Бедные люди

      За прошедшие несколько часов Юрико успела вернуться домой, принять душ, переодеться и привести себя в относительный порядок, словно надеясь, что чистая одежда и аккуратно уложенные волосы хоть как-то помогут прояснить мысли.       С самого утра, с момента, как она приняла участие в разговоре, превратившем их с Дазаем в соучастников не самой разумной авантюры, она не переставала сомневаться. Бесчисленное количество раз она отказывалась от этой затеи, но с той же настойчивостью снова и снова приходила к тому, что отступать уже поздно; если не сейчас — значит никогда, и тогда она будет жалеть вечность о том, что даже не попыталась.       Сидя за рулем своей машины, которую она буквально накануне наконец забрала из ремонта, Юрико направлялась по вечернему городу к заранее выбранному месту встречи. Она посмотрела на собственные глаза в зеркале заднего вида, но даже в их отражении видела лишь напряжение, легшее тенью на черты лица.       Голова просто раскалывалась. За невероятно короткое время на нее обрушился целый шквал событий, каждое из которых могло бы по отдельности выбить почву из-под ног, но вместе они сплелись в нечто куда более тяжелое.       Страшнее всего была мысль, что им с Ичиро вновь придется встретиться лицом к лицу. Юрико боялась этой встречи, потому что не знала, кто перед ней предстанет: человек из ее детства или деспот, сформированный обидой и ненавистью.       Вспоминая последние месяцы их совместной жизни, она понимала, что стоит склоняться ко второму варианту. Тогда он начал ломать ее изнутри, манипулируя каждым ее словом, перекладывал вину даже за те вещи, к которым она не имела никакого отношения. И когда она уже начала терять себя, перестала понимать, где заканчиваются ее эмоции и начинаются внушенные им мысли, он сделал решающий шаг — попытался сдать ее властям как опасного эспера.       Когда он упомянул уничтожение одаренных — великую цель, за которой теперь гнался, — Юрико не сразу поняла, откуда взялись эти амбиции. Долгое время она жила с мыслью, что Ичиро ненавидит ее за то, кем она является, но тогда еще не могла предположить, что его неприязнь способна вырасти во что-то таких масштабов.       Юрико давно смирилась с тем, что прежнего Ичиро нет, что тот, кого она помнила по детским воспоминаниям, остался в прошлом. Она знала, что он никогда не простит ей случившегося и всегда будет видеть в ней убийцу своих родителей. Но все же он был ее братом. И хотя разум раз за разом твердил, что его слова о семье, его желание встретиться — не более чем манипуляция или попытка использовать ее в своих целях, сердце все равно сжималось, будто в этих словах была хотя бы крошечная крупица правды.       Погруженная в эти мысли, Юрико не заметила, как почти добралась до пункта назначения.              Район, в который она приехала, был серым, с дурной репутацией и узкими улицами, где грязные витрины старых лавок соседствовали с обветшалыми домами. Здесь располагалась небольшая изакая — японская закусочная с алкоголем. Здесь не задавали вопросов и никому не было бы дела до того, как девушка тащит в багажник парня без сознания. Они с Дазаем выбрали это место специально, на случай, если за ними действительно кто-то следил по приказу Ичиро.       Припарковав свой черный седан в переулке примерно в двухстах метрах от нужного заведения, Юрико заглушила двигатель и на мгновение задержалась в сиденье. Время на панели показывало девять вечера. Пальцы, сжимавшие ремень безопасности, едва заметно подрагивали. Она глубоко вдохнула, вышла из машины и направилась к изакае. Вывеска над ее входом уже виднелась в конце улицы.       По пути Юрико попадались разные люди, сбившиеся в небольшие группы: одни смеялись, другие тихо спорили, а у дверей заведения виднелись посетители. Когда она почти добралась до нужного места, позади резко взвыл двигатель. Юрико обернулась и увидела, как к обочине вырулил красный мотоцикл. Резкий визг тормозов прорезал уличный гул, и едва байк остановился у тротуара, как она в удивлении отпрянула на шаг назад.       На сиденье мотоцикла сидел Чуя. Он на мгновение снял шляпу, пригладил волосы и, вернув ее на место, перевел взгляд на Юрико.       — Что ты тут делаешь? — вырвалось у нее прежде, чем она успела сдержаться.       Потому что, во-первых, что он тут делает? И, во-вторых, почему именно сейчас, когда вот-вот сюда должен явиться Дазай?       — Увидел твою машину на трассе, когда проезжал, — спокойно ответил Чуя, спрыгнув с байка и облокотившись на сиденье.       — И… решил проследить?       — Учитывая, что ты с утра не отвечаешь на сообщения, — да.       Юрико только сейчас вспомнила, что не проверяла телефон ни дома, ни по дороге сюда. Но теперь был куда более критичный вопрос: как избавиться от Чуи?       