Моё место

      Как можно было такое ляпнуть? Котийяр совсем рехнулся, эти его «проверки» каждого сводили Киллиана с ума. Кил (любимый невротик): ты ахуел. Если бы он мне не поверил, то я бы лично тебя утопил в том озере, из которого Гильермо тебя достал. (22.30) Дарси (хасс унд либ): дорогой, ты мне «спасибо» должен сказать. Теперь ты знаешь, что он нормальный. А прошлые были слабые. (22.30) Кил (любимый невротик): хорошо, что про них я тебе не говорил, изначально. Скэриэл в таком ужасе был, ты совсем рехнулся такое ему пиздеть. (22.31) Дарси (хасс унд либ): всегда пожалуйста, любимый😍💕 (22.31) Кил (любимый невротик): да иди ты🖕(22.32)       Дарсериан был хорошим другом, несмотря на такие «казусы». Он дорожил Киллианом, и принц это знал, но в этот раз Котийяр зашел намного дальше, чем когда-либо. Он сам не понял в какую опасность поставил друга. Что, если бы Скэриэл не принял правду?       Отец вошёл как раз вовремя. Киллиан соскочил с кровати. — Пап… — Паскаль уже сказал, что ты в состоянии «впервые его таким вижу», что случилось?       Лукиан подошёл ближе и предложил присесть обратно. Киллиан был близок с отцом, было это связано с тем, что тот его с детства учил фехтованию или с его силой извлекателя, что передалась ему от дяди, неизвестно. Рассказать Лукиану о своих проблемах было легче, чем остальным членам семьи, но все же непросто. Несмотря на сильную связь с отцом, Киллиан всегда старался скрывать свои промахи, неудачи и беды, он хотел показать отцу, что идеален, хотя прекрасно знал о том, что Лукиану это доказывать не нужно.       Отец смотрел на него выжидающе. Неужели так видно, что что-то произошло? В голове вспыхнул образ Скэриэла, что пару часов назад также сидел и ждал ответ на интересующие его вопросы. Киллиан отмахнулся от этих воспоминаний. — О том, кто я, знает ещё один человек. — Килли, мы ведь обсуждали… — Я помню! Пап, он точно не предаст.— Киллиан знал, что это «пап» действует всегда. В Октавии мало кто из сыновей называл так своих отцов, чаще всего «папа» использовали девочки, но в Императорской семье отказались от подобного. Каждого из детей приучали говорить «папа», вместо привычного «отец», Лукиан оттаивал каждый раз, несмотря на то, что все дети всегда обращались к нему именно так. — Хорошо. Ты уверен? — сдался император. Киллиан кивнул. — Кто это? — Хитклиф… — протянул принц, скрывая из неоткуда появившуюся глупую улыбку. — Какой из? — неожиданно также улыбнулся Лукиан. — Ты что, идешь по моим стопам, выбирая в друзья его?       Киллиан рассмеялся. О, если бы отец знал, что он выбирает не в друзья… — Это Скэриэл.       Лукиан удивленно поднял брови. Должно быть, он был готов к Гедеону или даже Габриэлле, но никак не к Скэриэлу. — Я надеялся на старшего, признаюсь честно. Вы, вроде, немало общаетесь. Кстати, что там с Люмьером? — Общаемся. Я его постоянно вылавливаю где-нибудь, чтобы он меня материи поучил и арабскому, в тайне от Люмьера, конечно. С ним тоже все хорошо, только у него слишком часто включается режим опекуна, а иногда наоборот лишь бы посплетничать или дуэль какую-нибудь устроить… Но фехтованию и езде на лошадях учит на ура, я оценил. — Помнится, у нас разгильдяи были мы с