Разрушитель спокойствия

      Рассвет над морем был по-прежнему прекрасным. Небо постепенно скидывало ночную темноту, переливаясь от глубокого фиолетового к мягким оттенкам розового и янтарного. Волны лениво набегали на берег, оставляя тонкие кружева пены на песке. Воздух был ещё свежим, с лёгкой солоноватой прохладой, которую прибрежный ветерок приносил с моря.       Всё вокруг дышало покоем.       Чимин стоял босиком на коврике, расстеленном на побережье. Он дышал глубоко и ровно, позволяя телу просыпаться через движения. Практика ранним утром была особенной. Каждое движение было неспешным: от одной асаны к другой, от баланса к растяжению. Он чувствовал, как тишина снаружи наконец начинает просачиваться внутрь, как напряжение вчерашнего дня вымывается утренним светом и правильным дыханием.       Чимин плавно перешёл в позу «собака мордой вниз», чувствуя, как напряжение уходит сквозь ладони в землю. Как вдруг...       — Вот это действительно доброе утро! — неожиданно прозвучал голос сзади.       Чимин едва не потерял равновесие. Он резко обернулся через плечо и увидел своего «любимого» соседа. Мужчина был в коротких беговых шортах и белой майке с глубоким V-образным вырезом. Под тканью угадывались очертания подтянутой груди и влажной от пробежки кожи. На висках блестели капли пота, а волосы были в небольшом беспорядке. Мужчина остановился рядом, переводя дыхание.       — Пожалуй, это было самое живописное зрелище за всё моё утро, — чужой взгляд скользнул с лица на выставленный к небу зад.       Чимин тут же выпрямился, развернулся и сложил руки на груди, будто стараясь защититься от пожирающего его тела взгляда.       — Ты что, за мной следишь? — вздёрнув бровь, спросил он.       — Ну что ты, — усмехнулся мужчина. — Я просто случайно пробегал мимо. Бегу себе, бегу, а тут — раз! — и на грешной земле врата в рай распахнулись.       — Господи, — закатил глаза Чимин.       — Брось, можно просто Чонгук.       Чонгук.       Тупее варианта представиться просто невозможно было придумать, но зато Чимин наконец-то узнал имя этого неугомонного.       — Неприятно познакомиться. Беги, куда бежал.       — Вроде милашка, а та ещё язва, — чужие губы растянулись в широкой улыбке. В улыбке, которую Чимин ещё ни разу не видел.       Столько открытий за такое короткое время.       — Ну ничего, — Чонгук сверкнул игривым взглядом. — Мне это, наоборот, очень даже нравится, — и прежде чем продолжить свою утреннюю пробежку, как ни в чём не бывало, бросает: — Хорошего дня, Чимин.       И только когда мужчина отбежал на приличное расстояние, до Чимина наконец-то дошло: Чонгук назвал его по имени.       Хотя Чимин ему своё имя не называл.       — Вот ведь…       Резко обернувшись, он проводил Чонгука прищуренным взглядом. Тот удалялся всё дальше, растворяясь в мягкой дымке утреннего света. Чимин покачал головой и глубоко вздохнул, заставляя себя снова вернуться к практике.       — Вдох… выдох… не думай, — пробормотал он, закрывая глаза.       Но даже море уже не казалось таким тихим.       С каждым шагом удаляющегося мужчины покой становился всё более недосягаемым.

