Сектор 0

      Восстановление для Лукаша стало рутиной, всё это время ему было невыносимо тяжко. Иногда к нему приходили его братья по оружию, но бурные тренировки поглощали практически всё их время. В Лукаше будто угасал запал, но быстро возвращался в диалогах с ребятами. Никому не было известно, надевал ли он маску благополучия при других или ему правда не хватало простого общения, но в одиночестве он много думал. Вскоре Лукаш благополучно встал на ноги и присоединился к тренировкам с товарищами.       Просторный тренировочный зал, напитанный потом, металлом и постоянными звуками битв, жил своей жизнью — размеренной, сосредоточенной, тяжёлой. Воздух дрожал от напряжения, будто струна, натянутая на грани срыва. Майя стояла у окна, опершись плечом о косяк, глаза бегали по троице, словно сканируя каждое движение, каждую мелочь. Её работа зависела от их стабильности. А её место в Nexum — от их успеха. Понижение значило бы потерю влияния, а значит — конец. Но какой конец — не знал никто, до этого организация не ударяла в грязь лицом. Но теперь это было не только о карьере. За эти недели она... привязалась. Не как к друзьям. Как к нестабильному эксперименту, в который вложила больше, чем планировала.       Каспер — гибкий, как хлыст, с его вечно дерзким выражением лица — перекатывался по матам, как будто сражался с воображаемым врагом в танце безумия. Его движения были хаотичны, но в этом был порядок, словно каждый рывок был частью плана, известного только ему. Лукаш же молча избивал грушу, глухо, яростно, как будто в каждом ударе было что-то личное. Он не бил — он мстил. Себе, системе, прошлому. А Филипп... Филипп сидел на полу, скрестив ноги, как монах. Его губы шевелились, глаза были прикрыты. Тренировка шла внутри. В его мире. В его голове. — Вы вообще задумывались, почему нас троих собрали в кучу? — вдруг затрансировал Филипп на перерыве, не открывая глаз. — Очевидно, потому что мы ЛУЧШИЕ, — фыркнул Каспер. — И никто из них не хочет соревноваться с ЛУЧШИМИ. — Не смешно, — отозвался Лукаш. — Он серьёзно. Я тоже думал об этом. — Мы ведь пересекались с другими группами, — продолжал Филипп. — У них есть способности. Неплохие. Но... будто они по инструкции сделаны. А у нас всё как-то... рвано. На излом.       Он постучал пальцем по своему виску: — Как будто у нас внутри всё натянуто. И кто первый рвётся — тот и опасней. — Или полезен, — усмехнулся Каспер. — Помнишь, как я загрузил в тренировочный симулятор танец под попсу и поставил всем звуковую ловушку? Там инструктор чуть не оглох. — А потом ты решил, что заказать плюшевые игрушки в терминал охраны — это хорошая идея, — добавил Лукаш. — Ты наглухо отбитый, Каспер. — Это была проверка реакции, — с достоинством сказал Каспер. — Ну и настроение поднять. В этом Нексуме все такие скучные, ходят с натянутыми сложными мордами. Филипп, ты кстати такой же. Ассимилировался, наверное.       После небольшой паузы Каспер вскрикнул: — Кстати, мы ведь не рассказывали друг другу, как попали в отряд. Может, пора уже, раз мы друг с другом знакомы уже почти 2 месяца? — Ну, я однажды попытался влезть в голову Лучевскому, — выдал Филипп спокойно, будто говорил о погоде. — Он стоял рядом, наблюдал, когда я тренировал ментальный импульс. Я подумал — почему бы и нет? Сконцентрировался, запустил волну. Нащупал… и в тот же миг будто упёрся в стену. Не просто стену. Стену с шипами. Отдача была такой, что меня вырубило на месте. Потом три дня мигрени, кровь из носа. — И что он? — спросил Каспер, глаза загорелись. — Посмотрел на меня как на говно. Я ему сказал: «Ты либо сломан, либо что-то скрываешь. Интересно, что больнее — твои мысли или моя голова?» И через полчаса переговоров за стеной меня записали в этот «отряд». Где, кстати, никого на тот момент ещё не было. — Он правда жуткий тип, — пробормотал Лукаш. — А ты чего сюда попал? — спросил Филипп.       Лукаш вздохнул, будто взваливая на плечи весь зал. — Сорвался. На тренировке. Инструктор... сказал не то. И я — хрязь. В ярости не помню ничего. Помню только, как повалил его и бил, пока руки не онемели. Тогда появился Лучевский. Молча оттащил меня. Не избил, не крикнул. Просто посмотрел и сказал: «Ты идёшь в отряд отбросов». С того дня — я тут.       Каспер не удержался от усмешки: — А меня этот длинный хер просто расчленил. В буквальном смысле. Когда узнал про плюшевые игрушки, лично отрезал мне руки и ноги. Не злой, не орущий, просто холодный. Конечно, я сразу начал восстанавливаться и тогда у него спросил: «А если я ещё раз что-нибудь такое выкину — ты меня убьёшь?» Он ответил: «Нет. Просто оставлю живым, чтобы ты видел, как остальные умирают из-за твоей тупости». Романтика. А ты, Нейр?       Нейр молча сидел подальше от остальных, витая в облаках. Вопрос Каспера током прошелся по всему телу и отдался в мозг. — А? Я? — Да… Ты что-то притих. Что-то случилось? — беспокойно вопросил Лукаш. — Я… На первой же тренировке мне дали двух привязанных к столбам искажённых. Полигон выглядел иначе, наверное он был предназначен для шишек повыше... Я не смог убить искажённого, этот Лучевский… Он говорил, что я ошибка, что мне просто повезло выжить в 12 Секторе. Я взял глефу и хотел его убить. Я хотел показать, что я не слаб и не буду жить по такому же протоколу, как раньше, но выполнять задания других людей. Я не поверил в свободу, к которой они двигаются. — Нейр нервно выдохнул, — Не успел я и моргнуть, как глефа полетела на пол, а меня бьют лицом о бетон.       Филипп помолчал, потом транслировал: — А вдруг это всё не наказания? А отбор? Типа... стресс-тест. Может, мы не аутсайдеры. Может, мы — те, кого он собирает. Типа, чтобы мы не считали себя лучшими бойцами со сверхспособностями. Все мы оказались слишком своенравны, поэтому нас и определили в отдельный отряд, не похожий ни на один другой. — Слишком хитро для него, — буркнул Лукаш, но глаза у него заблестели. — Хотя… знаешь, когда я тогда сорвал с него повязку… я увидел, что за ним. Там...       Раздался голос Майи. Чёткий, безапелляционный: — Сбор через три минуты. Новое задание.       Она стояла у входа. Спина ровная, руки за спиной. Как командир перед строем. — Сектор Три, аквапарк. Вспышка бурого шума. Местность запечатали, заражение минимально, жертв нет. Пока что. — Вода сходит с ума, — пробормотал Каспер. — Охренеть. — Не справимся — команду распустят. Последствий не озвучили. Думаю, лучше не проверять. — С усталостью произнесла Майя.       Она развернулась и ушла. Оставив в воздухе ощущение отсроченного приговора. — Знаете, — транслировал Филипп, поднимаясь. — Какими бы мы ни были, если они нас собрали вместе, значит, что-то в нас есть. Что-то, что пугает. Или что-то, что необходимо. — Или и то, и другое, — ответил Лукаш, надевая броню.       Четверо бойцов молча направились за Майей. Перед ними — Сектор 3. Аквапарк. И, возможно, финальный шанс доказать, что они — ни отбросы, ни аутсайдеры, а нечто большее.