У тишины есть голос

Рождество Бак никогда особенно сильно не любил. Дома в Хёрши родители никогда не отмечали, а в дни праздника ходили темнее тучи. Новые соседи не раз задавали вопросы Баку, почему в их семье не принято наряжать дом к Рождеству. Так Бак несколько раз оказывался в гостях, где к памятной дате на календаре прилагались ёлка и украшение по всему участку, но ни тогда, ни во взрослом возрасте так и не обрёл любовь к громкому и яркому празднику. После отъезда Мэдди он перестал ходить к гостям, отказываясь от каждого из приглашений. Без Мэдди веселиться не имело смысла. Она неизвестно где в Бостоне, с Дагом и тяжестью обучения в медицинском колледже. Имел ли Бак вообще право улыбаться без неё? Почти двадцать лет спустя Бак научился радоваться без Мэдди, хотя к счастью, навык больше не нуждался в применении. Но Рождество так и осталось для него днём, когда нужно фальшиво улыбаться и поздравлять всех и вся так, будто это имеет значение. Для Бака не имело. На прошлое Рождество Даг похитил Мэдди. То было страшно и напряжённо. Чимни лежал в больнице с ножевыми, а Мэдди пострадала от рук бывшего мужа-ублюдка и совершила убийство, от чего не оправилась до сих пор. Мнение Бака с детства не изменилось - бесполезный праздник. И всё же теперь у него была семья, относящаяся к нему по-другому. И несколько детей, верящих в Санту, дух и магию Рождества. С двумя из них он сидел прямо сейчас. Вместе с Крисом и Денни они собирали пряничный домик. Карен купила его в одном из магазинов, сочтя занятие интересным для малышей возраста её сына. Хен в свой выходной подключила Эдди и Криса, Эдди позвал Бака и так они оказались здесь: Бак сидел с мальчишками, Хен и Эдди вели светские разговоры. Следить за сборкой Криса и Денни - уморительно. И в той же степени умилительно. Бак послушно следовал указаниям, какие детали в какой очереди промазывать клеем-бетоном. Больше никакого вмешательства ему не позволяли. Будучи способными детьми, они неплохо разбирались в инструкции (Денни так вообще сын гениальной инженерки), но с этим соревновалась непосредственность, а потому инструкция полетела в Бака и была забыта за ненадобностью. Отдавая честь Крису и Денни, дом выглядел вполне достойно даже с перепутанными окнами и входной дверью на втором этаже без пола. Американская мечта с белым заборчиком, не иначе. - Эй, Бак, можно я Рождество с тобой проведу? - блаженное мирное время прерывает тихий голос Криса. Бак с сожалением поджимает губы - Эдди уже рассказал ему, как сильно раздельное Рождество расстроило сына. Первый большой праздник после смерти его матери. Эдди на его взгляд отвечает выражением боли на лице. Бак собирается с духом. - Извини, приятель, я работаю с твоим отцом. Обиженно Крис шепчет: "дурацкая работа" и Бак рад, что Эдди этого не слышит. Но тяжести в его глазах достаточно, чтобы сподвигнуть его встать и присоединиться к тусовке взрослых. Крис и Денни в целом больше не нуждались в услугах клейщика и дальше могли справиться сами. - В этом году Рождество почти так же ужасно, как и в прошлом, или мне кажется? - Бак берёт в руки свою кружку с остывшим напитком. - Тебе не кажется, - мрачно выдыхает Эдди и подносит кружку ко рту, чтобы скрыть гримасу от детей. - Не помню, когда в последний раз было так тоскливо без причины. - Вот именно: "без причины". Все живы, никто не ранен и психопатических друзей ни у кого для похищения в канун нет. - Хен пытается их подбодрить. - Год выдался тяжёлым для всех нас, и я рада погрузиться в волшебство Рождества, зная, что он остаётся позади. Несмотря на сохранявшееся последние дни, если не недели, стабильно хорошее настроение, Бак не чувствует облегчение от смены года. Хотелось бы ему оставить всё и в новом две тысяча двадцатом дышать свободнее, но на шее словно затянулся давящий ошейник. Он не думал активно о самоубийстве последний месяц, но зудящая мысль оставалась при нём каждую секунду. И если в прошлом после попытки самоубийства Бак вскоре отправился в дорожное путешествие и удачно заглушил желание умереть множеством забот взрослой жизни, то теперь с той же силой подавить нужду не получалось. В тринадцать лет на рабочем компьютере отца (тогда они только начали появляться у людей и было сложно пробраться к тому, что так защищалось отцом) Бак провёл исследование о себе и заключил, что с одиннадцати лет имеет пассивную склонность к самоубийству. Тогда в интернете ещё ничего толком не было, и найти какую-либо информацию, да ещё и достоверную - не иначе, как чудо. Через неделю он впервые попытался убить себя, перечеркнув слово "пассивную". Ещё ребёнком, узнав, что мысли о смерти ненормальны, Бак перепугался. Он не хотел умирать до того, как снова встретится с Мэдди, но не мог решиться обратиться к кому-то за помощью. Родители отпадали сразу же, а хороших друзей он так и не завёл. Строить крепкие отношения у Бака не получалось. Он бросался в дружбу с головой, отдавал всего себя, а когда не получал взаимности, бесился и прерывал общение вовсе. Он хотел, чтобы друзья обращались с ним так, как и он с ними, доказывали его ценность каждый день, но не все могли так к нему относиться. Бак знал, что это утомляет. Он утомляет. Это не было секретом. Так что каким сильным не был бы страх, Бак молчал, переживая это наедине с собой. И спустя пятнадцать лет история повторялась. Несколько недель назад, когда он почувствовал себя лучше и несколько дней подряд наблюдал за собой социальную и умственную активность и отсутствие выраженного желания к действиям, приведшим к его смерти. Это был его звоночек, побуждение к решительным действиям в отношении своего психического здоровья, но Бак не обратился ни к семье, ни к специалисту. Эдди сказал ему смириться. Бобби до недавнего времени считал его обузой на поле, а сейчас наблюдался у врачей из-за возможности рака. Хен только оправилась от смерти молодой девушки, имя которой Бак уже забыл, но Хен, он уверен, запомнила до конца жизни. Мэдди справлялась с убийством Дага, нуждаясь в поддержке так близко к годовщине похищения. В их семье и без его проблем было много всего, что стоило решить. Бак не хотел добавлять к грузу свои жалобы и страхи. В конце концов он справится. Всегда справляется. И делает это один. Последние два десятилетия он живёт то в полном опустошении, то в приливе сил. Привык. Смирился. Не ныл. Его здоровье потерпит до спокойных дней. И даже тогда он сделает всё в одиночку. - Бак? - Хен зовёт его. Эдди осторожно касается руки чуть выше запястья. - Что происходит у тебя в голове? - Ничего