Глаза сердечки

Гоночные выходные начались сумбурно. Ландо прибыл заранее — ему нужно было чётко следовать плану подготовки подарка для Оскара, составленного Хэтти, с жёсткими поправками от самого британца. Хэтти пообещала прилететь вместе с Оскаром. «Она такая приятная», — думал о ней Норрис. Он и сам не заметил, как они сблизились меньше чем за две недели. С ней было легко, без лишнего напряжения, без масок — он мог быть собой, как и рядом с её братом. Удивительная черта всех Пиастри — создавать ощущение безопасности, будто с ними рядом тебе ничто не угрожает. Ландо уже давно понял, что Оскар ему нравится не просто как напарник, но осознанно не хотел переступать эту грань. Зачем? Пусть всё идёт, как идёт. Но день рождения — отличный повод вызвать улыбку на лице "напарника". Конечно, Ландо не был святым, и даже сильная симпатия не останавливала его от того, чтобы иметь «друзей с привилегиями». Это было удобно: большую часть года он проводил в разъездах, и у него был проверенный человек, с которым можно было и поговорить, и переспать — без обязательств. Медийность только осложняла такие связи. Ландо сразу обозначил границы Магуи: никакого паддока, они — просто FWB. Да и к чему паддок, если кроме секса он ничего к ней не чувствовал? Да, безусловно, она была красива. Только вот в последнее время его мысли всё больше занимал один австралиец — с улыбкой, от которой сердце сбивается с ритма, с бледной кожей, усыпанной родинками, которые хотелось соединять, как звёзды в созвездиях.Небрежные русые волосы, что на солнце казались пшеничными, и то, как он закатывал глаза на очередную шутку Ландо, — всё это казалось невыносимо прекрасным. Ломать комфорт Оскара, выводить его из вечного спокойствия — это было Ландо необходимо, как воздух. Последние штрихи подготовки завершены. Ландо отчитался Хэтти длинным сообщением, но ответа не последовало — они уже были в пути в Сузуку. Теперь нужно было как-то выловить Оскара после квалификации — неплохой результат: Ландо — третий, Оскар — шестой. Ландо нервничал, чтобы Оскар никуда не испарился после всех интервью. Но ведь у него всегда была палочка-выручалочка — Хэтти. С тех пор как семья Пиастри прибыла в Японию, Ландо и Хэтти почти не расставались. Пристальные взгляды прессы следили за каждым их шагом, но ни он, ни она не обращали на это внимания. Ландо хохотал до слёз от её шуток, держась за живот. Она была полной противоположностью брата — весёлая, открытая, яркая. Конечно, их родство не вызывало сомнений, но этот огонь в её глазах слепил. Ладони Ландо были влажными от волнения. Он нервно вытер их о штаны и постучал в дверь номера Оскара. За дверью послышались шаги. Момент истины. — Ландо? Что ты тут делаешь? — удивлённо спросил Оскар. Влажные волосы аккуратно обрамляли его лицо, придавая ему почти нежный вид. — У тебя есть пару минут для меня? Я хотел бы тебе кое-что показать. Ну, так сказать, твой подарок на день рождения… — взгляд Ландо метался где угодно, но только не на Оскаре. — Мы собирались ужинать с семьёй, но там какой-то переполох, так что отложили на пару часов, — привычно пожал плечами Пиастри. Британец ухмыльнулся. «Хэтти определённо знает, как устроить всё как надо». — Тогда я жду тебя внизу? — Хорошо, только дай мне десять минут собраться. Ландо мерил шагами вестибюль отеля, печатая сообщение. Ландо: что ты уже там сделала 😂😂😂😂😂 Хэтти: ничего такого, я ж ангел 😇 удачно вам провести время. У вас два часа, потом карета превратится в тыкву… или моя голова от маминых криков 🙃 Дорога была недолгой. Ландо заранее договорился о машине — его страсть. Редкие, восстановленные и, главное, быстрые. Иногда он перебарщивал с этим увлечением, но сейчас ухмылка не сходила с его лица, когда он открыл дверь праворульной машины. Оскару оставалось только закатить глаза. — Сегодня твой день рождения, значит, ты passenger princess, — Ландо протянулся, чтобы застегнуть ремень Пиастри. Оскар готов был сквозь землю провалиться. Резкий аромат парфюма Ландо — табак, мускус — ударил по нервам. Он чувствовал, как каждая клетка в нём замирает. — Готово. У меня для