Воровка воспоминаний

«Тот, кого ты лечишь ночью, утром может оказаться твоим убийцей. Но тот, кто не даёт тебе заснуть, — иногда единственный, кто не даёт тебе умереть».

— Из воспоминаний лекаря, чьё имя стёрто временем.

Эсмеральда бежала так долго, как могла. Стало совсем темно, когда она выдохлась и, обернувшись, чтобы убедиться в отсутствии погони, перешла на тревожный шаг. Несмотря на млгу, окутавшую лес с наступлением сумерек, всё равно удалось разглядеть заросли вековечных дубов впереди. Каждое дерево было таким широким, что за ним с лёгкостью могли укрыться несколько человек. Идеальное место, чтобы перевести дух. Эсмеральда ускорила шаг и, обогнув один из дубов, наконец остановилась. Мышцы на ногах противно заныли. Только тогда она осознала, как сильно устала и испугалась. Впрочем, чувствовать себя в безопасности было ещё рано. Пусть лес и окутывала тишина, не считая стрекота насекомых и далёкого шума дождя, едва просачивавшегося сквозь тысячелетние кроны, воспалённый мозг всё равно рисовал угрозу в каждом шорохе. Казалось, что где-то недалеко всё ещё раздаются выстрелы.  — Без глупостей, — сказал знакомый голос. Эсмеральда не успела поднять голову, как револьвер упёрся ей в висок. Это был Винсент. Эсмеральда всё же сумела посмотреть на человека, наставившего на неё оружие, вскользь. Он выглядел запыхавшимся и бледным и держался рукой за рану, нанесённую ещё у ручья. По ладони, прижатой к животу, струилась кровь.  Как он сумел зайти так далеко в лес, будучи серьёзно раненным, и почему всё ещё держится на ногах?  — Думаешь убить меня в таком состоянии? — Эсмеральда горько усмехнулась, делая вид, что её руки вовсе не дрожат. — Что ж, валяй. Но это ничего не изменит. В одиночку ты точно долго не протянешь. Тебя найдут голодные звери по запаху крови. Сколько пуль у тебя осталось? Вряд ли хватит, чтобы отстрелять всех. Винсент судорожно вздохнул. Казалось, он хотел что-то сказать. Но не успел: прежде чем с обескровленных губ сорвался первый звук, Винсент, обессилев, рухнул в траву.  Эсмеральда в ужасе замерла. На несколько мгновений она перестала дышать. Все звуки вокруг заглушил шум в голове. Первый вдох из-за этого показался оглушительно громким. Волнение, собравшееся в животе в тугой узел, медленно растворилось, обратившись приятным теплом. Так вот что люди зовут облегчением. Медлить было нельзя. Эсмеральда точно не знала, жив Винсент ещё или нет, так что спешно приподнялась и подползла к его телу. Поборов отвращение, она вытащила револьвер из скользкой от дождя и пота руки. К счастью, пальцы разжались без лишнего сопротивления. Оружие было тяжёлым — тяжелее, чем Эсмеральда себе представляла. Раньше она никогда не держала револьвер — разве что в воспоминаниях, но там ощущения были иными, потому что истинными владельцами воспоминаний были мужчины, несомненно превосходившие хрупкую воровку в физической силе. Все они очень хорошо стреляли, поэтому в теории Эсмеральда знала, как пользоваться револьвером и даже винтовкой, но ей не нравилось подобное оружие, в отличие от бомб и ножей.  К слову о ножах. Винсент вполне мог носить с собой ещё и холодное оружие. Эсмеральда похлопала его по спине и бёдрам, но не обнаружила карманов. Должно быть, они располагались с наружней стороны. Чтобы проверить, нужно было перевернуть Винсента на спину. Но вдруг он очнётся и снова попробует напасть? Нет, оставлять врага безоружным нельзя. Закусив губу, Эсмеральда положила руки на плечи Винсента и потянула его вправо. Несмотря на худощавое телосложение, Винсент оказался невероятно тяжёлым и перевернуть его вышло только с третьей попытки.  