Уильямом, а вот Маркус наоборот… — отец улыбнулся собственным воспоминаниям. — Забавно, что у вас случилось наоборот. — А представь, если бы Паскаль с ними учился, это же вообще разгром был! — О, я уже представил, как он сидит и прячется от них, а Люмьер с Гедеон выпрыгивают из-за угла, утаскивая Паскаля в конюшню. — теперь они оба смеялись. Конечно, трое старших итак общались между собой, и подобные ситуации действительно были. Только вот Паскалю тогда было пятнадцать, а Гедеону и Люмьеру по тринадцать. Он скрывался от них, ведь «я же не нянька», а вот Паулина всегда была за, чтобы побегать с непоседливыми мальчишками, хотя сама была старше их на девять лет! — Расскажи мне про Скэриэла. Ты говоришь про всех, но не про него, хотя он знает куда больше, чем остальные. — Ну… — Киллиан замялся. Стоит ли признаваться отцу, что Скэриэл ему симпатичен? Нет, точно нет. — Я его языкам учу и материи. Мы занимаемся с конца июля, тогда же познакомились. Он весёлый. — Похож на Гедеона? — Неа. Мне кажется, они довольно разные, хотя у них много одинаковых привычек.       Лукиан кивнул. Киллиану показалось, что отец сейчас не здесь, а где-то далеко в своих мыслях. О чем он думает? — Уильям недавно мне признался, что чувствует себя очень виноватым перед Скэриэлом. — мрачно начал он. Киллиан задумался о том, что лучше бы он этого не слышал. — Знаешь, мне ведь тогда, в июле, тоже показалось, что Уилл его недолюбливает, а все оказалось иначе. Ты знал, что он был почти на каждом его дне рождении? Только Эвари, мама Скэриэла, не всегда его пускала и приходилось наблюдать издалека. — Неожиданно. — Вот и я об этом. Ещё он поделился тем, что не знает, как обращаться с сыновьями. Не смотри так, — тепло улыбнулся Лукиан, увидев возмущённый взгляд сына. — Когда родился Гедеон, Уильям и Грэйс открывали банк с ним постоянно были няньки, а после — Грэйс. Уильям посвятил себя заработку и хотел, чтобы у его первенца было все, и дал ему это. С Эмари, я думаю, ситуация тебе ясна. — Но ведь Паулина вообще родилась, когда ты ещё учился… — Да, с ней тоже часто сидели няньки, нам с твоей мамой очень повезло, что мы из той семьи, в которой не приходится вкалывать. — с нотками иронии проговорил Лукиан. — У нас все было. — А когда ты стал императором, ты все еще продолжал сидеть с ней и Паскалем. И со мной! Уильяма нельзя оправдать работой, сейчас у него её не меньше, но Габи получает его внимание, а Гедеон и Скэриэл нет. — Киллиан начинал заводиться. Как отец вообще мог оправдывать Хитклифа? Он изменил жене, не умеел обращаться с детьми, ничем не интересуется. Да как с ним можно дружить? — Килли, согласись, я находился с вами всеми не дольше, чем Уильям рядом со своими детьми. И у каждого ситуации разные. У банка Уилла были серьёзные проблемы, когда у меня проблемой было «какой костюм надеть на эту встречу». — Я все равно не пойму. Тебе живется ничуть не легче, чем ему. На тебе ответсвенность за страну, не только семью. А нём жалкий банк и партия.       Лукиан снова улыбнулся. Как же он любит преуменьшать свою значимость и достижения! Как вообще он может так говорить о себе и Хитклифе? — Его можно понять.       Киллиан решил, что никогда не сможет этого сделать.

