Уроки любви

Хару лежал на спине, его голова уютно устроилась на подушке, а Рэн прижался к его груди, чувствуя, как тепло и ритм сердца Хару обволакивают его в кокон уюта. Рэн повернул голову и заметил, как Хару смотрит в потолок с широкой, беззаботной улыбкой, будто видел что-то невероятно приятное. — О чём ты думаешь? — тихо спросил Рэн, наблюдая за его умиротворённым лицом. Хару продолжал улыбаться, как будто раздумывал, стоит ли делиться своими мыслями, и наконец ответил: — Думаю о том, как сделать так, чтобы мы жили вместе. Эти слова попали в сознание Рэна, как раскат грома. Его лицо моментально залилось краской, он резко поднял голову, и, заикаясь, переспросил: — Ты... ты хочешь жить вместе? Хару перевёл взгляд на Рэна, его глаза были полны мягкости и уверенности. — Конечно, хочу, — просто ответил он, будто это было самым очевидным в мире. — И хочу уже давно. Сейчас я просто обдумываю, как это осуществить. Рэн, ошарашенный услышанным, от удивления лишь опустил голову, пряча лицо от взгляда Хару. Его мысли смешались, и он никак не мог упорядочить их. — Ты в порядке? — мягко спросил Хару, чуть наклоняя голову, чтобы встретиться с его глазами. — Ты... ты этого не хочешь? Рэн суетливо поднял голову, его глаза были большими и немного растерянными. — Нет-нет, хочу! Очень хочу! — быстро проговорил он, а затем замялся. — Просто... я думал, что это возможно только через долгое время... когда я стану более самостоятельным, когда расскажу родителям, что я... Он замолчал, слова не хотелось произносить. Хару улыбнулся, его рука мягко коснулась щеки Рэна. — Всё возможно уже сейчас, — спокойно сказал он, будто обсуждал погоду. — Нужно просто всё обдумать с умом. Рэн снова опустил голову на грудь Хару, его мысли бешено крутились вокруг этих слов. Возможно? Уже сейчас? Он закрыл глаза и позволил себе ненадолго уйти в воображение: как они вместе, каждое утро и каждый вечер. Как они готовят, смеются, ссорятся, мирятся. Как они просто живут своей жизнью, без лишних вопросов и объяснений. — Боже... мне страшно представить, что ты будешь со мной делать, когда мы будем жить вместе, — выдохнул он, не открывая глаз. Хару тихо рассмеялся. Его смех был тёплым, как солнечный луч. — Верно ты говоришь, «когда» мы будем жить вместе, а не «если», — он нежно поднял подбородок Рэна, чтобы посмотреть ему в глаза. — Это уже неизбежно. Рэн, ты только мой... Сердце Рэна забилось ещё быстрее. Эти слова, произнесённые таким тоном, были так похожи на обещание. Или даже на предложение. Его лицо снова залилось краской, и он не смог вымолвить ни слова, просто наслаждаясь теплотой этого момента. Он закрыл глаза, улыбаясь. Ему нравилось слышать это «только мой». Нравилось оставаться в этих мыслях, в этих словах, словно это была самая прекрасная музыка, которая звучала только для него. Когда Хару собрался и решил, что пора уходить, он вздохнул, посмотрел на окно и затем на Рэна. — Ну что, любимый, пора мне превращаться в человека-паука. Рэн скрестил руки на груди, понимая, что его ждёт ещё один эпичный момент. — Серьёзно? Ты не мог просто прийти к главной двери, как нормальный человек? Хару театрально закатил глаза. — Нормальные люди — скучные люди. Рэн лишь фыркнул, но его губы всё равно тронула улыбка. Он встал с постели, чтобы проводить Хару до окна. — Ладно, давай уже, мистер Паркур, только постарайся не упасть, хорошо? Хару подошёл к окну и начал осматривать трубу и дерево, словно выбирал самый лучший маршрут. — Я? Упасть? Да я мастер! Он начал вылезать, опираясь на подоконник. Но в моменте, пытаясь найти ногой ветку, вдруг задел плечом штору, и та с громким хлопком сорвалась с карниза, прямо ему на голову. — Хару! — прошипел Рэн, одновременно испуганно и пытаясь подавить смех. — Спокойно, это всё часть моего плана, — пробормотал Хару из-под шторы, пытаясь выпутаться. Рэн закрыл лицо руками, чтобы не разразиться громким смехом, и подошёл, чтобы