Не дав себе времени отдышаться, Эсмеральда бросилась изучать содержимое карманов и впрямь нашла кое-что полезное: коробок со спичками, складной нож и пустую флягу, висевшую на поясе. Больше ничего не было, но, памятуя о людской хитрости, Эсмеральда сняла с Винсента сапоги. Те оказались пустыми и, признаться, пахли не слишком приятно. Эсмеральда с отвращением поставила их подальше.  Неожиданно Винсент, лежавший без звука и движений, издал тихий стон. Его губы зашевелились, но в результате он не сказал ничего членораздельного и не очнулся.  — Ты невероятно живуч. Как и все гады на этом свете. — Эсмеральда протянула руку к лицу Винсента и убрала налипшие пряди волос с его лба. — Какая жалость! Ты вряд ли ты дотянешь до следующего утра, если я тебя брошу. А я тебя непременно брошу! Ты ни секунды не колебался, когда решил пожертвовать мной. Так почему я должна колебаться из-за такого куска дерьма, как ты? Она нежно провела рукой по впалой щеке, а затем коснулась раны, оставленной камнем. Винсент дёрнулся, но так и не открыл глаза. На ощупь он был очень горячим. Должно быть, его лихорадило. Это ещё сильнее сокращало его шансы на выживание.  — Мне и правда интересно, почему ты не такой, как все. Даже сейчас лишь из-за этого мне не хочется тебя покидать, несмотря на всё, что ты сделал. Но подозреваю, что ты и сам не знаешь ответ. Так зачем мне оставаться?  Эсмеральда невольно вспомнила про Алека. Была ещё одна тайна, не дававшая ей покоя. Винсент с холодной убеждённостью повторял, что его цель стоит любых жертв и он готов отправить на смерть каждого. Так почему же в последний миг, когда Алек выскочил, решив принять пулю на себя, он передумал стрелять? Почему бросился на нож неприятеля вместо мальчишки, которого то и дело унижал и третировал? Какие между ними отношения? Кто Алек для Винсента? Неужто и правда… брат? Если подумать, при разговоре о фотографии Роза как-то странно посмотрела на Алека.  — Я помогу тебе только из любопытства, слышишь! Чёрт бы побрал моё любопытство. Эсмеральда с грубостью расстегнула пуговицы на дождевике Винсента. Затем она разложила нож и разрезала сперва пиджак, а после — рубашку. Как-то раз она крала воспоминания у одного лекаря. Он не особо интересовался последними медицинскими открытиями, а денно и нощно изучал лекарственные травы, чтобы помогать больным, даже не имея доступа к современным лекарствам. Кое-какие из его познаний Эсмеральда позаимствовала. Это было чистой случайностью. Она всего-то хотела стереть лишнее. Но в итоге воспоминания, украденные без желания, неожиданно пригодились.  — Ты будешь мне должен, — беззастенчиво заметила Эсмеральда и срезала лоскут ткани с рубашки Винсента. — И я обязательно взыщу свой долг, когда придёт момент.  Она наклонилась над раной. Та выглядела не слишком опасно. А вот кровотечение… 

⁘ ⁘ ⁘

Винсент открыл глаза глубокой ночью. Первым делом, невзирая на слабость, он принялся ощупывать карманы. — Не это ли ищешь? — издевательски поинтересовалась Эсмеральда, продемонстрировав револьвер.  Она почувствовала, как волчий взгляд Винсента полоснул её, но сохранила по-лисьи ехидное выражение лица. Недолго думая, Винсент продолжил поиски. — А теперь ты ищешь это, верно? — Эсмеральда достала из кармана нож и даже разложила его, чтобы не оставалось никаких сомнений в том, кому он принадлежал. — Боюсь, ты совершенно безоружен и находишься в моей власти. Если я захочу, то в любой момент могу избавиться от тебя. Каково тебе оказаться в таком положении?  Пламя костра осветило, как бледные губы поджались в такт последним словам.   — Вижу, что ты не в восторге. Это меня радует! — Если бы ты хотела убить меня, ты бы давно это сделала. — Ты прав. Сперва я хочу хорошенько помучать тебя. В револьвере остались четыре пули. Значит, я могу оставить в тебе четыре дырки. Звучит очень заманчиво после того, как ты в меня стрелял! Но я могу и передумать, если ты дашь верные ответы на мои вопросы. Винсент протяжно вздохнул: — Ты не убьёшь меня. Иначе ты бы не стала перевязывать мои раны. — А может, я перевязала их, чтобы ты подольше пожил и подольше помучался. Всё-таки я достаточно мстительна по своей природе. Да и мне кажется, что спускать с рук попытку убийства не стоит. — Это было самое правильное решение в той ситуации. — Так ты даже сейчас не сожалеешь? — Эсмеральда присвистнула. — Такого бессовестного и безжалостного негодяя надо ещё поискать!  — Я уже говорил, что наша цель оправдывает любые средства. — Так почему ты передумал, когда под пулю выскочил Алек? Винсент отвёл взгляд, а затем осторожно приподнялся на локтях.  — Зачем развела костёр? Не боишься, что нас найдут по свету? — Не переводи тему. Эти дубы достаточно толстые, чтобы скрыть не только нас с тобой, но и крошечное пламя. — Эсмеральда постучала рукой по дереву. — Так кто Алек для тебя?  Винсент снова не ответил. — Я ожидала, что ты продолжишь играть в молчанку. Тогда поговорим о другом. Вообще я надеялась, что найду ответ сама, если ещё раз взгляну на фото Розы. Оно было весьма интригующим! А ты, оказывается, очень сентиментален и только делаешь вид, что тебе безразличны окружающие. — Эсмеральда снова нырнула рукой в карман, но на этот раз вытащила оттуда прямоугольник, напоминавший почтовую открытку. — В противном случае ты бы не таскал повсюду эту фотокарточку.  Винсент нервным движением ощупал карманы по новой. Только сейчас он заметил, что остался без пиджака и рубашки — лишь в дождевике. — Я планировала выкрасть снимок у Розы, но всё оказалось куда проще. А ты был довольно милым в юности! — Верни сейчас же! — Ещё чего! Мне нужны ответы. Кто ты и откуда пришёл? Почему ты так рьяно оберегаешь Алека? Ну и главное: почему на тебя не действует забвение?   — Откуда мне знать? — Ладно, допустим, про забвение ты и правда не в курсе, но ответы на все остальные вопросы ты точно знаешь. Винсент потупил взгляд.  — Я предполагала, что Алек может быть твоим братом или родственником, — продолжила Эсмеральда, глядя на фото. — Но его нет на этом снимке. Здесь только ты, Роза и некий Тео. Вы с Тео похожи больше, чем с Алеком. Подозреваю, что скорее он твой родственник. Датировано фото… — Она перевернула карточку. — …2-ым годом Эры Обновления. Как же давно это было! А какая сентиментальная надпись! «Винсент, Тео и Роза: вместе сейчас и навсегда!» Не похоже на тебя. Ты так плохо обращаешься с Розой, а её фото носишь близко к сердцу! — Это всё в прошлом. — Винсент посмотрел на пламя. — Пожалуй, надо было от него избавиться. — Пожалуй. Но ты этого не сделал, и благодаря этому я многое поняла из того, что не давало мне покоя. Будь Алек действительно твоим братом, он бы присутствовал на этом снимке. Но его здесь нет. При этом, по имеющейся у меня информации, вы знакомы давно… — К чему ты клонишь? — Неужели ты питаешь к Алеку запретные чувства? Винсент посмотрел на Эсмеральду, как на круглую дуру. — А что ещё я должна думать? Ты относишься к нему не как к другим. При этом женщины вокруг тебя вообще не интересуют. Тебе плевать и на верность Розы, и на сладость моего поцелуя. Вывод напрашивается сам собой.  — Не всех мужчин можно прельстить красотой. Что до Розы, то наши с ней отношения тебя не касаются.  — Так она всё-таки что-то значит для тебя? Хотя явно не столько, сколько Алек.  Винсент отвернулся. Он не намеревался продолжать разговор. Эсмеральда с улыбкой положила револьвер, нож и фотоснимок в траву, а затем встала и медленно подошла к костру. Обогнув огонь, она остановилась напротив Винсента. — А что насчёт Райвена? Почему старый вояка Кросса следует за тобой по пятам? Строго говоря, ты ещё мальчишка, а он, годясь тебе в отцы, слушается тебя беспрекословно. Эсмеральда положила руки на плечи Винсента. Тот слегка пошатнулся. — Больно, что ли? Ну прости, придётся немного потерпеть. Я хочу знать ответ. Она протянула руку к щеке Винсента. Карие глаза с алым отливом встретились с холодными и колючими глазами цвета штормящего моря. Винсент застыл на секунду, словно заворожённый моментом, но затем резко ударил по ладони, накрывшей его лицо.  Эсмеральда, смеясь, наклонилась ещё ближе, и, поддев подбородок Винсента другой рукой, притянула его к себе. — Давай-ка проверим, смогу ли я развязать тебе язык на этот раз. Она припала к губам Винсента. В прошлый раз они были неподатливыми, как сжатые тиски. Теперь же они оказались сухими и горячими и уже не сопротивлялись, точно помня о данном обещании. Поцелуй вышел приятнее, чем первый, однако не принёс того, чего так хотелось.  — И снова пустота… — сказала Эсмеральда, медленно отстраняясь. Винсент вопросительно уставился на неё. — Ты и впрямь не такой, как все. Знать бы, в чём твоя сила. Должна же быть какая-то причина, почему на тебя не работает мой дар. Неужели ничего не приходит в голову? — Я не знаю, почему так. Но даже если бы знал, не сказал бы.  — Чтобы я не использовала это против тебя? Мне тоже следовало молчать о забвении. — Эсмеральда со вздохом уселась рядом. — Но я наивно полагала, что умнее всех людишек. И что я имею? Изувеченные руку, шею и три покушения на мою жизнь за один день. За всё время, что я бродила по свету, стирая себя из памяти людей, я ни разу не оказывалась в подобных передрягах. Стоило продолжать жить, как раньше. Но у судьбы то ещё чувство юмора. Почему тогда на площади я приметила именно тебя! — Алек был внуком слуги в доме, где я рос, — неожиданно произнёс Винсент, глядя на то, как танцуют в костре языки пламени. — После смерти матери отец сослал меня к дальним родственникам. Там я его и встретил. Там же я встретил Розу и Тео. Ты правильно подумала: Тео мне вроде брата, хотя наше родство очень запутанное и далёкое. Что касается Розы, то она была невестой Тео. Её семья жила по соседству и ещё в их раннем детстве договорилась о браке. Сейчас они уже давно должны были пожениться, но Роза решила порвать все связи с семьёй и пойти за мной. — Ты что, увёл невесту брата? — Эсмеральда иронично согнула правую кровь, но Винсент даже не взглянул на неё. — Я не хотел этого. Я бы предпочёл, чтобы она осталась с Тео. Но Роза очень упрямая. — Я это уже заметила. — Я всё надеялся, что она одумается и вернётся домой, но прошло уже слишком много времени. — Ты поэтому говоришь ей такие мерзости? — Если ты про тот случай в подвале, то тогда она правда совершила большую ошибку. Винсент поднял глаза. Его взгляд пересёкся со взглядом Эсмеральды. — Кажется, я поняла, — протянула она с осознанием. — Ты злился вовсе не из-за того, что вы могли лишиться моей способности, а из-за того, что Алек чуть не погиб, оставшись со мной. — Алек для меня и впрямь особенный. Мы с ним во многом похожи. — Не вижу сходств. — Эсмеральда поморщилась. — Ему не нравится всё, что ты делаешь. Он бы предпочёл жить обычной жизнью. — У него, как и у меня, нет выбора. — Выбор есть всегда. Винсент выдержал паузу, прежде чем