интересного, - отмахивается Бак. - По мелочи собираю мысли тут и там. Не обращайте внимание. По их лицам видно, что они не согласны с последним предложением, но повторно вопрос не задают, за что Бак благодарен. Решили ли они молчать при детях и вернуться к этому позже или оставить с концами: сейчас Бака устраивали оба варианта. Поднятие темы повторно позже - проблема будущего Бака. "Позже" не наступает. Хен даёт ему пространство. Эдди спрашивает ещё раз, когда они везут сонного Криса домой, и когда получает тот же ответ, позволяет Баку слететь с крючка. За последние два месяца Бак получил вопросов о своём состоянии больше, чем за два года в сто восемнадцатой, и видимо люди смирились с однотипными ответами. Бака положение дел устраивало. Работа тоже шла спокойно. На станции переживали из-за Бобби, но не слишком выражено. Бак забегал к нему домой после пожара с опасными веществами пару раз и систематически допрашивал Мэй о том, что она видит. Шпион из неё вышел хороший, а подробные мирные отчёты успокаивали. В целом Бобби оставался в порядке и не проявлял признаков болезни. Это не помешало Баку спуститься по исследовательской спирали. Он читал про взаимодействие людей с радиоактивными отходами. Мария Кюри. Розалинд Франклин. Работницы фабрики по выпуску светящихся часов в Нью-Джерси. Все они столкнулись со страшными последствиями своей работы, как и множество других пропущенных и менее известных лиц. На самом деле при чтении Бак отвлёкся от основной темы, потому что заинтересовался методами рентгеновской дифракции для изучения ДНК. У него ушло полчаса, чтобы вспомнить, с чего начались интернет-поиски. Бак так же на сменах вместо сна сидел в телефоне одновременно на двадцати открытых вкладках про влияние рака на людей. Он перешёл на возможности продолжения тяжёлой работы, по типу капитаном пожарной части, когда Эдди выхватил телефон у него из рук и кинул себе за спину, где Хен ловко поймала его. Невпечатлённый Бак смерил их злобным взглядом и попытался подняться, чтобы забрать из шкафчика планшет. Эдди упёрся ладонями ему в плечи и удержал на диване. - Прекрати мучить себя, - с нажимом попросил Эдди. - Ты только больше себя нервируешь. И всех вокруг. Бобби сильнее обеспокоен твоим состоянием, чем своим. - Извините, - пробормотал Бак, неожиданно чувствуя себя слишком эмоциональным. - Я просто не хочу, чтобы Бобби умирал. Видимо прозвучали слова слишком жалко, потому что Эдди отпустил его плечи и сел рядом, а Хен оставила их наедине. - Бак. - Эдди взял его руку в свои. - Бобби будет в порядке. Прошло уже несколько недель и врачи дают хорошие прогнозы. Он чист, а через пару дней пройдёт последний осмотр и мы все в этом убедимся. Бобби не оставит сто восемнадцатую. Не оставит тебя. Бак поднял глаза на Эдди. Уверенность в его голосе и мягкая хватка на пальцах действительно приносили надежду на лучший результат. Бак робко улыбнулся и позволил себе скопировать веру в его глазах. Через час он об этом пожалел. Работа привела их в аэропорт на лётную площадку. Работник оказался втянут в лопасти двигателя, но к счастью выжил. Парень практически здоровым вернулся домой, а Бобби стоял там со струйкой крови из носа. Только-только доверившийся убеждениям друзей Бак почувствовал, как все внутренности бухаются вниз к ногам. Он делает шаг вперёд, но останавливается, не доверяя своему телу. - Эй, кэп. Улыбка Бобби слабеет при взгляде на его лицо. Он поднимет руку к носу, вероятно, наконец почувствовав влажность на лице. Эдди встаёт рядом, ближе к Баку, чем к Бобби. Однако Бак видит, с каким напряжением он протягивает Бобби салфетку из пожарной машины. - Это всего лишь кровь, - предпринимает Бобби утихомирить волнение подчинённых. Хен и Чимни, в стороне проверяющие пострадавшего, бросают ему предостерегающие взгляды. - У этого множество объяснений, помимо рака. От больницы Бобби отказывается, Хен после проверки общих показателей с ненадобностью соглашается. Бак ворчит себе под нос, но не встревает. Прогоняет в мыслях все симптомы, о которых подробно читал последние недели. Падение аппетита, тошнота. Нет, Бобби хорошо ел и готовил с тем же энтузиазмом. Недомогание, усталость, головная боль. "Ты моя головная боль" в шутку ответил Бобби неделю назад, когда Бак допрашивал его после тяжёлой смены. В остальном Бобби вроде не выглядел изнурённым. Поражение кожи. Бак конечно не рассматривал Бобби в душе, но никаких видимых нарушений кожных покровов на видных из-под формы местах не заметил. Выпадение волос. Всё та же причёска без проредей, брови на месте, волосы на груди... ну, Баку слишком неловко рассматривать своего босса. Кровотечения, разные по тяжести, могут быть из носа, ушей и дёсен. Одно попадание есть. Одно из пяти - совпадение или начало нового диагноза? Бак больно ущипнул себя, надеясь так отвлечь от поглощающего страха. За рулём по дороге на станцию сидела Хен, Бобби рядом с ней. Бак сел сразу за Бобби и развернулся на сиденье, чтобы упереться подбородком в кресло Бобби и не сводить с него глаз всю поездку. В этот раз никто не пошутил над излишним беспокойством. Бак хотел позлорадствовать, но причина тишины делала слишком больно. - Это всего лишь кровь, - повторяет Бобби во время сортировки медикаментов и пополнения запасов в машине. - Это могла быть аллергия, реакция на Санта-Ар или на холодный ветер на поле. Ни на секунду это Бака не успокаивает. - Это твоё первое кровотечение? У тебя кровоточат дёсна, есть сыпь там, где её не видно? - Ты что, ставишь мне диагноз? - Бобби не насмехается, однако и с серьёзностью к беспокойству Бака не относится. - Я не заметил у тебя синяков и отдышки, но ты можешь скрывать симптомы типа головокружения, неестественно быстрого сердцебиения. Ты что-то скрываешь. Бобби откладывает упаковки бинтов и сосредотачивает внимание на Баке. - Бак, я не скрываю никаких симптомов, потому что нет у меня симптомов того, что ты там заподозрил. Он стремится расслабить паникующего Бака. К сожалению, не работает ни на йоту. Бак судорожно вдыхает и старается сдержать накатившие эмоции. - Ты слишком долго пробыл в том пожаре в туннеле, воздействие радиации может вызвать апластическую анемию. Ты знал, что это убило Марию Кюри? - Нет, я этого не знал. Как не знал, что ты в курсе, кто такая Марию Кюри. Обижаться на очередное занижение собственного интеллекта у Бака нет времени. - Ну мне пришлось о ней почитать, это была очень умная женщина, которая умерла от воздействия радиации. Бак отгоняет картинки тел после сильной радиации, так некстати