Этот вопрос звучал ужасно даже в мыслях, но Чуя и вправду появился в самый неподходящий момент. Если он задержится здесь хотя бы еще на пару минут, то непременно встретится с Дазаем, а значит, весь их план можно будет выкинуть в мусорку вместе с остатками ее собственной репутации.       — Я не стал звонить, хотел дать тебе время, — продолжил Чуя. — Я узнал новость про Аюми.       Юрико застыла. И ответить она не смогла не потому, что не хотела, а потому, что в этот момент за спиной Чуи, среди редкой толпы прохожих, уловила знакомый силуэт.       Дазай стоял в нескольких метрах, на другом конце дороги. Он выглядил так, будто бы шел в магазин за мороженым, а не на скрытую операцию. Сердце Юрико забилось сильнее, но она быстро собрала себя, стараясь не выдать паники на лице.       — Так зачем ты здесь? — вдруг спросил Чуя.       — Зачем? — повторила Юрико, подбирая ответ.       Ни один из привычных вариантов не подходил. Сказать, что она на задании, было бы глупо: Чуя, как член исполнительного комитета мафии, знал обо всех текущих операциях.       — Я решила прогуляться.       Чуя чуть приподнял бровь, скрестив руки на груди.       — Прогуляться?       Юрико мысленно ударила себя по лбу за еще более глупый ответ. Гулять здесь, в таком районе, да еще и без всякой причины? Лучше бы она вообще ничего не говорила.       Тем временем Дазай явно не понял, что ему стоит убираться отсюда как можно дальше. Вместо того чтобы держаться на расстоянии, он, как ни в чем не бывало, начал приближаться прямо в их сторону.       Чуя, видимо, заметил, что ее взгляд все время уходит куда-то за его плечо, и тоже обернулся. Юрико замерла в ожидании худшего, но, к ее облегчению, Дазай мгновенно скрылся за большим рекламным щитом.       — Что-то не так? — спросил Чуя, повернувшись обратно. — Обычно ты не тянешь с ответами.       — Все в порядке, — выдавила Юрико с легкой улыбкой.       Одновременно с этим она наблюдала за тем, как из-за рекламного щита вылазит голова Дазая. Он одобрительно показал ей большой палец и нагло ухмыльнулся, словно все происходящее его только забавляло.       Юрико расправила плечи. Если он вздумает что-нибудь выкинуть, первым пострадает именно он. Лично от нее.       — Просто решила выйти из дома и сменить обстановку, — продолжила Юрико. — Все это… давит.       — Слушай, — сказал Чуя, — я понимаю, тебе сейчас нелегко. Ты, наверное, чувствуешь вину.              От этих слов стало только хуже. Чуя, сам того не зная, попал в самую точку. Вина тяжелым грузом лежала на плечах Юрико не только из-за Аюми, но и из-за того, что прямо сейчас, стоя перед ним, она нагло лгала, глядя ему в глаза.       Она ни на минуту не забывала, что действует без ведома мафии, но на фоне всего происходящего их с Дазаем затея казалась ей еще более неправильной. Потому что именно сейчас рядом с ней был ее настоящий союзник, которому она даже не могла сказать правду.       Но сворачивать теперь было тем более бессмысленно. Ичиро уже прислал адрес и ждал ее прибытия.       — Почему бы нам не сесть где-нибудь и поговорить? — предложил Чуя. — Есть кое-что, о чем тебе стоит знать.              Юрико кивнула, хотя бы потому, что нужно было как можно быстрее отдалиться от Дазая.       Они вместе свернули на другую улицу, и силуэт детектива вскоре растворился где-то позади.       Район, куда они с Чуей вышли, оказался куда приличнее. Мягкий свет уличных фонарей отражался в стеклянных фасадах заведений, и в одном из них они и остановились.       Это был ресторан в европейском стиле. Официант подошел к ним сразу, как только они сели, и подал меню. Но Юрико даже не успела взять его в руки, как ее взгляд метнулся к входной двери. В ресторан вслед за ними вошел Дазай.       Похоже, он окончательно потерял инстинкт самосохранения. Потому что что, черт побери, он здесь делал? Он ведь должен был ясно понять, что ему не стоит появляться поблизости, пока рядом Чуя.       Юрико мысленно выругалась, но тут же поблагодарила всех возможных богов хотя бы за то, что Чуя сидел спиной ко входу и ничего не видел.       — Твой брат — чиновник в Министерстве внутренних дел, — начал Чуя, откинувшись на спинку сиденья. — Как и обещал, я навел справки.       Юрико, отрывая взгляд от Дазая, который уже занял место за дальним столиком, медленно перевела глаза на Чую, стараясь не выдать тревоги.       — Вот как, — произнесла она, только сейчас осознавая сказанное.       Юрико, конечно, уже знала от Дазая, что Ичиро связан с госструктурами, и успела не только переварить эту новость, но и свыкнуться с ней. Слова Чуи лишь дополнили эту картину и подтвердили сказанное детективом.       — Почему у меня такое чувство, что ты уже была в курсе? — спросил он.       — Я догадывалась, — солгала Юрико. — Я помню на каком факультете он учился, и тот факт, что он стал госслужащим, не особо удивляет… Но это все равно не объясняет, как ему удалось найти местоположение бункера и взломать его систему.       — Верно, но ты же знаешь, что это еще означает, — сказал Чуя. — Мы не можем трогать его, если он напрямую не угрожает мафии.       Юрико тем временем едва слушала его. Все внимание было приковано к столу в углу, где сидел Дазай, спрятавшись за меню, из-за которого она все равно чувствовала, как он ухмыляется. Он развлекался, сидел тут, как зритель в VIP-ложе, в театре, который сам же устраивал. Юрико с трудом сдерживалась, чтобы не метнуть в него вилку, лежащую на столе.       — Юрико, ты меня вообще слушаешь? — раздраженно спросил Чуя, склонившись ближе. — Такое ощущение, будто ты кого-то выискиваешь в толпе.       В тот же момент Дазай, словно по команде, развернул меню вертикально, и теперь его вовсе не было видно. Юрико только сейчас поняла, что слишком долго смотрела в одну точку, и Чуя повернулся, чтобы взглянуть туда же.       — Объясни, что с тобой? — сказал он твердо. — Это из-за брата? Или тебя что-то еще гложет?       Юрико задержала дыхание, стараясь, чтобы в нем не отразилось ее напряжение.       — У меня просто… тяжелый день, — ответила она спустя мгновение.       Каждое слово давалось ей с усилием. Она чувствовала, как совесть тяжело давит на грудь. Продолжать лгать Чуе не хотелось. Слишком многое держалось на тонкой нити, и она знала, что рано или поздно он догадается, но надеялась, что это произойдет не раньше встречи с Ичиро.       Вдруг за тем самым столом, где сидел Дазай, раздался голос, нарочито громкий, как будто специально обращенный ко всей округе, а не только к официанту.       — Простите, кажется, вы по ошибке приписали лишний ноль к своим ценам.       — Никакой ошибки нет, господин, это и есть наши цены, — любезно, но с натянутой улыбкой ответил официант.       — Что? — возмутился Дазай. — Да кто в здравом уме будет платить столько йен за какой-то салат?!       Глаза Юрико расширились. Она вцепилась обеими руками за край стола, как будто пыталась удержать под ногами землю, которая стремительно рушилась.       Голос был достаточно громким, чтобы его невозможно было не услышать, а Чуя, к несчастью, слух имел отменный. Его голова была опущена, глаза скрыты тенью шляпы, так что Юрико не могла разглядеть выражение его лица. Зато она отчетливо видела багровое сияние, тонкой линией пробежавшее по его телу.       Столовые приборы, подносы, даже части интерьера медленно поднимались в воздух, подчиняясь гравитации его ярости. Юрико знала, что если сейчас не вмешаться, через пару секунд ресторан просто перестанет существовать.       — Чуя, я—       — Его появление здесь как-то связано с тобой? — перебил Чуя. С каждым словом его голос становился все громче, будто вот-вот сорвется на рев.       Юрико не успела ответить, потому что ровно в этот момент за его спиной появился сам виновник торжества.       Дазай подошел ближе и, с видом человека, имеющего полное право здесь находиться, протянул руку и с легкостью стащил шляпу с головы Чуи.       — Ты это верно подметил, у нас с Юрико сегодня неотложные дела, — произнес он, ни капли не смутившись от напряженности атмосферы.       Но он явно переоценил свою храбрость. В ту же секунду Чуя вскочил с места, развернулся и схватил Дазая за горло, поднимая его в воздух. Шляпа выскользнула из его рук и упала на пол, а приборы, еще секунду назад парившие в воздухе, с грохотом обрушились вниз. Гости в панике оборачивались, кто-то рванул к выходу, спотыкаясь о стулья, а персонал застыл в оцепенении, не решаясь ни приблизиться, ни вмешаться.       — О каких, блять, неотложных делах ты сейчас говоришь? — крикнул Чуя, глядя Дазаю прямо в глаза.       Юрико тоже вскочила с места, но не знала, что именно предпринять. Ситуация стремительно выходила из-под контроля.       — Я не предполагал, что ты настолько скучал по мне, Чуя, — прохрипел Дазай, с трудом втягивая воздух. Удивительно, что он вообще мог говорить с таким беззаботным тоном, когда его буквально душили. — Но я, к сожалению, не могу разделить твои чувства.       Хватка на его шее усилилась. Рука Чуи дрогнула, мышцы на предплечье напряглись, и на секунду Юрико действительно поверила, что он может убить Дазая прямо сейчас.       — Я спрашиваю тебя: что ты тут забыл? — прорычал он.       Дазай не отвечал — то ли воздуха уже не хватало, то ли он решил, что ответ все равно ничего не изменит. Он лишь держал руку Чуи на своей шее, даже не пытаясь по-настоящему освободиться, словно ему это и правда доставляло удовольствие.       — Отпусти его, я все объясню, — сказала Юрико, стараясь сохранить спокойствие в голосе.       — Я не с тобой разговариваю, — бросил Чуя, даже не удостоив ее взглядом.       Эти слова были как холодный удар. Юрико поняла, что сейчас бесполезно апеллировать к разуму, пока его гнев не выльется до последней капли.       Ее взгляд метнулся к часам на стене. 21:25. Они с Ичиро договорились встретиться в десять. Если она задержится здесь дольше, то точно не успеет вовремя, а второго такого шанса может и не быть.       Ситуация быстро стала однозначной. Они с Дазаем не смогут продолжить план, если все закончится здесь и сейчас, а Чуя ни за что не даст им уйти просто так. Значит, раз Чуя все равно не хочет ее слушать, нужно было сделать так, чтобы хотя бы что-то из этого имело смысл.       Мысль пришла внезапно. Безумная, отчаянная, противоречащая здравому смыслу, и все же именно она казалась единственным возможным выходом на данный момент.       Через мгновение Чуя разжал пальцы.       Но не по собственной воле. Его руки, в которых несколько секунд назад еще кипела неистовая ярость, бессильно опустились. Дазай покачнулся, едва не рухнув на пол, и в последний момент привалился к стене. Он тяжело закашлялся, хватая ртом воздух, будто только что вынырнул с глубины воды. Его пальцы машинально коснулись горла. Там, где заканчивались бинты, проступали ярко-красные следы, болезненно контрастирующие с его кожей.       Юрико стояла в нескольких шагах от них, не двигаясь. Она подняла взгляд и встретилась с глазами Чуи. Эти голубые, почти прозрачные глаза, в которых обычно бушевал ураган эмоций, теперь были пугающе пустыми. Не осталось и тени той ярости, что еще минуту назад пылала в нем открытым пламенем. От такого вида Чуи по позвоночнику прошелся холод.       — Если бы ты вмешалась на секунду позже, — раздался голос Дазая, глухой, с хрипотцой, — я бы сейчас не на встречу с твоим братом тебя провожал, а на собственные похороны.       Он криво усмехнулся, но в его интонации сквозило раздражение.       — Какой же он у вас вспыльчивый.              Юрико метнула на Дазая взгляд, полный злости. В ее глазах плескалась жажда вцепиться в него и закончить то, что не завершил Чуя. Но время шло, и она не могла позволить себе ни секунды промедления, если хотела, чтобы все это было не зря.       Не сказав ни слова, она схватила Дазая за руку и потащила его прочь из ресторана. Они выскочили через заднюю дверь и свернули в узкий переулок между зданиями, где над головой мигала тусклая лампа, отбрасывая на асфальт дрожащие желтые пятна.       В этот момент из ресторана донесся пробирающий до костей яростный крик. Бедные люди потеряло свой эффект. Земля под ногами вздрогнула, прокатив по улицам глухой толчок, будто мини-землетрясение.       — Жаль, конечно, людей, у которых прервался ужин, — сказал Дазай, глубоко вздохнув, будто по-настоящему сочувствовал. — Учитывая цены в том заведении, каждый кусок должен был быть на вес золот—       Он не успел договорить, как Юрико резко повернулась и прижала ладонь к его губам.       — Заткнись, — прошипела она, не отводя взгляда от входа в ресторан.       Через несколько секунд в поле зрения появился Чуя. Он вышел на улицу, словно разрывая собой пространство. Все его тело было напряжено до предела; казалось, от него исходит жаркое, пульсирующее облако ярости.       — В таком состоянии он нас все равно не заметит, — прошептал Дазай в ладонь Юрико.       Юрико не сводила глаз с Чуи, пока тот не сел на мотоцикл и не умчался прочь, растворяясь в шуме города. Только когда звук мотора исчез, она позволила себе выдохнуть. Но ненадолго.       Она снова повернулась к Дазаю, схватила его за ворот пальто и резко притянула себе.       — Какого. Хрена. Ты. Пошел. За. Нами? — выговорила она каждое слово. — Тебе что, жить надоело?!       — Полагаю, это был риторический вопрос, — ответил Дазай, даже не попытавшись отвести взгляд. — А что мне было делать? Ждать, пока вы закончите свой… романтический ужин? Кстати, я уже говорил, что цены там просто грабеж?       — Ты… невыносим, — устало сказала Юрико и, внезапно ослабив хватку, уткнулась лбом ему в грудь.       Осознав, что делает, она резко оттолкнула Дазая, отчего он врезался в стену.       — Ай, — сказал он, потирая затылок. — А это за что?       Юрико проигнорировала его и вышла из укрытия, направляясь к своей машине.       — Ты куда? — спросил Дазай, догнав ее и поравнявшись с ней.       — На встречу. С Ичиро. Или ты забыл?       — А как же наш изящный план? Бар, выпивка и интрижка со снотворным для правдоподобия.       — Во-первых, — начала Юрико, — мы уже и так потеряли достаточно времени. Во-вторых, если за нами действительно кто-то следит, они наверняка уже что-то заподозрили. Мы устроили целый спектакль на глазах у всего ресторана. Думаешь, это бы осталось незамеченным?       — Со стороны, если честно, все выглядело так, будто парень устраивает сцену ревности, а его девушка решает уйти с другим.       Юрико скривила лицо.       — Тем хуже. Нам не нужно, чтобы Ичиро думал, будто мы близки.       — Раз уж ты так далеко зашла, — продолжил Дазай, идя вслед за ней. — То зачем рисковать? Мы должны придерживаться плана.       Юрико резко остановилась. Дазай врезался в нее сзади, едва не потеряв равновесие.       — Скажи честно, — сказала она, повернувшись. — Ты же просто хочешь выпить за мой счет?       — Не исключено, — произнес Дазай. — Но, согласись, важно доводить начатое до конца.       Юрико устало вздохнула. Спорить с Дазаем — это все равно что уговаривать ветер не дуть. И все же она поймала себя на мысли, что сейчас ей отчаянно хотелось именно того, на чем он настаивал…       Прошло несколько минут, когда они добрались до места, где изначально должны были встретиться — небольшой изакаи, спрятанной между зданиями.       Внутри заведения царил полумрак, освещенный мягким желтым светом ламп над каждым столом. Потолок был низким, а стены были увешаны пожелтевшими постерами и глянцевыми меню, где фото еды казались неестественно яркими.       Они прошли к самому дальнему углу и сели за квадратный столик у стены. Два стула стояли бок о бок — не напротив, а рядом, так как противоположная сторона стола упиралась в спинку соседнего стула. Устроившись, они просто заказали горячий сакэ, не удосужившись даже взглянуть на меню.       Сидя в этом шумном и душном заведении, Юрико только теперь по-настоящему осознала, что она натворила.       Она, черт возьми, использовала Бедные люди на Чуе. На Накахаре Чуе.       На одном из самых опасных, непредсказуемых и сильных бойцов Портовой мафии. На том, кто в одиночку может разобрать здание до основания и кто с легкостью мог бы разнести в клочья и ее.              Но куда важнее было другое. Она использовала способность на том, кто был для нее больше, чем просто товарищ из мафии. Это был человек, который всегда был где-то рядом; тот, кто встретил ее, когда она была никем, и первым протянул руку. И теперь она не просто предала его доверие, а унизила его, применив силу без предупреждения и объяснений.       С этим осознанием к тревоге прибавилось и другое чувство, медленно подступающее к горлу. Страх.       Что будет теперь? Как Чуя отреагирует на все это? Захочет ли говорить? Или ее сразу вышвырнут из мафии? Или, что хуже, отдадут на растерзание уличным псам?       Заказ, наконец, принесли, отвлекая Юрико от этих мыслей. Молодой официант в фартуке поставил перед ними керамический кувшин с горячим сакэ, две маленькие чашечки и тарелку с одзумами — ассорти из закусок. Правда, закуски выглядели так, будто их собирали на скорую руку из остатков вчерашнего вечера.       Юрико без колебаний схватила кувшин, налила себе сакэ и залпом выпила. Горячий, обжигающий напиток скользнул по горлу, оставляя после себя тепло, стремительно разливающееся по телу.       — Я думал, ты за рулем, — сказал Дазай, разливая и себе порцию сакэ.       — А я думала, мы должны делать вид, будто просто пришли выпить?       — Ах, да, — протянул Дазай, поднимая чашечку. — Реалистично.       Он сделал глоток и, покосившись на нее, вдруг добавил:       — Кстати, я думаю, сейчас самое время дать название нашей миссии.       — Название? — спросила Юрико, не поднимая взгляд со стола.       — Ну да, как в фильмах.       Дазай потянулся к одзумами, понюхал, скривился, но все же откусил.       — Как насчет «Последний глоток»? Или… «Сон на заказ»?       Юрико слушала его вполуха. Она машинально разлила себе вторую чашку сакэ и снова выпила.       — Так как все-таки назовем? — повторил Дазай, заметив ее замешательство.       Юрико посмотрела на него, будто только очнулась.       — Э-э… Сон на заказ? — сказала она последнее, что успела уловить, и потянулась за кувшином, чтобы налить себе третий.       Дазай, приподнял бровь и внимательно посмотрел на нее.       — Ты уверена, что усыплять собираемся меня, а не тебя? — сказал он. — Что-то мне подсказывает, что у тебя низкая толерантность к алкоголю.       — Все под контролем, — ответила Юрико.              Она налила себе последние капли из кувшина, но не успела поставить чашку на стол, как Дазай мгновенно перехватил ее и осушил напиток до дна.       Она бросила на него долгий, тяжелый взгляд. Он невозмутимо выдержал его и лишь слегка пожал плечами. Улыбка на его лице сейчас была почти детской.       Затем Юрико нащупала в кармане телефон и глянула на время. 