Ты моя, омега

На следующее утро Аллисон пошла в школу. Её друзья не переставали спрашивать, всё ли с ней в порядке. — Со мной всё нормально, ребята, — ответила она. Рассказала, что после клуба ей пришлось ехать далеко, так как сначала она отвозила Итана, поэтому проснулась поздно и вчера не смогла прийти на занятия. После уроков она вышла из школы и направилась в дом стаи. Когда Аллисон приехала, то увидела, что Альфа Нил и Элла уже собирались уезжать. — О, Аллисон, — сказала Элла, подходя к ней. — Куда-то собираетесь? — спросила Аллисон, бегло оглядев машины. — Да. К сожалению, одна из моих близких подруг заболела, и мы с Нилом едем навестить её, — ответила Элла. — Понятно. Альфа Нил потрепал её по голове и улыбнулся: — Мы вернёмся завтра. Позаботься обо всём. — Да, — с улыбкой ответила Аллисон, вежливо кивнув. Она наблюдала, как они сели в машину и уехали с территории дома стаи. За ними следовали автомобили, полные бойцов. Аллисон понимала, что Итан организовал это для безопасности родителей — он очень за них переживал. Дождавшись, пока машины исчезнут из виду, она повернулась и пошла в дом стаи. Внутри были только горничные — гостей, вероятно, не было или они сидели по комнатам. Горничные слегка поклонились ей, и она кивнула в ответ. — Где ваш альфа? — спросила она про Итана. — Не знаем, мисс. Утром он ушёл вместе с бета Уэйдом, и до сих пор не возвращался. — Поняла. Аллисон поднялась наверх и зашла в спальню Итана. Закрыв за собой дверь, она подошла к гардеробу и достала длинное платье тёмно-бордового цвета. Приняв душ и переодевшись, она направилась к кабинету главного альфы. По пути попыталась дозвониться до Итана, но он не ответил. Войдя в кабинет, первым делом она взяла несколько папок и села на диван. В административной работе Аллисон разбиралась хорошо, и заметив одну проблему, снова позвонила Итану. На этот раз он ответил: — Аллисон? — Где ты? — На встрече. Не хотел проводить её в доме стаи, так как там были Райан и его приближённые. — Понятно. — Ты никогда не звонила мне вот так. Случилось что-то важное? — Да, в третьей папке стаи Полной Луны проблемы с управлением. — Вернусь — проверю. — Хорошо. Она сбросила звонок и весь день проработала в кабинете. Горничные несколько раз приносили ей еду. К вечеру глаза устали, появилась головная боль. Она убрала папки в ящик стола, спустилась в кухню и услышала разговор: — Не верю, что именно я понесу ему чай. — Нет, я пойду. — Замолчите, делайте свою работу. Пойду я — это приказ, — сказала старшая горничная. Аллисон остановилась и посмотрела на них. Горничные растерялись. — О чём речь? — Мисс, мы... мы говорили про альфу Райана, — ответила старшая, кашлянув. — Он попросил чёрный чай. — Сообщите об этом мисс Элоре. — Её нет в доме стаи. — Нет? — Да, она с мисс Терезой уехала пару часов назад. — Похоже, у всех сегодня дела, — пробормотала Аллисон. — Мисс Тереза спрашивала про вас. — Что именно? — Хотела знать, здесь ли вы. Я сказала, что вы в кабинете. Она ответила «хорошо». Аллисон нахмурилась. Думала, что между нами всё наладилось. Почему она не зашла? Наверное, занята. Она заметила, как одна горничная выхватила поднос с чайником и сахаром у другой, чуть не пролив чай. — Куда ты с этим? — В комнату альфы Райана. — Дай сюда, — протянула руку Аллисон. Горничные удивились, но поднос отдали. — Я сама отнесу. Всё равно иду в сторону кабинета. Поднявшись на верхний этаж, она остановилась у последнего поворота, глубоко вдохнула и пошла к самой дальней двери. Постучала. — Войдите. Аллисон вошла — и замерла. Райан стоял у шкафа, на нём были только чёрные джинсы. На спине чётко виднелась татуировка Чёрной Луны. Ч-Чёрная Луна? Альфа стаи Чёрной Луны?.. — мысли вихрем пронеслись в голове. Два года назад, увидев этот знак, она не смогла осознать его значение, но теперь всё встало на свои места. Он обернулся, поймав её взгляд. — П-почему ты без рубашки?.. — выдохнула она. — Продолжай притворяться невинной, будто раньше не видела. И зачем ты пришла в мою спальню? — его голос был холоден. — Я... принесла чай... — Аллисон попыталась поставить поднос на стол, но там лежали разрозненные папки. Она нагнулась, чтобы их собрать, но почувствовала, как он резко дёрнул её за руку. От неожиданности она вскрикнула, чайник качнулся, и кипяток пролился на его грудь. — У тебя