***

      Как именно Чонгук узнал его имя, Чимин понял только ближе к полудню.       Утро шло по привычному сценарию: чай с мятой, ноутбук и свежие комментарии под новым видео на его канале. Лента, как обычно, пестрила смайликами, сердечками, благодарностями и вопросами. Он уже начал набирать ответ на один из них, как взгляд зацепился за комментарий, явно выделяющийся на фоне других:

@jk_SB

Вживую эта поза в твоём исполнении выглядит куда сексуальнее!😉

      Чимин замер. Потом приподнял бровь.       — Ну конечно… — пробормотал он. Любопытство взяло верх. Он кликнул на иконку комментатора и почти сразу оказался на его канале.       Аватар с яркой обложкой, знакомое лицо крупным планом и... более трёх миллионов подписчиков.       — Ого, — выдохнул Чимин.       Имя в профиле: Чон Чонгук.       Подпись: вокалист рок-группы «SB».       Даже если Чимин раньше о них не слышал, всё становилось ясно с первого взгляда: миллионы просмотров, тысячи комментариев, масштабные концерты, профессиональные клипы, лайвы и влоги. Эти ребята явно не просто любители, а самые настоящие звёзды.       Чимин кликнул на первое попавшееся видео и тут же оказался в другой реальности. Сцена, гул толпы, приглушённый свет, вспышки прожекторов и Чонгук в самом центре сцены, словно рождённый для неё. Уверенный, харизматичный, с бешеной энергетикой, которую ощущаешь даже через экран.       В другом ролике он поёт под гитару спокойно, почти интимно. На следующем видео дерзко танцует, заводя зал с пол-оборота. А потом с той же искренней улыбкой во влоге рассказывает, как потерял багаж в туре.       Чимин вроде как зашёл просто проверить, тот ли это Чонгук, а в итоге залип на два часа.       А дел, между прочим, у него было полно: нужно было составить расписание занятий, ответить на сообщения учеников, доработать концепт нового проекта… Но вместо этого он сидел, уставившись на экран, и уже без стеснения улыбался очередной шутке Чонгука.       — Великолепно, — буркнул он, откидываясь на спинку стула. — Пак Чимин, ты, похоже, совсем спятил.       И чтобы хоть как-то оправдать потраченное время, Чимин с самым серьёзным видом на свете заходит в настройки канала и, не моргнув, блокирует этого нахала, чтобы неповадно было глазеть и оставлять глупые комментарии.       — Вот так, — хмыкнул Чимин, ощущая лёгкое чувство победы.       Только он еще не подозревал, что этот безобидный клик запустит череду событий, к которым он был абсолютно не готов.       Особенно если учесть, что соседский дом стоял совсем рядом, а забор между участками не такая уж надёжная преграда.

***

      Следующее утро снова началось с практики.       Чимин, как обычно, вышел на берег: босиком, в лёгкой майке, леггинсах и с ковриком в руке. Ветра почти не было, только морские волны тихо шептались о чём-то своём. Идеальные условия, чтобы привести мысли в порядок после вчерашнего не самого продуктивного дня…       Он стоял в позе «танцора»: левая нога надёжно упиралась в землю, правая была согнута в колене, а стопа прочно зажата в руке. Другая рука тянулась вперёд, создавая линию баланса. Грудная клетка раскрыта. В спине изящный прогиб. Всё его тело замерло в грациозной сложной асане. Он держал баланс, сосредоточившись на дыхании.       И, разумеется, в этот самый момент появился он.       — Кажется, мне начинает нравиться йога, — бодро прозвучал голос сбоку. Чимин вздрогнул и на мгновение потерял равновесие, но быстро выровнялся. С глубоким вздохом он отпустил ногу и повернулся:       — Опять ты?       — Не опять, а снова, мой очаровательный сосед! — расплылся в улыбке Чонгук. — Пора бы уже привыкнуть, что теперь мы будем видеться чаще.       Закатив глаза, Чимин предпочёл не отвечать.       — Знаешь, блокировать людей как-то не по-соседски. Особенно таких обаятельных, как я, — добавил Чонгук с самым невинным выражением лица.       В ответ Чимин лишь фыркнул, демонстративно отвернулся, игнорируя надоедливого соседа, и встал в позу «дерева»: правая нога легла на внутреннюю сторону бедра, руки сомкнулись у груди в намасте, а потом медленно поднялись вверх. Он вытянулся, словно стремясь уйти от земной суеты хотя бы на пару сантиметров ввысь.       «Боже, дай мне сил», — прикрыв глаза, мысленно захныкал Чимин, но внешне оставался невозмутим.       Внезапно… тепло чужого дыхания коснулось задней стороны его шеи, заставив все мышцы напрячься.       — Я знаю, — за спиной прозвучал чужой шёпот. — Ты смотрел мои видео. Можешь не притворяться. Я почти уверен, тебе понравилось…       Чимин медленно открыл глаза, но не обернулся. Сердце забилось быстрее, но он упорно делал вид, что близость чужого тела его нисколько не волнует.       — Не переживай, — продолжил Чонгук, подойдя ещё ближе. — Скоро ты сможешь насладиться моим творчеством вживую.       Слегка дёрнув бровью, Чимин плавно вышел из позы и повернулся. Их взгляды сцепились в немой дуэли.       — Ты слишком много себе позволяешь, — тихо, но решительно сказал он, ткнув пальцем в центр чужой груди. Это была попытка оттолкнуть мужчину, сбить с него эту чёртову самоуверенность и вернуть себе хоть каплю спокойствия.       Сделав шаг назад, Чонгук пожал плечами.       — А ты слишком серьёзный. Расслабься, милашка, — подмигнув, он снова сорвался с места, оставляя Чимина с ощущением, будто вокруг него начинает разворачиваться нечто, что уже невозможно контролировать.