попавшиеся во время исследований. Он сдерживает гримасу ужаса. - Бак, слушай, я ценю твою заботу, но я в порядке. Пожалуйста, прекрати эти поиски в интернете. - Бобби кладёт руку ему на плечо в жесте, знакомым как "мне нужна свобода от тебя, поэтому я скоро тебя прогоню". - Вот наша главная проблема: у нас ничья на Рождественский ужин. Пять голосов за бургеры, пять за китайскую кухню. - Пять за китайскую еду? Я выбрал индейку. - Безмятежный голос Бобби и общая усталость Бака от постоянного стресса способствуют покорности Бака в перескакивании на другую тему. - Ты один такой. Фалафели получили больше голосов. Знаешь, что я сделаю? Переголосую за китайскую кухню, нет желания готовить в этом году. - А, упадок сил, ещё один синдром. - До того. как Бобби успевает отреагировать, Бак прикладывает тыльную сторону ладони к его лбу. - Иди сюда. Бобби с раздражением отталкивает его руку от себя. - Бак, слушай, я знаю, ты волнуешься, но пока волноваться не о чем, так что как говорила моя бабушка: не выдумывай бред. Бак искренне ненавидит, как сильно это бьёт по нему. Сегодняшняя излишняя эмоциональность чуть не заставляет его заплакать в этот момент. Ему еле удаётся сдержать порыв, но судя по исказившемуся в сожалении лицу Бобби, глаза выдают все страхи Бака. - Бобби, я знаю, иногда я поступаю глупо и частенько тебе надоедаю, но ты очень много для меня значишь. - Бак глубоко вдыхает и облизывает пересохшие губы. - Бобби, ты один из самых дорогих мне людей. Я не знаю, что я буду делать, если с тобой что-то случится. Ответа Бак не дожидается. Он уходит как можно скорее, не желая слушать очередное заверение, что всё будет хорошо. Бобби не может этого утверждать, но продолжает, как прокажённый. Фактически выбора, кроме как ждать резюмирования врачей, нет. Бак презирает это всей душой. Он ложится на койку, в это время здесь никого нет - смена недавно началась и пока не изматывала сложными вызовами. Сворачивается калачиком прямо на одеяле, не удосужившись поправить белое постельное бельё. Руки обхватывают затылок, лицо упирается в колени. Бак дрожит, не в силах остановить это. Ему так страшно, неопределённость приводит в оцепенение, фрустрацию. Бак до ночных кошмаров боится потерять Бобби. Он прижимает руку к волосам и начинает гладить себя по голове, чтобы успокоить. В детстве Мэдди всегда так делала и это помогало. К сожалению или счастью, сейчас на работе Бак не мог поддаться истерике, и использовал старый способ урезонить нервы. Ласка, пусть и не такая эффективная без рук Мэдди, результат дала. Несколько минут спустя дрожь прекратилась, но поглаживания Бак не остановил. Так легче. Всю оставшуюся смену на вызовах Бак по возможности не спускал глаз с Бобби. Выискивал кровотечение и признаки усталости, но ничего из этого и других симптомов не проявлялось. Ранним утром по окончанию смены Чимни хлопнул его по плечу, прежде чем покинуть раздевалку. - Расслабься, Бобби несгибаемый. Бак в этом так уверен не был, а потому перед уходом позволил себе инициировать крепкие объятья. Уставший Бобби позволил ему насладиться ими достаточно длительное время, и только после удовлетворённого выдоха отстранился и поспешил домой отдыхать. Бак, несмотря на усталость, спать хотел не так уж и сильно. Остро реагируя на общее нерождественское настроение, Бак придумывает план. Днём во время подготовки к смене, он звонит Мэдди и излагает идею. Мэдди поддерживает её, но помочь с осуществление не сможет, так как в сочельник будет на смене. Бак задумчиво мычит. - Афина вроде свободна, - с сомнением произносит он. - Не уверен, что правильно помню расписание. - Я могу позвонить ей позже, чтобы ты не отвлекался от смены. - И попроси её написать мне для обсуждения подробностей. - Бак забирает из своего шкафчика в раздевалки забытый ремень от формы. - Создайте групповой чат со мной, я хочу быть в курсе. - Секунду Мэдди думает. - Нет, не создавайте, у меня итак их слишком много, я теряюсь. Скоро буду в рабочий мемы кидать. Бак смеётся. - Джош не будет против. - А десятки других моих коллег - да. - Глупцы. Вдвоём они хихикают над шуткой, легко и непринуждённо. Бак прикрывает глаза и упирается лбом в холодный металл миниатюрной пряжки ремня. Улыбка на его губах маленькая, но любящая. - Значит, ты сможешь спросить у Афины? - он возвращается к изначальной теме. - Я хочу знать, что она думает. Дверца шкафчика закрывается громче, чем он ожидал. - Я позвоню вечером, когда вернусь домой. - Мэдди задумчиво мычит. - Стой, вы до сих пор едете? - Бак закрепляет телефон между плечом и щекой, ремень сжимает зубами, пока поднимает рубашку и засовывает ею под брюки. - Да, праздничные пробки в ЛА. - Сожалею, что без меня. Без торопи Бак вдевает ремень в шлевки рабочих брюк. Мэдди на фоне напевает. - Ты был там, когда я нуждалась. Не знаю, что тебе там делать сейчас, и вообще я сама не знаю, что буду делать. - После вынужденной паузы, во время которой внимание Мэдди привлекло что-то ещё, с ним прощаются. - Бак, я перезвоню. - Ладно, до скорого, пока. Наверху Бака ждут ингредиенты для готовки обеда. Бобби сегодня завален бумажной работой в предверии бурных праздников, и оттого должность повара перескочила к Баку. Бак занять себя лишний раз не против. В процессе он слушает аудиоурок по испанскому языку, к концу чуть не начиная проговаривать вслух новый материал. Ни Эдди, ни Кристофер ещё не знали, что он учит что-то близкое им. Бак не планировал это скрывать или преподносить как что-то важное, но пока к слову не приходилось. За два месяца Бак хорошо подтянул знания и разговорные навыки, самостоятельные переводы испанских песен способствовали практике. До теленовелл, так любимых Эдди, дело ещё не дошло, но и это не за горами. Как только они садятся есть, на всю станцию раздаётся звонок. Со страдальческими стонами команда поднимается и спешит в машинам. Вызов - благослови пожарного бога - не занимает много времени, и когда снова получается сесть за стол, еда чуть тёплая. Бак параллельно обеду проверяет телефон на наличие обновлений. В календаре на следующую неделю стоит пометка об обязательном визите к врачу. Раз в несколько недель Бак сдаёт анализы для профилактики, и после того, как винты из его ноги извлекут, этого режима придётся придерживаться пару месяцев. В соображениях безопасности. В последний раз Бак был в полном порядке. Ближе к ужину приходит сообщение от Афины. Афина Грант: Привет. Мэдди сказала, ты планируешь устроить что-то на станции? Вы: Да. Вы: В этом году все немного тусклые и