Мириам Уизли

Следующие несколько часов прошли, как в тумане. Оказалось, что Дамблдор при всей своей мудрости не додумался первым делом предложить Поттеру заклинание, уничтожающее все частицы тела, если те даны недобровольно. Когда же я, не тратя ни минуты на то, чтобы как следует вытрясти из этого умника всё душу, научила Гарри этому заклинанию и волос, который я выдрала из его макушки, истлел, не оставив после себя даже пепла, прошло уже полтора часа, и чёрт его знает, успел ли Волдеморт воспользоваться собранной кровью. Артур тем временем успокаивал ребят, как умел, и в принципе выходило неплохо — он перевёл разговор в бытовую плоскость и рассказывал про нашу идею с магическими растениями, пока Гарри и Рон, бледные и встревоженные, сидели на диване, прижавшись друг к другу. Их лица, освещённые мерцающим светом камина, казались совсем детскими, несмотря на все их приключения. Махнув рукой на Дамблдора — что ещё можно взять со старика, в конце концов, он директор школы, а не оперативник при исполнении — я аппарировала домой и немедленно отправила патронуса, скального дамана, к Лиору Магену. Тот появился уже спустя две минуты, одетый в арафатку и с накладной бородой на измазанном грязью лице. — Миссис Уизли, какого чёрта? — прошипел он, появившись прямо передо мной в гостиной Норы, — скажите спасибо, что я был на учениях, а не где-нибудь в бункере. Что у вас? Я, всё ещё на нервах после ночных переживаний, истерически рассмеялась и, театрально всплеснув руками, ответила: — Ой, простите великодушно, о великий и ужасный Гассан Абдуррахман ибн Хоттаб, что потревожила я ваш покой, у нас тут Волдеморт возрождается! Лиор чертыхнулся. — Кус эммек! Когда он успел? И, Молли, ты что, русия? Откуда этот жаргон про Хоттабыча? — Долгая история, сейчас не важно. Извини, но ты правда похож. В разведку так идти не советую, только если цель в том, чтобы арабы надорвали животики со смеху. Он хмыкнул, разматывая платок и садясь на стул. — Ладно, что произошло-то? Я думал, у нас полно времени. — Я тоже! И таки была неправа, Петтигрю просто пришёл, взял у Поттера кровь и ушёл, и никто не успел ничего сделать! Лиор деловито записывал мой рассказ в блокнот. — Сепарейт когда провели? — Сразу же, как только я пришла и ткнула Дамблдора в его некомпетентность, то есть спустя полтора часа после произошедшего. О! Литтл Хэнглтон! — Что Литтл Хэнглтон? — Я на нервах вспомнила, как деревня называется! Не факт, что он ещё там, но в любом случае Волдеморт и компания там обитали. Лиор вскочил со стула и начал мерить шагами кухню, его ботинки оставляли лёгкие грязные следы на деревянном полу. Он задумчиво потёр подбородок, явно прикидывая план действий. — Так, я всё понял, мы пошлём туда оперативников. Название деревни никому не говори, не хватало ещё, чтобы под ногами путались всякие дилетанты. Завтра собирай детей, мужа и идите в консульство Израиля, самое обычное, маггловское. Там вас встретят и оформят визы на репатриацию. Сотрудники будут предупреждены. Хотите — переезжайте, не хотите — просто получите гражданство и вернитесь, но с нашим гражданством вы будете под официальной защитой и мы сможем вмешаться на международном уровне, если запахнет жареным. — Да-да, конечно, не нужно мне рекламировать алию, я и так согласна, — улыбнулась я в ответ, — вот только Гарри и Гермиона… им будет хуже всего, и они не евреи. Лиор остановился, задумчиво глядя на камин, где огонь лениво лизал поленья. Он постучал карандашом по блокноту, а затем повернулся ко мне. — Есть один вариант: вы становитесь опекуном обоих в магическом мире, и тогда они считаются евреями и едут с вами. Я задумалась, представляя, как Гарри и Гермиона отреагируют на такое предложение. — Я с ними поговорю прямо завтра, думаю, они согласятся, они умные ребята. Но мы не уедем отсюда, точно не в этом году. У детей, как у британских подданных, магический контракт на пять лет учёбы в Хогвартсе минимум. То есть минимум этот и следующий год, да к тому же ещё один год для Джинни, моей младшей. Лиор кивнул, записывая что-то ещё в блокнот, и посмотрел на меня с лёгкой улыбкой. — Думаю, даже при самом плохом прогнозе это время у вас будет, Волдеморт не сможет просто с порога захватить власть. Года два-три, как минимум. Но всё равно, съездите на каникулах в Израиль и оформите гражданство. Под светский новый год там можно хоть на горных лыжах кататься, хоть купаться с коралловыми рыбками, детям понравится. Я поёжилась, представляя масштаб предстоящих