Глава 105
13 мая 2026 г., 05:35
— Блин, — нарезающий овощной салат Агел отложил нож и задумчиво уставился на Стива, который хрустел огуречным колечком, что ему отрезал мапа. — Цыплёнок! — Обратился Агел к сыну, привлекая его внимание. — Давай договоримся сразу, что, если у тебя неожиданно проснётся дар, ты не будешь паниковать. Хорошо?
— Ты капец интересный, — офигел Кристан: он занимался борщом, котлетами и мясом. — Как можно быть к такому готовым?
— Надо держать себя в лапках! — серьёзно нахмурился Оливий. — Но мапа говорит, — уже спокойно продолжил он, — что дар может и не проснуться.
— Может, — подтвердил Айкен. — А ещё он может угаснуть. Тут как Великие решат.
— Не хочу дар, — уверенно заявил Стив.
— Дар позволяет открыться дополнительным дорогам. Открывает новые горизонты, — Айкен только закончил нарезать крабовые палочки, скидывая их в большую тару, где уже лежали рис, кукуруза и щепотка зелени, нашинкованная Агелом. Осталось дождаться яиц, и салатик собран. Лаимм же никогда не препятствовал тому, чего всем хочется поесть. Захотелось Айкену салатик с крабовыми палочками? Если имеются все необходимые ингредиенты — пожалуйста! Готовь и кушай. Только желательно готовить побольше, чтобы поели все желающие. Вот Айкен и взял, хоть и одну тару, но самую большую. Почему-то такой салатик ели менее охотно, чем тот же оливье. В конце концов все же с руками и ногами! Передадут с одного края на другой. Это овощного надо три чашки делать. Агел и резал на три. Но отвлёкся думами.
— Да погодите вы! — шикнул на друзей Агел. — Я пытаюсь с ребёнком поговорить! Цыплёночек, ты меня понял?
— Нет! — честно сознался Стив и стащил ещё один кругляш огурца: у Агела странная манера их нарезать кольцами, а потом на четвертинки. Кому как удобно.
— Да как нет-то?! — опешил Агел.
— А как к такому можно приготовиться? — спросил Мэйлиан: мило болтая лапками, он раскладывал свареные чуть остывшие макароны в виде бантиков на две салатницы. Сытный вкусный салатик! Потом ещё понемногу всякой зелени добавить, ветчину в обязательном порядке, помидорки и сырок потереть на крупной тёрке!
— Никак, — крякнул Кристан.
— Вы мне тут того не того! — строго произнёс Агел. — Я хочу, чтобы ты, Цыплёночек, не боялся! Если дар проснётся, то постарайся не пугаться. Я понимаю, что это может случиться в крайне неподходящий момент, но чем быстрее ты возьмёшь себя в руки, тем будет проще взять под контроль дар. Это знаешь, как… М… — Агел задумался, подбирая подходящие слова. Сыночек же тем временем стащил у него нож и доску с огурцом и начал сам нарезать. — Как продолжение тебя! Как типа рука или нога.
— Не хочу дар! — заупрямился Стив.
— Да вот же заладил, — проворчал Агел. — Великие тебя не спросят и выдадут! Что делать будешь?
— Обратно отдам! Скажу: мне не надо, заберите обратно! И всё, — кивнул Стив.
— А я хочу дар или не хочу? — задумался Оливий.
— Я бы хотел какой-нибудь полезный, — Мэйлиан, разложив макароны, принялся раскидывать уже нашинкованную Кристаном ветчину. — Но у моих родителей никакого дара нет, — немного погрустнел он.
— Пончишка, знай, что наличие дара у родителей, ну или его отсутствие, ни о чём не говорит! — обнадеживающе сказал Кристан, переставляя кастрюлю с борщом на подставку под горячее, освобождая плиту и ставя на неё кастрюлю от мантышницы: манты в ожидании своей очереди лежали в пакете на тумбе.
— Кстати, да, — поддержал Касатуню Айкен.
— Я не расстроюсь, если у меня не будет дара! — не особо уверенно пробормотал Мэйлиан. — Потому что у мапули и папули его нет, а они очень счастливо живут!
— Дар штука полезная, но своеобразная, — подметил Кристан.
— А я хочу дар! — надулся Оливий.
— А если не дадут? — полюбопытствовал Стив.
— Огорчусь! — честно сознался Оливий.
— Уже можно из укрытия выбираться? — шёпотом спросил Ревас, одним глазком заглядывая на кухню.
Плодоносящие, оборвав разговор, озадаченно уставились на маленького доминантика. А тот помялся возле двери, да прошёл к остальным, а следом прокрался Лёд, садясь рядом с севшим за стол маленьким хозяином.
— Ну ты и трусишка! — заявил Стив.
— Я испугался! — надулся недовольным колобочком Ревас. — Спал себе! Никого не трогал! А тут ка-а-ак начнут кричать! Я чуть пердечный сриступ не словил! — Пропыхтел он, с нервов хватая кусочек помидора и запихивая в рот. Чавкал он так громко, что даже удивительно.
