Позволь мне войти в твоё сердце

***

      Довольно быстро пролётело ещё несколько месяцев войны за бывшую столицу Сянлэ. Озлоблённые духи наконец были уничтожены непревзойдённым генералом Сюаньчжэнем, но оставалось ещё войско Юнъаня. Из-за долгой несправедливости, что с ними случалась долгое время, они были как никогда злы на правительство Сянлэ и мечтали уничтожить государство без остатка. Безликий демон подарил им надежду, дал им силы для борьбы, предоставил оружие и провизию; он сделал всё возможное, лишь бы этот хаос продолжался.        Фэн Синь кратко поведал Лун Чжэну о демоне в белых одеждах, и они вместе несколько раз осматривали территории, где Сянлэ-трио видели его в последний раз, но ничего не удалось выяснить. Безликий Бай бесследно исчез.       Фэн Синь не стал больше заострять на нём свое внимание; важнее всего было в данный момент спасти обычных людей от юнъаньских мятежников и разбойников, любивших наживаться чужими богатствами. Но порой его охватывало такое беспокойство, что он не мог сомкнуть глаз, до самого рассвета. Мысли об этом чудовище не давали юноше покоя, всё это казалось очень подозрительным. Он всё ещё помнил полные страха и безумия глаза принца, когда тот впервые встретил эту тварь в белых одеждах.       « Возможно ли, что демон в маске при жизни был одним из людей Юнъаня и умер с ненавистью в сердце к людям из столицы, а, обратившись демоном, просто мстит? »       « Почему именно сейчас эта тварь в маске исчезла? Что ему было нужно? »       « Что сейчас с императором и императрицей, а главное что с Его Высочеством, как он сейчас и почему он его прогнал? »       Все эти тревожные мысленные терзания грубо прервал Лун Чжэн. Быстрым шагом он влетел в его палатку, видимо, чтобы проведать товарища, но запнулся на полпути об разбросанные сапоги лучника и приземлился перед юношей прямо на одно колено, согнувшись пополам, и как ни в чём не бывало, с усмешкой сказал:        – Мой господин, надеюсь, вы позволите этому недостойному лично омыть ваши ступни перед отходом ко сну и не желаете ли вы отобедать лучшими яствами прямо на природе, глядя на наши скромные представления?       От этого «поклона» и услышанных слащавых речей Фэн Синь сначала оторопел, а потом резко взорвался со смеху и покатился с кушетки на пол, ударившись головой об её поручень.       «Как же легко рассмешить этого мелкого поганца, никак не могу привыкнуть», – с улыбкой подумал Лун Чжэн.       – Твою ж… Блять! Иди к чёрту. Что ещё за «мой господин»? Нечем заняться? – хохотнул юноша, вытирая слёзы с уголка глаза и потирая ушиблённое место на затылке.       – Эй, ты хандришь уже несколько месяцев, да и вид у тебя жалкий какой-то. Вот хотел развлечь тебя, – сказал Лун Чжэн, вставая с колен, и с ожившим блеском в глазах продолжил:       – Ещё сегодня ночью наши устраивают небольшую пирушку. Не с таким размахом, как во дворцах это делают, конечно, но думаю, будет сносно.       – А? Пирушку? Разве есть сейчас время на развлечения? У нас завтра много дел. Мои солдаты должны быть отдохнувшими, а не убивать всё живое вокруг своим перегаром.       – Не волнуйся, А-Синь, наши орлы крепки не только духом, но и телом, – с гордостью заявил мечник. – Тем более Сяо Мин сам лично готовил нам, на вид что-то съедобное, ещё и не плохое вино достали. Думаю нам всем нужно отвлечься, и этот вечер прекрасная возможность.       Лун Чжэн, не дожидаясь ответа, схватил Фэн Синя за руку и потащил в сторону костра, где уже собралась шумная толпа. Сяо Мин, с лицом, испачканным сажей, гордо помешивал котёл, от которого исходил аромат, способный воскресить даже мёртвого.       — Смотри! — Лун Чжэн крикнул, указывая на котёл. — Наш кулинарный гений сегодня приготовил нечто особенное. Называется «Суп мужского величия». Если попробуешь, сразу перестанешь хандрить!       — «Суп мужского величия»? Это же обычная похлёбка, — Фэн Синь поднял бровь, скептически глядя на бурлящую массу. — Это что, новый способ отравить нас всех?       «Что это ещё за мужское величие такое? Кто будет давать такие громкие названия этой гадости?»       