Ты моя, омега

Глаза Элоры расширились. Весь её организм содрогнулся. Она не верила тому, что говорил Райан. Когда она покачала головой, из её глаз исходил блеск. — Ни в коем случае, Альфа. Я просто не могу позволить себе влюбиться в него. У него нет прав надо мной. Он не достоин меня. Райан рассмеялся в ответ на её слова и отошёл от неё. — А кого же ты заслуживаешь? Меня? Элора покраснела и опустила взгляд. Она понимала, что он дразнит её. Она верила, что ни одна женщина в мире не заслуживает такого мужчины, как он. Его сила и мастерство были непревзойдёнными, никто не мог с ним сравниться. Она почувствовала руку, поглаживающую её по голове. Она подняла взгляд и посмотрела на него. — Вы должны помнить, что ваши судьбы в моих руках. Только я решаю, как закончится жизнь каждого из вас. Элора отводит взгляд. — Да, Альфа. — Иди отдохни. Подготовься к завтрашнему дню. Завтра вечером тебя ждёт большое событие. — Ч-что случится? — Ты узнаешь вовремя. Элора слегка кивнула и направилась в свою комнату. Глаза Райана снова стали чёрными. Он повернулся, чтобы пойти в свою комнату. — Райан… Он услышал голос, который заставил его остановиться. Он не обернулся, просто стоял на месте. — Райан, можно с тобой поговорить, дитя моё? — спросила Элла, глядя на сына. — Нет, миссис Айверсен. Мы не можем, — ответил он и направился в свою комнату. Он был готов закрыть дверь, когда его мать встала у порога. — Пожалуйста, впусти меня. Райан посмотрел на женщину, которая родила его, но много лет не проявляла заботы. Он развернулся и зашёл внутрь, не закрывая дверь. Элла вошла в комнату и закрыла дверь. Она оглядела помещение. — Я слышала, что ты поменял комнаты. Почему не выбрал главную спальню? Или мог остаться в своей старой, — сказала Элла. — У вас есть что-то ещё, кроме этих слов, миссис Айверсен? — спросил Райан и сел на кровать. Он бросил окурок сигареты, потерявшей пламя, и собирался зажечь новую, когда мать остановила его, схватив за руку. Его тёмные глаза посмотрели на неё. Она почувствовала неизвестный страх в ауре сына. Но она была его матерью. Он не мог оттолкнуть её, пугая. Она забрала сигарету и бросила её на пол. Не убирая руки, села рядом с ним. — Будешь теперь курить перед матерью? — мягко спросила она. Он фыркнул. — Мать? Чья мать? Для меня ты никто. Ты — мать Итана, миссис Айверсен. Перестань тратить здесь своё время. Он попытался вырвать руку, но мать не отпускала. Он не стал настаивать, чтобы не причинить ей вреда. — Почему ты решила прийти сюда? — спросил он с раздражением. — Сколько ещё ты будешь так себя вести, Райан? Ты уже не ребёнок. — Прекрати читать лекции. Скажи прямо: если у тебя есть возражения против моего пребывания здесь, я уйду сегодня же. У меня есть стая, которой нужно управлять. Я не безработный, наслаждающийся праздной жизнью. — Неважно, насколько могущественным ты станешь или какой стаей будешь управлять. Ты всегда будешь моим сыном. Для меня ты всё ещё упрямый Райан. Райан позволил ей говорить, игнорируя её, словно её не существовало. Она взяла его лицо в руки и повернула к себе. — Райан, ты так будешь карать свою мать? — её голос дрогнул, глаза наполнились слезами. Райан посмотрел на её слёзы. Раньше он заботился о матери, но два года назад понял, что она была такой же, как его отец: — Ты только родила меня. Никогда не воспитывала. В эти восемь лет, когда я был сам, когда находился вне стаи, тебе хоть раз было до меня дело? — проговорил он с яростью. Она всхлипывала: — Мы с твоим отцом никогда не желали тебе зла. Мы лишь хотели, чтобы ты стал хорошим человеком. Всё. Когда отец тебя ругал, он почти всегда потом сожалел об этом. Но он никогда не показывал этого открыто. Однако всегда заботился о тебе. Когда ты разорвал все связи с нами, он искал тебя среди стаи, где ты жил. Он переживал за тебя. И когда ты сказал, что вернёшься, он был счастлив как никто другой. Когда ты