21:45. Она собиралась сказать Дазаю, что пора закругляться, но не успела произнести ни слова, как он вдруг навалился на нее всем телом, будто обмяк.       — Эй… ты что творишь? — прошептала она, подхватывая его здоровой рукой, чтобы не дать ему соскользнуть со стула.       Когда ответа не последовало, Юрико дернула его чуть сильнее, но Дазай лишь покачнулся, оставаясь в том же состоянии. Тогда ее взгляд задержался на его лице, и она поняла, что он уже полностью вошел в свою роль.       — Прекрасно, — пробормотала она себе под нос и достала из кошелька несколько купюр.       Положив деньги на стол, Юрико аккуратно сдвинулась в сторону, чтобы попытаться поднять Дазая. С трудом перехватив его под плечи и сместив вес на себя, она все-таки смогла встать. Как только это удалось, она двинулась к выходу, стараясь не споткнуться о собственные ноги и не уронить Дазая.       Когда они оказались на улице, стало ясно, что Дазай окончательно увлекся своей игрой. Он сместил весь свой вес на нее, не делая ни малейшей попытки помочь.       — Если ты и дальше будешь висеть на мне, как дохлый кит, я сломаю спину раньше, чем мы дойдем до машины, — сказала Юрико, склонившись к нему.       Разумеется, ответа снова не последовало. И все же она почувствовала, как внезапно его тело стало намного легче.       Юрико дотащила его до машины, стоявшей все в том же переулке, где она ее оставила. Затем она открыла багажник и с усилием опустила Дазая внутрь.       — Что ты делаешь? — внезапно раздался шепот.       Юрико хмыкнула.       — Кладу тебя в багажник, — сказала она почти весело.       Ее забавляло осознание, что все это время Дазай молчал, лишь бы не выходить из образа, а теперь, заботясь о собственном комфорте, вдруг решил заговорить.       — Почему сюда? — спросил он, теперь уже лежа в багажнике.       — Мы же хотим реалистично, верно? — прошептала Юрико Дазаю в ухо, прежде чем ловко перевернуть его на живот.       Она достала из машины заранее подготовленные веревки и быстрыми движениями связала ему руки и ноги, проверив на прочность, как будто делала это не ради притворства.       Когда все было готово, Юрико захлопнула крышку багажника и села за руль. Она выдохнула, прижалась лбом к рулю на несколько секунд, а потом завела двигатель.       — Сон на заказ, значит, — сказала она себе под нос и тронулась с места.       По мере дороги легкое опьянение постепенно улетучивалось, уступая место сосредоточенности. Дорога заняла меньше времени, чем она предполагала. Навигатор сообщил о прибытии, и Юрико, замедлив ход, посмотрела на дом, к которому подъезжала.       Перед ней возвышался особняк. Когда ее машина подъехала ближе, металлические ворота, окруженные густой изгородью, автоматически открылись. Она заехала во внутренний двор и припарковалась рядом с крыльцом.       Выйдя из машины, Юрико сразу заметила несколько мужчин в черной форме. Телосложение у всех было внушительное, а за поясом у каждого поблескивало оружие. Это, естественно, была охрана. Возможно, даже не просто охрана, а преданные псы Ичиро.       Юрико медленно прошла к лестнице, ведущей ко входу, где у подножия ее встретил один из тех людей.       — Я пришла на встречу с Миямото Ичиро, — сказала она.       — Нам нужно проверить, есть ли у вас оружие.       — У меня с собой ничего нет, — бросила Юрико, но мужчина остался без реакции.       — Тем проще будет убедиться, — сказал он и подошел вплотную.       Охранник провел ладонями по бокам ее тела, скользнул вниз по рукавам, проверил запястья, затем прошел по линии бедер и ног, задержавшись на ботинках. Убедившись, что под одеждой нет скрытых ножей или пистолетов, он кивнул.       Юрико поправила свой кожаный пиджак и поднялась вверх по ступеням. Дверь в дом тут же отворилась, впуская ее внутрь.       Вопреки ожиданиям, в доме ее никто не встретил. Прихожая оказалась огромной и пустой. Обернувшись, она заметила, что входная дверь все еще была приоткрыта. Через нее виднелся двор и ее припаркованная машина.       В этот момент в проеме снова появился тот же мужчина в черной форме. В руках он держал телефон. Не говоря ни слова, он протянул его Юрико. Та недоверчиво посмотрела на аппарат, затем все же взяла его и поднесла к уху.       — Добро пожаловать, Юрико. Я как раз готовился к твоему визиту, — раздался в трубке знакомый голос.       — Где ты? — спросила Юрико с нескрываемым раздражением. — Мы договаривались, что встреча будет без всяких сюрпризов.       — Не волнуйся, мы совсем скоро уже увидимся. Я просто хочу убедиться, что ты сдержала свое слово и привела с собой Дазая.       — Он в багажнике моей машины, — бросила Юрико.              