Ashes of the Court

Дождь стучал по крыше чёрного как смоль автомобиля, будто пытался пробить броню. Натаниэль Веснински сидел на заднем сиденье, пальцы судорожно сжимали папку с новым именем, новой жизнью. — Ты будешь Нилом Джостеном. — Ичиро протянул ему паспорт. – Бывший юниор «Воронов», бросивший экси после травмы. Теперь — десятый игрок «Лисов». — Голос Ичиро Мориямы был спокоен, как лезвие перед ударом. — Восемнадцать лет. Сирота. Теперь — новичок в «Палметто» Натаниэль не ответил. Он смотрел в окно, где капли дождя сливались в мутные потоки. Как кровь после работы отца. — Ты знаешь, зачем идешь туда. — Проверить, предатель ли Кевин. — Натаниэль механически повторил инструкцию. — И если да — ты устранишь проблему. В груди что-то дрогнуло. Кевин. Тот самый мальчик, который когда-то в раздевалке «Воронов» сказал: «Ты играешь, как будто завтра не существует». Теперь завтра не существовало бы для Кевина, если Натаниэль... Нет. Нил. Теперь он — Нил. Наблюдая за стекающими потоками крови, либо ему просто казалось что это кровь, он не никак не мог понять, настолько живыми были картинки, мелькавшие перед глазами, Натаниэль вспоминал свой первый матч за «Воронов». Восемь лет. Маленький, щуплый, но с взглядом, полным ярости, он наблюдал как лампочки около ворот загораются красным. Отец стоял на трибуне, холодно наблюдая за игрой. Кевин Дей — звезда команды — похлопал его по плечу: «Ты играешь, как будто от этого зависит твоя жизнь». Он и не знал, насколько был прав. Два года в юниорской лиге. Два года, где он был не «сыном Мясника», а просто Натаниэлем, нападающим с бешеным дриблингом и крохотной надеждой на собственное будущее. Но в десять лет отец забрал его с поля. — Ты будешь учиться бизнесу. Бизнес. Так он называл расстрелы в подвалах, поджоги, похищения. Но Натаниэль не сдался. Каждую ночь, когда отец думал, что он спит, он пробирался на поле «Воронов». Играл один. Иногда — с Рико, который смеялся, но не доносил. Иногда — с теневыми игроками мафии, для которых экси был лишь разминкой перед убийством. Он не мог перестать играть. Потом умер отец. Потом — старый Кенго Морияма. Ичиро стал главой семьи. А Натаниэль — его тенью. Мать же скончалась ещё раньше, пустившись в бега она недолго продержалась, в одной из перестрелок её ранили слишком серьезно, после чего её труп нашли на пляже в Калифорнии. Жалел ли он что не смог бежать вместе с ней? Он не знал наверняка, но скорее да. Уж лучше годы в бегах, чем все то, чем он занимается сейчас. Натаниэль в детстве часто размышлял на эту тему, как бы сложилась его жизнь если бы матери удалось его забрать? Был бы он счастлив, живя вместе с ней? Но спустя годы он прекратил, какой смысл думать о том, чего изменить нельзя и приносит такую боль где-то там, в районе сердца? Пустая трата времени. Теперь ему восемнадцать. Он знает, как чистить ствол быстрее, чем завязывать кроссовки. Но он всё ещё помнит, каково это — забивать гол под рёв трибун и чувствовать себя свободным, не быть собой, не быть сыном Мясника. ***** Золотистые лучи заката растеклись по гравийной парковке, когда машина Ваймака с глухим скрипом тормозов остановилась перед общежитием "Лисов". Дверь пассажира распахнулась, и на свет, щурясь от внезапного солнца, выбрался новичок — стройный парень с небрежно заброшенной за плечо спортивной сумкой. Волосы, отливающие медью на солнце с чуть заметными кудряшками, опрятная одежда, не слишком дорогая, но и не сказать чтобы затрёпанная — в самый раз для обычного среднестатистического парня. Именно то, что и нужно Натаниэлю. И глаза. Его глаза, холодные как лёд, скользнули по выцветшей табличке "Общежитие", будто оценивая будущее поле битвы. — Ну, добро пожаловать в ад, — хрипло рассмеялся Ваймак, швыряя его чемодан на землю. Пыль вихрем поднялась в воздух. — Надеюсь, ты помнишь уговор: понравишься им — останешься. Не понравишься — следующий рейс домой. Без