В тёмной комнате

Фотографии парящих в воздухе фей вызвали взрыв интереса. Мэгги и Агате предложили сняться для рекламы платьев из органзы, «лёгких, как крылышко феи». Отец был категорически против, но Тео пообещал: — Я смогу его убедить. Наплету что-нибудь. Не волнуйтесь! — Я так от него устала, — выдохнула Агата, опуская бокал вина. Вчетвером они сидели в гостиной-кабинете-библиотеке брата. Маленькая даже для Лондонской квартиры комнатка была завалена книгами, журналами, полупустыми чернильницами и сломанными ручками. Примерно так Мэгги представляла себе кабинет Артура Конан Дойла. Агата устроилась на подоконнике, Маргарет в кресле у книжного шкафа, листая новые издания Киплинга и Шоу, которые Тео ещё сам не успел прочитать. На столе рядом с бутылкой вина лежал последний номер «Сенсаций» — с Агатой в окружении фей на обложке. — Не могу больше его терпеть, — продолжала жаловаться она. — И это поместье... Я бы лучше жила с вами. — Упаси бог, — пробормотал Джереми. Агата скорчила гримасу и продолжила жаловаться: — Когда он поймёт, что нельзя нас держать взаперти? — Когда вы выйдете замуж, — откликнулся Тео. — Очень смешно. Я… — Когда вы решили устроить сеанс? — перебил Тео. — Я хочу посмотреть список гостей. Маргарет не подняла головы от книги, а Агата закатила глаза. Спиритические сеансы проводили почти в каждом доме. Усопшие лишились покоя: их призывали на приёмы, а временами даже во время чая. Фотографии фей были началом. Мир захлестнула погоня за сверхъестественным. Тео думал, как бы это использовать. Он хотел вывести «дар» сестёр на новый уровень, превратить их в медиумов, установивших тесный контакт с потусторонним миром — и неплохо заработать на этом. Но сначала стоило подготовить публику. Наполняя бокал вином, он сказал: — Может, приедет Конан Дойл. — Что?! Все обернулись к Маргарет, которая в первый раз за вечер оторвалась от книги. Глаза широко распахнуты, на губах — улыбка человека, который не верит в своё счастье. — Сам Сэр Артур? — прошептала она. — Только не питай напрасных надежд, — вздохнул Тео. Он уже жалел, что раскрыл карты заранее и теперь рисковал расстроить сестру. — Он ответил на приглашение, но не дал обещаний. Его секретарь написал, они попытаются найти время. — Оу… — вздохнула Маргарет. — Но он очень хвалил наши последние фотографии. Он думает, у вас есть особый дар. — Очень жаль, — на этот раз вздохнула Агата. Маргарет готовилась к этому приёму тщательнее обычного. Она попросила горничную дважды выгладить платье, вертелась перед зеркалом, оценивая причёску, придирчиво выбирала духи. Агата молча ждала сестру, листая журнал. К гостям они, как всегда, вышли, держась за руки. Улыбка быстро исчезла с лица Маргарет. Сэра Артура нигде не было видно, а он бы, конечно, не остался незамеченным. Она поприветствовала нескольких знакомых, взяла с подноса бокал шампанского и — толкнула Агату локтем. Та охнула, удар оказался сильнее, чем обычно. — Что случилось? — Видишь его? — шепнула сестра. Агата с трудом нашла нужного человека в толпе. Невысокий брюнет, волосы зализаны назад, вычурный узор на галстуке. — Это секретарь Сэра Артура! — прошептала Мэгги. — Не знаю, что тут страннее, что ты знаешь, как он выглядит, или что это тебя так радует, — выдохнула Агата. В прикроватной тумбочке Маргарет хранила два альбома с газетными вырезками. Первый — с её работами, а второй был посвящён Конан Дойлу, его новым романам и путешествиям. Она внимательно читала каждую заметку, рассматривала фото, и, конечно, запомнила лицо человека, приближенного к кумиру. До боли сжав руку сестры, она зашептала: — Хочу с ним познакомиться. Но кто нас представит? — Я сама вас представлю, — решительно выдохнула Агата. — Не забудь попросить автограф. Достаточно было начать разговор, чтобы он лёг на нужные рельсы. Как вам вечер? Вы видели последние фотографии? Да, они правда волшебные! Пока Агата болтала, Маргарет пыталась высмотреть писателя, будто он вот-вот, как Шерлок Холмс в одном из рассказов, ворвётся в комнату. Не выдержав, она спросила: — А сам Сэр Артур? — Увы, у него слишком много дел, — спокойный голос секретаря уравновешивал волнение девушки. — Наверное, вам надоели эти вопросы, но могу я узнать, кто из вас на фото? Агата улыбнулась. — На всех снимках — я. Но настоящая волшебница здесь она. Каждый раз ухитряется ловить фей в объектив. — Всегда интересовало, как это у вас получается, — он повернулся к Маргарет. — А расскажите… Агата, извинившись, удалилась. Третий лишний им явно не был нужен. Не нуждалась в нём и другая парочка: Тео и Джереми, каждый с бокалом портвейна, шептались у окна. Наверное, болтают о предстоящем сеансе, подумала Агата. В поместье духов призывали в первый раз. Но сёстры успели побывать на нескольких «встречах с потусторонним», и на каждой Агата хотела умереть от скуки. Сжимая ладонь сестры, она всё больше понимала, почему мать на приёмах пила так много шампанского — это делало вечер терпимым. В последний раз они пытались вызвать дух Клеопатры. Люсиль Россетти, хозяйка приёма, пару лет назад совершившая путешествие в Египет, до сих пор гордилась этим