невоодушевлённые, а так нельзя. Вы: С нашей смены все работают допоздна, Крис и Денни с Карен не в восторге от празднования без Эдди и Хен. Вы: Мы могли бы отметить сочельник все вместе на работе. Вы: Заранее подготовить блюда, украшения. Вы: Не идеальное Рождество, но зато все вместе. Афина Грает: Мэй и Гарри тоже расстроены, что первое Рождество Бобби проведёт отдельно от нас. Мы могли бы запланировать сюрприз для команды. Приготовить блюда дома, а пока вы будете на вызове, разогреть их. Вы: Сюрприз даже лучше, чем придумал я. Вы: Так ты в деле? Афина Грант: О таком не спрашивают, малыш. Вы: Тогда как мы успеем? Вы: Я предлагаю обозначить обязанности. Афина Грает: Ты будешь на стрёме и скажешь нам, когда вы будете возвращаться. Бак нахмурился. Что имела в виду Афина? Вы: Нам? Афина Грант: Ты же не думал, что участие примем только мы вдвоём? Карен с радостью подключится и Мэдди по возможности тоже. Мэй внесёт в план кучу правок как только мы ей расскажем. Майкл только рад будет помочь. Положись на нас, Бак. Мгновенное вовлечение Афины вызывает прилив тепла в теле Бака. Предлагая Мэдди план для спасения Рождества он надеялся на небольшое празднество на станции между вызовами, возможно на полчаса и с заказной кухней, если повезёт, но теперь они не только отказались от китайской еды, но и проведут время, как семья. Баку вдруг очень сильно захотелось обнять Афину. Вы: Я напишу Изабелле и Пепе, спрошу, не могли бы они изменить свои планы. Афина Грант: Они же не уезжают в Техас? Вы: Нет, сидят с Крисом. Одна из сестёр Эдди должна была приехать с мужем, но судя по молчанию, планы отменились. Афина Грант: Скинь мне их номера, если они не против присоединиться. Вы: Обязательно. Вы: Спасибо, Афина. Афина Грант: Тут нет причин благодарить. Поздним вечером в мессенджере Бака появляется новый чат. Среди участников Афина, Карен, Изабелла, Пепа, Мэй, Майкл и он. Афина Грант: Мэдди отказалась вступать в чат, поэтому ты посыльный, Бак. Бак в целом не против. Теперь, когда ясности больше (Диасы с энтузиазмом поддержали идею), он просто рад делать что-то для семьи. В чате разгораются бурные обсуждения за меню вечера. Бак делится, что в части были голоса за бургеры и фалафели и Мэй сразу предлагает взяться за них. Изабелла и Пепа разделяются в своих намерениях готовки, что радует Бака - чем больше техасской еды, тем счастливее Эдди, а чем счастливее Эдди, тем радостней Бак. Майкла сразу запрягают взять лишние украшения из дома и привезти их в багажнике к станции. Там будут свои, но дополнительные добавят атмосферы. Спать Бак уходит рано, так как утром смена, когда он выключает телефон, участники чата ещё обговаривают, в каком количестве что делать. До ночи у них есть время прийти к финальной схеме и заранее закупиться продуктами. Перед работой Бак привозит в дом Майкла ингредиенты для бургеров, Мэй их забирает, чтобы после отъезда Бобби вернуться в дом Грант-Нэшей и в привычных подготовленных условиях собрать шедевры. Бобби же отводит Бака в кабинет, как только переодевается в форму. Бак догадывается о причине как только видит широкую улыбку Бобби. Он обнимает его до того, как первые слова слетают с губ. - Полегче, ребёнок, - коротко рассмеялся Бобби, но собственную хватку на спине Бака не ослабил. - Я здоров. Это официально. Ты можешь расслабиться. - Я так рад, так рад, - Бак бормочет в плечо Бобби. Мелкая дрожь его рук успокаивается через несколько минут объятий. - Пожалуйста, никогда не оставляй нас. Меня. Я не... я не справлюсь. Если Бобби и поражён его просьбой, то не подаёт виду. Бак сам удивлён. Он всегда был открыт в выражении эмоций, неспособен скрыть большинство из них, но самое сокровенное всё-таки оставалось только с ним, никогда не выходя на публику. И вот последнее время он яростно сентиментален. Так сложно стало держать что-то в себе. Каждый раз, когда Бак смотрел на Мэдди, ему хотелось подхватить её на руки и кружить, словами выражать всю благодарность и любовь, которую он к ней испытывает. Вид Хен вызывал желание заговорить о планах на будущее и подарить ей всё, что они когда-либо хотела. Эдди... Эдди Бак хотел обнимать вечно, стоять в его пространстве бесконечное количество времени и не думать ни о чём. И такой беспорядок в голове Бака был в отношении ко всем близким. Он не был слишком близок с Гарри, несмотря на тесную связь с Мэй, но даже по отношению к нему чувствовал себя безумно любящим старшим братом. Бак списал это на то, что из-за судебного иска долгие недели был изолирован от семьи и остался практически один. В то время самый близкий контакт у него был с Карен и Денни. Обмен фотографиями природы и разговоры ни о чём. Бак приходил к ним пару раз во время смен Хен, когда не справлялся с одиночеством и приближался к краю, но на этом всё. Во всём остальном Бак был один. Мэдди звонила иногда, отвечала на сообщения раз в пару дней, однако к этой попытки не принимать ничью сторону, она невольно выбрала Чимни, с которым виделась явно чаще. Бак не винил, да и не смог бы. Боль это не убирало. Его снова никто не выбрал. Его снова недостаточно и одновременно слишком много. Бак привык. В конце концов это не первый раз, когда Мэдди выбирает парня вместо брата. Хотя всё так же жгуче горько. После начала смены Бобби за завтраком сообщает хорошие новости. Чимни свистит, Хен преувеличенно сильно бьёт Бобби по лопаткам, Эдди молча наблюдает за суетой. Бак сталкивается с ним взглядом и застывает так. В глазах Эдди искорки счастья, облегчения и чего-то нежного. Бак не уверен, что последнее направлено на Бобби, но вопросов задавать не собирается. Наверняка по его лицу сейчас можно прочитать те же эмоции. - Видишь, зря переживал, - заметил Эдди во время совместного мытья посуды. - Это Бобби, я всегда буду за него переживать. И это никогда не будет зря. - Бак передаёт Эдди последнюю тарелку и вытирает руки об уже влажный фартук. - Он мне важен. - Я знаю, - мягко произносит Эдди. - И как видишь, нервы себе мотал ты зря. Что-то во фразе заставляет гнев вспыхнуть в Баке. - Да? Зря? Ну что-то когда Бобби зазря за меня волновался и не выпускал на поле, вы погладили его за это по головке, а меня заставили извиняться. Но как видишь, я пережил цунами на антикоагулянтах и сейчас успешно работаю на них уже два месяца. Вот и получается, Бобби "зря мотал себе нервы". К слову, ему на это никто не указал. - Бак... - Эдди шокировано смотрит на него. Бак сухо выдыхает. - Извини, что сорвался, - безо всякого сожаления отмахивает он. - В любом случае, я плохо спал ночью и до