***

      Чимин понял: если Чонгук что-то говорит, будь то в шутку или всерьёз, он обязательно это сделает. Причём, как назло, в самый неподходящий момент.       Подтверждение этому было тем же утром.       После йоги Чимин неспешно принял душ, наслаждаясь тишиной и мимолётным чувством уединения. Он вышел из ванной, вытирая влажные волосы и лениво напевая себе под нос незамысловатую мелодию. Как вдруг…       Резкий звук вспорол утреннюю тишину. Чимин вздрогнул, едва не выронив полотенце. Кто-то яростно ударил по струнам, явно желая напомнить о себе. Нетрудно было догадаться, кто именно это был.       На пару секунд всё снова стихло. Он затаил дыхание.       Может, ему показалось?       Через мгновение поток мощных аккордов хлынул с новой силой, разлетаясь по округе, как залпы фейерверка.       Нет. Не показалось.       Чимин застонал в голос. Но его обречённый стон утонул в оглушительном рёве чужой электрогитары.

***

      Спустя полтора мучительных часа, когда наконец-то наступила долгожданная тишина, Чимин не выдержал. Он вышел на балкон с решимостью в глазах и сразу же нарушил хрупкую тишину громким:       — Эй! Музыкант хренов!       Названый тут же возник на соседнем балконе, как по команде, будто всё это время ждал своего выхода. Улыбался Чонгук так радостно, словно его позвали не для получения люлей от недовольного соседа, а пригласили на сцену для вручения музыкальной награды.       «Какой же идиот», — мысленно выдохнул Чимин.       — Вижу, ты в восторге, — хмыкнул Чонгук, небрежно сложив руки на груди и облокотившись бедром о перила.       И будь Чимин сейчас не так взбешён, он вполне мог бы залипнуть на чужой обнажённой груди. И на аккуратных кубиках пресса. И на ярко выраженных косых мышцах. А уж эти татуировки, которые плавно оплетали руку от плеча до костяшек пальцев, так и просились под пристальный взгляд.       «Проклятье! Ну почему такое великолепное тело всегда достаётся каким-то придуркам?» — мысленно захныкал он.       Очень хотелось чуть дольше задержать взгляд, но Чимин вовремя себя одёрнул, вспомнив, зачем вообще вышел на этот балкон.       — Серьёзно? Ты не смог сделать себе нормальную студию со звукоизоляцией в таком огромном доме? — сорвался он, пронзая соседа взглядом, в котором смешались раздражение, усталость и десяток невысказанных проклятий.       — Представь себе, она у меня есть, — лениво отозвался Чонгук. На его губах появилась ухмылка, как будто он только и ждал этого вопроса.       — Так какого чёрта ты грохочешь на всю округу, а не репетируешь там?! — рявкнул Чимин, чувствуя, как пульс колотит в висках.       — Так я там и репетирую, — беззаботно пожал плечами Чонгук. Его голос звучал спокойно, а в глазах, словно черти плясали. Он слегка наклонился вперёд, опираясь на перила балкона, и с хитрой улыбкой, не отводя взгляда, добавил: — Просто случайно забыл закрыть дверь.       Чимин чуть не задохнулся от возмущения:       — ЗАБЫЛ?! Ты серьёзно?!       — Ну с кем не бывает, — отмахнулся Чонгук, не скрывая озорного блеска в глазах.       Чимин сощурил глаза.       — Вот ведь мудень… — прошипел он и, развернувшись на пятках, стрелой влетел обратно в дом, хлопнув дверью с таким отчаянием, словно хотел отгородиться от всей этой идиотской реальности.       Он остановился возле кровати, а затем, раскинув руки в стороны, с театральным вздохом рухнул назад.       — Это что, карма? — простонал он, закрывая ладонями лицо. — Я в прошлой жизни, что, разбил кому-то гитару? Или громко слушал музыку ночью?       Чимин раздвинул пальцы и уставился сквозь них на потолок.       — Или, может, он и правда забыл закрыть дверь?       Пауза.       — Нет. Ни хрена. Не забыл, — буркнул Чимин, резко перевернувшись и уткнувшись лицом в подушку.       Похоже, впереди его ждёт столько всего «интересного»…