***

      Нет, обсудить Скэриэла с кем-то было необходимо. Но вот с кем было вопросом.       Киллиана переполняли различные эмоции и чувства, ему нужен совет. Правильно ли он сделал? Достаточно ли знакомы? Можно ли доверять? Когда он встречался с низшей, её звали Фэй, то считал, что именно ей можно рассказать все, он говорил, говорил, а в итоге был обманут. Причем об этой девушке не знал никто, узнали только тогда, когда она наделала кучу делов, ну, или не она, а Киллиан, ведь именно он доверился не тому человеку.       Выбор пал на Паулину. Сестра была старше, опытнее, мудрее, да и с ней о чувствах говорить приятнее, чем с братом. О признании родителям, Киллиан не думал, пока не был готов.       Застать сестру одну, когда она уже замужем и является мамой двухлетнего сына, было нереально. Он решил написать и договориться о встрече, или высказаться по переписке. Килли (младшенький): хэээй, я могу с тобой встретиться? (23.40) Лина💗: хээээй, ты видел время? (23.40) Килли (младшенький): ты не спишь, не сейчас встретиться… (23.41)       Стало неловко. Сестра ведь занятая, а он тут посреди ночи. Лина💗: что-то случилось? (23.41) Килли (младшенький): нет, прости, что потревожил, спокойной ночи (23.42) Лина💗: таак, все с тобой понятно, давай встретимся завтра или созвонимся? Милый, не бойся сказать, если тебе нужна помощь (23.43) Килли (младшенький): спасибо, давай встретимся, если сможешь (23.43) Лина💗: так и сделаем! Спокойной ночи, родной🤍 (23.44) Килли (младшенький): спокойной ночи 🤍 (23.44)

