемых дисциплин и физические нормативы выше, чем у тех, кого готовят в качестве мастеров Смерти. А физические тренировки… Не знаю, для чего такое их количество и качество. Мы сами не знаем, кого на самом деле из нас готовят. Видимо, кто–то пишет научную работу по издевательствам над курсантами.       Кроме того нас продолжали пичкать добавкам. Мы приспособились к этой отраве в еде и напитках, и, кажется, наше тело эволюционировало на новый уровень. Все курсанты заметили, что их выносливость и скорость передвижения, а также слух и зрение улучшились. Многие парни начали задумываться: неужели нас готовят к роли суперсолдат? На этот вопрос удовлетворительного ответа нет. Но главное, что никто не узнал нашу тайну, мы ее тщательно скрываем. Увы, в последнее время нет свободной минуты открыть тетрадь и прочитать пару строк по магии. Это плохо...       Сегодняшний день ничем не отличался от таких же дней до этого.Всё шло, вроде бы, по плану обучения. Курсанты сидели под тентом. Это место являлось лекционной. Там же находились стулья со столиком и интерактивная доска. Шёл уже целый час занятий. Курсанты повторяли и закрепляли полученные знания. Вторым был урок по порталоведению, изучению нежити, нечисти и способах уничтожения её в полевых условиях.       — Через неделю состоится ваш экзамен. Я уверен, что все участники будут хорошо подготовлены и смогут показать чему научились за это время, — произнес профессор Даррел Гот, внимательно смотря на наши ошарашенные лица. Это он сейчас о чём? О каком экзамене? Никто не был в курсе и не знал, чего еще ожидать от наших преподавателей. Боюсь даже представить, что ещё могут придумать госпожи адмиралы. Он подал знак, и все снова обратили на него внимание, но с недовольством, можно даже сказать, хмуро.       — А чего вы хотели, курсанты? Думали в сказку попали? — Он усмехнулся произнеся эту фразу, — нет вы не в сказке и поверьте сказания еще впереди. «Это он о чём сейчас намекнул?» — пронеслось у меня в голове. - «О каких еще сказаниях? Это он о том, что нас ждет впереди?» Слова были произнесены с подтекстом, и я мгновенно уловил его, как внутренний сигнал тревоги, предупреждающий об опасности. В последнее время он всё чаще нашептывает мне, понимаю это, но сделать ничего не могу. И уж больно он хищно обвел взглядом наши лица. Ох, не нравится мне всё это. Как же не нравится, но нам деваться некуда. Лишь только под трибунал, а могут лишить и жизни. В мои планы такой расклад не входит.       Другие лекции, в этот день, были не такими увлекательными — возможно, потому, что не все преподаватели вели свой предмет столь же интересно. Помимо этого, пришлось заниматься изучением дыхательных аппаратов замкнутого и открытого цикла, пройти курсы поведения в плену и выживания, приобрести навыки тактики поведения во время допросов, организации взаимодействия других пленников с целью противодействия врагу, а кроме того, научиться способам побега и выживания в дикой природе.       Время приближалось к вечерней тренировке, и мы не расслаблялись. Со временем нагрузки стали восприниматься гораздо легче.       Вдруг раздался пронзительный вой тревоги. Мы с парнями переглянулись, подскочили со своих мест и стали покидать аудиторию. Ивар ворчал…       — Что ещё эти придумали?       — Надеюсь, не ночной забег или погружение под воду… — Сан Тан высказался, поддерживая мысли друга. Да и я сам подумал не о самом лучшем проведении ночного досуга. Вой сирены разрывал тишину, заставляя кровь стынуть в жилах. Сейчас существовало лишь одно — приказ командования. Мы поспешили выйти из палатки. Курсанты бросились на построение. Земля дрожала от их шагов. Каждый стремился занять своё место в строю. Вечерний ужин казался забытым, сон — далеким воспоминанием. Наши командиры и высший состав ожидали нас на плацу общего сбора.       Плац, обычно такой широкий и пустынный, мгновенно заполнился людьми. Выстраивались в два ряда, ровно, плечо к плечу, спина к спине. В воздухе висело напряжение, как перед грозой. Лица курсантов были серьезны и сосредоточенны, каждый взгляд устремлен на трибуну, где возвышались командиры. Сегодня их лица, которые обычно выражали уверенность и злорадство, были словно высечены из камня. Чувство, что что-то пошло не так и отклонилось от их изначального замысла, охватило меня. Паника, холодная и острая, подобно осколку стекла, пронзила мои нервы. Этот импульс исходил именно от них. Откуда у меня возникло такое убеждение? Это остается необъяснимым. Предчувствие и внутренняя интуиция — вот те два компонента, на которые я мог опираться в своих выводах. Кроме того, мое сердце испытывало острую боль, а на душе лежал тяжелый камень, словно тянущий меня на дно.       Командир полка, генерал-майор Петерсон, вышла вперед. Глядя на неё, осознал, что предчувствие меня не подвело. Сегодня она не такая радостная и не такая язвительная… В общем, садистка в ней лежала на полу в конвульсиях. Её голос, усиленный магией, прозвучал над плацем, похожий на удар грома.       -Курсанты! — гремел её голос. — Наш мир в опасности! Мы — щит! Мы — его надежда! Три отряда, направленные в горячую точку для выполнения поставленной задачи, попали в крайне тяжёлую ситуацию. Они смогли закрыть портал и предотвратить проникновение нежити и нечисти в наш мир, но, возвращаясь на базу, угодили под блуждающий портал. Как мы все знаем, оттуда никто не возвращается… Нет… Нет… Я не могу поверить в это. Кайто, Кай, Рик, Ён и мой Садху… Нет… Боже, пусть они выживут! Никогда раньше я не молился так отчаянно. Моё сердце начинает колотиться где-то в горле… Дыхание сбивается… Что ещё придётся пережить? Шок и неверие. А ещё понимание, что здесь мне больше ничего не нужно… Сан Тан, стоя рядом, уловил все мои эмоции разом. Для него это тоже боль потери, но не такая, как для меня, не такая, как для Ивы и Ивара. Я и не думал, что этот день перевернёт мою жизнь и разделит её на «до» и «после». Я-то думал, она разделилась раньше, когда Садху ушел с отрядом и нас разлучили. Нет. Вот настоящая граница. Мне нечем дышать… Там что-то говорят, а я не слышу, не вижу, не живу больше… Я в бездне… В адовой бездне тьмы и холода.       Нас отпустили. Я передвигался, словно запрограммированный механизм или марионетка. А в мыслях крутится: «Садху со мной нет... Он ушел или там что-то случилось. Я не верю, что он погиб. Я не верю, что парни не смогли спастись… Не верю!» Как только мы добрались до палатки, Ива обнял меня.       — Даже сейчас я уверен, что с ними все будет хорошо. Не теряй надежду. Садху — сильный воин, он не даст им погибнуть. Верь в него, слышишь? — Мой друг шептал, а я только кивал, но его слова не могли преодолеть стену отчаяния, которая окружала меня... Я чувствовал себя опустошенным, словно из меня выкачали всю жизнь. Мысли метались в голове, как загнанные звери. Слабому нет места среди нас. Я это знал, как знали и мои друзья. Поэтому мужская дружба своеобразна, она крепка, часто верная, иногда долгая, но почти всегда — с издёвками и розыгрышами. И без снисхождения. И ждать его сейчас не стоит. Хреново всем. Не только я переживаю, но и мои друзья.             Всё, лично для меня, утратило значение, и страницы моей книги жизни больше не перелистать. Она завершена. В один миг мой мир рухнул, оставив только обломки и пыль. Сдаться? Возможно. Но станет ли это верным выбором? Или, может быть, стоит бросить вызов Судьбе и попытаться создать продолжение своей истории? Я посмотрел на Сан Тана. Его лицо было бледным, но в глазах читалась решимость. Мы были вместе в этом, хоть и каждый по-своему переживал горе.       Ночь прошла в тумане. Я не спал, просто лежал и пялился в потолок палатки, пытаясь понять, что случилось. Как они могли попасть в этот блуждающий портал? Идти туда — это же самоубийство, зная, что вернуться шансов нет. Они что, реально понимали, на что идут? Или это просто какая-то дурацкая случайность? Столько вопросов, и каждый раз думаю: «А что, если бы он поступил так...» Время тянулось бесконечно. Правильного ответа у меня нет. Садху непредсказуем, и он может поступить так, как не думаю я. Вздыхаю. На душе паршиво, хоть вой. Где он ответ? Ли, сейчас ты минуту поплачешь, затем все же ляжешь спать. Ты не железный и имеешь право иногда быть слабым, главное, чтобы никто, кроме тебя, об этом не узнал. Слёзы не полились. А вот душа выла и металась. Я сжал кулаки до побеления костяшек. Дыхание стало рваным. Пусть все так, но я всё равно верил… Верил, что судьба хоть и разлучила нас, но чувства мои не изменятся. Воспоминания о Садху, о его смехе, о том, как он всегда подбадривал меня, когда я сомневался в себе, нахлынули с новой силой, причиняя невыносимую боль. Я не мог позволить себе утонуть в отчаянии. Я должен был бороться. Долго жалеть себя не позволил. Я был воином, готовым сражаться за тех, кого люблю.       