***

      Стройка закончилась, и, казалось бы, можно выдохнуть, но строительная баталия сменилась новой изощренной формой пытки — музыкальной.       Начался следующий этап выживания: сохранить здравый рассудок и не прибить соседа. Особенно, если этот сосед виртуозно играл не только на музыкальных инструментах, но и на нервах Чимина.       С того злополучного утра этот хренов музыкант точно по расписанию устраивал свои ежедневные концерты: утром — визжащая электрогитара, вечером — оглушительные и беспощадные барабаны. Причём гитару он будто ласкал, а вот барабаны… по ним он просто хреначил, не жалея ни инструмент, ни окружающих.       Чимин был твёрдо уверен, что Чонгук не просто репетирует. Это была тщательно спланированная операция по доведению его до нервного срыва самыми изощрёнными методами.       Операция с кодовым названием: «Свести соседа с ума!»       Каждое утро начиналось со «словесной атаки». Пока Чимин балансировал в позах, требующих полной концентрации, этот самоуверенный и вечно ухмыляющийся тип неизменно возникал поблизости. Он словно невзначай пробегал мимо, но каждый раз обязательно отпускал идиотскую фразу, в очередной раз доказывая, что наглости ему хоть отбавляй.       Час спустя наступал второй акт — «музыкальное безумие». Так сказать, на завтрак. Электрогитара визжала так, что даже чайки стали держаться от их домов подальше. И Чимин завидовал им чёрной завистью. Жаль, что он не мог так же улететь от этого звукового сумасшествия. Или, наоборот, подлететь поближе и нагадить этому придурку на голову за все эти блядские страдания!       Днём начинался третий акт — «балконные дуэли». Они уже стали привычным ритуалом: стоило Чимину выйти на балкон подышать свежим воздухом, как Чонгук, будто по сигналу, материализовался на своём. Сначала просто смотрел, потом подмигивал, а дальше следовала новая порция дурацких подкатов, от которых хотелось то ли закатить глаза, то ли покраснеть, то ли вмазать. Заканчивались эти «милые беседы» всегда одинаково: Чимин предъявлял очередную претензию, а Чонгук отвечал так беззаботно, что хотелось лезть на стену.       Но самый главный номер ждал вечером — финальный акт. На десерт. Когда, казалось бы, всё стихло и можно перевести дух, звуки барабанов разрывали воздух с такой яростью, словно весь день этот идиот копил энергию и теперь обрушивал её на несчастные барабаны и не менее несчастного Чимина. Этот яростный звук эхом отдавался где-то между висками и терпением, которое постепенно заканчивалось.       Это был какой-то нелепый флирт, вперемешку с акустическим кошмаром.       Чимин никак не мог понять: то ли этот придурок действительно пытается с ним заигрывать, просто делает это самым идиотским способом в мире, то ли всерьёз решил выжить его из собственного дома.       И самое интересное, что оба варианта казались одинаково вероятными.       Сначала Чимин злился. Искренне, по-настоящему, до сжатых кулаков и хлёстких слов, срывающихся с губ. Раздражение кипело в нём, как вода в перегретом чайнике. Стоило Чонгуку щёлкнуть пальцами, и эмоции непроизвольно вырывались наружу, не спрашивая разрешения. Чимин пытался сопротивляться, спорить и огрызаться, но довольно скоро понял: всё это как пытаться раскрыть зонт в самом центре урагана. Бесполезно и глупо.       