***

— Я тебя слушаю. — Паулина все-таки смогла встретиться с ним, что не могло не вызвать восхищение у Киллиана. Сестра обеспокоенно смотрела на него, должно быть, он ее напугал своим ночным сообщением. — Не знаю с чего начать. Мне понравился один человек… — Паулина тут же расцвела, Киллиан не смог сдержать улыбку, видя счастливую сестру, но сразу отмахнулся. — Я, ему, вроде бы, тоже, но есть одно «но». — Какие «но», Килли? Если нравится, так действуй! — по-доброму возмутилась Паулина. Киллиан закатил глаза. Все-таки, надо было говорить не с ней. — Да я уже… — Что? — протянула сестра, хлопая длинными ресницами. Киллиан неожиданно пришёл к мысли, что было бы здорово, если бы она могла летать, когда моргает. — Неважно. Я хочу у тебя спросить… Попросить совет? — он задумался. Чего он вообще от неё хочет? Боже, не надо было это все устраивать. Он полночи думал, как обсудить все с сестрой, не упоминая имен и пола этого человека, но уже с самого начала все пошло по наклонной. — Помогу, чем смогу, дорогой. — Это… Этот человек, мы с ним знакомы от силы три месяца, но он очень мне нравится. Я даже думал об отношениях с ним, но… — «ничего такого, Лин, он просто парень и брат друга Паскаля, все отлично! Мы с ним вчера вообще, чуть ли не перешли грань нашей дружбы, хотя куда уж там!» — Но я принц, а он не подходит мне по статусу. — Забей на статус. — закатила глаза Паулина. Она-то не часто думала о том, что принцесса, и уже пережила всевозможные слухи, конечно блин! «забей», уже бежит, сверкая пятками, забивать на свои обязанности. — Если он тебе нравится, то встречайся, а про малознакомы… Как я поняла, вы с ним уже выясняли отношения, а? Попробуйте повстречаться или наоборот, дружить дальше и узнавать друг друга, тут зависит от вашего желания, на самом деле. Не хочешь поделиться кто это? Мне будет проще понять его несоответствие статусу.       «Выясняли отношения «, да, выяснили они их, конечно, на высшем уровне!        «От вашего желания», судя по всему и у Киллиана, и у Скэриэла оно совпадает, ну, если учесть, чем они вчера занимались. Да просто супер всё! Чего он волнуется! — Полукровка. — глупее Киллиан ещё ничего не говорил. Паулина явно сдержала себя от удивленного взгляда на брата. В его окружении один полукровка. Да ептвоюмать! — Не говори никому об этом разговоре. — Килли, я и не собиралась, ведь знаю, что для тебя говорить о подобном сложно. Знаешь, в принципе, все не плохо, тот факт, что этот человек полукровка, ничего о нем не говорит. Плевать. Если он сделает тебя счастливым, то всем будет все равно кто он. Только, — она замялась, подбирая слова. — Давай так, чтобы не как в тот раз с Фэй, хорошо?       Это добило окончательно. Киллиан кивнул и поблагодарил сестру за разговор. Пока он уходил, чувствовал на себе её встревоженный взгляд. Она поняла кто этот полукровка, поняла про несоответствие и боялась повторения прошлого. Киллиан тоже боялся. Ему нельзя доверять всем подряд. Не тогда, когда он является принцем Октавии.