Закрыл глаза и мне приснился он. Его улыбка, тихий смех. Мы сидели на берегу реки вдвоем, он обнимал меня, как тогда, у зеркала, что-то пошлое шептал и язвил. Я желал его, любил его, и признался, как сильно скучаю…       Утро принесло лишь новую волну тревоги. Нас накрыло куполом, как сеть для ловли рыбы… Но и то, не сразу догадался… Друзья не могли понять, что происходит, но, оглядываясь вокруг, они убеждались, что всё вроде бы, остаётся прежним. Однако откуда же тогда берётся это тревожное чувство?       На плацу снова построение. На этот раз атмосфера была иной. Вместо шока и неверия в глазах курсантов читалась решимость. Генерал-майор Петерсон снова вышла вперёд, но на этот раз её голос звучал не как удар грома, а как сталь.       — Курсанты! — произнесла она, и в её голосе не было ни тени сомнения. — Наши друзья погибли, но их жертва не останется незамеченной. Мы продолжим их миссию. И будем оберегать наш мир. И обязательно найдём способ вернуть тех, кто ещё может быть жив. У вас есть час, чтобы подготовиться. Затем мы отправимся на место и проведём разведку. Всем взять снаряжение! Приказы не обсуждаются. Поэтому вернулись обратно, позавтракали, получили сухпаек и выкладку. Собрали свои вещи, палатку, спальники, всё уложили в магические рюкзаки. Набрали большие фляги воды, получили медикаменты. Во всей этой суете некогда было анализировать, но звоночки были… Страх охватил нас, это не обычные учения. Первое, что заметил, — странное поведение Хранительниц. Они тоже собирались куда-то, словно сломанные куклы или марионетки…       Ситуация вызывает тревогу. Изменения происходят постепенно, и не сразу становится понятно, насколько всё серьёзно. Командование опоздало с борьбой с агрессором. Противник обладает значительным преимуществом. Нашу тревогу и напряжение сложно игнорировать. Они буквально захватывают нас, разрушая все сомнения. Но мы ещё не осознали, в какую ловушку попали и с кем имеем дело. Пока у нас только догадки, полной картины нет.       Оглядываюсь по сторонам. Вся военная база будто разом подчинилась одному приказу — дислокация. С нами такого не было. Куда нас переправляют? Что происходит? Но тут замечают многие перемены на нашей территории. Раньше этого здесь не было. Или было, но мы настолько слабы, что не могли это увидеть и распознать… А чего еще можно ждать, когда одна из сторон лагерного полигона вдруг начинает искрить… В воздухе витал необычный, неприятный запах. Небо приобрело странный цвет, размытое, будто мы находились под куполом. Это напоминало наблюдение за небом через затемненные очки. Солнце и облака… Купол. Сильный магический купол над всей территорией. Это уже не смешно и не весело. Это не анекдот и не сказка… Сказка, похожая на кошмарный бред или сказание, как ужастик из фильма. Сердце бешено колотится. Случайно замечаю, что глаза ротных курсантов, которые не обладали магией, стали мутными и пустыми. Сжимаю ладони в кулаки. Мы пребывали в неведении. Почему тогда командование, если это нападение, не поднимает тревогу? До меня медленно начинает доходить, возможно, высший состав и есть враги. Сознание кричит о страшной опасности, но я не могу сдвинуться с места. У меня засосало под ложечкой. Происходит неладное. Сердце сжалось от тревоги. Дурное предчувствие охватило меня, пробежав холодком с головы до пят. Я думал, что это всего лишь кошмарный и абсурдный сон, где ослепительно яркие прожекторы освещают бетонные плиты плаца, и длинные тени взводных сержантов выглядят совершенно нереальными. Вдруг мимо меня прошёл нелюдь, который выглядел как военный, но с хвостом. Очень смутно похожий на нашего сержанта Курта. Брр! Может, это галлюцинации? Нет, я вроде бы ничего не пил. Я посмотрел ему вслед и был потрясён. Происходящее с нами сейчас похоже на оживший кошмар… Абсурд! Мы были обречены. Нас накрыло словно вторым покрывалом… заклинание подчинения… Сознание проваливается в странный транс. Дальше я будто отрешенно наблюдаю за всем со стороны. Телу плевать на осознание опасности, и почти не реагирует. Вернее, я тоже, как марионетка, повторяю за всеми, и не получается снять это оцепенение. Мысли вязкие, как кисель, и я в ужасе понимаю, что происходит. Сбор состоялся. Мы вновь стоим в строю. Все хранили молчание. Приказ был отдан, и это факт. Осознание происходящего охватило всех одновременно, но никто не мог правильно отреагировать на странности, которые творились вокруг. Все замерли, когда рассеялась иллюзия, окутывавшая наших командиров.       Маски сброшены, и перед нами — те, кого раньше считали своими командирами. Там не было людей. Кто они? Почему Хранительницы не реагируют? Магия? Заклинания? Где настоящий высший состав академии и базы? Ничего не понимаю. Не чувствую своё тело… И это пугает. Странным было всё: свечение, возникшие из ниоткуда иномирцы-захватчики. И это на военной базе? Сознание плывёт, будто в вязком тумане… Опасность. Я делаю глубокий вдох, и в нос ударяет невыносимый запах. Он тошнотворный, смешанный с запахами трав, гари и разложения. Мой взгляд останавливается на одном из воинов: он высокий. У него идеальное тело с блондинистой головой и суровым рисунком губ; гармонично-бугристые руки с крупными сильными кистями и широкими запястьями; мощная грудь и такие же ноги; кубики пресса на животе. Я замираю... Они все... Задыхаюсь от ужаса… Паника разрывает меня изнутри, нещадно втыкая в сознание острые иглы смертельного страха… Никто на Земле, похоже, нас не спасет и не сможет им противостоять. Тик-так… Наше время заканчивается… Капкан растянут… клетка открыта… ловушка расставлена… И мы в ней, как тараканы или крысы. Выхода нет. Поздно рыпаться. Нас накрыло полностью сетью хищника. Дышу. Рвано. Шумно. Хотелось бы тише… По территории базы ходят чужаки — иномирцы. Их телосложение напоминало человеческое, а одежда состояла из изношенных кожаных штанов и льняных рубашек со шнуровкой. Однако, несмотря на внешнее сходство с людьми, эти существа не являлись людьми. От человека они отличались наличием массивных рогов, выраставших изо лба и резко уходящих назад, голубым цветом кожи и адским пламенем, полыхающим в бездонных глазах. У них длинный хвост, такого же цвета как и кожа, с кисточкой на конце. Пальцы рук могли трансформироваться в дополнительные острые когти. И даже длинные волосы, собранные в хвост, им шли, подчёркивая их гипертрофированную мужественность. Во всём этом было что-то странное: от внешности и прически, до одежды и оружия в руках… Я понял: они сами по себе были концентратом опасности. Это легко читалось в позах, выражениях красивых мужественных лиц, во взглядах… Но это не всё… Их женщины тоже имели рога, но они были полностью белоснежными от кожи до волос, красивыми и стройными, как богини, не чета нашим Хранительницам. Оружие... С виду серьезное, хотя я никогда такого не видел. Выглядит как что-то из области фантастики, стреляет лазерными лучами. Мы только читали об этом в книжках и видели в фильмах. Лазерный луч пробивает тело насквозь, и смерть наступает мгновенно. Поэтому сто раз подумаешь, прежде чем сказать что-то необдуманное. Среди учеников младшего отряда «мастеров смерти», которые проходили практику, оказались существа с синей кожей. Они прятались под иллюзией. Это был обман зрения, а может использовался отвод глаз. Сколько заклинаний присутствует тут. Я не опытен в знаниях по магии, и это лишь мои догадки и предположения. Я банально подвис, рассматривая мужчин и женщин другой расы. Они произвели сильное впечатление, что и говорить.       Тело будто током ударило, и мысли… Много их на мою голову свалилось. Эмоции захлестывают, как волны. Охватило сильное волнение, я весь сжался. Слова застряли в горле, не в силах вырваться наружу. Страшно, пипец. Ситуация сложилась, мягко говоря, не самая приятная. Да, жопа полная, а не ситуация! Нельзя недооценивать противника, тем более уже находяшщегося на твоей территории. Захват уже состоялся... А мы ни сном ни духом не ведали. Охреневаю! Стою и смотрю, как стройные и сильные хищники с уверенными, но плавными движениями передвигаются по военному объекту. Каждое их действие выверенно и экономно, исполнено с грацией и хищной точностью. Учитывая, что я успел оценить ошеломляющую скорость их движений, осознаю предельно чётко: нами сейчас распоряжаются настоящие машины убийства. Все в шоке. Хранительниц устранили. Они стоят обездвиженными куклами и хлопают глазами.       «Дурынды! Вот ваша хваленая распальцовка. Проморгали всё», — думал я, а может, и не только я. То была праведная ярость на Хранительниц парня, защищающего свой дом и свою правду. Ну кому она сейчас нужна, когда уже всё свершилось.       Мы могли лишь беспомощно наблюдать за разворачивающимся действием. Они явно доминировали, а мы оказались в роли беззащитных жертв, не зная, какие планы у них на наш счёт. Мы как зомби стоим на плацу со своими вещами и смотрим пустыми глазами. Защиты нет против них. И, я так понимаю, вся власть в их руках, и у них всё под контролем. Никто не подаст сигнал SOS. Как же это тяжело – знать, что ты всего лишь винтик в механизме, где решения принимаются не тобой и не для тебя. Где твои чувства, твои страхи, твои мечты – ничто. И смотреть, как эта машина равнодушно перемалывает жизни, не слыша криков отчаяния, не видя слез. Душевная боль. Невыносимая, всепоглощающая. Боль за тех, кто наивно верил...