фактом. Когда она провыла «Я — великая Царица Нила», Агата извинилась и разорвала круг. Только на балконе она дала волю смеху. И минуты не прошло, к сестре присоединилась Мэгги, едва скрывающая улыбку на губах. — Она там рассказывает, как собиралась объединить Египет, выйти замуж за Римского императора и править до скончания времён. Облокотившись на балюстраду, она смотрела на парк, обступающий дом. Ночь выдалась холодной, оголённые по последней моде руки быстро покрылись мурашками. Агата усмехнулась. — Думаешь, она реально в это верит? Маргарет пожала плечами. Она вглядывалась в темноту между деревьями, будто кто-то вот-вот оттуда появится. Кто-то, наблюдающий за ними из тени. Но — напомнила себе Мэгги — в тёмном лесу, как и в тёмной комнате, никого нет. — Нужно что-то придумать, — тем временем говорила Агата. — А то она обидится на всю жизнь. Давай скажем, наш дар не выдержал давления такой сильной леди как Клеопатра? Той ночью миссис Россетти появилась на приёме. Она первой направилась к круглому столу для игры в бридж, который накрыли тёмной тканью. Генри, покачав головой, отказался участвовать; Эмер уже перенеслась в собственный магический мир с помощью коктейлей. А Тео не собирался садиться за стол: он работал над серией статей про сеансы и предпочитал наблюдать со стороны, делая заметки. Перо и записная книжка были наготове. Агата взяла организацию в свои руки. Усадила сестру с одной стороны от секретаря Конан Дойла — нужно было запомнить его имя — а с другой села сама и, откашлявшись, спросила: — Какой же дух мы позовём сегодня? Прежде чем закрыть глаза, она бросила взгляд на Тео. Все четверо договорились: «Импровизировать. Кто-то из этих точно впадёт в транс, вам нужно лишь подтолкнуть и…» Кто-то тяжело захрипел, задыхаясь. Маргарет неуверенно приоткрыла правый глаз, Агата — левый. Увиденное не было похоже на мистический экстаз — или его имитацию. Миссис Россетти лежала на столе. Жемчужное ожерелье сияло белизной на чёрном, пальцы в белых перчатках впились в ткань. Не успела Агата подумать: «До сердечного приступа довели!», она резко выпрямилась. Выражение её лица совсем не подходило немолодой леди. Глаза сощурены, губы напряжены, открывая ряд зубов — неожиданно острых. Потянув на себя ткань, она заговорила глухим, хриплым голосом: — Каждая из вас достойна смерти или вечного проклятья. Вы играете с силами, о которых ничего не знаете. С древними, невероятными силами! Все молча наблюдали за припадком; ручка Тео, оставляя кляксы, строчила в блокноте. — Это наше предупреждение! Прекращайте, а не то… — захрипев снова, она обрушилась на стол. Соседи по столу потянулись к ней, но Люсиль сама подняла голову, и, поправляя украшения, заговорила привычным высоким голосом: — Простите, я задумалась на пару секунд. Мы ещё не начали? Я ничего не пропустила? Ответом ей было молчание. Через несколько часов, когда Миссис Россетти громогласно рассказала о пережитом «невероятном, мистическом опыте». Когда секретарь сэра Артура — Фредерик — попрощался с сёстрами, сжав ладонь Маргарет и помахав Агате. Когда Тео перечитал заметки, пытаясь разобрать несколько особенно непонятных фраз — семья собралась вместе. — Что это было? — спросила Агата. — Может, у неё нервное помешательство? — прошептала Маргарет. — Вы слышали, что она говорила потом, когда пришла в себя? — вмешался Тео. Близнецы покачали головами. — А я записал. И взял разрешение на использование этих слов для газеты, — он помахал блокнотом и откашлялся. — «Конечно, этот опыт произошёл здесь, у пруда, где две талантливые девочки встречаются с феями. Магия этого места и мой талант медиума объединились». Думаю, вы поняли. Она слегка спятила от восхищения, — он захлопнул блокнот и потянулся за бокалом. Несколько секунд в детской стояла тишина. Сжав ладонь сестры, Маргарет спросила: — Что же теперь? — Нам нужны ещё фотографии, — ответил Тео. — Если она расскажет о сеансе всем знакомым, а она расскажет, к нам вспыхнет интерес. — Он и не угасал, — пробормотала Агата и повернулась к сестре. — Можем наснимать до конца недели? Та кивнула. — Постараемся. Нам всё равно больше нечем заняться. Переодевшись в ночную рубашку, Агата зашла к сестре. Она знала, та не спит, а стоит у окна, глядя на лес. — Волнуешься? — Да, — вздохнула она. — Почему Люсиль нам такого наговорила? Про месть и всякое. — Наверное, прочитала какой-то роман про Египет и проклятья. Знаешь, вроде тех, что ты раньше читала на ночь, а потом не могла уснуть. Маргарет улыбнулась. — До сих пор читаю. — Ещё бы, — Агата хихикнула. — Она просто очень… экзальтированная. Так ведь говорят? Не беспокойся. Мэгги покосилась на тёмный лес. — Да, ты права, — она сделала глубокий вдох. — Фредерик пригласил меня на обед, кстати. — Надо же! — Агата обхватила сестру за плечи. — Когда? — На следующей неделе. Но знаешь, он позвал только меня, а ты… Агата не дала ей договорить: — Иди и ни о чём не волнуйся. Я же знаю, ты очень хочешь! — Да, — на щеках Маргарет вспыхнул румянец. — Невероятно хочу! — А теперь спи. Я задёрну шторы, чтобы ты не боялась всяких теней из леса. Тем более, их там всё равно нет.