На том конце повисло молчание, в котором угадывалось удовлетворение, и голос переключился с нее на охранника. Ичиро отдал короткий приказ; мужчина кивнул, развернулся и направился к ее машине. Юрико, глядя ему вслед, нажала кнопку на брелке, и багажник тут же открылся.       Мужчина заглянул внутрь, где в полутьме лежал Дазай. Юрико надеялась, что он, как и было задумано, не двинется ни на миллиметр и не выдаст себя.       Через несколько секунд багажник захлопнулся, и охранник вернулся в дом.       — Отлично, — произнес Ичиро. — Рад, что ты не стала делать глупостей.       — Я сдержала слово, теперь твоя очер—              Юрико не успела договорить, как острая боль пронзила ее шею справа. Она резко обернулась и увидела, как мужчина, стоявший позади, держал в руке шприц.       — Увидимся, как только проснешься, — сказал Ичиро и сбросил вызов.       Юрико попыталась шагнуть вперед, схватить мужчину, но ноги мгновенно подкосились. Комната поплыла перед глазами. Звуки начали глохнуть, будто кто-то перекрыл ей слух.

***

      Когда сознание начало возвращаться, первое, что ощутила Юрико, была вязкая, обволакивающая слабость. Казалось, кровь в жилах текла медленнее обычного, а тело принадлежало кому-то другому. Веки были тяжелыми, и каждый их миллиметр движения давался с усилием.       Она осознала, что находится в сидячем положении, и, приложив немалые усилия, наконец открыла глаза. Окружение сразу же поплыло, двоилось, но даже в этом мутном хаосе она смогла различить силуэт.       Прямо перед ней, держась за верхнюю часть дверного проема машины, стоял Дазай, с растрепанными волосами, свисающими на глаза, и немного помятым пальто.       Размытое, словно покрытое пеленой изображение, становилось немного четче, и Юрико смогла рассмотреть его спокойное, хоть и с легкой досадой, выражение лица. Свет уличной лампы отражался в его зрачках, пробиваясь сквозь тень густых ресниц, и придавал глазам мягкое, почти нереальное свечение.       С гудящей от боли головой и ощущением полной слабости, Дазай предстал перед ней совсем в другом свете. Он казался ей ангелом, спустившимся с небес, чтобы избавить ее от страданий.       Юрико смотрела на него, затаив дыхание, пока снова не начала тонуть в тишине, в темноте, что подступала изнутри. Однако прежде чем она успела провалиться обратно в сон, Дазай нагнулся ближе, его руки легкими, но настойчивыми движениями обхватили ее плечи.       — Юрико, очнись. Ты и так не мало поспала.       Его голос вернул ее в реальность. Мгновенно исчезли и ангельский облик, и блеск в глазах. Перед ней снова стоял Дазай — просто Дазай, с тем же выражением лица, все тот же, в своей привычной манере.       Часть воспоминаний тоже начала возвращаться. Особняк, голос Ичиро, шприц… ее глаза распахнулись шире.       — Твою мать, — выдохнула Юрико, отбросив его руки.       Сердце начало стучать с удвоенной силой. Она несколько раз моргнула, чтобы прояснить зрение, и наконец смогла осмотреться. Водительское сидение было пустым, машина стояла неровно, съехав на обочину. Сама же она находилась на заднем сидении этой машины.       Дазай отступил, дав ей пространство, и Юрико, пошатываясь, выбралась наружу. Темнота окутывала все вокруг, если не считать редких уличных фонарей и света, исходящего от одинокой заправки на обочине. Остальное пространство занимала дорога, уходящая в бесконечность, как и сама нынешняя ситуация.       — Где мы? — спросила Юрико.       — Недалеко от города, — ответил Дазай. — Ты, должно быть, уже догадалась, что тебя вырубили и закинули в эту машину.       Он чуть помолчал, склонив голову набок.       — М-да, к несчастью, у твоего брата к тебе оказался ничтожно маленький кредит доверия.       Юрико, признаться, следовало бы предвидеть подобное развитие событий. Он усыпил ее, даже когда она явилась к нему буквально безоруженая. Уже второй раз она оказывалась без сознания в машине из-за Ичиро. Только на этот раз он, похоже, решил перестраховаться и позаботился о том, чтобы она не смогла использовать способность. Потому что препарат, который ей вкололи, по ощущениям был чем-то бо́льшим, чем обычное снотворное.       — Как мы здесь очутились? — произнесла Юрико, болезненно поморщившись, когда боль в голове вспыхнула с новой силой.       — Я понял, что тебя вырубили, только когда мое тело начали перекладывать в багажник другой машины, — сказал Дазай. — Если бы ты не связала мне руки так профессионально, выбраться было бы куда проще, знаешь.       — Ты выбрался через заднее сиденье?       — Ага, — кивнул он. — Повезло, что с нами ехал всего один человек. Похоже, твой брат был уверен, что ты не представляешь опасности, а я — тем более. Жаль, конечно, что план провалился… Впрочем, моя игра была достойной. Не зря я практиковал технику замедленного дыхания.       