помочь. — Твой план — уничтожить весь мой дом, да? Наконец освободившись, Хару выглянул наружу и снова проверил ветку. — Всё под контролем! — сказал он бодро, хотя лицо у него было покрасневшим. — Под контролем? — прошептал Рэн с сарказмом. — Ещё чуть-чуть, и ты провалишь контрольный тест. Хару вылез наполовину, его ноги уже оказались на ветке, а руки цеплялись за подоконник. — Эй, если я сорвусь, ты меня поймаешь? Рэн посмотрел на него с поднятой бровью. — Ты серьёзно? Я тебя весом не удержу. — Значит, будем падать вместе! — засмеялся Хару, прежде чем осторожно отпустить подоконник и окончательно оказаться на ветке. Рэн смотрел, как Хару балансирует, словно канатоходец. И вот, в самый напряжённый момент, ветка слегка треснула. — Хару! — чуть громче прошептал Рэн, хватаясь за подоконник. — Спокойно, это просто саундтрек к моему геройскому выходу, — пробормотал Хару, хотя было видно, что он напрягся. Наконец, спустившись на землю, он махнул рукой и тихо крикнул: — Видишь? Я же говорил, всё под контролем! Рэн не смог сдержаться и рассмеялся. — Уходи уже, пока не разбудил весь район, супергерой. Хару поклонился, как будто только что завершил акробатический номер. — Спокойной ночи, мой Рэн. Рэн закрыл окно, всё ещё смеясь, и вернулся к постели, думая о том, насколько невероятным был этот парень, который готов лезть через окно только ради того, чтобы быть рядом. Рэн: (уже почти проваливаясь в сон) — Черт, шторы... Дальше неделя шла загадочной. Вторник На одном из уроков Рэн увидел, как Хару возвращается с какой-то странной большой коробкой, спрятанной под пледом. Рэн удивился: — Это ещё что такое? — Плед! — гордо ответил Хару. — Я вижу, что плед, но зачем он тебе? — Это секрет, — Хару подмигнул и тут же скрылся за дверью учительской, оставив Рэна в лёгком замешательстве. На перемене Рэн случайно наткнулся на Хару, который тащил большую упаковку с ананасовыми соками. — Хару, ты что, организуешь вечеринку? — Почти, — загадочно ответил тот. — Ананасы — залог успеха любого проекта. — Проекта? — Рэн нахмурился. — Скоро всё узнаешь! — Хару широко улыбнулся и быстро исчез в неизвестном направлении. Среда На третьей перемене Рэн уже не мог сдерживать любопытство, когда в школу приехала доставка, и к Хару привезли мини-холодильник. — Ты серьёзно?! Мини-холодильник? — Рэн взмахнул руками, когда увидел, как Хару уверенно катит его по коридору. — Уют требует жертв, Рэн, — спокойно ответил Хару. — Это вообще разрешено? — Это необсуждаемо, — загадочно сказал Хару и добавил: — Пойду устанавливать. — Устанавливать куда? — Тсс, ты слишком много спрашиваешь. Четверг: Великий план раскрыт После уроков Рэн заметил, как Хару разговаривает с учителем, а потом выходит из кабинета с ключами в руках и выражением абсолютного триумфа. — Хару, я не знаю, что ты задумал, но это точно что-то странное, — прошептал Рэн, проходя мимо. — Странное? — Хару усмехнулся. — Нет, это гениальное. И вот на длинной перемене Хару, весь из себя загадочный, схватил Рэна за руку и потащил его в лабиринт школьных коридоров. — Ты когда-нибудь думал, что школа может стать нашим личным раем? — спросил Хару, сверкая глазами. — О чём ты вообще? — Рэн еле поспевал за ним. Когда они подошли к двери, Хару торжественно вынул ключ и открыл её с видом хозяина и перед ними предстал бывший кабинет, который, похоже, давным-давно использовался для каких-то студенческих курсов. Рэн замер на пороге, оглядывая помещение. В углу стоял старый, видавший виды диван, но теперь он был покрыт новеньким пледом, который явно недавно приобрели. На журнальном столике рядом стояли бутылки с водой, влажные и сухие салфетки, а чуть дальше у стены уютно пристроился мини-холодильник. Возле него стояла огромная коробка, заполненная ананасовыми соками, словно Хару решил запастись ими на год вперёд. Рэн ошеломлённо посмотрел на Хару. — Это что за... ананасовый рай? Хару раскинул руки, словно