проблем. Попала в детскую сказку, называется! Впрочем, кого я обманываю, это всё равно того стоило. Лиор посмотрел в окно, где край горизонта на востоке уже потихоньку светлел перед рассветом. Он убрал блокнот в карман и поправил влажную футболку. — Мне пора, и вы тоже ложитесь спать, и… не нервничайте вы так. Всё образуется так или иначе. Я слабо улыбнулась, чувствуя, как усталость накатывает тяжёлой волной. — Хотелось бы верить. Утро принесло совершенно неожиданные известия, и я, признаться, несколько оторопела, прочитав заголовок Ежедневного пророка. Даже тревога по поводу возрождения Волдеморта несколько отступила. «Месье Максим?» «Уже изрядно нашумевший турнир трёх волшебников потряс новый скандал. Директриса французской школы, мадам Максим, была замечена выходящей из женского туалета! В чём же новость, спросите вы? Всё дело в том, что в нашу редакцию поступили неопровержимые доказательства того, что Олимпия Максим так называемая трансгендерная женщина, или, попросту говоря, мужчина, прошедший через смену пола. Комментарий ученицы, пожелавшей остаться неизвестной: — Это так ужасно, *хлюпает носом*, я вышла из кабинки, и там была мадам Максим, она слегка улыбнулась мне и прошла в соседнюю кабинку… — Она тебя касалась? — Н…нет, но смотрела очень подозрительно, и она слишком большая для женщины, верно?» Я закашлялась, невовремя глотнув чай, и заспанный Артур похлопал меня по спине. — Она с ума сошла там, что ли? — не веря своим глазам, пялилась я на детскую колдографию мадам Максим, размещавшуюся ниже в статье — девочка лет десяти в куртке и шапке рядом с подругами на горнолыжном склоне, уже тогда возвышавшаяся над остальными. Подпись гласила «Уже в детстве мальчик демонстрировал нездоровые наклонности». — Кто, Скитер? Так давно уже, ты что, не помнишь, как она на ровном месте набросилась тогда на Элфиаса Дожа? Никто, ни один человек никогда не называл его Вонючкой Дожем до момента, когда Рита придумала ему это прозвище. Артур налил себе ещё кофе и стал рыться в портфеле. — Да, но я имела в виду, что любой здравомыслящий человек же понимает, что Максим просто полувеликанша, которая по каким-то причинам скрывает это?.. Я осеклась. Ведь я-то знаю правду из книг, а обычным людям об этом узнать было неоткуда. — Звучу, как сторонница теорий заговора, да? В смысле, чем теория о том, что она трансгендерная женщина, хуже теории о том, что она полувеликанша? За окном громко закаркала ворона, и Артур взмахом палочки распахнул ажурные занавески, впуская в комнату лучи утреннего солнца. — Поймала садового гнома, надо же, не знал, что они их едят… Молли, не читай ты всю эту грязь, какая в самом деле разница, кто она такая? Он взял у меня из рук газету и пробежал глазами. — Держу пари, что это или заказная статья, или Рите перешли дорогу. Она такого не прощает. Я кивнула. — Да нет разницы, действительно, просто ну жалко же человека… нельзя же просто выдумывать такой бред без последствий, это как-то неправильно. — Молли, солнышко, всем помочь всё равно нельзя, я всё понимаю, но давай подумаем о наших проблемах, ладно? — погладил мена по руке Артур, и я растаяла. — Ты прав, ты прав… давай поговорим про наши проблемы. Нас сегодня ждут в израильском посольстве, поэтому не планируй ничего на вечер, детей я сама отведу из школы. Ой, школа! Мне пора, Артур, извини, что так сумбурно получилось, но у меня урок через две минуты! Подходи к Кэнсингтонскому дворцу часам к шести, там недалеко! Оставив на кухне немного обалделого от таких новостей мужа, я шустро нырнула в камин. Хогвартс бурлил, как и всегда перед первым уроком, и я, кляня на чём свет стоит Волдеморта, Дамблдора, Риту Скитер и свою неорганизованность, пробралась через толпу первокурсников к своему кабинету. Седьмой курс, тема «Укрепляющие ритуалы». Честно говоря, сама я пока ни одного ритуала не провела, хотя теорию знала неплохо. Ладно, будем импровизировать. Войдя в класс, я обнаружила, что меня почтили своим присутствием целых две чемпионки. Джейн Муркрофт и Данута Кливите сели рядом, как и тогда, на пиру. — Профессор Уизли, ничего, если я посидеть…посижду… в общем, останусь? — сказала Данута, доставая из своей кожаной сумочки свиток пергамента и элегантное самопишущее перо с серебряным наконечником. Я улыбнулась, подходя к кафедре и поправляя стопку книг. — Конечно, мисс Кливите, я очень рада, что вы пришли! Передайте своим, что я всегда рада видеть учеников Дурмстранга. А теперь, — я повысила голос, — тема