Кто вкладывал душу в наш несовершенный мир, а получил лишь плевок в лицо. Как выдержать это знание? Расслабились, думали, уже на вершине, и как больно пали эти хозяйки жизни. Надежда таяла с каждой пройденной секундой. Каждый из нас понимал: не будет так, как было до этого момента. Крапленые карты открыты, и мы проиграли, не начав борьбу. На нас смотрели как на грязь, но всё же решили просвятить глупых и наивных человечек.        — Наша раса, Вако, а вы наши пленники, — произнесла бывшая преподавательница Громм. Выглядела она теперь очень молодо. Эти ее рога, белоснежные волосы и пронзительно холодные глаза вызывали лишь мороз по коже. — Рабы… Обученные и такие сладкие… А еще доноры. Что грязевые черви, не можете шелохнуться? Так и будет дальше. Вы никто. У вас теперь нет имен. Никто на её слова даже шелохнулся, а она смеялась, как ненормальная. Упивалась властью. Кажется, я начал понимать, что случилось... Слишком поздно. Инопланетяне вторглись на Землю и начали процесс захвата планеты, забирая людей. Целью данного процесса является модификация человеческого организма, что свидетельствует о существенном изменении биологической природы человечества. В настоящее время остаётся открытым вопрос о статусе модифицированных индивидуумов и их классификации в рамках существующей биологической системы. Их цель по отношению к парням? То, что им нужны мы, это видно невооруженным глазом. И дураку понятно. Не стали бы они нас обучать военному делу. Из нас делали воинов для себя. И кем стали мы? Или процесс еще не завершен и им необходимо что-то сделать еще? Тогда теория о суперсолдатах верна. Что на самом деле произошло с нашими отрядами? Где сейчас Садху? Правда обнажилась, словно гнойник, который давно зрел внутри. И лишь неизвестность осталась. Моя интуиция подсказывала: они живы. Они там, не в нашем мире, но живы.       Меня привлекла вспышка света, отвлекая от грустных мыслей, и я повернул голову в ту сторону. Через мгновение в воздухе возникла тёмная точка, быстро увеличивающаяся и превращающаяся в серебристое окно портала, которое не излучало свет, а поглощало его. Точка росла, превращаясь в тёмное пятно с дрожащими размытыми краями. Затем пятно стало идеально ровным, чёрным кругом около трёх метров в диаметре, с чёткими границами. Поверхность круга задрожала, и на ней возникли коричневые пятна, которые закружились вокруг центра. Скорость их вращения нарастала, делая это зрелище невыносимым для наблюдения.       Рядом с порталом мы обнаружили то, что ранее умело скрывалось под маскировкой. Оттуда исходил зловонный запах… Это был прорыв, который невозможно было не заметить. Вокруг валялись изъеденные временем кости. Черепа. Обломки когтей и рёбер тварей и людей. Невыносимый, тяжёлый запах смерти витал в воздухе. Раньше его не замечали, но теперь ветер разносит его по всей округе. Запах гари, смолы елей и обгоревшей кожи ударил в ноздри с новой силой, так как мы оказались слишком близко к источнику зловония. Вот откуда исходит этот удушающий смрад. Там земля пропитана ядовитой кровью нежити, тварей, а возможно, и жертв. Всё вокруг пропиталось кровью и ужасом битвы. Неужели высшие чины ушли навстречу гибели, а их место заняли другие? Возможно. И, увы, даже магия здесь бессильна. Бездна ещё долгие годы не даст возродиться ничему живому. На этом месте действительно когда-то произошла бойня. Как же этого никто не заметил? Они даже не обнаружили иллюзию и подмену всего состава академии… И, похоже, это произошло не месяц и не два назад. Еще задолго до нашего появления в этом месте. Как давно это произошло?       А в это время в центре, между двумя деревьями, на большом расстоянии, задрожало голубоватое марево. Похоже, Вако решили, что оставаться здесь больше не имеет смысла.       Марево стремительно закручивалось воронкой межпланетного портала...в Бездну. Или в другой мир? Странный - из него никто не вылезал. Только пульсировала зыбкая рябь, искажающая воздух. Портал был обнесён каменными глыбами, грубо выложенным кругом. Вако начали транспортировку через портал девушек. Уводили всех Хранительниц. Что там, на той стороне портала? Никто из нас не хотел отправляться в чужой мир и становиться игрушками для этих существ. Им, этим Вако, плевать на наши мысли и желания. Впервые порадовался за тех кто ушел с теми тремя отрядами. Они хотя бы не познают того «счастья», что и мы.       Говорят, перед смертью не надышишься. Но я не собирался умирать. Мы еще повоюем с ними. Интуиция буквально кричала, предупреждая о грядущем катаклизме, который обрушится на наши головы. Это совсем не радует. В голове возникают всё более страшные версии происходящего. Если я не найду Садху, то моя судьба — сдохнуть в чужом мире. Но это лучше, чем быть рядом с Айко. Лучше, чем медленно умирать душой и опустошить ее до предела. Её точно никогда не полюблю и не приму, а она меня уничтожит. Получается, финал один — падение в бездну. Шаг… ещё шаг. Всё ближе к этому порталу… А потом нас, как сеть для ловли рыбы, потащило вместе со всем, что было на полигоне, в портал… Звуки внезапно глохнут. Перед глазами поплыло. Не успел никто ничего ни осознать, ни испугаться, ни запаниковать, я лично только зажмурился, чтобы не затошнило. Во что мы ввязались?       Дальше ослепляют яркие вспышки перехода, но сознание, к счастью, не теряю. Несколько секунд ты плывешь в неизвестном пространстве, не представляя, что скрывается за пределами тоннеля. Не помню, сколько времени падал.       Всё закончилось неожиданно. Приземление оказалось не особенно жёстким. Сознание работало урывками, но продолжало удерживать заклинание подчинения. И, похоже, это ловчая сеть давала такой эффект. После ощущения падения в голове осталась только бездна. Черная, бездонная и неуютная. Очнулся от того, что в глаза мне бил яркий и пронзительный свет от висящего солнца над головой. Несмотря на то, что оно светило, мне было холодно. Под ногами появилась твердь, и мы переместились в чужой мир. Куда нас занесло? Я глубоко вдохнул. Мои лёгкие, которые только что жгло от недостатка воздуха, теперь наполнились свежим, прохладным кислородом. Аж голова закружилась, так как воздух был здесь такой, словно ты в горах стоишь на огромной высоте… Голова раскалывалась, будто после похмелья, но тело… Оно ощущалось как-то странно. Магия… Ее прочувствовал как-то по-особенному. Она прокатилась сильной волной по телу, но, увы, мимо… Сердце колотилось где-то в горле. Потом ухнуло вниз, и я резко, инстинктивно, выхожу из ступора. В ушах громом отдавался шум чьих-то уверенных шагов. Я дёрнулся. Тут мне на лицо легла чья-то тень, заслоняя от режущего глаза сияния. Склонившийся надо мной иномирец, похоже, был принимающей стороной. Рядом с ним стоял ещё целый отряд таких же, как он. Я осторожно приподнял голову, окидывая взглядом обстановку. На нас надели браслеты.       Паника, холодная и острая, как лезвие ножа, пронзила сознание. Кто-то поддержал меня, рывком поставил на ноги. В горле пересохло, язык словно прилип к небу. Я чувствовал, как внутри все сжимается в тугой болезненный узел, как кровь отливает от лица, оставляя лишь мертвенную бледность. И только ледяное осознание, что это не сон, а суровая реальность, возвращало к жизни. Мы влипли… по-настоящему. Я посмотрел вокруг, ища хоть какую-то надежду в лицах товарищей. В их глазах я видел лишь отражение собственного страха, собственную обреченность. Мы все были связаны одной цепью, одной общей бедой. Под мерный шум чужих голосов сделал несколько шагов к своим. Речь Вако была незнакомой, но её звучание напоминало раскатистое рычание с шипением и свистом. Их язык изобилует звуком «р». Мы подвисли, так как не понимали их приказов, а они наших коротких ответов. Парни огрызались на нашем языке и посылали их матом, те что-то кричали и требовали от нас. Напряжение нарастало с каждой сказанной фразой с их стороны и с агрессивной с нашей. Это как глухой со слепым разговаривает, и оба ведут по дороге автомобиль. Мы словно оказались в вакууме, отрезаны от всего, что было нам дорого. Мы – пылинки в этом чужом, враждебном мире, брошенные на произвол судьбы, без языка, без защиты, без надежды на спасение. Как же нам общаться и понимать друг друга? И тут что-то случилось… Меня один из воинов толкнул, но я устоял на ногах. Он жестами показал, куда нам идти. Но мы его не понимали, а он размахивал руками и, кажется, матерился на своем языке, продолжая подталкивать вперед. Он коснулся случайно моего браслета. Внутри меня все похолодело. Но вместо боли я ощутил… тепло. Не физическое, скорее… энергетическое. Он что-то грубо сказал, и внезапно плотина непонимания рухнула. Вспышка внутри меня, как искра, прошедшая по телу. В этот момент я понял, что связь установлена между нами, так как внятно услышал разговор командира их взвода и его помощника.       — На них надели браслет, который помогает понять любой язык речи. Сейчас он активируется, так что мы будем понимать их речь, а они — нашу. А также он активирует обучение языку, и в последствии они смогут выучить много языков нашей планеты. И последняя функция этого браслета — подчинение командованию, — услышал я пояснение одного воина другому. Это пояснение было не для нас. А это значит, что убивать нас не собираются, и моя шизовая теория верна. Зачем вкладывать ресурсы и силы, если тебе это не нужно и можно просто прибить. Как и забрали нас...       — А-аа! Понятно. Значит, понимать они нас будут. Это хорошо. Я сделал глубокий вдох. Выдох. Еще раз. Все определенно осознали, что нам необходимо держать глаза и уши раскрытыми. Нужна любая информация о мире и как вырваться из рук этих тварей Вако?       Разговор иномирян-воинов был шумовым, но полезным, информационным фоном. Они, наверное, думали, что мы еще не пришли в себя или, может, еще не понимаем их речь. Они посмеивались над нами. Были настороже, но в то же время осознавали, что мы им не соперники в бою. Это было заметно сразу. Псы, телохранители, лучшие бойцы этого мира. Надменные убийцы без страха и сожалений. Эти Вако не просто безжалостны. Настоящие кровавые демоны, для которых услаждающая слух музыка — это дикие крики терзаемых жертв. У меня резко пересохло во рту, и вся кожа покрылась мелкими мурашками от леденящих рассказов, что именно они с нами сделают, если их королева позволит развлечься… Они обсуждали нас без всякого стеснения, словно мы были пустым местом и совершенно без чувств. Твари! Но сила еще и в знаниях. Иногда заведомо слабый противник из жертвы превращается в охотника. Я верю в эту теорию, и она не подводила мудрого бойца. Нас от портала увели подальше, построили. Ожидание затягивалось, а приказа не было.       Мне это путешествие междумирья показалось самым длинным и тяжелым в жизни. Магический откат начался. Тело било крупной дрожью, и, как говорится, зуб на зуб не попадал. В памяти тут же всплыло определение бреда. Кроме энергии, во мне проснулся и дикий голод. Желудок протестующее заурчал. Я был опустошен, как и резерв. Похоже, этот портал сожрал не только его. Время в разных мирах течет по-разному. Нас увели утром после завтрака, а здесь уже вечер. Мы стоим уже не первый час, и, похоже, нас не собираются кормить. Ситуация дерьмовая? Безусловно. Мы в полной заднице? Факт и уже не первый в огромном списке.       Все появившиеся из портала курсанты, сгруппировавшись, вставали в наши ряды, ошарашенно оглядываясь. Браслеты продолжали надевать на каждого, а так как мы были не в состоянии оказать сопротивление, даже незначительное, они пользовались этим. Мой Сан Тан, Ива и Ивар… Взглянув на них, выдохнул… С ними всё в порядке, и это тоже для меня важно. Мы команда. Между нами было полметра тишины и странного электрического напряжения, от которого у меня по спине побежали мурашки.       Я начал внимательно оглядываться по сторонам, вертя головой. Находились мы в военном лагере, окружённом лесом. Вокруг была поляна вытоптанная воинами и редкие цветы, о которых не имели ни малейшего представления. Ха! Придя в этот мир через портал стали иномирцами, пришельцами попаданцами... Усмехнулся своим невеселым мыслям. А вот это вообще что за цветочки? Они могут быть самыми разными, особенно те, которые на чужой планете являются хищниками, как и животные, обитающие на этой планете. И тут моя челюсть «познакомилась» вот с этой травой и цветами проглядывающую в глубине лесного массива. В моей голове всплыли знания, словно кто-то, когда-то, передавал их нам, но мы о них ничего не помнили… Как бы переключил тумблер мозга. Ого! Картинки из учебников и знания об этом мире пришли из подсознания. Они и этому нас учили… Я подвис. Глаза продолжают замечать новые детали в окружении.       Вокруг царила тишина, не было слышно ни криков, ни пения птиц. Лишь огромные, вековые деревья размеренно раскачивались на ветру, который казался особенно холодным. Их стволы скрипели, а ветки шуршали, нарушая гнетущее безмолвие. Древний лес обступал нас со всех сторон, его тёмные кроны упирались в серое вечернее небо. На нашей планете было утро, а здесь уже начинало смеркаться. То есть время приблизительно ближе к ужину. Вот это разрыв во временной петле. Небо здесь выглядело иначе, чем то, к которому привыкли люди. Нас оставили в покое. Военным было чем заняться. Они с помощью магии размещали оборудование, которое украли с военной базы. Все застыли в оцепенении. Знание того, что прежней жизни пришел конец, ударило под дых сильнее, чем перегрузка на крутом вираже. Все вздрогнули.       Серебристое окно портала, за нами, тихо схлопнулось, отрезая обратный путь домой. Если вообще он был, тот обратный путь…       Разгрузка закончена. Жуткая тишина повисла над вражеским военным лагерем. Она была такой плотной, что её можно было колоть ледорубом. Никто из вновь прибывших не произнес ни звука. Мы были шокированы настолько, что говорить было страшно. И снова взгляд вокруг… Атмосфера уже была накалена до предела. Все замерли. Как же страшно было, такого напряжения я еще не испытывал никогда. Нам действительно нереально повезло, что мы на одной волне и боимся говорить… Но мысли никуда не делись, и там, в них, творится хаос. Вопросов на миллиард с хвостиком, но есть первостепенные.       Вопрос первый: как похитители смогли перенести полностью весь наш военный лагерь?.. Это же прорва магии нужна и какая сила… Как они это сделали? Второй вопрос из множества составляющих… Никто из нас не знает об этом мире. Как называется этот мир? Каковы правила? Кто его населяет? То, что мы пленники, это понятно. Пока стояли, тихо перешептывались и делились информацией: кто что услышал, узнал. Пазл на этот момент сложился, и все были в курсе происходящего вокруг.       —Разберёмся, — услышал я тихое, но твердое обещание Ивы. Я скосил на него взгляд. — Главное, мы вместе. Сан Тан лишь моргнул, и этого было достаточно, чтобы собрать мысли и эмоции в кучу. Я только сильнее сжимаю руку друга. Пропадать – так вместе.       «Как мне теперь отыскать Садху? Мы с друзьями попали в другой мир, и когда он вернётся на Землю, то не сможет нас найти. И найду ли я вообще его и наших парней? Останемся ли мы живы?» — возникшие вопросы тревожили мою душу.       Прозвучал приказ. Сглатываю. Собираюсь с силами. Ладно, может быть, всё не так плохо, и можно устроить побег? Оказавшаяся ситуация — сплошной кошмар.       — Камикадзе, стройся! — гаркнула эта ненормальная психопатка… Настоящих имен этих тварей, а по другому я их мысленно не называл, нам просто забыли сообщить и мы их не знали. Громм, буду называть ее так. Догадываюсь, что настоящая преподавательница давно отправилась к предкам...       Нас нехило так шибануло, по телу прошел электрический разряд от этого браслета, и тело само среагировало на построение. Мне кажется, нас специально запугивают, чтобы отбить способность разумно мыслить.       «Мы в полном дерьме», — снова подумал я. Курсанты построились в две шеренги. В воздухе висело напряжение… Каждый взгляд устремлен на трибуну, где возвышались Вако, хозяева положения. Нам нельзя было показывать свои чувства. Мрак какой-то. За нами наблюдали с царственной грацией. Знаете, мы были похожи на потешные полки. Со стороны это выглядело еще хуже. Это как если бы королевский ребенок, с замашками садиста, выстраивал своих игрушечных солдатиков. И решал, кому жить, а кому умереть… Именно такие взгляды были направлены на нас. Боже, куда попали?! Что это за нравы? Что за…?! Нет, хуже… Просто тут такой мир, что у нас, пришлых, прав чуть больше, чем у коврика перед дверью в придорожном кафе… Перевел взгляд на оставшихся мастеров Смерти. Их глаза словно остекленели. Никто даже не шелохнулся. Снова это оцепенение и отупение. Всё понимаешь, но сделать ни хрена не можешь…Страх, липкий и холодный, попытался вновь заполнить душу. Я сделал вдох и еще раз более глубокий, загоняя панику обратно в самые дальние уголки сознания. Это нормально — бояться, но так же нормально начать принимать эту реальность и попытаться выжить. Эту реальность нам продемонстрировали под их злодейский смех… Всех Хранительниц повязали, надев на них не только браслеты, как у нас, но и блокираторы магии, и куда-то повели. Они даже пикнуть не могли. На них тоже, по-видимому, действовало какое-то заклинание, а может в этих браслетах еще что-то встроено? Все эти особи мужского пола расы Вако посматривали на них плотоядно и похотливо. Боже! Я не хочу даже думать о том, что с ними там будут делать… И как бы я ни относился к Хранительницам, всё же не хотел бы испытать насилие и стать сексуальным рабом…       Да, осознание того, что они познают всю прелесть издевательств над постельничьими парнями, не приносило злорадства и облегчения.       — Твою же мать! — прошептал еле слышно Сан Тан, и с ним согласились все, кто стоял в строю и мог его услышать. Хоть говорить не запретили.       — Что сделают с нами? — тихо добавил Ивар. Этого знать никто не хотел, но понимали: мы следующие в очереди. Выжить среди этой жестокой расы не значит, в нашем случае, жить. Мы для них игрушки и похлеще, чем были до этого у Хранительниц. И вот звучит зверский ответ.       — Отныне вы рабы нашей королевы. Вы будущие солдаты. Каждый из вас пройдет последний этап подготовки в медицинской капсуле и станет машиной для убийства… Бла-бла-бла! А по сути получается, мы рабы, мы мясо, которое не жалко первыми отдать на растерзание в бою, и это не на нашу землю напали, не в этом мире происходит война, и им не хватает ресурсов, то есть пушечного мяса, чтобы победить врага. Это их мир в опасности!!!       «Мы продолжим их миссию. Мы будем оберегать наш мир. Бла — бла -бла… погибли, но их жертва не останется незамеченной». Перевод с нашего не утешителен. Они проиграли бой, и у них сейчас проблема с бойцами, и нас готовили, чтобы переместить в этот мир. Но, не сейчас. По их же словам, мы не готовы пойти в бой, поэтому нас прогонят через медицинский блок. Звиздец!       —Они опять лгут и недоговаривают. Но одно ясно: мы уже не люди. Нам меняют тела, а в итоге что из нас получится?       — Мрази… — Шепчут парни в строю. Все с ними согласны, но браслеты не дадут рыпнуться и сбежать в нашем случае не получится. Даже обсуждать тут нечего. С нами не церемонились: едва оцепенение спало, большинство парней, не обладающие магическими способностями, сразу приступили к выполнению приказа. Их загнали , как скот в амбар. Страшно. Вдвойне теперь страшно…       Кормить не собирались, поэтому достали свой собственный выданный паек и устроили трапезу. Продукты экономили, так как не знали, будут ли вообще нас кормить. Первую партию из мастеров Смерти загнали в медблок. Это была жуткая ночь. Кричали, нет, выли от боли девчонки… Парни тоже кричали... Что же там творилось?       Мы думали, ад был на нашей земле, но как мы ошибались. Уснуть смогли лишь под утро и выспаться не получилось. Горн прозвучал, и нас вывели на тренировочную площадку. Следующие дни превратились в одно сплошное ожидание. Каждый день, с маленьким перерывом на сон, учили убивать. Даже те, кто недавно умел только стрелять по мишеням, получили первый опыт убийства живых существ. Нам не показывали тех, кто уже прошёл через медблок. Какими они стали? Но разговоры пошли, что тренировки новичков-рабов начались в интенсивном порядке. Теперь каждый вечер уводили целые группы по двадцать человек. Это вызывало тревогу и беспокойство. Нас оставалось всё меньше и меньше… Где все остальные? Измененные, переделанные, из обычных парней, теперь стали зверьми, способные убить любого, на кого укажет генерал или командир. Такова суть длани расы Вако. Только те, кто прошел изменения, те, кто превращен в совершенных убийц и абсолютно преданных престолу рабов, могли изучать древнее искусство убийства, недоступное обычным людям. Они и учили их … Мы наконец-то увидели этих измененных… Боги, что они с ними сделали? Это уже не те парни, которых мы знали. Не те курсанты, которые бок о бок преодолевали трудности обучения вместе с нами... Такое и в страшном сне не приснится. Увы, наша реальность такова, кошмар наяву.       Наступил вечер, когда пришли за нами. Для себя я всё уже решил. Лучше принять достойно смерть, чем потерять надежду найти Садху. Может это и глупо. Ведь миров много. Глупо надеяться и верить, что я ему нужен… Много мыслей, чувств… Может быть, действительно его нет в живых? Мы прощались и надеялись, что выживем, а еще что вспомним друг друга. И, в последнюю очередь, что сбежим. Найдем способ это осуществить. Как жаль, что мы только начинаем и, словно дети, постигаем магию. Да и эти браслеты не дают нормально циркулировать магическим потокам. Я так и не смог набрать свой резерв. Такая же ситуация и у наших парней. Портал выжил нас до суха, а мир принимает нас за чужаков и тоже не дает пополнить резерв. В общем, дело дрянь.       — Забудьте свои имена, вам дадут новые, — произнес один из этих садистов-медиков. Обвел нас взглядом и усмехнулся. — Мясо… Из капсул доставали бессознательные тела парней из прошлой очереди. Хорошо не трупы. Но разум это не успокаивало. Эмоции накатили внезапно, словно открыли большой вентиль. Дикий страх, потом ужас, паника. Как же это страшно! Все разумные мысли покинули мою голову. Крики парней, тех, кого заталкивали в пузатые капсулы, заставили вынырнуть из транса и вернуться в реальный мир. Что они собираются с нами делать? Вот тут мое оцепенение спало. Мне казалось, у меня сейчас сердце остановится. Я был в конце очереди… Эмоции хлынули бурным потоком, смывающим все разумные мысли. Остался только отчаянный звериный ужас. Меня запихали в эту капсулу. Подача кислорода была нормальной. Тело автоматически зафиксировали так, что я не мог пошевелиться. Я не хотел становиться монстром... И никто не гарантировал, что выживешь. Ужас затопил мой разум, разрывая меня изнутри, нещадно втыкая в сознание острые иглы смертельного страха… Я повел себя как зверь. Взвыл и заскулил, до последнего требуя выпустить меня немедленно, пока противная масса не окутала мое тело. Тут же последовал сильный разряд, проникший в каждую клеточку адской болью. Я захлебнулся в крике. Холодная слизь залила рот и нос. Как же мне хотелось уже сдохнуть или отключиться быстрее. Казалось, я превратился в один сплошной сгусток боли. Она везде… В пальцах, руках, ногах… Везде… Всё моё тело пронизано адской болью и пламенем… Я горю! Ничего не вижу, не слышу и не осознаю. Горю внутри или снаружи?… Страшно! Ужасно страшно! Дикая боль пульсирует в голове и мгновенно разносится по венам. Боль выворачивает меня… убивает… сжигает… Аааааа! Моё тело будто раздирает на атомы. Разум отказывался принять это. Я плавал, горел в этой боли. Океан мучений. В мозгах словно кто-то копался мерзкими цепкими крючками. Я чувствую, как лопается моя, раскалённая докрасна, кожа… Как обугливаются кости и полыхают суставы… Нет пощады… Я — факел! Огромный огненный столп, взмывающий в небо! По-мо-ги-те! Садху, прости любимый... Даже если выживу, не уверен, что наберусь смелости показаться тебе на глаза... Да и вспомню ли тебя?... Прости... Я не справился... Прости, я не смог спасти себя и парней... Отчаянно кричу и безумно раздираю кожу ногтями… Я думал хуже быть уже не может, когда в голове подряд вспыхивает три жутких разрушительных взрыва. Было полное ощущение, что я теряю себя окончательно. Тук-тук… тук-тук… Моё сердце… оно бьётся… оно яростно качает обжигающий моё тело огонь и разносит его по расплавленным венам вместо крови… Что это?! Как же больно! Я словно раскалённый кусок металла в печи взрываюсь ярко-красными искрами и исчезаю в бушующем пламени… В ужасе смотрю на свои руки — они объяты жадным пламенем. Мои ноги превратились в пылающие угли… Низ живота горит, словно его перепрошивают, как прошивку компьютера новой модели. Меня больше не существует… Я просто огненный факел… Я ничто… Скажите, это когда-нибудь прекратится?! Кричу в тишину, но ответа не слышу… Больше не чувствую запахов. Нет мыслей. Только невыносимая боль, которая терзает каждую клеточку моего тела. Я — чистый лист, полыхающий в адском пожаре… Внутри расползается кромешная пустота… И вдруг тихий гул, словно звук набата, раздаётся в моей пустой голове… Пытаюсь забыться, но звук нарастает… Он зовёт… манит… требует идти за ним. И я подчиняюсь. Перебарывая свой страх, подхожу к пылающей стене и… огонь вдруг расступается предо мной… жар стихает… Понимаю, что адское пламя пропускает меня вперёд… И я делаю первый шаг… и боль вдруг отступает… Второй… и пламя, пожирающее меня с головой, затухает… Ещё шаг… и я с удивлением смотрю на свои руки… целые руки… Ошеломлённо разглядываю себя и понимаю, что я жив… Моя кожа на месте, и на ней нет ужасных пылающих ран и страшных ожогов… Я жив?! Боль отступила, огонь потух… Я словно переродился… Как. Это. Возможно?!       — Жив, — отвечает мне голос в моем сознании - Здравствуй, Шаен… Не успеваю ничего обдумать… Меня вытащили из этого ада боли, бережно положили на каталку. Мое сознание вернулось под звуки незнакомой, чужой речи. Сначала я не понял, что именно не так.       — … сбой. Бракованный экземпляр. Физически здоров и силен, но репродуктивная система повреждена. Системы организма разбалансированы. Это объясняет проявившиеся симптомы. Он не полноценный самец… и не воин. Внезапно смысл слов доходит до меня. Они говорят обо мне? Кто же я теперь? Что они со мной сделали? Что со мной не так? Что произошло?!       — Эй, ты чё, совсем полоумный? Какую пробирку с кровью взял? - заорал один из этих типов. Он так громко орал, что я чуть не оглох. Пробирки аж задребезжали от его крика.       — Вот эту. - Похоже он продемонстрировал ему то, что мне влили. - А другой не было под рукой. Взял эту. А что не так? Ответом ему послужил лишь поток грязной брани…       Холодок скользит по моему телу, а вместе с ним приходит и осознание. Бракованный экземпляр? Не полноценный самец? Воин, которого больше нет? Я в… невесть кого превратился! Своего тела вообще сейчас не чувствовал. Слова врезаются в мое сознание, словно осколки стекла, причиняя невыносимую боль. Сердце сжимается от отчаяния. Мат теперь вопит в моей голове, и приличные там только запятые и точки. В груди поднимается волна ярости и обиды. Кто они такие, чтобы решать мою судьбу? Имеют ли они право так беспечно распоряжаться моей жизнью? Вместе с гневом приходит и страх. Что меня ждет дальше? Какое будущее уготовано бракованному экземпляру? И тот же голос шипит на своего подчиненного и в нем решается моя судьба.       — Прогони его еще раз через усилитель. Может, встанет программа. И кровь... - он помолчал - Бля... Теперь придется идти до конца. Сдохнет, так избавимся. А королеве скажем, что он бракованный, и больше не бери оттуда кровь ни для кого, понял. Она ядовитая. Она принадлежит радужному айсу.       - Я никогда не видел радужных змеелюдов воочию. Только в старинных трактатах. А вот кровь хранится уже много веков...       - Охренеть! - парень недоверчиво фыркнул. - Сказки это всё. И кровь свежая. Я с ним согласен...       «А кто такие радужные айсы? И... Неужели снова? Они охренели что ли?» — подумал я. С каждой секундой реальность давит все сильнее, и я чувствую, как рушится мой мир. Неужели все, ради чего я жил, все мои мечты и надежды, превратились в пепел? Хочется заплакать, но я не могу позволить себе это. Я должен быть сильным, должен выжить, несмотря ни на что. Мои глаза по-прежнему закрыты, а вот мой мозг всё воспринимает, и я слышу вас, гады! Я соберу все свои силы и буду бороться за свое право на существование. Я докажу им, что они ошиблись, что я не просто бракованный экземпляр, а личность, способная на большее. Шаен, я помню твой голос, и он дает мне надежду. Я выживу ради тебя, ради себя, ради будущего, которое я еще смогу создать. Но кто бы меня стал слушать. Раб... Я все вспомню и припомню... Увы, даже говорить я не мог. Только мычал и хрипел обреченно, когда меня пристегивали, во второй раз, в капсуле.       Новая бесконечная пытка. Мне казалось, схожу с ума. Кровь закипала внутри от боли. Я просто в какой-то момент перестал осознавать себя. Память отключилась, а мой дар сработал. Кровь забурлила. Мое тело приняло еще дополнительное вливание крови. Организм его перерабатывал и подстраивал под себя. Темнота… тотальная пустота… Тело било крупной дрожью и, как говориться, зуб на зуб не попадал. В памяти тут же всплыло определение предсмертного бреда. А если в нём тебя куда-то несет в этой тьме… Пусть… Я не сопротивлялся. Там, в той неосознанной реальности моего сознания, все меняется. Тишина повисает. В сознании возникает огромный зверь … Мой взгляд словно прикован к нему. Он находится посреди поляны. Его образ неясен, но он словно считывает все мои воспоминания. Мои чувства для него кажутся вкусными, сильными и правильными. Из темноты вырисовываются очертания существа, и я ясно вижу его. Страха больше нет. Сердце замирает от предвкушения. Я и зверь равно одно целое, единое... Он медленно появляется из темноты, словно красуясь, это огромная змея. Она блестит серебристой чешуёй даже при слабом освещении. Змея очень странная, таких я не встречал ни в одной книге. Сначала она кажется просто серой, но на самом деле её чешуя белая с едва заметной серебристой искрой. А поверх белого цвета какой-то шутник нарисовал черные тигриные полосы. На голове у нее были наросты похожие на рожки. Таких змей не бывает! Тварь двигалась неестественно. Вернее, немного не так. Она бы двигалась нормально, если бы под землей было так же тепло, как летом. Но для только что проснувшегося или вылезшего на холод существа это было неправильно! Но тогда я этого не знал, да и просто не обратил внимание. Не до того было как-то. Тем временем «незабывающаяся» змея выползла полностью. Она поднялась на хвосте и ещё раз угрожающе зашипела, вздыбив гребень… У змей не бывает гребней и рожек! Особенно — таких… Яркий, переливающийся, раскрашенный во все цвета радуги, с костяными шипами на концах. И при всём при этом — складывающийся. Откуда я это узнал? Просто при мне он сложился и тут же снова раскрылся во всём своём великолепии. Тянулся гребень от затылка и по всей длине гибкого тела, как бы с перерывами. Ну, или это было несколько гребней. Самый большой - непосредственно за головой и более мелкие дальше к хвосту. У самого кончика вообще — кроха. И всё это, в сочетании с ярко-алыми глазами, завораживало с первого взгляда. Глядя на это чудо природы, я застыл, как заколдованный. Тварь была видна до мельчайших деталей! До последней чешуйки на хвосте! Она собралась в кольца и разглядывала меня, словно была разумной.       — Кто ты?       — Шаэсс, — получил я неожиданный ответ от нее. Осознание того, что говорю с ней мысленно не удивил меня. Мне кажется, это предсмертный бред. Я не сопротивляюсь и принимаю все как есть. Сильный зверь не отпускает моего взгляда своих вертикальных глаз, а мне почему-то вдруг так хочется прикоснуться… провести пальцами по чешуе… сесть рядом и уткнуться носом в прохладный бок… почувствовать запах… Поддаваясь завораживающей магии змеиного взгляда, я шагнул вперёд и протянул руку. Не знаю, то ли мне хотелось удостовериться в её реальности, то ли погладить…Существо издало странный звук, укусило меня, впившись в кожу, и укрыло своей защитой. Такой родной зверь… близкий… свой… А по глазам остро резанула вспышка света. Я зажмурился. Мой… Я и ты — одно целое. Я сажусь рядом со Зверем, вдыхаю его успокаивающий меня аромат, укладываю на него голову и слышу, как гулко в унисон бьются наши сердца, и под этот мерный звук незаметно для себя засыпаю…

***

      Что же за херня со мной произошла? Кусочки сознания собираются очень медленно. Как самый сложный пазл складываются. Их слишком много и я никак не могу отыскать и собрать на место все части рисунка. На границе сознания вспыхивают мысли, что мне нужен дом. Мне нужен Садху. Я очень остро в нем нуждаюсь. Мне снились сны. Странные, не похожие ни на кошмары, ни на простые сновидения. Скорее, они были похожи на чью-то жизнь, которую прокручивают перед моими глазами. Может быть даже не одну… Отчего-то я твердо знал, что стоит мне проснуться — как всё забудется. Забудется до тех пор, пока не придёт время вспомнить. Чувствовал тоску, словно кто-то грустит по давно ушедшему лучшему другу. Ушедшему, чтобы вернуться. Надежда, когда-то лившаяся полноводной рекой, тихо усыхает. Теперь она напоминает разве что редкую капель. И каждая из капель может оказаться последней. Сон прервался резко.       В себя я приходил долго. Глаза открываться не хотели, а когда картинка всё же приобрела чёткость — разум ещё долго отказывался работать. Все звуки обрушились на меня одновременно, как и физический дискомфорт. Голова слишком болит от всех мыслей, поэтому я решаю пока не думать ни о чём. Достаточно того, что я жив. Наконец смог не только увидеть, но и оценить увиденное. Я в пещере. С потолка каплями капает вода. Кап… кап… кап… Здесь холодно, как в могиле. Растерянно сидел. Через минуту я вообще застыл с раскрытым ртом. Дыхание перехватило спазмом. Я сделал самое дурацкое, что только мог — протёр руками глаза. Что я здесь делаю? Кто я? Медленно верчу головой. Она кружится, словно после катания на карусели, и перед глазами темнота. Память медленно начала подкидывать воспоминания, причем не самые приятные. После такой процедуры вряд ли выживают. Но я жив. Вот он я!! Вспомнил слова медика, что должен забыть свое имя. Кто я? Шаэсс…Это мое воспоминание, а их, звучит в моей голове ответ - радужный айс. Память избирательна и я не все помню. Мое имя?… Прочерк. Завис и не помню. Возьму другое пока… Я там, на процедуре, был не один, и они меня знают. Найду... Так-так, новая жизнь — новое имя, как сказал тот самый медик. В этом есть смысл, так как память подбросила воспоминание, что я не отсюда. Я дитя другого мира. Мне всегда нравилось имя Дэшвин, а имя рода — Шаен. Хм, а что, очень даже мужественное имя. Дэш Шаен. Звучит неплохо. Я с трудом вспоминал многие вещи и на это уходит время. Эти воспоминания как картинки. Вспышка. Эпизод. И снова тьма. Многое осталось за кадром и в глубинах тёмной памяти. А когда оно придёт это время воспоминаний и кто решает — настало это время или ещё нет — неизвестно.       Дэш, радуйся, коль боги тебя настолько любят, что решили дать другую жизнь. Остальное я вспомню. Со временем… Задумчиво осмотрел пещеру. Задержал взгляд на входе в грот, в которое заглядывали уже обе луны — серебристая Айма и золотистый диск Кэйт. Чуть повернул голову, словно прислушиваясь. Сколько времени я провел бессознательно? Я не знаю, сколько по времени проходит процедура. Не знаю, сколько по времени они провели вторую. Похоже, я не дышал, и они подумали, что я мертв. Интересные выводы. Вновь посмотрел на свои руки. Они изменились. Мне на грудь упала пряд седых волос. Неудивительно, что я стал седым, хотя в пещере нет света... А еще я оказался совершенно голый, что не привело меня в восторг. Они что, на мне сэкономили? Куда дели сволочи мою одежду? Ощупываю себя. На шее висит кулон, прикасаюсь к нему, и перед глазами встает образ красивого парня. Аж дух перехватило. Именно он его надел и сказал, что никто не сможет его снять с меня. Он защита… Снять кулон нельзя, только он имеет право. Имя... Его имя.. все резко уплывает во тьму. Пытаюсь вспомнить дальше и резкая боль обрывает воспоминания. Хватаю ртом воздух. Я даже немного растерялся… Сознание дрогнуло, и где-то внутри меня стала нарастать паника. Не думаю, что она обернулась бы чем-нибудь хорошим. Почему-то именно в панике или при сильнейших переживаниях люди творят такое, что потом не могут поверить в случившееся. Слава богу, ничего страшного не произошло. Я посмотрел на свои пальцы, они раскрошили камушек, попавшийся мне под руку. Дэш... Действительно, я же мужчина! И должен вести себя соответственно. То есть — по-мужски. Взял себя в руки. Осмысление того, что такого раньше не мог в теле до процедуры, остудила весь мой пыл. Нужно приспособиться и привыкнуть к новому телу, и не городить ерунды.       - «Успокойся. Жизнь — это борьба. Можно убежать или принять вызов. Если скроешься, страх настигнет тебя в ещё более пугающей форме. Но если примешь бой, он отступит, — отголосок прошлого звучит в голове... — Магия основывается на чувствах и эмоциях. Её сущность заключается в способности правильно управлять энергией, которая недоступна обычным людям. Любовь, страх, ненависть, ярость, гнев, надежда и радость являются мощными источниками силы. Но в твоем случае тройной контроль». Вздрагиваю от всплывших воспоминаний, но это голос у меня бурлит в крови как музыка, а я его инструмент. Но именно это дает мне силы жить и поступать правильно, а не делать глупости. Выдыхаю, и всплывает методика дыхания, которой обучил ОН...       Осмотрелся и поморщился. Странно, но в темноте я видел так же хорошо, как и днем. Про слух же и обоняние можно вообще не говорить.       Взгляд скользит по поверхности пещеры. Стены грота кажутся влажными и шершавыми на ощупь. Пытаюсь встать, но ноги подкашиваются. Слабость сковала тело, похоже я провел здесь не часы, а целую вечность. Тишина давит, нарушаемая лишь монотонным стуком воды. В воздухе витает запах сырости и чего-то затхлого. Сердце колотится, предчувствуя неведомую опасность.       Встаю. И вновь замираю. Мне нужно время, чтобы снова стоять и ходить. Дышу и привыкаю к себе. Я здесь валялся не один. Трупы парней. Их около десятка. А еще свалены мешки. Я не сомневаюсь, что они мертвы, и неспеша, смотря под ноги, добираюсь до них. Осматриваю каждого. Увы, в живых тут только я. Иду к сваленным вещмешкам. Открываю и радуюсь. Одежда. Обувь… Обрадовался как ребенок. Оделся. Почувствовал себя более комфортно. Я взглянул на тех, с кем прошёл через этот кошмар. Они не заслуживают того, чтобы стать добычей хищников. Решил предать их земле, так как их запах может привлечь монстров, а оставлять их в таком состоянии бесчеловечно.        Вышел из грота. Передвигаться теперь по горным тропам не составляет труда. Пытаюсь не задумываться и не паниковать. Тело само чувствует и знает, только надо доверять самому себе... Осмотрелся и нашел подходящее место. Подготовил его, найдя, всё в тех же вещах, складную многофункциональную лопату-штык. Память помогает вспомнить лица погибших, но не их имена. Этих курсантов медики забрали до того, как я попал в капсулу. И они не из моей роты. Возможно, я с ними встречался, но не был лично знаком. Как же плохо, что не помнишь и помнишь одновременно, но сложить всё не получается в единое целое. Похоронил. Постоял немного. Выдохнул, понимая, нужно найти другое место жительства. Возможно, те, кто с нами сотворили это, придут еще сюда, и мне нужно уходить.        Бесчисленные часы ушли на поиски новой пещеры. Надежда, словно трепетная бабочка, то взлетала внутри меня, то замирала в предчувствии неминуемой беды. Каждый поворот, каждая темная расщелина в скале рождали призрачную искру, тут же поглощаемую густой тьмой разочарования. Я находил их, но отвергал одну за другой, ощущая их ненадежность. Фортуна, казалось, забыла обо мне. Но вот, на небольшой высоте в горном массиве, судьба все же смилостивилась. Осторожно, словно крадущийся зверь, я вошел в пещеру. Проверил грот на наличие воды, тварей, безопасности. Пространство оказалось на удивление просторным, а воздух – свежим и чистым. Стены, словно древние стражи, хранили следы времени, покрытые причудливыми узорами, созданными дождями и ветрами. Это место с возможностью укрыться среди скал в случае угрозы. Неподалеку плескалось небольшое озерцо с кристально чистой пресной водой, а удобный спуск и выход из него добавляли этому месту еще больше преимуществ. Сердце забилось чаще, предвкушая новую жизнь, новую отправную точку. Осмотревшись, я невольно улыбнулся. Не теряя времени, я приступил к обустройству своего нового дома. Перетащил все вещи. Сделал место для костра, на безопасном расстоянии от вещей и от ветродуя, чтобы не потух костер и его не было видно со стороны входа. Собрал сухие ветки и развел небольшой костер у входа. Живое пламя разогнало мрак и наполнило пещеру теплом и уютом. Тени, танцующие на стенах, превращали пространство в живой организм, дышащий и шепчущий свои древние истории. Разобрал вещи. Обнаружил вполне удобную палатку с магической пропиткой. Спальник… Поставил палатку, разместил вещи, организовал зону для отдыха, кухню и хранения будущих продуктов. В мою бурную деятельность и дискуссию с самим собой решительно вмешался организм. Будто окончательно пробудившись, внутри поселился ТАКОЙ голод, что я готов был грызть камни! Начал срочные поиски продуктов в вещевых мешках, обнаружил и глаза загорелись в предвкушении. Еда!!! Урчал от удовольствия... Организм восполнял запасы энергии. Методом проб и ошибок мне всё же удалось приспособиться к новому телу. Или ему — ко мне. Хм, довольно странно наделять собственное тело разумом, но в этом мире может быть НАВЕРНОЕ и не такое… Озеро стало моим верным другом и поставщиком необходимой влаги. Рыба, плещущаяся в его глубинах, обещала сытную пищу. Я чувствовал, как жизнь возвращается ко мне, наполняя силой и энергией. Каждая мелочь, каждая деталь этого места шептала о возможности начать все сначала. Дни проходили в познании себя. Сам, сам, сам… Всё сам! Ну и угораздило же меня стать неведомым существом. К тому же, я догадывался, что у меня есть вторая суть, но как ей пользоваться, пока не представлял. Зато обнаружил некий ментальный механизм, но его суть оставалась для меня неясной. Это напоминало шестое чувство, но функционирующее в контексте слуха. Я могу не обращать особого внимания на происходящее, но стоит чему-то затронуть меня прямо или косвенно, как я мгновенно становлюсь внимательным слушателем. Вот такой я теперь дивный Дэш. Часы тянулись незаметно, а я привыкал к себе, своему окружению и миру.        С самим собой я познакомился найдя в чьем-то мешке зеркало. О-о-о, что было! Оказалось, что вся ситуация — сплошной кошмар. Заглядываю в зеркало…Застыл изнутри и снаружи. Превратился в каменное немое изваяние. Меня оглушило от шока. Мне стало страшно, хоть и не помнил себя. Но ЭТО!!! Мда!! Знакомый, но не до конца узнаваемый образ. В ушах дикий звон…       - Твою же мать! Всё моё лицо изменилось… Глаза почему-то серые и светлые. Губы мои. А язык эм...?? Язык может менять форму и становиться змеиным, раздвоенным. Уши.. слегка заостренные. Волосы - почему-то совершенно белые с серебром. Длинные и спутанные. Кожа - почти как у японских актёров в гриме. Я выгляжу как альбинос! Но не это пугает. Глаза... Они резко меняются, становятся синими как грозовая туча, и зрачок, как у змеи.       - Кто я? Хрен его знает, но в пальто... Я могу меня температурный режим, могу издавать горловое шипение и рык. Вот и познакомился с собой, так что икать начал. «Мастер Смерти – оружие, и пользоваться им надо уметь», — вспомнил чьи-то слова. Да я не мастер, а машина для убийства. Нам тогда не понятны были многие поступки пришельцев. Но и выбора особо не было. Увы, это просто так мне в голову взбрело, а на самом деле... Вот что получилось в итоге. И с этим надо как-то жить и не пугаться самого себя. Сначала, просто принять таким, какой я есть.       Все мои познания самого себя продолжались неделю. А потом заинтересовался здешним мироустройством. В результате собственных изысканий выяснилось, что этот мир ночью освещают два светила. А днём — одно. Что касается чисел и времени… У меня в голове всплыли не только они, но и деньги. Счет, письменность. Система счёта в мире Танар была десятичная. Время — тоже как и у нас, в минуте 60 секунд и так далее. Секунда здесь называлась сеш, минута — эста, час — ход. Вообще-то в местном языке очень много шипящих и свистящих звуков. Но Вако говорят более мелодичнее, и они не из этого мира, пришлые. Вроде бы всё в порядке, мне интересно было узнавать новое, знакомиться с окружающим миром и прочее, но… Многое всплывало, когда я спал, и постепенно маленькие кусочки становились на место.       Я стал скучать. Непонятно почему! Одиночество было не для меня, и память вновь подкинула воспоминания. Я так обрадовался, когда вспомнил Сан Тана, Иву и Ивара… Мои друзья, которые вместе со мной прошли такую же процедуру. Я чувствовал - они здесь. Раз их не было среди погибших, то они выжили. Взгляд сам по себе упал на руку, и я понял, что браслет отсутствует. Вако подумали, что я мертв, и сняли его с руки. Свобода. Я могу спасти своих… Ха! Повоюем, психопатка… Сначала разведка, а потом план по освобождению.