***

      Скэриэла не было на парах. Он узнал это от его однокурсника Теодора Романо. Как удалось выяснить дальше, утром позвонил Уильям Хитклиф и сообщил, что сыну нездоровится и он пропустит сегодняшний день. Но ведь вчера Скэриэл отлично себя чувствовал. Кретин: ты в порядке? Тебя сегодня не было (14.50)       Обычно Скэриэл отвечает быстро. Чуть ли не минута в минуту. Но у него ведь могут быть дела, верно? Должно быть он спит, ведь плохо себя чувствует, как-никак. Стоило отвлечься. — Киллиан? — Лилит смерила его странным взглядом. Они не очень хорошо ладили, ревновали Дарси друг к другу, но сейчас девушка, казалось, была не прочь побеседовать. — Дарси не с тобой? — Ушёл делать домашку. Отец его вчера отругал за сцену у озера. — Слышала. — кивнула она. — Прогуляешься со мной? — Киллиан согласился. — Чем ты занимаешься в свободное время? Столько знакомы, а ни разу нормально не говорили. — неожиданно начала Лестьенн. — Да ничем особенным, гуляю, тренируюсь, читаю. А ты? — На конюшню езжу.       Они снова замолчали. Должно быть, это была их самая милая беседа за все время знакомства. И самая долгая. — Эм, твой любимый цвет? — пыталась поддержать беседу Лилит, Киллиан улыбнулся, а вот девушка закатила глаза. — Нет, а что? Мы идем тут, как два истукана! — Не думал над этим. — отсмеявшись ответил Киллиан. — Наверное, бордовый или темно-голубой. А твой? Любимый напиток? — Розовый и чёрный, кофе американо. А что пьет его Высочество принц Киллиан Парис Бёрко? — напряжение между ними быстро развеялось. Даже удивляло, что с Лилит можно нормально разговаривать. — Необычно для чистокровной девушки, — заметил Киллиан. — Сок. Апельсиновый. — Ты шутишь? — Не-а. — Я его ненавижу! Как это вообще можно пить? — Как можно пить американо? Скэр: я, кажется, ногу сломал, хотя, возможно, это вывих, мне толком не сказали, надо было тебе написать (15.30)       Киллиан ошеломленно уставился в экран. Улыбка, должно быть, слишком быстро спала с лица, так как Лестьенн поинтересовалась: — Случилось чего? — Мне нужно срочно позвонить, продолжим в другой раз? — Лилит кивнула, и они разошлись в разные стороны. Киллиан тут же набрал Хитклифа. — Вау, я тебя так напугал? — хихикал тот, взяв трубку. — Кретин! Вообще не смешно ведь! — Я не шучу. Весь день пытаюсь выяснить, что же с моей ногой. — Ты ведь уходил от меня целым и здоровым, упал где-то по дороге? — Не совсем. — уклончиво отвечал Скэриэл. Он стебется? — Хитклиф, блять! — Что сразу обзываться? — он услышал вздох, видимо, Скэриэл настраивался, чтобы все разъяснить. — Когда мы вернулись домой все было супер, не переживай, это не связано с тобой и Академией. — Тогда в чем дело? — уже спокойнее, но с нажимом спросил Киллиан. — Меня скинули с лестницы? — Что?! — На выходных приедешь, объясню. Отец сказал, что меня не будет до конца недели. Привези конспекты, умоляю, дома разные, но предметы-то одни, верно? — Привезу. Ты, в целом, как? — Да нормально, лежу, сказали, чтобы я не двигал ногой, а она уже затекла. Не понимаю, ударился плечом, а вывих ноги…       Киллиан вздохнул. Этот человек может хотя бы сейчас быть серьёзен? За него тут вообще-то переживают, а он сидит и посмеивается. — Киллиан, я хотел спросить… — слышать своё имя от Скэриэла было непривычно. Он обращался к нему так очень редко. — То, что ты вчера сказал, это правда? Я тебе нравлюсь прямо? — Нет, я по приколу вернул тебе материю, засосал, раздел и ввалил пиздюлей Дарси. — вскипел принц. Не только же Хитклифу бросаться сарказмом. — Я серьезно, кретин. Ты прям ввалил ему пиздюлей? Что-ж, так ему и надо. — в манеру ему ответил Скэриэл. Боже, да как он докатился до признания именно ему? — Так, что там с «нравится»? — Забудь. — Чего?       Киллиан замер. Он сам не понял отчего так закипел и почему ответил именно так. Все-таки, эмоции стоило сдерживать. Растерянность в голосе Скэриэла неожиданно вернула его к реальности. — На выходных приеду и обсудим. — Ты сказал мне об этом забыть, хотя сам меня чуть не выебал вчера. — теперь закипал Скэриэл. Блять. — Вырвалось. — Вырвалось?! — Я приеду сегодня. Постараюсь, по крайней мере.       Скэриэл что-то фыркнул и скинул трубку. Киллиан чуть не взвыл. Видимо, такое понятие, как «сон» должно отсутствовать в его жизни.