вызова хочу полежать. Эдди не мешает Баку сбежать с кухни, однако у двери в комнату с койками догоняет. Бак чувствует новую волну отрицательных эмоций. Как только Эдди открывает рот, на станции визжит сирена. Выбора нет - работа не ждёт. Эдди сжимает запястье Бака и первым бросается одеваться на пожар. Начало дня положено. После вызова Бак проверяет свой телефон и обнаруживает фотоотчёт от Мэй. С Майклом они завершили половину от заданного количества бургеров. Бак отправляет под сообщение смайлик поднятого пальца вверх и быстро фоткает себя в саже. МэйДэй: Хорош сочельник, ничего не скажешь. В душ собираешься? Вы: Уже бегу. Вы: Ветер от моей скорости мог усилить плямя. Вы: Упс. МэйДэй: Ты такой дурак. Вы: Ясно. Вы: Меня в этой семье не любят. Вы: Меня в этой семье не уважают. Вы: Не пишите мне больше, юная леди. МэйДэй: Мам, мне тут написал странный дядька, я его не знаю, но он сказал, что я его не люблю и чтобы я ему больше не писала. МэйДэй: Ой, какой кошмар, извините, мистер, это не вам. Я перепутала контакты. Вы: (( Вы: Это значит, что я не впечатлён. Вы: Никакой оригинальности. Вы: Шутка, повторённая дважды, не смешная. МэйДэй: Ты только что сказал мне это? Ты? Вы: Ты такая злая( МэйДэй: Идите в душ, пожарный Бакли, и не забудь снять перед этим одежду. Вы: Эй! Вы: Один раз было. МэйДэй: Душ зовёт тебя. Слышишь его певчий голос? Это тебе так поют душевые лейки. А как звучит вода в трубах... ммм. Вы: Я попрошу Афину записать тебя к психологу. Вы: Это явно шизофрения - слышать голос душа, ещё и находясь в нескольких километрах от него. МэйДэй: Несовершеннолетним не диагностируют расстройства, ха. Вы: (( МэйДэй: Душ, Бак, пока не вызвали вас снова. С третьей попытки Бак закрывает чат и спешит за остальными в душ. Мэдди он докладывает обновления перед обедом. Готовит Бобби, поэтому у остальных появляется немного свободного времени. Бак на самом деле сидит рядом на кухне, просто наблюдая за Бобби теперь так, без страха на следующий день узнать, что в следующие несколько месяцев им всем предстоит бороться с раком. Бобби, пусть и не любитель лишних глаз при готовке, с пониманием относится к желанию Бака лицезреть живого и здорового его. Бак благодарен за это. В групповой чат с соучастниками сюрприза он пишет, что кто-то с прошлой смены допил весь сок. Афина пишет, что как раз в магазине. Ему даже не надо писать ничьи любимые вкусы - Афина точно все знает. Что насчёт ребят из другой смены... Как бы Бак с ними не дружил, подробностей таких не знает. Эдди плюхается рядом с ним. Спустя несколько часов Бак уже не испытывает гнева, в какой-то момент на вызове он отошёл как по щелчку пальца и даже не заметил изменений. - Мужик... - Я налагаю вето на эту тему, - тут же реагирует Бак. - Эй... - Я всё сказал. Не хочу это обсуждать. - Мне правда жа... - Эдди. - Бак поворачивается к нему на диване. Скрещенные на груди руки и тяжёлый взгляд убеждают Эдди отступить. Весь запал пропадает из его тела. - Нет. Слышать в очередной раз, какой он эгоист и придурок Бак не хочет. Он снова чувствует себя хорошо, впервые за долгое время, и не хочет, чтобы это кончалось. Последние два месяца не прошли чисто, без ям и кочек, но это самое стабильное время за многие годы. Бак не знает, что может спровоцировать возвращение в темноту и рисковать сорваться из-за осуждения не будет. Ему итак никогда не бывает полностью хорошо, даже в радости он не чувствует страха умереть, который так часто видит на работе в других людях. - Хорошо, но можно я останусь тут с тобой? - Эдди неловко наклоняется вперёд. - Конечно, почему нет? - удивляется Бак. - Бобби закончит через десять минут, я рад компании. - Через пять, - поправляет Бобби с кухни. Бак хмурится: он слышал весь разговор? - Ещё лучше. На первом вызове после обеда паникующий мальчик проводит СЛР маме и плачет от страха и от чувства вины за сломанное ребро. Бак не может на него нормально смотреть. Видеть чужие страдания - настоящая мука. Эмпатия обязательно убьёт Бака в будущем. На станцию сто восемнадцатая возвращается в унынии. Они не разговаривают между собой вплоть до необходимости обменяться репликами по работе. Наблюдать боль в праздничные дни, принятые считать одними из самых счастливых в году, подавляюще. К счастью, больше ничего резкого не происходит. Эдди держится ближе к Баку, должно быть, скучая по сыну. Бак в жесте поддержки кладёт руку ему на колено, желая разболтать, что через несколько часов Крис и его бабушкой и тётей будут ждать их на станции. Но сюрприз порче не подлежит, так что как бы грустные карие глаза Эдди не влияли на него, Баку приходилось молчать. Тишину в итоге заполонил голос Чимни, рассказывающего о своих первых больших праздниках на работе. "Иногда я был благодарен, что мой первый День Благодарения я провёл на станции в чистке туалетов и машин". Бак... не придерживается того же мнения, но понять с трудом может. Его-то всё тянет действовать, рисковать, одна мысль о сидении на месте вызывает желание двигаться. Королева Инженерии: У нас всё готово. Денни не терпится увидеть маму. Бак думает об ещё одном ребёнке, который ждал праздника в семье, а в итоге проведёт его в интернате с незнакомцами. С другими такими же детьми, лишённых радостей Рождества. Будучи маленьким, Бак не сильно грустил из-за отсутствия празднования, потому что любое мероприятие дома превращалось в представление. Всё должно быть идеально, вычурно, экстравагантно. Бак ненавидел это каждый раз, как ненавидел и свод правил, выдаваемый ему и Мэдди письменно. Бунтарская сущность Бака ненавидела выслуживаться для родителей, но наказаний он боялся больше. Филипп заставлял его делать что-то дополнительное по дому, запрещал ужинать или что-то подобное. Наказания Маргарет Бак яростно презирал. Её удары не были сильно болезненными, рядовые синяки, остававшиеся на ягодицах и бёдрах, Бак получал на прогулках сам. Унижение. Вот что отвращало больше всего. Стоять перед матерью без штанов в четырнадцать, кто воспримет спокойно? Но дети, оставленные в интернате, наверняка ещё верили в волшебство и Санту. Дети постарше может и нет, но во Флориде Бак волонтёрил в одном центре и помнил, сколько малышей даже спустя годы разочарований ещё надеялись. Он пишет Афине и Карен в отдельный чат. Мэдди получает сообщение чуть позже. Так Бак оказывается в новой суете теперь, когда вся еда готова, участники сюрприза готовы ехать, у них новая задача - дети. Бак написал, что в частных интернатах (а именно в такой отправили мальчика) зачастую устраивают маленькое