ответить. — Обычная жизнь доступна не всем. Это редкая роскошь. Что Алек, что я потеряли семьи из-за революции Кросса. Мы оба обязаны отомстить, чего бы это нам ни стоило. — Ты про свою мать? Винсент замер. Эсмеральда заметила, что он вцепился пальцами в ткань своих брюк. — Когда я впервые увидел Алека, то решил, что он жалкий, слабый и вряд ли протянет долго. Но вскоре я разглядел в нём огромный потенциал. Можно сказать, что он и правда стал мне как младший брат. Он — алмаз, который я огранял долгие годы. Я не могу позволить ему умереть после всех вложенных в него трудов. — Так он брат тебе или марионетка?  — Сейчас он для меня самый важный человек.  — Ты со всеми важными для тебя людьми жесток? Своеобразная у тебя привязанность. Ветка в костре хрустнула и невольно отвлекла от разговора. Эсмеральда хотела подкинуть ещё веток, как вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд Винсента. Он выглядел, как никогда, серьёзным. — Не заигрывай с Алеком. Для тебя это всё шутки, но он ещё слишком молод и наивен. В отличие от меня, он с лёгкостью падёт под твоими чарами. Всё это может закончиться нежелательным образом. — Где это я заигрываю? — Эсмеральда всё же наклонилась к собранным веткам и добавила парочку в огонь. — Мне просто приятно с ним общаться. Не то что с тобой или Розой. — Ты ему правда нравишься. Он ради тебя под пулю подставился. Эсмеральда застыла на месте и медленно разогнулась обратно. — Чушь полная. Он бы сделал это и ради тебя. — Может быть, и так, но мы с ним знакомы очень давно. А тебя он знает меньше недели. — Я не виновата в том, что так красива. — Ты не только красива, ты ещё владеешь искусством сладких речей, перед которым обычным мужчинам сложно устоять.  — Ты говоришь совсем как Роза. Вот только я не обольщала Алека. Признаюсь, что попытка была, и в корыстных целях (я хотела сбежать с помощью него), но он меня раскусил и не дал собой воспользоваться. Как по мне, вы сильно недооцениваете Алека. Он не такой уж и глупый.  — Он достаточно глуп, чтобы испытывать симпатию к кому-то вроде тебя. — А что со мной не так? И кроме того: что, если Алек мне тоже нравится? — Тебе-то? — неожиданно Винсент рассмеялся. Это случилось впервые на памяти Эсмеральды. — Ты никого любишь, кроме себя. Ты — воровка, и тебя от природы тянет к красивым, блестящим вещам. Алек для тебя именно такая вещь. Ничего больше. Лукавая улыбка исчезла с лица Эсмеральды. Она спешно отвернулась.  — Ты стал как-то особенно разговорчив, хотя сперва наотрез отказывался мне что-либо говорить. Неужто начал доверять мне?  — Я никому в этом мире не доверяю. — Тогда что? Раскрыл свои секреты с Алеком и Розой. Не боишься, что разболтаю? — Я просто знаю, что могу убить тебя в любой момент. Эсмеральда повернула голову обратно: — Да что такое ты говоришь? Ты ранен, тебе сейчас со мной не тягаться.  Внезапно Винсент схватил её за плечи и уронил на землю. Сам он навис сверху с нехарактерной для его вечно безэмоционального лица ухмылкой.  Эсмеральда попробовала вырваться, но Винсент с силой стиснул её запястья. — Я, может, и ранен, но я всё ещё мужчина. А мужчина по природе сильнее любой женщины. — Отпусти меня! — выкрикнула Эсмеральда, скривившись, но ответом ей послужила лишь более широкая усмешка. — Думаешь, победил? Она ударила коленом в место ранения — и Винсент ослабил хватку. Эсмеральда воспользовалась образовавшейся заминкой и вырвалась. Быстро встав с земли и отойдя на шаг назад, она заметила:  — Ты может, и мужчина, но я знаю рану на твоём теле лучше тебя. С ней ты такая же слабая женщина, как и я! Нет, ты ещё слабее! Винсент разогнулся и занял сидячее положение. Он вновь держался за раненый бок.  — Это твоя расплата. В следующий раз сто раз подумаешь, прежде чем выкинуть что-то в этом духе. — А почему нет? — спросил он, тяжело дыша. — Тебе можно целовать меня без спросу, а я ничего не могу сделать? Несправедливо получается. — Ты не ответил на ещё один вопрос. Эсмеральда вернулась назад, к оружию и фото, и принялась складывать их в карманы. Револьвер она предусмотрительно оставила в руке, чтобы Винсент был осторожнее в своих действиях.  — Я вроде бы сказал всё, что ты хотела услышать. — А как же ваша история с Райвеном? Эсмеральда игриво взвела курок.  Винсент, словно не заметив этого, неторопливо пояснил: — Нет никакой истории. Отец приставил Райвена ко мне как телохранителя. Он проникся идеей революции и решил верно мне служить. — Бывший солдат Кросса? Никогда не поверю. — Йохан тоже служил в гарнизоне.  — Йохан не такой мутный, как вы с Райвеном. Хотя признаюсь: когда я спросила, он тоже толком не ответил, почему решил присоединиться к тебе. — У каждого есть причины. Глубоко личные. — Так он не сказал мне, потому что не доверяет? — Существуют вещи, которыми не хочется делиться. Ты же тоже о чём-то молчишь, верно? Эсмеральда перестала вертеть револьвер.  — Я всю жизнь провела вне памяти людей — в забвении, которое никому и не снилось. Разумеется, я о многом молчу. — Наверняка есть вещи, в которых ты обманываешь даже саму себя. Они хранятся в самых тёмных уголках твоей души. Ты предпочитаешь о них не думать, а когда они выползают на свет, всеми силами игнорируешь их существование. Примерно также ощущаются для многих из нас события, которые заставили нас вступить в ряды сопротивления. — Ты так и не сказал, почему решил стать мятежником. — Сказал. Революция отняла у меня всё, когда я ещё был ребёнком. Эсмеральда хотела возразить, ведь Кросс захватил власть, когда Винсент был уже достаточно зрел, но очередной треск веток в костре отвлёк её от этой мысли. — Советую тебе лечь поспать. Завтра, так уж и быть, я сопровожу тебя до места встречи с остальными. Ты говорил что-то про объявившегося принца. Наверняка знаешь, куда идти. И вот ещё: возьми. Она бросила Винсенту флягу с водой. — А ты не будешь спать? — Я слишком не доверяю тебе, чтобы сомкнуть глаза рядом с тобой. Кроме того, в лесу ещё могут быть те лазутчики. — Твоя правда. Они были одеты как путники и пришли явно не из Рейнбурга. Сдаётся мне, это были шпионы Кросса. Он то и дело внедряет их в ряды сопротивления. На этот раз они принесут ему новость о принце. — Это правда выживший принц или самозванец? — внезапно спросила Эсмеральда. — Я слышала, что резня во дворце была нешуточной. Вряд ли кто-то мог выжить. — Не знаю, но нам на руку любой вариант. Самозванец он или нет — он сможет собрать вокруг себя больше сторонников.  — А если он в итоге займёт трон? — Если он будет хорошим правителем, то я не стану возражать. — Раньше я думала, что ты хочешь сесть на трон вместо Кросса. Винсент помрачнел и потяжелевшим голосом сказал: — Я никогда не хотел королевской власти. Я презираю её от всего сердца. Я хочу свергнуть того, кто сидит на кроне незаконно и поверг страну в пучину хаоса. Мне не нужны ни слава, ни своя страница в истории, ни тем более власть.  — Так вот почему ты так рад принцу. Правда он наследник почившего короля или нет — доказать сложно, но он в любом случае более легитимный правитель, чем Кросс. Тебе и впрямь будет проще достичь своей цели, имея в кармане такой козырь.  Винсент не ответил. Он о чём-то задумался. Эсмеральда хмыкнула и присела на траву. Ночь предстояла долгая и утомительная.