представлял целую имперскую сокровищницу. — Добро пожаловать в нашу новую обитель! Рэн моргнул. — Обитель? Это что вообще такое? — Это бывший кабинет студсовета, — объяснил Хару, запирая дверь за ними. — Когда-то я помогал учителю таскать сюда всякий хлам, и вот подумал: а что, если сделать его уютным? — Ты попросил у учителя ключи просто так? — Рэн скептически прищурился. — Ну... почти, — хмыкнул Хару. — Я сказал, что мне нужно место для... "учебного проекта по восстановлению заброшенных пространств школы". Рэн закатил глаза. — И они поверили!? — Ну конечно. Кто не поверит этому лицу? — Хару самодовольно провёл рукой по своему подбородку. Рэн рассмеялся. — А холодильник? Сок? Салфетки? Это всё... — Это чтобы нам было комфортно, — серьёзно ответил Хару. — Слушай, ты не представляешь, как сложно найти место, где можно спокойно уединиться! А здесь — тишина, уют и никаких отвлекающих факторов. Рэн покачал головой, но его губы всё равно тронула улыбка. — Ты безумен. — Но разве не ради этого ты меня любишь? — Не льсти себе, — проворчал Рэн, усаживаясь на диван. Хару сел рядом, глядя на него с довольной улыбкой. — Ну что, довольный? Рэн вздохнул, оглядел уютное пространство и, наконец, сказал: — Ты просто не оставляешь мне шанса. — Вот и отлично, — ответил Хару, потянувшись за первым соком. — А теперь расслабься и наслаждайся! На большом уютном диване, среди пледов и ананасового сока, их непринуждённая беседа неожиданно переросла в нечто большее. Хару смотрел на Рэна, а в его взгляде читалась смесь желания и нежности. Он слегка улыбнулся, провёл рукой по щеке Рэна и, прежде чем тот успел что-либо сказать, их губы соприкоснулись. Поцелуй был настолько чувственным, что у Рэна перехватило дыхание. Он ощущал, как Хару одной рукой прижимает его ближе, а другой уже пытается расстегнуть верхнюю пуговицу его рубашки. — Хару... — начал Рэн, прерывисто дыша между поцелуями. — А если нас услышат? Хару остановился на мгновение, его лицо расплылось в уверенной, немного хитрой улыбке. — Ключ в двери, — спокойно ответил он. — Я проверял: включал музыку и выходил послушать. Ничего не слышно. Так что... расслабься, малыш. Рэн закатил глаза, но его сердце бешено колотилось. — Ты проверял? — спросил он, не в силах сдержать нервный смех. — Конечно, — спокойно кивнул Хару, ловко стягивая с Рэна рубашку. — Я серьёзно подготовился. Перерыв не бесконечный, знаешь ли, а я ждал этого момента целых несколько дней. Рэн смутился, понимая, что всё идёт именно туда, куда Хару задумал. Ещё пару дней назад его бы это пугало, заниматься таким в школе, но сейчас он чувствовал, что больше не может противиться ни своим чувствам, ни желаниям. — Ты неисправим, — пробормотал он, позволив Хару стянуть с него остатки одежды. — Это ты любишь меня таким, — прошептал Хару в ответ, уже снимая свою футболку. Они остались в одном нижнем белье, и Рэн ощущал, как его дыхание сбивается. Хару накрыл его своим телом, снова целуя, сначала нежно, затем всё более страстно. — Ты правда можешь не сдерживаться, — произнёс Хару, глядя прямо в глаза Рэна. Эти слова окончательно сломали остатки смущения. Рэн обхватил его за шею, притянул ближе и ответил на его поцелуи с полной отдачей. Всё его волнение растворилось в тёплой обстановке их нового укромного уголка, в уверенности Хару и в их общем желании. Хару продолжал целовать его, нежно скользя губами вниз по шее, затем по ключицам. — Ты просто невероятный, — прошептал он, будто себе под нос, проводя рукой по боку Рэна. — Хару... — прошептал Рэн в ответ, не в силах сдержать своей дрожи от удовольствия. Их тела двигались в ритме друг друга, страсть разгоралась всё сильнее, а диван, хоть и был старым, оказался достаточно прочным, чтобы выдержать эту волну эмоций, переполнявшую обоих. Хару происхождении отталкивался ногой немного от ручки дивана, что давало больше глубоких ощущений. На следующий день их новая «обитель» стала