🌓 Под светом луны

Туман был густым. Он спускался с гор, заволакивал улицы Ионии и пронизывал кожу. Афелий стоял на крыше, наблюдая за бесшумными переулками. С пальца стекала засохшая кровь. Но боли не было. Только пустота. Он пришёл за правдой, за следами Солари. Но нашёл… его. Сетта. Слишком живого. Слишком тёплого. Слишком далёкого. Афелий провёл пальцем по губам — там, где они почти что не улыбнулись в тот момент, когда он увидел Сетта впервые. И снова увидел его с другими. И снова не услышал нужных слов. И снова ушёл. Алуна внутри головы была тиха, как никогда. Она не мешала ему пережить всё это сам. Только мягко присутствовала — как луна в пасмурную ночь. > «Он не знал, что ты ищешь его. Он тоже боялся». Афелий медленно опустил взгляд. Он не знал, кого он больше хотел — Сетта, или того, кем Сетт мог бы быть для него. --- Позднее утром. Рынок Ионии. Серые одежды. Жёсткий взгляд. Символ солнца, приторно выжженный на ткани. Афелий заметил двух членов Солари, проскользнувших между лавками. Они не выглядели как паломники. Один что-то передал другому — свернутый пергамент с печатью. Афелий затих, слился с тенью. Он знал, что должен следовать за ними. Задание было ясно: найти и пресечь диверсионную группу Солари, внедрившуюся в Ионию. То, что они здесь, означало: они планируют что-то серьёзное. Он последовал за ними, бесшумно, как и всегда. И чем глубже вели его следы, тем ближе он оказывался к месту, которое знал слишком хорошо — к Арене. --- Сетт тем временем швырнул одного из своих бойцов через тренировочную сетку. — Вставай, пока твоя гордость ещё не утонула! — рыкнул он. Он был раздражён. Но не из-за боя. А из-за мыслей.Сетт встряхнулся. У него были свои проблемы. Кто-то из новых аренщиков вёл себя странно. Люди замечали незнакомцев под ареной. Бумаги в бухгалтерии начали исчезать.Он начал своё собственное расследование. Сетт шагал быстро, в кулаках — напряжение. Ситуация на Арене вышла из-под контроля. Один из новых бойцов исчез. Кто-то пробрался в святилище под ареной. Бумаги о ставках начали исчезать. Кто-то из своих сливал информацию чужим. Он спрыгнул в подземный тоннель — и остановился. Там уже был он. Афелий. В темноте он выглядел почти призрачным. Но глаза… глаза были живыми. Настороженными. Узнавшими. — Опять ты, — выдохнул Сетт, пытаясь не показать, как бешено колотится сердце. Афелий чуть кивнул. Взгляд — не враждебный. Но не и тёплый. Он сделал жест: «Они здесь.» Сетт кивнул. — Тогда… как раньше? Ответа не было. Только короткий кивок. Этого было достаточно. Афелий шёл рядом с Сеттом, их шаги почти совпадали, но внутри него кипело. Вопросы, обида, недоверие. Сетт шагал уверенно, но украдкой косился на него. Видел напряжение в его плечах, сжатые губы, слишком резкие движения. — Хочешь поговорить? — спросил он, наконец. Афелий бросил на него взгляд. Медленный вдох. Затем покачал головой. «Не сейчас.» — Ладно. Но если вдруг надумаешь — я не исчезну. По крайней мере, больше не планирую. Они свернули в заброшенный квартал. Здесь когда-то жили мастера резьбы по дереву, но теперь это были пустые дома и улицы, по которым ходили только тени. Именно здесь был отмечен один из агентов Солари. И именно здесь началась снова их работа в паре. Афелий жестом указал на стену. Следы. Сетт кивнул. Обогнул угол. Сигнал. Бросок. Тишина. Потом — засада. Но теперь Сетт не прикрывал кого-то абстрактного. Он прикрывал его. Афелий двигался с точностью духа. Он чувствовал Сетта позади, чувствовал, как тот смотрит на него — не как на бойца. Как на что-то большее. Когда все закончилось, они остались вдвоем в развалинах, между ними — тишина и пыль. Сетт опёрся на стену и вытер кровь с подбородка. — Помнишь, как мы впервые вместе дрались? Афелий кивнул. — Ты тогда был ещё злее. Или просто не знал, как на меня смотреть. Афелий скрестил руки. Сделал жест: «А теперь?» Сетт усмехнулся. — А теперь я смотрю и думаю, насколько сильно ты врезался мне в жизнь. Наступила пауза. Афелий посмотрел на него долго. Словно ждал, искал ложь в этих словах. Не нашёл. Они сидели на обломках колонны. Молча. Но молчание это не было пустым. Оно было как дыхание перед прыжком. Ожидание перед чем-то важным. — Я не знаю, как всё исправить, — признался Сетт. — Я многое сделал не так. Но я здесь. Сейчас. И если тебе надо, я буду рядом. Без обещаний, без «навсегда». Просто... здесь. Афелий посмотрел на его руки. Большие, сильные. Те самые руки, что когда-то не отпустили его в каньоне. Он сделал жест: «Ты всегда так говоришь?» Сетт улыбнулся. — Только когда рядом ты. И тогда что-то в Афелии дрогнуло. Ненадолго. Но достаточно, чтобы он позволил себе опереться плечом о его бок. Совсем чуть-чуть. Сетт не пошевелился. Только стал дышать тише. И в этот момент — когда город спал, а враги затаились в подземельях — Афелий решил, что может остаться. На день. На два. На столько, сколько сможет. Он ещё не простил. Ещё не разобрался. Но рядом с Сеттом стало тише внутри. А этого было достаточно, чтобы не уйти.