Тогда он решил сменить тактику.       Какой лучший способ проучить того, кто жаждет внимания? Правильно! Лишить этого кого-то внимания. Ни взглядов, ни слов, ни малейшей реакции на провокации. Чимин просто включил режим: «Total ignore»! Ведь без зрителя спектакль теряет смысл.       На неделю Чимин исчез из поля зрения соседа. Он взял паузу от своих утренних практик на берегу (не навсегда, конечно, всего на недельку). Вместо утренней йоги предпочёл понежиться в постели подольше, укрываясь одеялом не только от утренней прохлады, но и от вероятности случайной встречи с придурковатым соседом. Днём он старательно избегал балкона, не желая становиться участником очередной балконной беседы с намёками, подколами и двусмысленными фразочками.       Хотя Чимин исчез из поля зрения Чонгука, скрыться от его музыки было гораздо сложнее.       И вот тут случилось нечто совершенно неожиданное: в какой-то момент «музыкальные пытки» перестали быть таковыми. Потому что, если быть честным, Чонгук играл действительно хорошо. Даже слишком. Настолько, что нехотя раздражение уступило место… восхищению.       Его музыка была живая, цепляющая, полная эмоций и характера. Чимин уже знал наизусть половину репертуара. А самое обидное, что тело начало предательски отзываться: пальцы ритмично постукивали по чашке, а ступня легко отбивала такт по полу.       И сколько бы Чимин ни убеждал себя в обратном, в глубине души он уже признал очевидное: эта музыка ему нравилась. Пусть сам источник этой музыки по-прежнему бесил. Но отрицать талант Чонгука было просто глупо.       Тем более, если взглянуть на ситуацию с другой стороны, то становилось даже немного неловко: большинство фанатов группы, будь у них такой шанс, продали бы душу за возможность слушать такие живые выступления каждый день. Особенно в формате эксклюзивного сольника с видом на море.       Так что, как ни крути, Чимин самый настоящий везунчик. Хоть и не по своей воле.       Как ни странно, неделя затворничества оказалась на удивление продуктивной. Чимин разобрался со всеми «хвостами» по новому проекту, набросал план работы над следующим и даже устроил генеральную уборку в доме. Продукты заказывал доставкой, так что выходить за пределы своего уютного гнёздышка не было особой нужды.       И только через семь дней, когда все дела были переделаны, а сидеть в четырёх стенах стало невыносимо, Чимин наконец вышел на балкон.       Солнце уже давно скрылось за горизонтом, оставив небо во власти ночи. Над головой раскинулось звёздное полотно, словно кто-то рассыпал по нему горсть бриллиантов. В воздухе витала бодрящая прохлада, похожая на глоток холодной воды после долгого жаркого дня. Где-то вдалеке едва слышно шептали волны.       Чимин подошёл к перилам, обхватил их пальцами, запрокинул голову и глубоко вдохнул, наполняя лёгкие ночным воздухом. На губах медленно появилась улыбка.       — Чёрт, как же хорошо, — прошептал он, будто боясь разрушить эту хрупкую тишину.       И тут, словно дождавшись момента, раздался голос снизу:       — Не то слово.       Чимин вздрогнул, открыл глаза и глянул вниз.       