неизменным местом встречи на каждом перерыве. С утра они заходили туда, как в своё личное убежище, где могли быть самими собой. Иногда они дурачились, играя в миниатюрные настольные игры, которые Хару принёс, или попивая ананасовый сок, а иногда страсть снова захватывала их, и они не могли удержаться. На длинном перерыве, как только дверь за ними закрылась, Хару запер её и с широкой улыбкой схватил Рэна за руку. — Время для нашего «урока», — объявил он, притянув Рэна к себе и мягко уложив его на диван. Рэн засмеялся, но его смех быстро сменился приглушённым стоном, когда Хару накрыл его своими губами. Их поцелуи становились всё более страстными, и Хару без лишних слов начал расстёгивать рубашку Рэна, а потом свою. — Ты озабочен этим, — прошептал Рэн, уже понимая, что сопротивляться бесполезно. — Я озабочен лишь тобой, — ответил Хару, его голос звучал низко и хрипло. Они сливались в страстных движениях, и в какой-то момент Хару услышал, как на его телефоне завибрировал будильник, сигнализируя, что перерыв подходит к концу. Он замер на мгновение, нахмурившись, но потом глубоко выдохнул. — Проклятый будильник, — проворчал он, продолжая двигаться. — Почему время всегда летит так быстро, когда мы вместе? Рэн хотел было ответить, но лишь простонал, ощущая, как Хару усилил ритм. — Прости, — шепнул Хару, слегка куснув его за ухо. — Придётся ускориться. Нам надо закончить до звонка. Он начал двигаться быстрее и глубже, его дыхание становилось всё более прерывистым. — Рэн, ты даже не представляешь... — выдохнул он между толчками. — Я мог бы заниматься этим с тобой днями и ночами напролёт. Ты сводишь меня с ума. Рэн не смог ответить — он только выгибался навстречу, теряясь в своих ощущениях. Его тело отзывалось на каждое движение Хару, а стоны становились громче, несмотря на то, как он старался быть тише. Когда их страсть достигла пика, комната наполнилась тишиной, нарушаемой только их тяжелым дыханием. Хару обессиленно лёг рядом с Рэном, улыбаясь как никогда раньше. — Думаю, мы оба заслужили аплодисменты, — пошутил он, обнимая Рэна. — Хару... ты сумасшедший, — ответил Рэн, прижимаясь к его груди и закрывая глаза. — Да, но я твой, — шепнул Хару, целуя его в лоб. В это мгновение мир за пределами их кабинета перестал существовать. Путь домой Когда Хару и Рэн шли к дому, уже держа друг друга за руки, Рэн, слегка улыбаясь, вдруг спросил: — Хару, а как вообще тебе в голову пришла идея устроить нашу... обитель в школе? Хару посмотрел на него с хитрой улыбкой, будто ждал этого вопроса. — О, это длинная история, — начал он, но тут же продолжил с шутливым драматизмом: — Всё началось в тот момент, когда я понял, что хочу жить. — Что? — рассмеялся Рэн, не понимая, к чему он клонит. — Помнишь ту ночь, когда я к тебе залез через окно? — Хару лукаво прищурился. Рэн сразу вспыхнул от воспоминаний: — Конечно, помню. Ты ещё как обезьяна лез на дерево, как будто там бананы тебя ждали. — Ну так вот, — с серьёзным видом продолжил Хару. — В какой-то момент, когда я уже почти был у твоего окна, одна из веток треснула... Рэн остановился, глядя на него широко открытыми глазами: — Что? Ты мне ничего не говорил! — А что было говорить? Я сам тогда чуть не обмочился от страха, — признался Хару с усмешкой. — Представь: подо мной пустота, твоя семья где-то рядом, а я болтаюсь на этой ветке, и только в тот момент осознал, что больше не хочу рисковать своей жизнью. Тем более, когда я уходил от тебя по другой ветке, она тоже треснула, я уже думал все, звуки скорой помощи уже слышал. Рэн не выдержал и рассмеялся: — Тебе и правда иногда в голову приходят великие мысли в самых неожиданных местах. — Подожди, это ещё не всё! — Хару театрально поднял палец, будто что-то доказывал. — Тогда я решил, что нужно найти другое место, чтобы мы могли проводить время вдали от всех, без риска для моей жизни. — И как ты придумал кабинет? — спросил Рэн, уже заинтересованно. Хару