празднование и дарят подарки, хотя в основном это блокнотики и ручки. Карен тут же расчехлила свои многочисленные подарки своему собственному сыну. Бак, шокированный такой заботой и любовью, окончательно выпал, когда следующим сообщением Карен отправила, что Денни полностью поддерживает идею и только рад отдать всё другим детям. Вы: Карен, расскажи секрет, как родить именно такого сына? Королева Инженерии: От кого рожать собрался? Тиа Пепа: У нашей семьи хорошие гены. Тиа Пепа: Уверена, Эдди тебе не откажет, если ты посмотришь на него своими грустными голубыми глазками. Вы: ... Афина Грант: Эдди ради этих голубых глаз сам родит. Вы: ......... Вы: Рождество омолодило вас? Вы: Я не помню, чтобы на рекламных баннерах в этом году мелькали омолаживающие кремы. Вы: А даже если да, там явно не минут десять лет, а все сорок. Королева Инженерии: Нас назвали старыми? Вы: А меня вообще геем! Королева Инженерии: Есть бисексуалы, милый. Вы: Я натурал. Вы: И от Эдди рожать не собираюсь. Вы: И Эдди от меня. Изабелла: Как жаль, у вас был бы очаровательный малыш. Со скулами Эдди и твоими глазами. Вы: Что за резкое помешательство на моих глазах? Вы: Нет, я не хочу знать. Вы: Пожарный бог, есть ты существуешь, спаси меня от этой вакханалии вызовом. Даже самым странным. То ли пожарный бог, то ли совпадение, их действительно отправляют на причудливую проблему. Девушка переоценила свой организм в борьбе с зубной болью и окрасилась в синий цвет. Весьма необычно даже для Рождества. Бак обязательно запишет это в топ интересных вызовов. Пока они едут обратно, Бак нервно дёргается. Лучшие женщины всех времён предупреждены и работают в поте лица, и всё же Баку страшно, что сюрприз не удастся. Эдди как обычно замечает дёргающуюся ногу и кладёт на неё свою ладонь. Бак отмахивается и игриво подмигивает, чтобы отвлечь. Эдди не ведётся, но Бак упорно молчит. Долгому красному светофору он радуется, одновременно с этим и расстраиваясь. Сидеть в одном пространстве с переживающим Эдди - ещё более нервно, чем сидеть в незнании. Через несколько минут Эдди увидит сына, чего точно не ожидает, и всё его внимание наконец переключится. Да и причина нервозности станет ясна. Реакция оправдала все проблемы и нервотрёпку. Бак первое время остаётся в стороне, наблюдая за объятиями семей. Хен с Карен и Денни, Бобби с Афиной. Мэй и Гарри с Майклом стояли рядом и вскоре присоединились. Больше всего Бак рад видеть Эдди и Криса с бабушкой и Изабеллой и Жозефиной менее, чем в метре. Обе женщины отводят взгляд от младших Диасов и улыбаются Баку. Бак счастлив видеть улыбки на лицах семьи. И счастьем этим дорожит больше, чем обычно, помня о том, как безразлично было раньше и на хорошее, и на плохое. В руках Карен тепло, обнимать её приятно. Это напоминает тяжёлые дни, когда на грани срыва Бак приходил к ней, чтобы не сорваться. Он не против постоять так подольше, но приличное время, отведённое для друзей заканчивается слишком быстро. - Хен вдохновила меня, и я понял, что нам всем стоит погрузиться в волшебство Рождества, - признаётся Бак с первого же вопроса. Хен позволяет ему объятье за плечо и поцелуй в щёку. - Какой приятный сюрприз. Похвала вызывает у Бака широкую смущённую улыбку. Он наклоняет голову вниз и переплетает пальцы рук. Внимание Хен, к счастью, переключается на подозрительно больше количество детей на станции. Ребята из интерната, приведённые сюда с помощью Афины и Карен. Мэдди немного опаздывает, что естественно для Лос-Анджелесских пробок. Бак уже получил от неё сообщение и смеха ради отправил ей фото скучающего Чимни. Это, конечно, не ускорило приезд, но с ответного сообщения можно было посмеяться. Появление Мэдди легко определить по бурному оклику Чимни. С перилл Бак наблюдает за тем, как аккуратно сестра ведёт маму одного из детей. Со сломанным ребром ей сложно передвигаться и уж тем более подниматься по лестнице вверх, поэтому Бак спускается, чтобы помочь. Чимни присоединяется, но Бак не уверен, к Мэдди в первую очередь или к больной девушке. Всего через полчаса веселья дети начинают проситься за праздничный стол. Взрослые не протестуют, сами голодные после дня работы. Бак оказывается между Крисом и Гарри, на что Афина выразительно смотрит на него, а Хен и Эдди обмениваются ухмылками. Что за локальная шутка их связывает, Бак даже знать не хочет. Приятный бонус в том, что Мэдди напротив него. После событий прошлого Рождества лицезреть ей в такой близи уютно и успокаивающе. Еда потрясающая. Вкусная, сытная и трапеза не прерывается вызовом. Бак ест всё, что попадается под руку - лазанью Карен, кесадилью Изабелллы и говядину по-бургундски Афины. Он уверен, что после такого еле запрыгнет в грузовик в случае звонка. Его желудок переполнен и находится сейчас где-то в нирване. Крис и Эдди вместе хлопают его по животу прямо перед тем, как буквально выбежать из-за стола с подлым хихиканьем. Бак бы погнался за ними, да не уверен, что не блеванёт в таком случае. Жозефина любезно предлагает отругать их, но Бак со смешком отмахивается. Смех его мальчиков Диасов вполне стоил неудобств. Изабелла хмыкает и заводит разговор о новой учебной программе в школе Криса, которую им предложили рассмотреть для перевода. Бак слышал об этом от Эдди, однако рад обсудить не только с ним, но и с двумя другими людьми, вовлечённых в жизнь Криса. Дети потихоньку покидают стол. Мэй предлагает начать раздавать подарки и ухватывает для этого Гарри. Тот не наполнен тем же энтузиазмом и всё-таки быстро втягивается. Баку нравится наблюдать за улыбками детей. Некоторые из них в интернате давно и много лет не проводили Рождество вне одних и тех же стен. Крис и Эдди в стороне тоже наслаждаются эмоциями гостей. Бак встаёт со своего места и спускается вниз за подарком Крису. Мэй он подарил желаемую кофту ещё вчера, поскольку она хотела надеть её на праздник, когда станет попрохладнее. Гарри и Денни получат свои позже. С Карен и Хен он купил Денни фотоаппарат мгновенной печати (мамы одобрили, а не помогали выбирать). Гарри из всех детей выбрать было сложнее всего, поскольку его Бак знал хуже, но Мэй подкинула идею приобрести именную кепку с номером игрока из футбольной команды, за которую болеют Майкл и Гарри. Коробка Криса спрятана в рабочем шкафчике, завёрнутая в любимый цвет ребёнка - зелёный. Через месяц он захочет перекрасить комнату в новый цвет-фаворит, а сейчас заставлял отца покупать исключительно светло-зелёные носки. Эдди и рад потакать безобидным прихотям своего сына. Бак его понимает, ведь сам не может