тебя кое-что есть, — британец вытер ладони о джинсы и выехал в плотный поток. — Надеюсь, ты не собираешься выкинуть меня в океан, чтобы тебе вернули Карлоса? — Не неси чушь, Пиастри, — Ландо уставился в дорогу, нервно покусывая щёку. Больше он не сказал ни слова. «Блять, зачем я это ляпнул?» Мысли Оскара смешались с тревогой. Он не ожидал от себя такой резкой ревности. А тишина, воцарившаяся после его слов, только усиливала напряжение. Ландо — вечный комик, неиссякаемый источник странных шуток, сейчас молчал. И это было худшим из возможного. Ерзая на сиденье, Оскар чувствовал себя как в первый день в офисе McLaren. Он бросил взгляд на руки Ландо — загорелые, с чётко проступающими венами — и сглотнул, сдерживая желание дотронуться. Это и был его настоящий подарок на день рождения. — Мы приехали, — Ландо нарушил тишину, паркуя автомобиль. — Если это очередная рекламная акция, я выхожу, — проворчал Оскар, расстёгивая ремень. — Расслабься, Пиастри, тебе не придётся делать фото с суши в руках, — хмыкнул Ландо, выходя первым. — Хотя теперь я подумываю попросить. Оскар прищурился, но ничего не ответил. Он вышел из машины и посмотрел вперёд. Перед ними возвышалось массивное здание с футуристичным фасадом и неоновыми волнами по периметру. На входе — стеклянный купол и надпись: "AQUA MIRAI — Погружение в мир без границ". Когда двери за ними закрылись, тишина будто окутала изнутри. Океанариум был пуст. Ни одного постороннего звука, только приглушённое бульканье воды за стеклом и мягкий, тёплый свет, отражающийся на глянцевом полу. Оскар остановился сразу у входа. Его сердце стучало где-то слишком высоко, будто в горле. Всё это — огромный подводный мир, выставленный перед ним в мягком свете — было только для него. Только для него. От Ландо. Внутри него что-то болезненно сжалось. Пищал — иначе не назвать — испуганный, сбитый с толку внутренний голос. Маленький мальчик, растерянно смотрящий на слишком красивый подарок, не зная, что с ним делать. Как на это реагировать? Что это значит? Это просто жест? Или не просто? Он не знал. И это пугало. Солоноватый запах воды ударил в нос, сбивая с дыхания. Всё ощущалось слишком громко — шаги, собственный пульс, сдержанное дыхание рядом стоящего Ландо. Мир будто сжался в этот синий зал и в фигуру рядом, которая устроила всё это… для него. Рука Оскара дрогнула. Инстинктивно — сам не успев осознать — он потянулся к Ландо. Пальцы коснулись его руки на секунду — чуть дольше, чем нужно. Тепло чужой кожи обожгло. Он тут же отдёрнул руку. — Извини. — Он хрипло выдохнул, будто нарушил невидимую границу. Ландо повернул голову, но ничего не сказал. Только слегка усмехнулся. Без злобы, без вопросов. Просто… наблюдал. А Оскар в этот момент только сильнее замкнулся в себе, стараясь не выдать того, как у него дрожат пальцы. Он ненавидел неясность, ненавидел терять контроль. А рядом с Ландо его сносило, как волной в шторм. В тишине вдруг раздалась вибрация. Резкая, пронзительная. Телефон Ландо загорелся в его руке, вспыхнул экраном. Оскар бросил на него взгляд — машинально, не думая. И сразу пожалел. Там, на экране, в ярком белом поле уведомления, выскочило имя контакта. «малышка Хэ ❤️» Будто пощёчина. Маленькая, цифровая, но от неё дыхание перехватило. В голове будто кто-то нажал на стоп-кадр. Имя отпечаталось, словно клеймо, глупое, нежное — и совершенно невыносимое. Сердце будто споткнулось. Оскар опустил взгляд, отвернулся к ближайшему аквариуму. Рыбы плавали медленно, спокойно. Всё было тихо, умиротворённо — не как в нём самом. Он не мог объяснить, почему это так больно кольнуло. Хэтти? Да, он знал, они проводили время вместе. Он сам это видел, смеялся с их шуток, не придавал значения. А теперь... теперь в этом сообщении было что-то слишком личное, слишком ласковое, слишком… исключающее его. «Что я вообще делаю здесь?» — отголоском пронеслось в голове. Он не смотрел на Ландо. Только сжал руки в карманы, как будто мог удержать внутри всё, что расползалось. А сердце продолжало стучать в том же рваном ритме, в котором оно билось, когда он увидел экран с этим глупым сердечком.