пожал плечами и сказал с улыбкой: — Однажды, лежа в ванной, я как-то вдруг вспомнил этот старый кабинет. Знаешь, эти гениальные озарения, когда ты просто валяешься в горячей воде? Рэн снова рассмеялся: — Гениальные озарения? В ванной? — Ну да, именно так. — Хару сам начал смеяться. — И потом я подумал: если я могу заново сделать этот кабинет уютным, это будет идеальное место для нас. Рэн покачал головой, улыбаясь: — Ты удивительный, Хару. — Спасибо, — Хару обнял Рэна за плечи. — Всё ради тебя, герой. Ну, и ради моего здоровья. Они оба засмеялись, а Рэн почувствовал, как внутри него становится тепло. С Хару всё становилось ярче, легче и теплее. Когда они уже подходили к дому Рэна, Хару слегка замедлил шаг и, чуть задумавшись, сказал: — Знаешь, Рэн, уединяться в школе — это, конечно, здорово. Хорошо облегчает... тягость по тебе. Рэн тут же напрягся, почувствовав, как покраснел от этих слов. — Но, — продолжил Хару с лёгкой улыбкой, — всё равно недостаточно. Так что я с нетерпением жду завтрашних выходных. Рэн остановился и прикрыл глаза рукой, покачав головой: — Хару... Ты как всегда можешь выпалить такое, что у меня мурашки от смущения бегут. Хару рассмеялся, слегка опуская голову, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Мурашки? Это хорошо, значит, я справляюсь, — шутливо сказал он, наблюдая, как Рэн пытается справиться с собой. Пока Рэн стоял с закрытыми глазами, Хару воспользовался моментом. Он быстро наклонился к нему и подарил нежный, лёгкий поцелуй в губы. Когда Рэн открыл глаза, Хару уже отходил, махая ему рукой: — До завтра, герой! Рэн остался стоять, провожая его взглядом, а на губах появилась лёгкая улыбка. Он почувствовал, как сердце наполняется теплом. — Надо же было так безумно влюбиться в этого чудака, — прошептал он себе под нос, прежде чем зайти в дом. Когда Рэн вернулся домой, он обнаружил на столе записку, оставленную родителями. Быстро пробежав глазами текст, он замер на месте: родители уехали в деревню к бабушке до следующего вторника и оставили ему немного денег на карманные расходы. Прочитав это, Рэн сначала застыл, а потом его лицо начало светиться радостью. Он расплылся в широкой улыбке, которая через секунду сменилась решимостью. Не успел он осознать, как уже выбежал из дома, сломя голову направляясь в сторону, куда ушёл Хару. Он бежал быстро, чувствуя, как ветер обдувает его лицо. Вдруг он увидел впереди знакомую фигуру. Хару шёл неспешно, засунув руки в карманы, пока Рэн не крикнул: — Хару! Хару остановился и удивлённо обернулся, его лицо немного приподнялось от неожиданности, когда он увидел, как Рэн буквально летит к нему. Прежде чем он успел что-то сказать, Рэн с разбега прыгнул в его объятия. — Что случилось? — с улыбкой и легкой тревогой спросил Хару, крепко удерживая его, чтобы не упал. Рэн, запыхавшись, но светясь счастьем, выпалил: — Родители уехали до вторника! Я могу всё это время быть с тобой! Глаза Хару широко распахнулись от удивления, а затем на его лице появилась такая же счастливая улыбка. — Правда? — с невероятным восторгом спросил он, обнимая Рэна ещё крепче. — Да! — Рэн кивнул, тяжело дыша, всё ещё пытаясь отдышаться после своего забега. Хару рассмеялся, крепко прижимая Рэна к себе. — Я так рад, что даже слов не нахожу! — признался он, поглаживая Рэна по спине. — Значит, у нас целых несколько дней вместе? Рэн посмотрел на него, всё ещё сияя от радости, и чуть смущённо кивнул. — Да... целых несколько дней. — Это лучшие новости за день, — сказал Хару, приподнимая Рэна, чтобы вновь закружить его в своих объятиях, словно маленького ребёнка, вызвав у того смущённый смех. — Эй, хватит кружить, голова закружится! — воскликнул Рэн, но в его голосе не было ни капли негодования. Хару остановился, глядя на Рэна с нежностью. — Ну что, пойдём ко мне? Надо всё как следует отпраздновать. — Обязательно, — Рэн снова улыбнулся и, взяв Хару за руку, пошёл с ним.