Мия

      Любовь — это странное и одновременно удивительное чувство. Она словно окутывает того, кого ты любишь, каким-то особенным светом, не похожим ни на что земное. В этом свете всё становится бесконечно ценным и близким, до самого предела, до боли в каждом вдохе и невозможности выдохнуть. Ты чувствуешь эту любовь всем телом — от кончиков пальцев до самых глубин души.       Я уже полчаса пытаюсь сдержать слёзы, читая послание из академии. Там, где он раньше был, теперь зияет пустота — словно дыра в мире, в которую я проваливаюсь днём и ночью. Строки письма расплываются перед глазами, потому что мысли мои далеко-далеко, там, где он… где они. В гостиной царил полумрак, тихо тикали часы, а я сидела на диване, потерявшись в своих мыслях. Здесь когда-то жил он — смеялся, строил планы, учился, играл в Го. Но теперь их нет. Никогда больше не увижу их. Слёзы сами потекли по щекам. Я включила запись и, глядя на экран, не могла сдержать рыдания. Там они живы, а здесь остались лишь пепел воспоминаний — мой жених и приёмный брат. Почему именно мне пришлось пережить это? Этот вопрос разрывал меня изнутри, не находя ответа.       Мир вокруг будто потерял краски, превратился в бесконечную серую пустоту, где даже воздух давил своей тяжестью. Я пыталась собрать себя по кусочкам, но каждый раз, закрывая глаза, видела их лица — такие живые и настоящие, но навсегда ушедшие. Время словно остановилось, а сердце разрывалось от боли, напоминая, что любовь — это не только свет и тепло, но и тьма утраты, и холод одиночества. Я знала, что впереди долгий путь — путь принятия и исцеления, но сейчас казалось, что я застряла в этом моменте, в этом горьком «сейчас», где нет ни прошлого, ни будущего, только бесконечное «здесь и теперь» без них. Не смотря на это, где-то глубоко внутри, среди обломков разбитой души, тихо пробуждалось что-то новое — слабый, но упорный огонёк надежды. Надежды на то, что однажды боль утихнет, и я смогу снова увидеть свет, почувствовать тепло и, возможно, снова полюбить — не забывая, но принимая то, что было и что ушло навсегда.       В дом, где жил Садху, вошла мама. Я слышала ее шаги, но не отреагировала, погруженная в свой мир скорби. Она подошла ближе, и я почувствовала ее присутствие, но не могла оторвать взгляда от экрана, где застыли их улыбки.       — Мия, — ее голос был полон усталости и боли, но в нем звучала и стальная решимость. — Позвони Айко. Беда не приходит одна. Мама сделала паузу, и я, наконец, отвлеклась от записи, нажав на кнопку «стоп». Посмотрела на нее с недоумением, с ужасом в глазах. Что еще могло произойти? Вопрос был написан на моем лице, поэтому она, не дожидаясь его произнесения, продолжила: — Цзян Ли, Сан Тан, у твоей подруги Ива и его компаньон Ивар и не только. Военная база… нападение… их больше нет…       — Ч-что? — мой голос сорвался на крик, и я вскочила с дивана, расширенными от шока глазами уставившись на мать. Мир вокруг меня, казалось, окончательно рухнул. Если раньше была лишь дыра, то теперь она разверзлась до бездонной пропасти. Это было немыслимо. Невозможно. Как? Как такое могло случиться? Мои подруги тоже потеряли, всех кого я знала… все исчезли в одно мгновение. Я чувствовала, как земля уходит из-под ног. Это было слишком. Слишком много боли, слишком много потерь. Словно кто-то безжалостно вырывал куски моей души, оставляя лишь зияющие раны. Я снова закрыла глаза, но на этот раз перед внутренним взором встали не только лица моего жениха и брата, но и улыбки Ива, Ивара, Цзян Ли, Сан Тана… Все они, такие живые, такие настоящие, теперь были лишь частью прошлого, которое стало невыносимо далеким.       Слезы вновь хлынули потоком, наполненные не только горем, но и яростью. Ярость на несправедливость мира, на его жестокость. Как я могла жить дальше, когда вокруг меня остался лишь пепел? Как я могла дышать, когда воздух был пропитан запахом утраты?       Мама подошла ко мне, обняла, но я не чувствовала ее прикосновения. Я была где-то далеко, в мире, где все, кого я любила, были живы. Но реальность неумолимо возвращала меня обратно, в эту серую, безрадостную пустоту. Я знала, что мне придется пройти через это, через эту бездну отчаяния. Но сейчас, в этот момент, я не видела выхода. Только боль. Только утрату. И только бесконечную, всепоглощающую тишину, которая наступила после того, как погасли их жизни.

Кай

      Я обернулся и увидел её. Из-за валуна справа выползла змееподобная тварь. Длинное чешуйчатое тело с короткими лапами сороконожки, огромный багровый капюшон, как у кобры, раскрытая пасть с тонкими, загнутыми внутрь зубами. Глаза, светящиеся зелёным светом, пронзили темноту. Кайто бросился ей навстречу, защищая меня. Удар пришёлся не по мне, а по земле у ног. Взметнулся фонтан камней, жар от пасти, запах гнили и аммиака. Кайто отшатнулся, но остался на месте. Его тело напряглось, мышцы вздулись. Я же застыл, парализованный ужасом. Мозг отказывался воспринимать происходящее, тело не слушалось. Это был кошмар, оживший, дышащий, готовый разорвать нас.       Тварь издала шипящий звук. От него по телу пробежали мурашки и встали волоски по всему телу дыбом. Её тело извивалось, лапки скребли по камням, издавая отвратительный шорох. Зелёные глаза горели слепой яростью. Чувствовал, как пот стекает по спине, сердце колотится, готовое выпрыгнуть. Мы оказались в ловушке, и тварь была нашим единственным врагом. Кайто кружил, отвлекая чудовище, давая мне время. Но на что? На побег? На укрытие? Я не знал. Видел, как он рискует ради меня, и это придало мне сил. Я не мог просто стоять и ждать. Огляделся в поисках оружия. Валун был слишком велик, земля каменистая, но ни одного подходящего камня. Змея раскрыла пасть, из неё вырвалась струя зелёной слизи. Она летела на Кайто. Закричал, но звук застрял в горле. И вдруг я увидел его — острый осколок камня, торчащий из земли. Во мне вспыхнула слепая ярость, и я бросился на врага, не помня себя. Схватил без раздумий камень и бросил его в чудовище. Он врезался в шею твари, где капюшон сужался. Раздался визг боли и ярости. Тварь дёрнулась, капюшон опал, обнажив толстую шею. Струя слизи отклонилась, ударив в землю рядом с Кайто. Он воспользовался моментом. С коротким клинком он бросился вперёд, вспарывая бок чудовища. Его тело было худым, но сила невероятной. Чешуя треснула, из раны хлынула тёмная кровь. Все смешалось поднятая пыль в перемешку с землей и слизью, камни, кровь. Тварь громогласно и пронзительно взвыла, пытаясь сбросить Кайто, но он держался крепко. Видел, как борьба разворачивается у моих ног. Одно существо воплощало кошмар, другое — верность нашей дружбе. Он спас меня от неминуемой смерти. Страх отступал, уступая место решимости. Я не мог позволить Кайто сражаться одному. Нашёл обломок кости, древний, тяжёлый, с зазубренным краем. Сердце забилось быстрее. Ноги понесли меня вперёд. Тварь была занята Кайто и не заметила моего приближения. Она извивалась, обрушивая удары хвоста. Но Кайто не сдавался. Его хватка усилилась, кинжал рвал чешую, из ран хлестала кровь. Поднял кость над головой и приготовился к решающему удару. В этот момент тварь заметила меня. Зелёные глаза пронзили насквозь, я ощутил ледяное дыхание смерти. Но страх исчез, осталась только ярость. Шаг вперёд — и кость стала тяжёлой, словно сама судьба вложила её в мои руки. Удар пришелся по той части, где у змеи не было защиты. Кость глубоко вошла в ее тело принося неимоверные муки и отвлекая тем самым от Кайто.       Тварь попыталась развернуться, но Кайто не дал ей шанса. Его хватка усилилась, тело напряглось. Я видел, как острое лезвие разрывает чешую и из раны хлещет кровь. Чудовище издала булькающие звуки, её тело содрогнулось, и она рухнула на землю, погребённая под собственной тяжестью. Зелёные глаза погасли, оставив только тьму. Я стоял, тяжело дыша, держа в руке окровавленную кость. Она выскользнула и с глухим стуком упала на землю. Повернулся к Кайто. Его тело было истерзано, но он был жив. Прерывисто дыша, он посмотрел на меня с благодарностью. Опустился на колени, и он уткнулся лицом мне в руку. Мы выжили. Мы победили. Оба устали за эти дни неимоверно. Оставшись в одиночестве, нам приходилось постоянно сражаться за свою жизнь. Портал раскидал нас, и мы не знали, где наши. Живы ли они? Что с ними? Портал сожрал не только наши вещи, но и весь резерв, а восстановиться не получалось. Нужно было спрятаться в укромном месте, но солнце палило нещадно и тварей водилось в этой части мира превеликое множество. Дикие земли, где по ночам насмешливо светили две луны. Они становились свидетелями рождения и смерти. И мы, два одиночества в пути, брели, не зная дороги.       Я гладил Кайто по голове, и его дыхание постепенно выравнивалось. А затем… над пустынной равниной… раздался звук:       — Кай, прости… Но эта тварь была ядовита… Слова застряли в горле. Нет, только не это. Он был ранен и похоже в эти раны попала ядовитая слизь или кровь этой твари.       — Кайто… - Произнес с отчаянием его имя, мои пальцы замерли, и я похолодел от предчувствия беды.       — Найди наших. Выживи и будь счастлив за нас. Уходи, пока не пришли падальщики. Меня охватила бессильная ярость пополам с отчаянием, когда пришло понимание: спасти друга не могу. Нет, нет, нет. Сердце бешено колотилось. Яд. Паника захлестнула сознание. Я взглянул на свои пустые руки, на обширную равнину, где обитают такие же существа, и на мертвого змея. Потом вглядывался в лицо друга, но видел только тускнеющий взгляд и слабеющее дыхание. Слова застряли в горле, как комья земли. Прости, что не уберег. Прости, что не распознал опасность. Я гладил его, чувствуя, как жизнь покидает тело. По щекам текли слезы. Почему считают, что мужчины не плачут. Не правда. Горе, как пламя, охватило душу, взяв за горло костлявой рукой. Кайто обмяк в моих руках, его рубашка прилипла к телу от крови и пота.       — Не говори так. Мы справимся. Я найду противоядие. Руки суки трясутся от бессилия. В его взгляде сквозило осознание неизбежности. Кайто понимал, что у нас нет ничего. Его дыхание стало совсем тихим. Я продолжал гладить его, надеясь на чудо. Но его тело оставалось неподвижным. Обнимал друга и тихо выл… Шептал его имя и молил богов... Но в такой момент никто мне не помощник. Я не дам им растерзать его тело…       Кайто ушёл. Оставил меня одного с горем и виной. Мне хотелось кричать, но горло перехватило спазмом да и не безопасно это...Отчаяние накатывало волнами от несправедливости жизни. Мир вокруг померк. Один в чужом мире. Долго ли я смогу продержаться? Поднявшись на ноги, посмотрел на закатное солнце. Сжимал кулаки и ненавидел всех. Я выживу ради тебя, Кайто, ради Садху и наших. Я стану счастливым за нас двоих. Это мой долг.       У меня было достаточно времени, чтобы похоронить его, собрать скудные вещи, что смогли сохранить и те что нашли, кинжал оправил в ножны и направиться в полном одиночестве в неизвестность. Я не знал, что это за мир. Я не знал, кто здесь обитает помимо тварей. И даже не знал, если вообще у меня шанс найти своих.