ожог! — воскликнула она, увидев красный след на правой стороне его груди. Но Райан не издал ни звука, словно не чувствовал боли. — Райан, где аптечка? Нужно обработать... — она хотела отойти, но он не отпустил её, а наоборот, притянул ближе. Его взгляд стал опасным. — Зачем ты прислала свою подругу говорить со мной о тебе, а? Думаешь, она твой адвокат? Предупреждаю: не пытайся манипулировать другими. Это на меня не подействует. Аллисон нахмурилась, услышав слова Райана. Она послала к нему Терезу? Когда? До неё дошло, что лучшая подруга пыталась уладить конфликт между ними, но теперь это казалось безнадёжным. Аллисон почувствовала лишь горечь. «Зачем ты сказала ему это, Тереза? Ты же дала слово, что никому не расскажешь. Два года я держала всё это в секрете…» — подумала она с тяжёлым вздохом. — Когда поняла, что у тебя нет шансов, ты решила, чтобы она пришла и поговорила со мной, — холодно сказал Райан. — Перестань обвинять меня во всём подряд. Я её к тебе не посылала. — Правда? Тогда зачем она пришла? — Я не знаю. Райан усмехнулся и отпустил её руку. — Убирайся. Аллисон бросила на него сердитый взгляд: — Слушай, я не просила никого приходить к тебе и говорить обо мне. И да, я уйду из этой комнаты, но сначала ты ответишь на мои вопросы. Почему ты исцелил меня в ту ночь, когда мы пошли в клуб? Это ведь ты меня ранил. Если хотел причинить боль, зачем её убирать? Как ты вообще попал в мой дом? — Аллисон выстрелила целой серией вопросов, внимательно следя за его лицом. Но он оставался безразличным. — Закончилa? Теперь убирайся. — Я ещё не получила ответ. Я не уйду, пока ты не ответишь. — К чёрту твои ответы, — бросил он, отвернувшись и направившись к шкафу. Аллисон видела, как он достал чёрную футболку и уже собирался надеть её. Она резко подошла и перехватила вещь. — Что ты делаешь? — спросил он. — Ты ранен. Как можно надевать одежду, не обработав ожог? Кожа уже распухла. Если не нанести мазь, будут пузыри. Он отпустил футболку, и она осталась в её руках. Этого хватило, чтобы Аллисон сбегала в ванную, достала аптечку и вернулась. Райан уже сидел на диване с папкой в руках. Увидев, как она приближается, он спросил: — Я что, сказал, что хочу, чтобы меня лечили? Она посмотрела на ожог — красная полоса на груди потемнела. Аллисон знала: он упрям, но не могла видеть его боль. Собравшись с духом, она села рядом. Он швырнул папку на стол, отчего она вздрогнула. Но, открыв аптечку и достав мазь, она только пробормотала: — Лишь на этот раз… — Что ты творишь? — холодно спросил он. — Лечу твой ожог, — ответила она, повернув его плечи к себе. — Не двигайся. К её удивлению, он не стал возражать. Аллисон смочила вату средством от ожогов и осторожно коснулась раны, тихо шипя от сочувствия, будто боль была её. Она слегка подула на ожог, втирая мазь. — Ты забыла, что я — Альфа, — сказал он. — Да, но ни одна рана не заживает магически. Нужно время, и пока оно не прошло, придётся терпеть. — Не каждый Альфа такой слабак, как твой Итан, — насмешливо бросил Райан. Она проигнорировала колкость и продолжила. Аллисон была обученной Луной, знала и медицину, и боевые навыки — ведь в любой момент Альфа мог быть ранен. — Смотри-ка, прямо эксперт. Наверное, часто делаешь это для него, — пробормотал он, наклонившись ближе. — Он никогда не бывает ранен, — спокойно ответила она. — Ещё бы. Он ведь не воюет, как я. Знаешь, сколько ран мне приходилось лечить самому? — Сколько? — едва слышно спросила она. — Столько, что не сосчитаешь. Это не кино, где герой выходит из боя без царапин. В реальности каждый волк целится в главного Альфу. И только твои навыки решают, выживешь ли ты. Она задумалась над его словами. В фильмах война казалась подвигом, но в реальности была ужасом, после которого семьи жили лишь с сожалениями о потерянных близких. Райан склонился ближе, почти касаясь её лица: — Я мог залечить каждую рану. Но есть одна, что так и осталась сырой. И кто-то каждый день сыплет на неё соль. Знаешь, о чём я? — О чём? — прошептала она. — О той, что ты нанесла мне два года назад. Её глаза расширились. Она резко встала, избегая его взгляда: — То, что сказала Тереза, — это… это ничего. Никто меня не заставлял. Забудь об этом. Он молчал. Аллисон уже почти дошла до двери, но он поднялся, схватил её за руку и развернул к себе, прижав к своей