хотел уйти, он просил подождать коронации Итана, чтобы ты остался здесь дольше. Так же, как недавно в столовой. Райан рассмеялся и, убрав её руки с лица, встал. Подошёл к окну и остановился, прежде чем продолжить. — Не высмеивай собственного мужа. То, что ты говоришь, не соответствует его поступкам. Твой муж никогда меня не любил. Он всегда поддерживал старшего сына. С детства то, что я хотел, отдавал ему. — Это потому что он не хотел, чтобы Итан чувствовал себя усыновлённым. Мы не хотели, чтобы он чувствовал себя ущемлённым. — В этом процессе ты, похоже, забыла, что у тебя есть ещё один ребёнок того же возраста, что и Итан. Каждый раз, когда я приходил к вам, видел, что вы заняты им. У меня никогда не было проблем с усыновлением. Проблемы были только с вами, потому что вы слишком сосредоточены на старшем сыне и пренебрегали мной на протяжении всей моей жизни. Элла встала и подошла к сыну. — Мы поражены твоими достижениями в жизни. Мы не могли распознать твой потенциал. Но мы счастливы за тебя. Мы слышали, как ты выигрывал войны и доминировал над стаями. Мы гордимся тем, что ты наш сын. Но, пожалуйста, не ломай нас. Мы никогда не будем требовать, чтобы кто-то признал тебя нашим сыном, но не разрушай отношения с нами. Мы стареем, мы не справимся. Прости нас за наши ошибки. Глаза Райана были устремлены на лес, он стоял у окна. Элла положила руку ему на плечо. — Райан… — она рыдала, не хотела терять сына. Когда два года назад он ушёл из стаи, она была на грани нервного срыва. Если он решит уйти навсегда, она умрёт. — Мы с твоим отцом ничего не хотим от тебя. Твой отец каждый день сожалеет о том, как обращался с тобой все эти годы. Если бы ты сказал ему, что хочешь стать главным Альфой, он бы рассматривал разделение этой стаи на две. Но… — Её слова сломали Райану сердце. Он ухмыльнулся: — Так как ты сделала шаг, чтобы поговорить со своим сыном и очистить сердце, позволь предупредить тебя, мама. За твой поступок ты получишь… или неизбежную кару. Я не позволю никому из вас уйти. — — Что ты говоришь? Я пойду и попрошу у него прощения? Ты с ума сошла, Элла? — громко сказал Альфа Нил. — Да, ты пойдёшь. Я не могу потерять сына. Впервые он рассказал мне, что чувствовал все эти годы. Я не могу позволить ему уйти, разрушив наши отношения. Я не верну его, если он уйдёт сейчас, — закричала Элла на мужа. Она плакала. Она не приняла предупреждение Райана близко к сердцу. Всё, что она слышала — это слова сына о себе. Она не могла слушать его горькие слова, поэтому вышла из его комнаты и подошла к мужу, чтобы убедить его. Она осознала, что всю жизнь была так занята заботой о старшем сыне, что игнорировала другого ребёнка. Она должна была заботиться о них одинаково. В то время он был ребёнком. Если бы она и Нил правильно заботились о нём, его разум не наполнился бы ненавистью к родителям. — Я не пойду к нему. Он должен прийти ко мне. Я его отец, он не мой, — сказала Элла, глядя на своего самоуверенного мужа. Она поняла, что её сын пошёл по стопам отца. Оба они были эгоистами. — Делайте, что хотите. Сделайте мне одолжение — просто убейте меня. Я больше не могу справляться с этим психически. Я устала от жизни и разрушенных отношений, — сказала Элла с раздражением и направилась к двери. Когда она вышла, она увидела, что снаружи стоит Аллисон. Аллисон опустила голову и пропустила её. Элла вытерла слёзы и ушла. Аллисон обернулась и посмотрела на спину Эллы. Она видела, насколько болезненно это для матери. Она пришла сюда поговорить с Альфой Нилом о свадьбе. Однако воздух в комнате был неумолимо напряжённым. Она услышала слова Эллы к Альфе Нилу. — Аллисон? — прозвучал голос. Глаза Альфы Нила упали на Аллисон, когда она наблюдала за спиной Эллы. — Иди сюда, дитя моё, — сказал он. Аллисон вошла в комнату и встала перед ним. — Я пришла поговорить, дядя. — Да, ты хотела обсудить кое-что, — сказал он. Аллисон