урока. Укрепляющие ритуалы. Что вы знаете об укрепляющих ритуалах? Класс затих, и руку подняла лишь Данута. Я кивнула ей. — Да, мисс Кливите? — Минутку, я вспомню слова… Я изучала ритуалистику, и профессор сказать нам про колесо года, про то, как делать подношения на Йоль, Самайн и так далее. Но у нас вся эта наука пострадала от коммунистов, они говорили, это всё чушь собачья, и что дарить подарки надо Ленину и товарищу Гришкявичусу. По классу прокатился негромкий смешок, и Данута тоже усмехнулась. Я же нарисовала на доске круг, отметила на нём восемь точек и подписала их названиями восьми кельтских праздников. — Да, мисс Кливите, вы всё верно сказали, это очень популярный среди европейских волшебников способ проводить ритуалы, хотя, разумеется, не единственный. Как ни странно, коммунисты не сказать, чтобы полностью ошибались, хотя, конечно, приносить жертвы товарищу Ленину или, как вы сказали вторую фамилию, это какой-то литовский партийный деятель? Так вот, это требует искренней веры в идеалы марксизма-ленинизма, которой у меня нет. Кто-нибудь понял, к чему я веду? Руку поднял Эйдан Каннингем, рослый на удивление спортивный райвенкловец. — Для ритуала важно то, во что человек верит, а не конкретные даты и мифология? Я хлопнула в ладоши. — Пять очков Рейвенкло, мистер Каннингем, всё именно так! Но это не значит, что мифология, как вы выразились, бесполезна. Если маг не верит, что, скажем, колесо года это что-то большее, чем выдумка, то сколько бы он ни сжигал поленьев на Йоль и не танцевал на Белтейн, никакой ритуал не получится. И особо идейные члены КПСС вполне могли достигать аналогичных результатов, устраивая первомайские демонстрации и что там ещё они делали. Важны намерение и вера. Пока дети осознавали эту информацию, я взмахнула палочкой над стопкой книг за кафедрой, и на каждый стол прилетела глянцевая брошюра, озаглавленная «Восемь шабашей для ведьм». — Подождите, это же маггловская… — поднял на меня глаза сидящий за второй партой Седрик Диггори. — Всё верно, мистер Диггори, это книга, написанная неоязычником-викканином, и пресловутое колесо года изложено там очень доступно и понятно. Кстати, забавный факт — слово «шабаш» магглы иногда используют в значении «ритуал», потому что в средние века путали колдунов с евреями. Только, разумеется, всё переврали и слово «шаббат» превратили в «шабаш». Итак, давайте объясню, что вы сейчас будете делать. Чтобы ритуал сработал, вам надо действительно поверить, что он сработает, прямо-таки убедить себя, что определённая последовательность действий приведёт к успеху. Если здесь есть те, кто изучал окклюменцию — у вас есть преимущество, здесь используется похожая техника. Так вот, у вас есть маггловская неоязыческая брошюра, ещё я купила в книжном магазине детский сборник христианских обрядов, всякие колядки, масленица и тому подобное, и, наконец, Тора, вернее, те отрывки, в которых Господь рассказывает Моше, что и как должен делать народ Израиля. Я прошла между рядами, раздавая оставшиеся книги. Ученики с интересом листали страницы, некоторые хихикали, читая названия ритуалов, другие шептались, обсуждая, что выберут. — Итак, ваше задание такое: до следующего занятия ознакомиться с этими текстами или любыми другими, хоть в самом деле собрание сочинений Ленина прочитайте. Выберите те ритуалы, которые кажутся вам наиболее близкими, приятными и интересными, и попробуйте поверить в то, что они действуют. На следующем уроке мы с вами разобьёмся на группы и вы попробуете свой первый ритуал. Прозвенел звонок, и я с облегчением опустилась на стул за кафедрой. Ученики начали собирать вещи, переговариваясь и шурша пергаментами. Джейн Муркрофт, задержавшись у моей кафедры, поправила ремешок своей сумки и смущённо улыбнулась. — Профессор, это было очень увлекательно, — сказала она, — я бы хотела всё же записаться на факультатив, если ещё не поздно. Сегодня пришлось прогулять ради вас историю магии. Я расплылась в улыбке. — Конечно, приходите, я очень рада, что вам понравилось! Поговорите с деканом, я уверена, что он не откажет и освободит вас от Биннса. Я смотрю, вы сошлись с мисс Кливите? Джейн заправила прядь волос за ухо и хихикнула. — У нас девчоночье сестринство, мы решили, что нужно держаться вместе. Какой прок с того, что мы будем ругаться из-за какого-то турнира? Мы и Флёр приглашали, но она чересчур задаётся. Ой, извините, профессор, мне пора на трансфигурацию, — спохватилась она и, попрощавшись, вышла из кабинета.