груди. — Думаешь, я дурак? Разве я не спрашивал, кто тебя шантажировал? Я знал, что этот человек создаст проблемы. Мои друзья говорили забрать тебя силой. Он смотрел прямо в глаза: — Но знаешь, что я понял тогда? Ты слишком слаба. Ты не смогла остаться с мужчиной, которого твои родители не одобряли. Не смогла быть с тем, кто любил тебя больше, чем собственных родителей. Ты не смогла остаться с тем, кто не был таким могущественным, как главный Альфа. Его голос стал холоднее: — В ту ночь я понял, что ты не достойна быть моей Луной. Когда Аллисон услышала, что он всегда знал правду, её глаза наполнились слезами. Всё это время она была уверена, что он не в курсе, и именно поэтому он воспитал в сердце ненависть к ней. Она резко толкнула его, отстранившись, но он не отпустил её руку. — Это и твоя вина тоже. Почему ты не сказал мне, кто ты на самом деле? Зачем скрывал? Если бы я знала, что ты альфа другой стаи, возможно, всё сложилось бы иначе. Возможно, никто не был бы против нас. Возможно, и отношения с твоими родителями были бы лучше. Возможно, мы… — она осеклась и прикусила губу, чтобы сдержать себя. Она злилась на него и одновременно испытывала тоску. — Браво, Аллисон. Всегда ищешь удобства? Не слышала поговорку: «Процветание приносит друзей, беда их испытывает»? — сказал Райан, сильнее сжав её руку и притянув ближе. Она почти не чувствовала его прикосновений — мысли были далеко, а её волчица тихо скулила по нему. — Значит, если бы я не был альфой, я не имел бы права быть с тобой? И какая разница, кто я? Разве ты не говорила, что любишь меня таким, какой я есть? Или в ту ночь ты передумала из-за жадности — захотела стать луной, да? — холодно бросил он. Она покачала головой и опустила её. — Я… всегда хотела попросить прощения. — Прощения? — с удивлением переспросил он и резко оттолкнул её. Аллисон едва не упала, но успела ухватиться за спинку дивана и выпрямилась. Она увидела, как он в ярости провёл рукой по волосам. — Два года, — тихо произнёс он, замолчав на мгновение, будто что-то вспоминая. — Два года я ждал тебя. Каждый день я думал, что ты отменишь свадьбу. Что ты найдёшь меня или будешь ждать моего возвращения. Но что я получил взамен? Женщина, которой я доверил самое ценное, даже не попыталась встать на собственные ноги. Он обернулся к ней с горящими от ярости глазами. Аллисон была ошеломлена — она не знала, что он всё это время ждал. — Хочешь узнать, что ещё солью сыпало на мою рану? — стиснув челюсти, спросил он. Она видела презрение в его взгляде, но не могла отвести глаз. — Эта женщина становилась сильной… ради другого. Тренировалась, училась, готовилась изо всех сил, чтобы стать луной другого альфы. Каждое слово било в сердце. Он знал всё о её жизни за эти два года. Аллисон отвела взгляд. — Я… не смогла выбрать тебя вместо родителей… Прости, — сказала она, заикаясь, и поспешила к двери. Она знала: останься она ещё хоть на минуту — снова потеряет себя рядом с ним. Она схватилась за ручку и поняла, что дверь заперта. Перед тем как войти, она лишь прикрыла её, но, выйдя из ванной с аптечкой, обнаружила, что она закрыта. Он запер? Аллисон уже потянулась к замку, когда почувствовала, что её разворачивают. Спина прижалась к двери. — Я… я думаю, мне пора… — всхлипнула она, избегая его взгляда. Она готовила себя к этой встрече, но сломалась. Если бы он сказал, что ненавидел её эти два года, она бы согласилась, дала бы ему спокойно жить. Но он сказал, что ждал… И она не знала, как теперь смотреть в глаза мужчине, который когда-то любил её так сильно. Он был самым могущественным альфой, мог иметь любую женщину, но всё это время ждал её. Это резануло сердце. Она проклинала себя за то, что не отменила свадьбу и слушала отца. Всё было испорчено безвозвратно. Она хотела исчезнуть, как в ту ночь, когда сама разорвала их отношения. — Пожалуйста, отпусти. Я не могу сейчас с тобой говорить, — тихо произнесла она, подняв на него красные от слёз глаза. Её губы дрожали. Она понимала: у неё нет сил противостоять ему. Перед ней стоял преданный, любящий мужчина, который ждал так долго. Она чувствовала, что единственное, что может сделать — уйти из жизни каждого из них, исчезнуть. — Отпусти… — прошептала она. Он наклонился к её лицу и ответил: — Ты пришла сюда по своей воле, но уйдёшь только тогда, когда я этого захочу.