— Да уж, — протянул Кристан. — Такой истошный вопль реально напугает кого угодно. Жаль, доминантов дома нет.
— А чего бы они сделали? — не понял Айкен.
— Не знаю! Поддержали бы! — сказал Кристан.
— Ты меня понял или нет?! — зашептал Агел сыну, а тот в ответ уставился с видом: мапа, отвяжись от меня, а? — И не смотри так! Я же переживаю! Это логично!
— Мапа, отстань! — забавно прорычал Стив: от недовольства у него все ушки растопырились, ещё и перья типа дыбом встали, отчего ушки стали казаться в разы больше, чем есть на самом деле. Это ж надо было так получиться! В том плане, что вместо одних крылышек, как у мапы, получилось аж три пары! На самом деле смотрелось очень красиво. Особенно если волосы подходяще уложить. Вырастет, нереально красивым ангелочком будет!
— Да мне же надо удостовериться, что ты будешь в порядке! — тихонько заругался Агел.
— Отстань! — опять потребовал Стив.
— Да отвяжись ты от ребёнка, — посоветовал Айкен. — Всё равно же не угадаем, как оно будет на самом деле.
— Вот именно! — согласился с Цвитулей Стив.
— Вы ж мои самостоятельные! — раздражённо процедил Агел.
— Мапа, скушай лучше огуречик и не ворчи, — Стив так тяжко вздохнул, будто это он мапа, а Агел его надоедливый сыночка-корзиночка.
Агел еле подавил желание треснуть сына по жопе за то, что не слушается: вместо этого он стащил целую ложку салата из тарелки Айкена. И сидит, жуёт недовольно. Сердится! Айкен на друга поглядел с интересом, но ничего говорить не стал. Чего уж таить, после сегодняшнего все начали беспокоиться, что у их детей вот так же проявится дар. Тут реально кто угодно напугается. От вопля Абеласа у половины домашних сердечко в испуге зашлось, а что уж говорить о самом Капытке. Но ничего! Дида ему успокоительного дал попить, сопит теперь в обе сопелочки, спрятавшись в объятиях мапы. Мапа там сам чуть «кирпичей» не отложил.
Скатав злосчастную дорожку, Хестан отрапортовал, что пошёл на улицу, Лаимм его с Великими Духами отпустил, зачем-то слезливо шмыгнув: так смотрел вслед мужу, будто отправлял его на какое-то опасное задание. На самом деле Лаимм немного переживал за коврик. Потому что в некоторых моментах муж бывал слишком халатным. Потому что ему на коврик плевать! Ух! Кисяндрий ентат! Лаимм вообще не удивится, если муж пару раз коврик уронит. Получит потом тапкой по жопе…
— Со стеклом осторожнее, — попросил Олимп, смотря, как дети поднимают прикроватный коврик. — Так, дайте я сначала тогда подмету, а уже потом будем вещи перетаскивать.
— Нате вот! — Лаимм вручил Джеймсу и Саарну по подушке, а Кристоферу свёрнутое одеяло. — Тащите пока тоже на улицу. Потома разберуся, чу с ымя делать!
— Хорошо! — согласился Кристофер и замер у порога, из-за чего идущие следом друзья чуть его не сбили.
— Ты чего замер-то? — спросил Саарн.
— Дида, а ботиночки-то грязные! — Кристофер повернулся к Лаимму, как бы спрашивая, можно ли выходить.
— Дык чу теперича-то? И так мыть надо! Так што ходите спокойно.
— Вот это реально неожиданность, — протянул Сяо. — Надо будет с Мэйлианом об этом серьёзно поговорить! А то вдруг случится чего-то такое, чтобы он в панику не бросался. Хотя… — Он издал тихий стон, прекрасно понимая, что его маленький трусишка гарантированно испугается и будет вопить похлеще Абеласа.
— Да ладно тебе, — Иллиан похлопал Кексика по бедру. — Посмотрим! К этому же в любом случае не будешь готов на все сто. Придётся ждать.
— Вот бы мне способность нырять в игры! — заголосил Саарн.
— И мне! И мне! — так же отозвался Джеймс.
— Какие вам игры?! Ща оба по жопе отхватите! — крикнул им вслед Иллиан, и мальчишки припустили по лестнице.
— А я хочу, чтобы к папе дар вернулся! — кивнул Кристофер, осторожно спускаясь по лестнице. — Надо будет у диды спросить! Дида умный, дида всё-всё знает!
Мальчишки выбежали на улицу, а там дед с несчастной дорожкой воюет. Вот к чему Хестан никак вообще не приспособлен, так это к делам домашним. Он так раскорячил ковёр, что тот раскатился не как надо, и вместо турникетов вольготно раскатился по земле. Красота! Ходить зато удобно. Мальчишки по ковру и пошли, а Хестан в этот момент подумал, что Пиражунька его точно прибьёт и под этой же дорожкой похоронит…
— А чё, обязательно по ковру идти надо было? — полюбопытствовал Хестан, сунув руки в карманы шорт.