устоять. Слаб он перед детьми, что сказать. Лим воспитывал свою племянницу, Бак иногда виделся с ней во время встреч в спортзале. Девочка - настоящее очарование, Бак обожает сидеть с ней, пока Лим занимается с другими парнями и девушками. Сам Лим редко выходил на ринг, но контролировал гостей на нём. Преимущественно военные с ПТСР могли предоставлять опасность для себя и других, а потому Лим желал самостоятельно убедиться в компетентности всех новичков в зале. За Баком он также приглядывал в первый месяц, несмотря на рекомендацию от собственного брата. Бак не видел причин обижаться, понимал. Да и Стив последние годы не вызывал доверия: алкоголь, наркотики, тюрьма и оставленный без присмотра ребёнок. Такой себе послужной список. Так что да, слабость перед детьми. Особенно девятилетними мальчиками, которые смотрят на него зелёными любящими глазами и восторженно благодарят за набор новых видеоигр. Бак чувствует себя желейным, когда Крис обнимает его и шепчет на ухо благодарности. Эдди шутливо жалуется, что теперь Криса будет не оторвать от телевизора, но тепло его улыбки не может обмануть Бака. Он замирает, когда ловит его взгляд. Смотреть снизу вверх, все ещё на коленях рядом с Крисом, непривычно, Эдди сегодня выглядит непозволительно красивым. Бак надеется, что его будущая девушка будет ценить и нежный взгляд, и мягкое подёргивание уголка губ, и всю заботу, которая переполняет Эдди и находит свой выход только в отношении сына. Эдди не заслуживает ничего меньшего. Как лучший друг, Бак убедится в каждом будущем партнёре. Даже если Эдди начнёт встречаться с жабой. "Никогда не буду готовить лягушачьи ножки из французской кухни" панически думает Бак после этой мысли и сам смеётся со своей глупости. С Крисом он в конце концов расстаётся, чтобы проверить отошедших в сторону Бобби и Афину. Он хочет лично поблагодарить Афину за руководство сюрпризом и невероятную помощь в организации. В сообщении это как-то некультурно и не передаёт всю глубину слов. Подходит Бак как раз тогда, когда Афина оглядывается на него и произносит: - Эльфы есть не только у Санты. - Бак смущённо смеётся и садится на соседний стул. - Бак, спасибо тебе за помощь. Желаю в новом году использовать эту светлую голову во благо, а не во зло. - Я поставлю это во главу списка целей, - весело хмыкает Бак, но не может не почувствовать укол сомнения. Афина намекает, что он был очень плох? Она осуждает его? Обижена? Расстроена его поведением? До сих пор? Считает его виноватым во всём? Бак отгоняет тревоги в сторону и оставляет разбираться с ними будущему себе. Его руки касается тёплая ладонь Афины. Должно быть она заметила его метания и поспешила успокоить. Бак принимает утешение, впитывает физический контакт, как губка. Бобби рассматривает что-то в стороне, затем встаёт, целует Афину и уходит к кому-то. Бак восхищается переглядками супругов и той всепоглощающей любовью в выражении лица Бобби при взгляде на жену. Два совместных года хватило им на построение таких крепких, полных преданности и чувств, отношений. Как удивительны бывают человеческие союзы. Кто-то за двадцать лет не может построить элементарного взаимопонимания, кому-то хватает времени до брака и романтики. Бак верил во вселенную, верил в знаки и верил в родственных душ. Афина и Бобби были их определением. Два невозможно влюблённых человека, два надёжных сердца в руках друг у друга. - Мам, Мэй надо мной издевается, - к ним подбегает Гарри. Сразу за ним Мэй. - Не правда, - усмехается она. Явного конфликта между ними нет, больше шутливые поддразнивания. - Гарри пролил сок на стол и испачкал свою футболку. - Ты виновата! - Твоя пугливость - не моя забота. Бак не скрывает ласковой улыбки. Афина рядом тоже умиротворённо качает головой. - Ничего страшного нет в пролитом соке, если ты его тут же убрал. - Афина поворачивается к Баку. - Однажды он проспал Рождество. - Мама! - Гарри громко восклицает. - Ну зачем. - Играл всю ночь, вот мы и не смогли разбудить его утром, - веселится Мэй. - В итоге папа вынес его к столу и от запаха еды пробуждение настигло нас. - А кто бы не проснулся, чтобы поесть то, что приготовлено в вашем доме? Клянусь, даже Эдди сможет создать там шедевр во плоти. - Афина моргает на него. - Ладно, он там даже не окажется. На этот раз Афина одобрительно качает головой. - Неужели Эдди так плох? - спрашивает Гарри. - Я не верю. - Конечно нет, - Бак складывает руки на коленях. - Но шутить мы на эту тему любим. Это весело, и пока Эдди не обижается, у нас нет причин заканчивать. - Справедливо, - отмечает Мэй. - Хотя парень из класса по французскому не умеет готовить по-настоящему. Пришли к нему как-то несколько ребят на ночёвку, ушли с пищевым отравлением. После этого парень бросил французский. - Я бы тоже сгорел со стыда, - Бак морщится. - Только я не из класса перевёлся бы, а из школы. Сразу в другой штат. - Ты не можешь быть серьёзным, - смеётся Гарри. - Это не так плохо! - Для меня - именно так, - Бак понижает голос до шёпота, притворяясь, что это заветная тайна. - Я очень боюсь позора. До смерти. - Да не может быть, ты же... Бак! - Гарри неопределённо взмахивает руками. - Ты ведёшь себя как клоун, чтобы рассмешить того, кому грустно. Всегда. У тебя нет проблем с тем, чтобы выглядеть глупо. Бак горько усмехается. - Есть разница между тем, чтобы поднимать людям настроение и тем, что тебя все ненавидят или смеются над тобой. - Это странно. Гарри не понимал, но и не должен был в своём маленьком возрасте. Бак не продолжает разговор, задумчиво сосредотачиваясь на неровных ногтях правой руки. Афина вскоре сжимает его пальцы, Бак поднимает глаза и обнаруживает, что Мэй за столом уже нет. - Пойдём на общее фото, - встаёт с места Афина. Гарри вскакивает следом. - Все начинают собираться. Позировать для серии фотографий азартно. Бак меняет положение тела несколько раз во время процесса, что немного смешит остальных. В итоге он расслабляется и заканчивает тем, что приобнимает Мэдди и Эдди. Двух важнейших людей в его жизни. - Нашей стены скоро перестанет хватать для всех рамок, - жалуется Хен, пока просматривает обогатившуюся за вечер галерею. - И половина - это рождественские фотографии. Как мы можем делать так много удачных снимков? - В гостиной ещё много места, - предлагает Карен. Она сидит на подлокотнике кресла Хен и придерживает себя за её плечо. - Уместим в любом случае. - Надеюсь, - скептически хмыкает Хен. - Эй, Бак, а ты тоже любишь всё фотографировать. - К разговору подключается Денни. Он подпрыгивает от перевозбуждения