кивнула. Она нервничала, не зная, как начать разговор. Раньше она была уверена, что скажет всё, что хочет, но сейчас она была в смятении. Альфа Нил подумал, что молчание Аллисон связано с тем, что она слышала Эллу. Он вздохнул: — Дитя моё, я знаю, что ты слышала нас. — Я не хотела. Я просто пришла поговорить с тобой, — ответила Аллисон. — И каковы твои мысли? Аллисон не знала, что сказать. Она отвела взгляд и ответила: — Я думаю, ему нужны родители. Он действительно одинок в жизни. Как человек может оставаться в стороне от родителей, пока они живы? Альфа Нил покачал головой: — Дорогая, я когда-либо говорил ему уходить? Это всегда было его решение. Он всегда завидовал Итану. Аллисон нахмурилась: — Он никогда не завидовал Итану, дядя. Он просто хотел, чтобы родители относились к нему так же, как к Итану. Простите, но я думаю, что вы заблуждаетесь. Вы никогда не понимали своего сына. Альфа Нил был поражён её словами: — Он невежливый человек. Я всегда пытался сделать его воспитанным, ругая. Он думал, что я его враг. Аллисон грустно улыбнулась: — Дядя, любовь иногда может достичь того, чего не может жёсткая строгость. — Ты хочешь сказать, что я был слишком строг с ним? — нахмурился он. Аллисон сделала глубокий вдох и ответила: — Прошу прощения, если я невежлива, но я всегда наблюдала, как вы ведёте себя с ним иначе. Ваше отношение к Итану было намного лучше, чем к Райану. Конечно, мальчик, с которым отец никогда не проводил время, может подумать, что его отец его не любит. Лицо Альфы Нила изменилось. Он внезапно вспомнил ночь дня рождения Глена. Он видел, как она защищала Райана, когда тот собирался на него напасть в ярости. Они выглядели очень близкими. — Откуда тебе это известно? Он рассказал тебе обо всём? — спросил он. Аллисон кивнула, её лицо выглядело эмоциональным, что не осталось незамеченным для Альфы Нила. Лицо было мягким и печальным впервые за два года, словно она вырезала печаль в своём сердце. — Он поделился со мной своей болью однажды. Но меня расстраивает, что вы никогда не понимали его страданий. Он был ребёнком, воспитанным родителями, но жил один. Вы когда-нибудь задумывались, почему он не контактировал с вами? Потому что он думал, что вы его не любите. Вы не смогли выразить свои чувства. Она заметила его взгляд и увидела боль в его глазах. Он по-прежнему был строгим человеком, не желающим показывать свои внутренние чувства. — Я всегда хотел для него только хорошего. Он даже скрывал всё о себе от нас. — А вы постоянно насмехались над ним из-за силы и способностей. Он был грозным Альфой, но позволял вам думать, что он бесполезен. Он привык к вашему поведению. Он показывал вам только то, что вы хотели видеть. Он отвёл взгляд: — Я закончил обсуждать его, Аллисон. Давай закончим. Я восхищаюсь, каким сильным он стал. Я ничего не хочу от него. Если он всё ещё думает, что мы безразличны, пусть будет так. Мне это не важно. Аллисон закрыла глаза, слёзы покатились по щекам. Она не могла их сдержать. — Вы правы. Вам теперь всё равно, — пробормотала она и повернулась уходить, но остановилась, услышав его снова. — Два года назад я планировал его день рождения, чтобы протянуть ему руку. Но что он сделал? Он оскорбил меня и ушёл из стаи без причины. Аллисон вспомнила тот день, который был для неё настоящим кошмаром. — Хотя это был его день рождения, вы отмечали объявление о свадьбе Итана. Вы не дали ему ни одной ночи, чтобы понять, что отец заботится о нём. — Ты думаешь, что я плохой отец? — спросил Альфа Нил. Аллисон молчала некоторое время, затем вытерла глаза и посмотрела на него. — Для Итана вы лучший отец в мире, но для Райана — нет. Вы никогда не спрашивали, чего он хочет. Вы никогда не давали ему предпочтение ни в чём. Она видела, насколько сломленным он был в тот момент, услышав её слова. Она грустно улыбнулась: — Может, вы завоевали много стай в жизни, но вы потеряли своего ребёнка.