обид. Натаниэль лишь кивнул, делая вид, что нервно переминается с ноги на ногу. На самом деле он уже заметил Дэн — капитан команды Лисов, та, что стала первой в истории экси женщиной-капитаном. Это определённо заслуживало уважения. Она вышла на крыльцо, скрестив руки на груди, и теперь оценивающе оглядывала его с ног до головы. Её тёмное кудрявое каре, не достававшее и до плеч, забавно подпрыгнуло, когда она склонила голову набок. — Так это и есть наш загадочный кандидат? — её голос звучал дружелюбно, но в нём явно слышался вызов. Натаниэль растянул губы в самой невинной улыбке, какую только мог изобразить. — Нил Джостен. Надеюсь, оправдаю ожидания. Дэн фыркнула, но протянула руку. — Дэн Уайлд. Капитан. Ты хоть правила экси знаешь? — Теоретически, — он пожал её ладонь, нарочито слабым рукопожатием. — А практически? Он лишь улыбнулся. *О, ещё как.* Но ей и кому-либо ещё это, конечно же, знать не обязательно. Натаниэль заставил себя застенчиво опустить глаза. Ваймак нетерпеливо топнул ногой. — Его дядя скинул записи юниорских игр. Парень подавал надежды, но потом... — Жизнь случилась, — Нат закончил за него, снова улыбаясь. Внутри всё сжималось — сколько ещё придётся притворяться этим жалким новичком? Дэн покачала головой, но махнула рукой. — Ладно, проходи. Познакомишься с остальными чудовищами. А позже, если захочешь, поведаешь нам свою историю. Мы не настаиваем — все придерживаются правила: «Не просят — не лезь». Но если хочешь поделиться чем-то — мы только рады выслушать и поддержать, чем бы это ни было. Имей в виду. Дэн широко улыбнулась и повела его за собой. Видимо, этого короткого знакомства ей хватило, чтобы записать его в свою команду. Именно в этот момент из двери общежития вывалились те самые "чудовища". Натаниэль, конечно же, наводил справки о команде прежде, чем окончательно составить для себя новый образ, с которым ему предстояло провести ближайшее время среди этих людей. Поэтому он уже наизусть выучил каждого из них. Первым появился Николас Хэммик — самый старший из "монстров". Его улыбка была настолько яркой, что казалось, он вот-вот лопнет от любопытства. — О-о-о, — Ники протянул слово, оглядывая Нила с явным интересом. — Новенький? И такой симпатичный? Ваймак решил наконец-то порадовать нас. Он подошел ближе, намеренно сократив дистанцию. — Никки Хэммик, — представился он, пожимая руку Нила дольше необходимого. — Ты же понимаешь, что теперь будешь моим любимчиком, да? Натаниэль заставил себя покраснеть — ровно настолько, чтобы выглядеть смущенным, но не напуганным. — Э-э... Спасибо? — О, боже, он еще и мило краснеет! — Ники хлопнул себя по лбу. — Тренер, вы где такого ангелочка нашли? Заметив, что один из близнецов проходит мимо, Натаниэль пока не мог с уверенностью сказать, кто из них кто, но Ники резко развернулся и схватил кузена за руку. — А это, кстати, мой дорогой кузен, — он драматично взмахнул рукой, — Аарон Миньярд, наше тихое, но смертоносное оружие. Аарон лишь коротко кивнул, его золотистые глаза скользнули по Нилу с холодной оценкой. — Не пугайся его молчаливости, — Ники шепотом, но нарочито громко сказал Нилу. — Он просто бережет слова для действительно важных моментов. Вроде моих дней рождений. Аарон фыркнул и попытался вырвать руку, но Ники не отпускал. — Видишь? Он просто стесняется новых людей, — Ники подмигнул Нилу. Нил кивнул, улыбаясь. Внутри он отметил про себя: «Тот, что нормальный», — так говорили про Аарона. Хотя он сомневался, что кто-то из Лисов мог быть нормальным, особенно человек с фамилией Миньярд. Ники тут же повернулся к остальным: — Эй, а где наш второй кусочек златовласки? — Ники огляделся, театрально приложив руку к груди. — А, вот же он! Появились Кевин и Эндрю. Они шли плечом к плечу — привычная картина. Просмотрев записи матчей и интервью, Натаниэль успел понять, что теперь Кевин передвигается только со своим ручным зверьком под боком. Эндрю Миньярдом. "Придурок на таблетках" — именно так охарактеризовал его для себя Нат.  