после бурного вечера и большого количества сладкого. - У тебя сохранились фотографии Рождества с детства? Мэдди и Бак одновременно замирают. Молчание на очевидно лёгкий вопрос привлекает внимание остальной команды. Чимни хмурится за спиной Мэдди, Бобби и Афина подозрительно переглядываются, Эдди передвигается и встаёт за спиной Бака. - Нет, - наконец выдавливает из себя Бак. - Почему? - не замечающий общего смущения продолжает Денни. - Мы... не отмечали Рождество, - признается Бак с пожатием плеч. - Не заведено было. Так что мои самые старые рождественские фотографии датируются две тысяча одиннадцатым годом. Но тебе их лучше не видеть. - Бак вспоминает, как отметил праздник в первый раз в сомнительной компании и чуть не умер от алкогольного отравления. - Что? Как? - Денни подскакивает к нему, но глазами ищет другого человека. - Мэдди, что случилось с вами? Почему вы никогда не отмечали Рождество? Это же особенный праздник! Для всей семьи. Мама Хен и мама Карен всегда устраивают нам что-то особенное. Мэдди подходит к Денни ближе и присаживается на корточки. Бак чувствует, что объясняться сейчас будут не только с маленьким мальчиком. Бобби внимательно за ними следит. - Когда я была совсем крошкой, - Мэдди практически соединяет большой и указательный палец, - мы отмечали все-все праздники, обещаю. А потом... - она останавливается, будто не уверена в том, как продолжить. - Были причины забыть обо всём. - Это грустно, - Денни складывает руки на груди. - У всех должно быть лучшее Рождество каждый год. - И оно есть у нас с Баком сейчас, да? - Мэдди окидывает взглядом всю команду и разводит руки Денни, чтобы взять их в свои. - Посмотри, сегодня с нами много-много счастливых детей. И все остальные счастливы. Это не главное? - Но я хочу, чтобы все всегда были счастливы, и вы с Баком тоже. Почему ваши родители не позаботились об этом? С ответом Мэдди не находится. Нужды в этом и нет - Карен и Хен уводят сына в сторону. Успокоить и вернуть праздничное настроение, догадывается Бак. Даже мило, что Денни так взбесило детство Бакли, но Бак предпочёл вообще не поднимать эту тему. Он свыкся, привык к укладу жизни в Хёрши, но от коллег теперь точно поступят вопросы о детстве. Хотя надежда на тактичное молчание есть. - Бак, - Крис дёргает его за рукав формы. - Оставайся с нами сегодня. Дом Тиа Пепы достаточно большой, а если что, поспишь с папой. Это будет идеальной завершение идеального Рождества. Бак хихикает над предложением Криса. Однако стоит ему поймать взгляды остального семейства Диас, он понимает, что Крис не единственный инициатор. Неловкость последних минут побуждает его съёжится. - Извини, приятель, но моё любимое одеяло есть только в моём лофте, а без него я не засыпаю, - притворяется Бак в мягком отказе. - Мы может заехать за ним! Да, папа? - Крис оборачивается на Эдди. Бак не даёт ему шанса ответить раньше. - Уже поздно для этого, тебе скоро спать. Я останусь с тобой на ночёвку как-нибудь позже, я обещаю. - Честно-честно? - доверчиво интересуется Крис. - Конечно, - Бак прикусывает губу. - Я никогда тебя не обману, Супермен. На мизинчиках? Он протягивает вперёд руку с оттопыренным пальцем. Крис с энтузиазмом подхватывает. - На мизинчиках! Не ощутить на себе взгляд Мэдди Бак не может. С нежностью она наблюдает за их обменом обещаний, привычкой, возникшей ещё в детстве. И только для самых близких. Эдди смотрит так же интенсивно, впрочем, протестов насчёт отказа от ночёвки, не поступает, чему Бак рад. Он только начал учиться не говорить о себе слишком много, как и просил Эдди, и не уверен, что выдержит допрос с пристрастием. А Эдди не упустил бы свой шанс, оставшись наедине. "Прозвучало слишком много "Я"" больше не повторится. Дома Бак... не тосклив. Вопреки несвоевременно поднятым неприятным темам, день прошёл на отлично, и возвращаться в пустой лофт после дня в компании не грустно. На самом деле Бак наслаждается одиночеством. Тишина после нескончаемого шума расслабляет уши. Эйфория Бака не яркая, не громкая, она незаметная, проявляется в спокойствии и молчании мыслей. Он не думает ни о плохом, ни о хорошем. Просто ни о чём. В голове пусто, легко. Так, как давно не было. Бак наслаждается самим собой. Бак думает разобрать коробки, разложить вещи по местам, придумать новую систему ради интереса, выбросить письма и забыть о последних месяцах. Они прошли, все двигаются дальше и у него снова есть семья, почему бы не вернуть и дом в привычное состояние спустя долгие два месяца? Бак не двигается с места. Он знает себя. Знает, что даже если сейчас ему радостно и светло, не пройдёт много времени, прежде чем он снова окажется в пучине собственных переживаний. Уйдёт ли на это день, неделя или месяц, Бак раз за разом будет возвращаться к отправной точке - состоянию вечной борьбы. Так есть ли смысл пытаться что-то изменить? Возможно порядок среди вещей и помог бы ему, рутина и чистота пространства вокруг всегда благоприятно влияли на состояние, но достаточной мотивации в настоящий момент Бак не чувствовал. Завтра или в любой другой выходной день начать уборку тоже нормально. Балкон принимает его в распростёртые объятья. Бак опирается на перила с неоткрытой бутылкой пива в руках. Улицы украшены в рождественские украшения, освещение ярче, чем когда-либо в году. Час поздний, люди потихоньку возвращаются в дома. Пройдёт немного времени, прежде чем диспетчеры девять-один-один получат сотни звонков от пьяных людей по поводу самых разных ситуаций. Бак рад, что его следующая смена только через сутки, как раз тогда, когда первичный хаус поутихнет. Пиво полчаса спустя так и остаётся нетронутым. Бак возвращается в лофт и загоняет его к дальней стенке холодильника. Прохладный декабрьский ветер привёл волосы Бака в беспорядок. Бак приглаживает их, пока моется и чистит зубы. Подсохнувшие, они спадают на его лоб длиннее, чем когда-либо за последние годы. Вы: Как думаешь, стоит стричься? Он отправляет это сообщение с прикреплёнными фотографиями в три чата, ответ от одного из собеседников приходит мгновенно. МэйДэй: Шутишь?!1 Ты кудрявый??? БАк, не смей никогда больше скрывать эти кудряшки, умоляю. Если понадобится, я свяжу тебя и не дам пойти к парикмахеру, клянусь. Бак хихикает и печатает ответ. Быстро устающая последнее время Мэдди точно видит десятый сон, Эдди наверняка уже уложил Криса и сам лёг спать, поэтому совета от них раньше утра ждать не стоит. Впрочем, Бак не против учитывать только мнение Мэй. Кудряшки так кудряшки. Всё равно гель для укладки заканчивается.