И тут юноша вспомнил, как матушка-императрица не раз норовила угостить своими блюдами со странными названиями; от одного воспоминания той стряпни у Фэн Синя скрутило живот.       Сяо Мин обиженно надулся:       — Я старался! Это мой фирменный рецепт. Секрет — в особом остром соусе, который я нашёл в заброшенной деревне. Там сказали, что он придаёт больше физической силы и мужской энергии, и … эээ… поговаривают, что он может даже увеличить корень ян.       Последнюю фразу повар уже произнёс почти шёпотом, так что её могли услышать только Лун Чжэн и Фэн Синь. Оба юноши только начали с аппетитом поедать похлебку, но после услышанного синхронно громко закашлялись и глупо глядя друг на друга, расхохотались. ( Но выплевывать её не стали).       В тот вечер они неплохо повеселились. Фэн Синь, расслабившись на свежем воздухе, спокойно присел на большое поваленное дерево и, молча поедая баоцзы, смотрел на звёздное небо. Оно было прекрасно. Воздух наполнился свежим благоуханием и убаюкивающими звуками цикад, а тёплый южный ветер колыхал его непослушные волосы. Позади юноши до сих пор доносились звуки пипы и безудержного веселья солдат.       Фэн Синя весь вечер не оставляло чувство, что кто-то за ним пристально наблюдает. Он несколько раз пытался незаметно проследить за своим окружением, но ему так и не удалось понять, кто это был.       У лучника ещё с ранних лет было развито чутье на подобные вещи, ему не могло показаться. Ранее, когда он был телохранителем Его Высочества, юноша не раз ловил злоумышленников, только затылком чувствуя недобрый взгляд в сторону принца. Тут ощущалось не только взгляд, это было чьё-то незримое присутствие, но оно не вызывало враждебности, скорее наоборот, оно было чем-то до боли знакомым и даже чем-то родным. Чувствуя, что он в безопасности, Фэн Синь шумно выдохнул, но сильно расслабляться не стал, держа ухо востро.       — Опять созерцаешь природу в гордом одиночестве? — спросил Лун Чжэн, направляясь с целой миской какой-то необычной стряпни, скорее всего приготовленной тоже Сяо Мином.       — Здесь неплохо, отсюда даже кажется слышно звуки морского прибоя. Они мне напоминают времена, когда я был ещё мелким сопляком. Отец часто брал меня с собой в военные походы, хотел обучить меня военному ремеслу и за одно хорошо владеть мечом, мы часто останавливались и тренировались прямо на берегу моря, но мне всегда казалось, что махать мечом как-то не по мне. Поэтому моя мать, предложила мне продолжить нашу семейную традицию и показала мне, как стрелять из лука, прежде чем, меня отдать служить в армию.       — О, так вот ты откуда так хорошо управляешься с луком. Женщина, владеющая оружием, — это поистине устрашающе. Я думал, тебя этому научили в армии, — удивлённо проговорил мечник.       — В армии такому не научат. Моя мама рассказала мне о многих хитрых приёмах стрельбы, она была хороша. Но как вспомню, как она меня наказывала... аж в дрожь бросает.       — Тебя наказывали?       — Бывало иногда, — усмехнулся Фэн Синь, проводя ладонью по густой шевелюре. — У меня далеко не всегда выходило всё с первого раза, а мама… чёрт… как бы это мягко сказать… была очень вспыльчивой женщиной, а её подзатыльники были лучшей мотивацией.       Лун Чжэн мягко улыбнулся и, глядя своими ярко-голубыми глазами на юношу, хотел что-то ему сказать, но слова застряли в горле. Он заинтересованно перевёл взгляд на оружие, лежащее в траве возле них. Обычный длинный чёрный лук с колчаном стрел, но, если присмотреться внимательно, у лука была необычная резьба, достаточно тонкая и изящная работа. Фэн Синь, несмотря на свою неряшливость и полный хаос, обычно творившийся с его вещами, никогда не оставлял лук где попало и явно им очень дорожил. Проследив за взглядом своего товарища, лучник ответил на его немой вопрос:       — Мой отец подарил мне его на моё десятилетие. Это что-то вроде традиции, что ли. По легенде, в нашей семье много сотен лет назад вознёсся как Бог Охоты один небожитель. Он в совершенстве владел воинским искусством и был лучшим стрелком. Его божественный лук Фэншэнь, как говорят, устрашал своей мощью. Как рассказывал мне отец, им мог управлять только небожитель с огромным духовным потенциалом; его стрелы всегда попадали точно в цель, он мог поразить даже самое немыслимое чудовище, рассекать моря и горы, и, по легенде, с его помощью можно было найти даже свою любовь.       — О, какое любопытное оружие! Хотел бы я себе такое и как именно оно помогает найти вторую половинку?       — Ну, — Фэн Синь усмехнулся, поднимая лук и проводя пальцами по резьбе, — говорят, что если ты действительно достоин, он сам приведёт тебя к тому, кто станет твоей судьбой. Ну, знаешь, как в сопливых историях: стрела летит, а ты бежишь за ней, пока не наткнёшься на свою вторую половинку. Выпущенная тобой стрела не может причинить вред твоей возлюбленной.По прототипу этого божественного оружия и делаются луки в нашей семье.По мне, бабский бред какой-то. Это лук Бога Ветров, он создан, чтобы всякую сучью дрянь уничтожать, а не бегать по харчевням за бабами!       — Почему же бред? Очень даже занятная история, а как звали ваше божество?       — Да чёрт его знает! Никто не знает, как звали этого небожителя, и ни одного подобного храма в его честь я не встречал, так что думаю, это бред собачий.       — Всё же эта легенда ничего, что-то романтичное в ней есть. Да и кто знает, А-Синь, может, и тебе когда-нибудь придётся оббежать полмира по велению твоей «стрелы», хотя боюсь, если хоть одна барышня услышит твою брань, то бедняжка скорее предпочтёт спрыгнуть со скалы, — с издёвкой отметил Лун Чжэн и похлопал его по плечу.— Что ж, думаю, нам пора идти спать. Завтра нам многое нужно будет сделать, юньанцы уже близко. Не успеет и догореть палочка благовоний, как мы их уничтожим всех до единого. У меня очень хорошее предчувствие, но всё же расслабляться не стоит.       От былого веселья на лице Фэн Синя не осталось и следа. Нахмурив брови и поджав губы, он резко встал и ударил кулаком о рядом стоявшее дерево. Ему не терпелось собственными руками покончить с солдатами Юнъаня, с людьми, что посмели разрушить его дом. На красивом лице лучника отчетливо читались решимость и гнев. Сжав кулаки, он хмурым взглядом вглядывался вперёд. Разглядывая его мощный силуэт, Лун Чжэн увидел перед собой уже не просто юношу, а настоящего храброго и смелого мужчину. Он всем телом почувствовал эту сильную ауру и невольно подумал:       «Фэн Синь, тебя ждёт великое будущее. Даже если ты не станешь самым выдающимся генералом какого-нибудь государства, то точно когда-нибудь вознесёшься на Небеса, я так чувствую».       Но кто бы мог подумать, что это «когда-нибудь» наступит так скоро.       На рассвете следующего дня с первыми лучами солнца,началась бойня. Их тактика, придуманная вместе с Лун Чжэном, прекрасно сработала. Мечник загонял юнъацев к морю, заманивая их в ловушку, а Фэн Синь с остальными солдатами поджидали подходящего момента. И когда он настал, они неожиданно напали на них из засады, сначала обрушив на них дождём из стрел, а затем и сами ринулись в бой.       Молодой воин, чья кровь кипела в жилах, летел на своём коне впереди всех и видя за собой почти всех солдат. Фэн Синь сражался, как дикий зверь, попадаться е у на пути было опасно. Его храбрость и смелость вдохновила остальных на подвиги. Эта была поистине грандиозная битва.       Лучник умудрился сбить какого-то здоровяка и оседлал сразу двух коней, стоя ногами на двух спинах одновременно, он не переставал пускать стрелы во врага, стараясь защитить, тех кто был недостаточно опытен в бою. Что солдаты Юнъаня, что свои, не могли оторвать глаз от этого смельчака. На фоне рассветного солнца, красивое лицо этого мужчины казалось ещё опаснее и вдруг вокруг него начала витать странная аура, словно тысяча солнц освещала его облик.       И тут случилось нечто, что заставило всех замереть. Фэн Синь вдруг почувствовал, как будто его голова раскалывается на двое, а ушах он услышал, что-то похожее на громкий звон колокола.       – Что за чёрт?! – выругался он, но не успел закончить, как содрогунись Небо и земля, и вознесся новый небожитель– совершенный владыка Цзюйян!