Королевский запрет

Дамасский кинжал лежал на столе, холодный и многообещающий. Натаниэль провел пальцами по узору стали, чувствуя скрытую в нем мощь. Это был не просто подарок. Это был символ нового этапа игры. И Натаниэль решил, что пора сделать свой ход. Его первой целью стала та самая служанка с травами. Выследить ее оказалось несложно. Пользуясь новой свободой передвижения, он проводил время в библиотеке замка — не из-за любви к книгам, а потому что ее окна выходили во внутренний двор, где сушились лекарственные растения. Он наблюдал. Два дня. Он узнал, что ее зовут Милена, что она помощница главного лекаря и что у нее есть привычка каждый вечер, после ужина, пробираться в заброшенную часовню в старом крыле, чтобы покормить бездомных кошек. Идеальное место для разговора без лишних глаз. В тот вечер он ждал ее в глубине часовни, за грубой каменной колонной. Воздух был густым от запаха ладана и пыли. Когда она вошла с свертком с объедками, он вышел из тени. Милена вздрогнула, прижав сверток к груди, но не закричала. Ее глаза, широко раскрытые, встретились с его взглядом. — Я не причиню тебе зла, — тихо сказал Натаниэль на лэрианском, затем повторил на местном наречии, подбирая слова, которые успел подчерпнуть. — Просто поговорить. — Вы… вы тот самый лэрианец, — прошептала она. Ее голос был мягким, но в нем не было страха слуг. Было любопытство. — Ты смотрела на меня так, будто знаешь. Почему? Милена оглянулась, затем сделала шаг ближе. —Мой брат, — еще тише сказала она. — Он был торговцем. Ходил в Левиор. Он… он рассказывал о вашем народе. О вашей чести. Он говорил, что сын Натана Веснински — легенда только в узких кругах. То, что ваш отец не признает вас. И что вы для него не существуете. Что вы можете сражаться с ветром и побеждать. Натаниэль сглотнул. Легенда. Какая ирония. —Твой брат… он жив? Тень печали скользнула по ее лицу. —Его корабль пропал в шторм год назад. Он кивнул, чувствуя неожиданную связь с этой девушкой. Она была мостом. Мостом к миру за стенами. —Мне нужна помощь, Милена. Не против короля. Ради… понимания. — Что вам нужно? — ее вопрос прозвучал без колебаний. В ее глазах горел огонек преданности, доставшийся ему по наследству от брата. — Информация. О расписании стражников у восточной стены. О том, кто из слуг там работает. О… хромом дровосеке. Милена медленно кивнула. —Я могу это узнать. Но будьте осторожны, мистер Веснински. Здесь стены имеют уши. А Рико Морьяма… у него свои шпионы везде. Она ушла, растворившись в сумерках, оставив Натаниэля с новым, хрупким чувством — надеждой. Тем временем, его «уроки» с Эндрю приобретали все более опасный оборот. Король, овладев основами, начал экспериментировать. Он соединял лэрианские увороты с мощными акробатическими приемами, создавая гибридный, смертоносный стиль. — Смотри, — как-то сказал Эндрю, легко перевернувшись через плечо и нанеся удар деревянным мечом по манекену с такой силой, что у того отлетела «голова». — Твоя техника… она как вода. А моя сила — как скала. Но вместе… мы можем сокрушить все на своем пути. В его словах звучал не только восторг, но и скрытая угроза. «Мы». Он уже видел их как союзников. Или как орудие. Как-то раз, после тренировки, Эндрю не отпустил его, а подошел к окну, выходящему на плац, где маршировали новые рекруты. —Моя армия сильна, — задумчиво произнес он. — Но ей не хватает… гибкости. Того, что есть у тебя. Как думаешь, если бы я отправил к тебе в ученики десяток лучших бойцов, сколько потребовалось бы времени, чтобы ты научил их своим приемам? Ледяная рука сжала сердце Натаниэля. Это был следующий логичный шаг. Сначала король. Потом — элита его армии. Он превращался в оружейника для врага. — Годы, Ваше Высочество, — холодно ответил Натаниэль. — Это не просто движения. Это философия. Ее нельзя преподать, как таблицу умножения. Эндрю повернулся к нему. В его глазах играли знакомые искры азарта. —Брось вызов. Сделай из них таких же бойцов, как ты. Я дам тебе все ресурсы. — Нет, — сказал Натаниэль тихо, но четко. В зале повисла тишина. Даже стражники у дверей замерли. Отказывать королю в его лицо было равносильно самоубийству. Эндрю медленно подошел вплотную. Его взгляд был тяжелым, как свинец. —«Нет»? — он произнес это слово с тихим изумлением. — Ты отказываешься служить своей новой родине? — Я служу только своему дому, — не отводя взгляда, парировал Натаниэль. — И нашему соглашению. Я обучаю вас. Только вас. Они стояли друг напротив друга, разделенные бездной недоверия и жажды власти. Эндрю первым отвел взгляд. Не из слабости. Из расчета. — Как знаешь, — он развернулся и направился к выходу. — Но мир меняется, Веснински. И однажды тебе придется выбрать сторону. Эта встреча показала Натаниэлю, что время работает против него. Эндрю терял терпение. Его любопытство перерастало в желание обладания и применения. Вернувшись в свои покои, он нашел на столе маленький, свернутый в трубочку клочок пергамента. Ничего не было написано. Только выдавленное стилом изображение — кошка, крадущаяся вдоль стены, и стрела, указывающая на восток. Послание от Элис. Сердце Натаниэля забилось чаще. Он подошел к окну, глядя на восточное крыло. В свете заходящего солнца он разглядел то, чего не замечал раньше — почти невидимую, заросшую плющом лестницу, ведущую с верхних этажей башни прямиком к служебным постройкам у внешней стены. А рядом с ними — ту самую, старую калитку, которую он заметил еще в первые дни. Путь был там. Нелегкий. Опасный. Но он был. Он разжал ладонь. В ней лежал дамасский кинжал. Он проверил остроту лезвия большим пальцем. Идеально. Игра в тени только начиналась. И Натаниэль был готов играть до конца. Он больше не был пешкой. Он был игроком. И его следуюший ход должен был стать решающим.