***

— У него вывих, поэтому давай без резких движений. — попросил Гедеон, сразу, как только они встретились у входа. — Ещё, он злится на тебя. — Откуда ты знаешь? — Киллиан испуганно посмотрел на Гедеона. Неужели Скэриэл ему все рассказал? Он не понимал, что пугает его больше. То, что Гедеон может все знать или то, что Скэриэл все растрепал. — Да весь дом знает, он так ругался… Отец хотел его приструнить, но в итоге Скэриэл его обматерил, больше мы его не трогаем. — Что он говорил? — Что ты избалованный принц, которого не заботят чувства других… — И все?       Гедеон недоуменно посмотрел на него. Должно быть, он очень удивился, что Киллиан не возмутился словам про эгоиста. Бёрко махнул рукой и поднялся наверх. Там быстро нашёл комнату Скэриэла и начал стучать. Хитклиф явно не хотел открывать, а может, не мог из-за ноги, но Киллиан стучал и стучал. Дверь открылась резко, он чуть не ударил Скэриэла по лицу. — Чего тебе?! — удивление на лице парня сменилось гневом. За его спиной можно было увидеть разбросанные по комнате вещи и разбитое зеркало. Киллиан с ужасом посмотрел на Скэриэла. Теперь Хитклиф паниковал, стараясь прикрыть свои руки. Но футболка никак не могла ему помочь.       Киллиан слегка подтолкнул его и закрыл дверь в комнату. — Скэр… — Завали. Это не связано с нашим разговором, они старые. — Я же вижу. — Вчерашние. — теперь Скэриэл не скрывал руки. Он тяжело вздохнул садясь на кровать. Гнев не ушел до конца и Киллиан решил действовать осторожно. — Что у тебя вчера случилось? — Приехал дядя. Ничего особенного.       Разговаривать Хитклиф не собирался. Киллиан осмотрел комнату. В ней царил хаос. Осколки зеркала валялись по всюду, кровавый лежал на столе. Простыни также были испачканы, но кровь уже потемнела, что говорило о том, что Скэриэл не врал. Стол был перевернут, вещи из шкафа валялись повсюду. Шторы задернуты, одна из них валяется на полу.       Сам парень выглядел не лучше. Руки в бинтах, волосы взъерошанны, на носу пластырь, а на ноге что-то вроде гипса. Киллиан был напуган. — Ладно, это не совсем вчерашнее. — неожиданно признался Скэриэл. — Короче, утром, часа в четыре, приперся дядя, начал втирать про опеку надо мной, оскорблять отца и Грэйс… Гедеон уснул вчера у Биби, должно быть, когда услышал звуки драки, не решился выходить из-за неё, а дядя смог пройти сюда, нашел меня. — Что дальше? — Он под чем-то был… Начал все громить, я в стол врезался, а у меня Биби на нём это зеркальце оставила, оно в дребезги, дядя все громит, я убегаю, он за мной, на лестнице он меня догнал, схватил, я вырвался и полетел вниз. — А руки? — Дядя. Это он меня пометил, как своё, типа. А бардак, это я сегодня психовал, это уже после разговора с тобой. Если прям честно.       Ужас никуда не уходил. Что здесь можно сказать? Звучало все ужасно, а на деле было ещё хуже. Противно, как можно поступить так с родным человеком? — Мне жаль. — Что, я уже тебе совсем не нравлюсь? — Я не то хотел сказать. — Да? Забудь? — Не хочу торопиться, но ты мне очень нравишься, честно. — Угу.       Киллиан не мог сидеть. От нервов. Поэтому встал и начал потихоньку собирать вещи с пола. Скэриэл внимательно следил за ним. Сам парень встать смог бы, но устоять без поддержки будет трудно. Киллиан надеялся, что Скэриэл будет и дальше наблюдать. — Я правда не резался. — неожиданно сказал он.       Киллиан обернулся. Хитклиф выглядел повержено, словно Бёрко обыграл его в какой-то игре. — Я тебе верю. — должно быть, эти слова сейчас важны для Скэриэла. — Он меня пырнул ещё. — совсем тихо сказал он. Киллиан подошёл ближе и сел перед парнем на корточки. — Пытался, точнее.       Скэриэл приподнял футболку, и Киллиан увидел длинный порез на боку. Блять, да кем нужно быть, чтобы поиздеваться так над племянником?! — Где был твой отец в это время? — Пытался оттащить это нечто от меня, но Эз больше в два раза, это тяжело.       Хорошо. Уильям не бездействовал, спасибо и на этом. — Киллиан, мне правда важно знать, что ты ко мне чувствуешь. Если ты смеешься надо мной, то это жестоко. — как быстро он менял темы! Бёрко ещё не отошёл от предыдущего, так сразу следующее. — Не смеюсь. Я боюсь, что снова ошибусь. — Я не предам. Но знаешь, прикол в том, что ты принц, нам так и так не по пути, а? — Плевать на статус. — Скэриэл удивленно глянул на него. Паулина права. Киллиан аккуратно притянул его для поцелуя. Хитклиф словно растаял, он легко поддался Киллиану.       Разорвав поцелуй, Скэриэл довольно улегся на кровать, Киллиан лёг рядом с ним. — Я никому не расскажу. — проговорил он, накручивая на палец волосы Бёрко. — Только если ты будешь хорошо себя вести. — тут же хихикнул он. — Без всяких твоих «забудь». — Я боюсь, что мы торопимся… — Да нормально. Я ж не говорю, чтобы мы прямо сейчас начали встречаться. Подружим ещё, там, глядишь и придем к чему-то.       Киллиан улыбнулся. Благодарность переполняла его от и до. Как он мог думать, что Скэриэл решит его использовать? — Предлагаю убраться. А то у тебя тут… — Киллиан снова огляделся, Скэриэл рассмеялся. — Ага, простыни с моей кровью вообще супер, ты, кстати, тут лежишь, на заметку. Уберемся, только если поможешь мне прыгать на одной ноге. — Обязательно.