— Удобно лежит! — отозвался Саарн.
— Как раз рядом с тобой, — покивал Джеймс. — На! — Он кинул подушку деду и не дожидаясь, поймает тот её или нет, радостно гогоча ломанулся обратно.
Спохватившись, Саарн швырнул вторую подушку деду и тоже сорвался со всех ног.
Хестан сдержанно вдохнул и протяжно выдохнул носом. Взгляд упал на скромненько переминающегося рядом с дорожкой Кристофера. Повисла несколько напряжённая тишина. Кристофер не спешил поступать как друзья. Он ждал, когда дед что-нибудь скажет. А у деда такое выражение лица, будто он делает то, что очень-очень не хочет. Так правильно, его Пиражунька домашней работой заставляет заниматься. Маленький тиранчик!
— Деда, у тебя всё хорошо? — осторожно спросил Кристофер.
— Нет, — нахмурился Хестан.
— А я могу как-то помочь? — предложил Кристофер, немного опасаясь, что дед сейчас на него ругаться начнёт.
— Нет, — Хестан отрицательно мотнул головой.
— А кто может? Дидуля? Мне его позвать?
— А знаешь, позови-ка, — согласился Хестан.
— Ругать будет, да?
— Скорее всего. Ты одеяло клади на дорожку и иди.
— Деда, а ты уверен? Дида точно ругаться будет!
— Он что так будет ругаться, что эдак.
— Так, может, я тебе помогу лучше разложить всё, и он не так ругаться будет?
— Поверь, Кристофер, лучше пусть он придёт, поворчит на меня, и мы просто разойдёмся.
— Миром? — с надеждой в голосе спросил Кристофер.
— Именно! Диде просто иногда надо поворчать. Плодоносяшки они, знаешь, какие?
— Нет! Какие? Очень миленькие?
— Это да! Но есть у них кое-что, что очень сильно отличает их от доминантов!
— Умение рожать?
— Ты меня сейчас прям озадачиваешь, — протянул Хестан, немного офигевая от бойкого мышления внука. Внука! Тут Хестана немного накрыло от осознания, что он уже вот как шесть лет дед. Дед! А всё из-за Лаимма!
— Почему? — Кристофер растерянно округлил глаза. — Деда, я правда немного не понимаю! У доминантов и плодоносяшек ведь очень много отличий!
— Ну, это-то понятно. Ну а что есть такое, что у плодоносящих… Эм… скажем так, выделяется сильнее или даже громче, чем у доминантов?
— Ну-у-у… Рычишь ты громче диды, — Кристофер так растерялся, что просто ляпнул первое, что пришло в голову. А потом его как осенило. — О! — Выкрикнул он, делая круглые глаза и вытягивая губы буковкой «О». — Эмоции! Плодоносящие всегда эмоциональнее!
— Вот именно! — кивнул Хестан. — Им надо немного поворчать, чисто для вида, чтобы дышалось легче!
— А нам? — навострился Кристофер, наивно полагая, что дед сейчас какую-нибудь умную речь толкнёт.
— А нам только и остаётся, что набраться терпения и слушать их, не переча!
— Деда! — возмутился Кристофер.
— Чего? — от вида недовольной мордашки внука Хестан не сдержал весёлого смеха. — А ты чего ожидал? Что я тебе какие-то тайны вселенной о доминантах открою? Наша с тобой стезя — любить и защищать наших ворчунишек! И плевать, что плодоносящие ничем не слабее доминантов. Но именно мы должны их защищать.
— Таков наш долг?! — с восхищением выдохнул Кристофер.
— Именно!
— Деда! Деда! А это правда, что именно Мэйлиан настоящий плодоносяшка?!
— Ну, типа идеалом считается, да. Он миленький, трусливенький, очень зависимый от сильного плеча доминанта. Опять же наверняка будет как мапа, я имею в виду фигурой. Но знаешь, что, Фер? Надо выбирать не таких, каких общество считает идеальными, а выбирать таких, а в идеале одного-единственного, кто лежит к твоему сердцу.
— Мне нравится Мэйлиан! Он очень миленький!
— На самом деле сейчас тебе ещё рано говорить об отношениях. Подрастёшь, там оно виднее будет.
— Правда?
— Обязательно!
— Хорошо! Я пошёл звать диду! — Кристофер положил одеяло на дорожку и побежал к особняку.
Хестан тяжко-тяжко вздохнул: сейчас как придёт его миленький плодоносяшенька, как устроит ему нагоняя за палас этот сраный, как опять отчитает да припомнит всё подряд! А потом они всё вместе сделают, и Лаимм будет нахваливать, что муж у него самый-самый лучший! Пиражуничка такой Пиражуничка…