Он не мог понять, как человек с таким талантом зарывает свои возможности. Вратарь, которого пригласили в Вороны, там его ждало грандиозное будущее! Но нет, этот псих предпочел глотать таблетки и играть в университетской лиге. За команду, безнадежно проигрывавшую раз за разом. Натаниэль сжал зубы — он сам был вынужден стать тенью "Эдгара Аллана", никогда не выходя на поле официально. Довольствоваться игрой с Рико, с которым они заключили сделку. Зависть сжигала его изнутри. Эндрю шел, засунув руки в карманы, на лице — беспечная ухмылка, но глаза оставались пустыми и холодными. Кевин — с напряженными плечами, привычной уверенностью в осанке и слегка надменным взглядом. Натаниэль почувствовал, как что-то холодное сжалось у него в груди. Момент истины. Он сделал шаг вперед, нарочито оживившись: — Кевин Дэй! — его голос звенел искренним (или идеально сыгранным) восхищением. — Легенда NCAA! Я пересмотрел все твои матчи! Тишина повисла на долю секунды. Эндрю медленно повернул голову, изучая реакцию Кевина, заметив, как тот побледнел, его ухмылка стала шире, неестественно растягивая лицо. — Опа, — он громко засмеялся, звук получился резким и безрадостным. — Кажется, у тебя появился фанатик, Дей. Скоро будем раздавать автографы?  Кевин сглотнул. Его пальцы сжали клюшку так сильно, что раздался характерный треск. Хотя бы ума не устраивать сцену у него хватило - нужно было взять себя в руки. Он не видел Натаниэля несколько лет, с тех самых пор, как того забрал Мясник. Слухи доходили, что парень стал правой рукой Ичиро. Что бы ни привело его сюда - добрым знаком это не было. Молчать и не высовываться - единственный разумный вариант. Нат с интересом наблюдал, как Кевин пытается придать лицу естественное выражение. Видно было, с каким трудом  ему это даётся. Он резко встряхнулся, будто отряхиваясь от оцепенения. — Ты... — голос предательски сорвался на шепот, несмотря на все усилия. — Ты играл в юниорской лиге Воронов. — Ты... ты помнишь меня?, – Натаниэль готов был расхохотаться, ему начинает нравится весь этот спектакль. — Ты был неплох, — выдавил из себя Кевин, избегая его взгляда. — Для восьмилетнего.    — Как трогательно, — Эндрю перебил, его пустой взгляд скользнул по Нилу. Голос был плоским, но в глазах вспыхнул опасный интерес.  — Это что, воссоединение детсадовских друзей?! Наш Кевин обычно не запоминает никого, кто играет хуже него. Должно быть, ты особенный. — Мы не... — Кевин резко оборвал себя, сжав челюсть.   Ники фыркнул: — Или просто симпатяга! Смотри-ка, Кев, у тебя конкурент в фанатизме. Может, теперь ты перестанешь ныть, что никто не ценит твои тренировочные схемы? Эй, перестань пугать новичка своей кислой миной. Он же твой фанат!   Кевин вздрогнул, когда рука Ники коснулась его плеча. — Я просто... — Кевин глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. — Не ожидал увидеть его здесь.   Нил улыбнулся — широко, по-мальчишески.   — Мир тесен, да?   — Очень, — внезапно сказал Эндрю, все еще изучая Нила.   — Эй, все в порядке? — подошедший к ним Ваймак нахмурился, заметив напряжение. За собой в одной руке он тащил чемодан Нила. — Да, тренер, – сказал Кевин. — Хорошо, тогда я вас оставлю. Помогите Нилу занести вещи, покажите комнату и все дела. Даю вам час, после жду всех на стадионе, и чтобы без опозданий. – Есть, тренер, - Дэн улыбнулась и поманила за собой Нила. Ники взялся за чемодан.  — Да, хватит допросов. Нил, идем, покажу тебе твою комнату. Мэтт уже ждёт нас там. Когда они уходили, Натаниэл не мог не почувствовать на себе взгляд. Холодный, аналитический, как сканер, считывающий каждый его мускул. Эндрю не отводил взгляда, его темные глаза продолжали буравить Нила, будто пытаясь докопаться до какой-то своей правды. А правда была проста - игра началась. И ставки в ней были куда выше, чем место в университетской команде.