Затем Дазай указал большим пальцем за спину.       — Кстати, наш «водитель» сидит позади. Можешь поприветствовать.       Юрико обошла машину и остановилась, увидев его.       Тот самый мужчина, что вколол ей шприц, сидел, прислоненный к бамперу, связанный, с веревкой, плотно обмотавшей его рот. Взгляд у него был такой, что, развяжи его сейчас, он без колебаний бросился бы на нее, как раненый зверь.       — Симпатичный парень, правда? — с усмешкой произнес Дазай. — Но не особо разговорчивый.              Юрико еще пару минут молча смотрела на мужчину, затем перевела взгляд на Дазая. Тот уже стоял в нескольких шагах от машины, наполовину скрытый тенью, и что-то делал в телефоне. Он выглядел пугающе спокойным, почти равнодушным, словно происходящее было для него не более тревожным, чем обычная прогулка в магазин.       На первый взгляд Дазай казался просто странным человеком с вечной полуулыбкой, чудаком с легкой неряшливостью в движениях. Но тот же самый человек без особых усилий выбрался из багажника движущейся машины, обезвредил мужчину, превосходящего его вдвое, и связал его, не подняв ни шума. Юрико всегда забавляло, насколько люди вокруг недооценивали Дазая, принимая его за безобидного эксцентрика, тогда как он, казалось, читал их как открытую книгу.       Сам Дазай являлся книгой пустой. Без содержания и даже без заголовка. Его лицо не выдавало ни настоящих эмоций, ни мыслей. А если бы кто-то вздумал все-таки прочесть его, как она сейчас, то столкнулся бы с невидимыми чернилами. Будто смысл его сущности можно было ощутить лишь пальцами, как слепые читают шрифт Брайля.       — Что мы будем делать? — наконец спросила Юрико, подходя ближе.       — Следовать плану, — ответил Дазай, убирая телефон в карман.       — Ты только недавно сам сказал, что план провалился, — напомнила Юрико, вскидывая бровь.       — С момента, как машина остановилась, прошло не больше десяти минут. Твой брат пока ни разу не связался с водителем, — сказал Дазай, вытаскивая телефон и показывая ей экран.              Только сейчас до Юрико дошло, что это не его телефон, а того самого мужчины. Что было логично. Скорее всего, мобильник Дазая отобрали еще до того, как он оказался в багажнике.       — Это значит, что по плану мы все еще должны быть в пути.       — Ты хочешь сказать, что мы просто поедем на место сами? — спросила Юрико. — Но мы даже не знаем, куда нас везли.       — Знаем, — с довольным видом сказал Дазай. — Я не глушил машину. Навигация все еще активна. Нам нужно лишь продолжить путь, пока твой брат не заподозрил неладное. Так что садись за руль. А этого мужчину возьмем с собой. Он может пригодиться.       Дазай уже сделал шаг к связанному мужчине, но Юрико остановила его, потянув за ремень пальто.       — Я не могу водить, — сказала она.       — Что значит «не можешь»?       — У меня все еще двоится в глазах и кружится голова. Не знаю, что они мне вкололи, но даже свою способность я не чувствую… Я не смогу вести, когда едва вижу дорогу перед собой, особенно в такой темноте.       — Какая досада, — протянул Дазай, почесав затылок.       — Ты садись за руль, а я на заднее сидение, вместе с мужчиной.       — Тут такое дело, — начал Дазай, прикрыв лицо ладонью и взглянув на нее сквозь пальцы. — Я вообще-то… не умею водить.       Юрико замерла, прищурив глаза.       — Тебе двадцать с лишним лет, и ты не умеешь водить? — спросила она, глядя на него так, будто он только что сообщил, что не умеет дышать.       Дазай лишь закивал в ответ. Юрико вздохнула. Между ними повисла тишина.       Юрико вспомнила, как столкнулась с ним в метро днем ранее. Тогда это не показалось странным — мало ли, могла сломаться машина или он просто оказался в центре по делам.       — Тогда план действительно провалился, — наконец произнесла она, отступая на шаг назад.       — Провалился? — с удивлением спросил Дазай. — Я же не сказал, что не стану водить. Только, что не умею.       Юрико снова взглянула на него, словно прикидывая, стоит ли доверить свою жизнь человеку, который только что признался, что не умеет водить.       — Ты серьезно хочешь вести машину, не умея этого делать?       — Насколько это может быть сложно? — сказал Дазай. — Газ, тормоз, руль и… немного интуиции.       — Это так не работает, — возразила Юрико, но тут же схватилась за голову. Пульсация в висках усилилась.       — Думаю, на этом все решили. Веду я, — бодро подытожил Дазай, подошел к водительской двери и распахнул ее с абсолютной уверенностью.       Юрико же стояла у двери автомобиля и смотрела на него так, будто только что отдала свою жизнь в руки безумца.       Дорога обещала быть долгой.