На соседнем участке, у самого края огромного бассейна, стоял Чонгук. Его руки были спрятаны в карманах свободных тёмно-синих шорт, а чёрная майка плотно облегала грудь. Лицо спокойное и расслабленное, без намёка на привычную ухмылку.       На фоне аккуратной лужайки перед домом Чимина бассейн у соседа выглядел почти вызывающе. Прямо как и сам хозяин этого бассейна в данный момент.       — Избегаешь меня? — пронзительный взгляд пригвоздил Чимина к месту.       — С чего бы? — Чимин пожал плечами, упрямо подняв взгляд к небу. — Просто был занят.       — Ну-ну, — хмыкнул Чонгук, не сводя глаз с изящного профиля, словно выискивая малейшую трещинку в равнодушии.       — Бассейн, значит, успел наполнить, — решил сменить тему Чимин.       — Ага, — кивнул Чонгук. — Вот, вышел опробовать. Присоединишься?       Чимин моргнул, чуть приподняв бровь, а потом, не торопясь, перевёл взгляд вниз, где столкнулся с наглым взглядом Чонгука.       — Откажусь, — отрезал он, стараясь придать голосу твёрдость.       — Как знаешь, — пожал плечами Чонгук.       Он развернулся к воде и одним движением стянул с себя майку, демонстрируя широкую спину с чётко очерченными мышцами. И вместо того, чтобы просто снять шорты и прыгнуть в воду в плавках без всяких выкрутасов, Чонгук очень медленно спустил с бёдер оба элемента одежды, оставаясь стоять у самого края бассейна полностью обнажённым.       Чимин захлебнулся воздухом.       — Тогда можешь просто понаблюдать, — сказал Чонгук, повернувшись вполоборота так, что Чимин смог увидеть чужой расслабленный член.       Чимин замер, глаза распахнулись шире, а дыхание сбилось.       В следующий момент Чонгук вытянул руки вперёд и одним уверенным движением прыгнул в бассейн.       Всплеск. Вода сомкнулась над его телом.       Чимин невольно шагнул ближе к перилам, вцепившись в них обеими руками, нуждаясь в опоре и в успокоительном препарате.       Поверхность воды вскоре всколыхнулась, и Чонгук вынырнул, откинув назад мокрые волосы. Капли медленно стекали по его лицу, шее и плечам. Грудь поднималась и опускалась в такт дыханию.       Какой же он…       А потом Чонгук поплыл на спине, выставляя своё обнажённое тело напоказ.       Охренеть…       Лицо Чимина пылало от смущения, сердце яростно стучало в груди, но он упрямо стоял на собственном балконе, не в силах отвести взгляд от него. Он не мог понять, почему этот самоуверенный идиот вызывает в нём такие смешанные чувства. Чонгук ведь совершенно не его типаж! Чимина никогда не привлекали дерзкие и наглые парни, а этот был их ярчайшим представителем.       А теперь что? Чимин стоит посреди ночи, словно заворожённый, и наблюдает, как его бессовестный, но безумно сексуальный сосед плавает в бассейне полностью обнажённый.       Чимин сжал перила крепче, будто это могло удержать его на месте от падения и от растущего внутри смятения. Мысли путались. Тело не слушалось. Оно предательски выдавало интерес, который Чимин сам ещё не был готов признать. И если раньше их отношения держались главным образом на раздражении, то теперь ему на смену постепенно приходило нечто иное.       Чимин обречённо провёл ладонью по лицу, словно пытаясь стереть с себя остатки неловкого момента, а затем медленно отступил от перил.       Нужно уходить. Срочно!       Когда Чонгук доплыл до бортика и повернул голову в сторону чужого балкона, там уже никого не было.