***

      Очередной бал. Киллиан не был готов к внезапному визиту испанской королевской семьи на его день рождения. Принцесса у них уж очень надоедливая, все не отходит от него. Скэриэл в противоположном углу зала злобно смотрит на них.       С Хитклифом они встречаются уже почти два месяца. Удивительно, но им удавалось скрывать свои отношения. Никто не догадывался, слухи поутихли, учёба была в самом разгаре. Переодически им удавалось встретиться больше, чем на пару минут, но это происходило только в чьем-либо присутствии. Наедине они встречались лишь иногда и максимум, чем довольствовались во время этих отношений, это смазанные поцелуи в ванной или туалете.       Скэриэл оказался настоящим собственником. Да и Киллиан от него недалеко ушёл. Обоим хотелось, чтобы они принадлежали только друг другу, но дела, учеба и обязанности, не позволяли довольствоваться друг другом.       Наконец, освободившись от общества навязчивой принцессы, он направился в сторону Хитклифа, что находился в обществе Люмьера, Гедеона и Паскаля. Судя по лицу Скэриэла, он не был особо заинтересован в разговоре. — Я заберу его у вас. — Киллиан тут же схватил парня и увел, не дожидаясь реакции. — Надоело общество женщины? — Просто понял, что ты взрываешься.       Они дошли до комнаты быстрее, чем ожидали. Киллиан тут же прижал Скэриэла к дверям и поцеловал. Он мечтал об этом весь вечер. Скэриэл отвечал грубо, сминая губы и прижимаясь ближе, Киллиан зарылся рукой в его волосы и слегка потянул, разрывая поцелуй. Теперь он прижался к шее Хитклифа, кусая и оставляя отметины. Они редко доходили до подобного, но сейчас уж очень хотелось увидеть на бледной коже Скэриэла фиолетовые засосы. Что заставляло ревнующего Хитклифа тихонько поскуливать и запускать руки то в волосы принца, направляя его, то водить ими по спине и пояснице, если не ниже.       От Скэриэла сносило крышу. О нем Бёрко думал постоянно. Надо же, небольшой интерес, что появился у него в июле, в ноябре стал чем-то большим. — Я ещё не отдал тебе подарок. — проговорил Скэриэл, задыхаясь. — Или потом? Мне важно его тебе отдать. — Попозже? Сейчас я не смогу оторваться от тебя.       Они рухнули на кровать. Киллиан медленно и лениво расстегивал тёмно-бордовую рубашку Скэриэла. Как они пришли к этому? Пару месяцев назад, Киллиан переживал, что совершает ошибку, но Хитклиф, словно вытравил эти мысли из его головы еще в сентябре. В день, когда они разобрались в чувствах и далее, Скэриэл открылся с новой стороны. Теперь он был не только решительный, смекалистый и смелый, но и эмоциональный. Также он оказался эмпатом. Киллиан и сам чувствовал людей от и до, но не умел заботиться, а вот Скэриэл умел и пользовался этим. — Долго разглядывать будешь? — У меня первый раз с парнем, имею право. — У меня тоже, но ты, почему-то, ещё одет. — хихикал Скэриэл и потянулся к Киллиану. Он покрывал всю его шею поцелуями и укусами, у родителей явно появятся вопросы, но это будут проблемы Киллиана завтра, а не сегодня.       Скэриэл поменял их местами. Теперь он буквально оседлал Киллиана и терся об него всем телом. Бёрко лишь оставалось направлять Скэриэла, держа его за бёдра. Хитклиф поправил чёрные, как смоль волосы. Киллиан в открытую любовался им. Подтянутое тело, выраженные ключицы, на которых начинали проявляться тёмные пятна, распущенные кудрявые волосы, что начали прилипать ко лбу. Боже, Киллиан либо съест его глазами, либо на деле. — Так и будешь об меня тереться?       Скэриэл ухмыльнулся, Киллиан заподозрил, что у него есть какой-то план. Хитклиф медленно слез с него и раздвинул колени. Киллиан не отрывал вгляд от карих глаз напротив, что горели азартом. — У тебя ведь день рождения, Килли. — ухмылялся Скэриэл. Бёрко обратил внимание на то, что он впервые называет его так. От Хитклифа это звучало интимнее, чем от кого-то из семьи. — Если позволишь, я сделаю тебе приятно. — когда руки Скэриэла оказались на ширинке его брюк, Киллиан замер в ожидании чего-то большего.

***

      Проснувшись, Киллиан не сразу понял, что не один. Только когда он потянулся и явно заехал кому-то по лицу, он заметил Скэриэла, лежащего рядом. — Прости. — сразу потянулся он к парню. Скэриэл тихо засмеялся. — Все нормально. Сколько время? — прохрипел он, после чего прокашлялся. Даже сейчас Хитклиф был невероятным, с растрёпанными волосами и слегка припухшим лицом.       Киллиан бросил вгляд на часы, что стояли на тумбочке. Десять. Сегодня рабочий день. Уроки в Академии с восьми. — Пиздец. — он соскочил с кровати, и побежал в душ. Скэриэл проследовал за ним в ванную, натягивая на себя вещи. — Киллиан, мы не успеем все равно. — Я же просил слуг разбудить меня!       Скэриэл вышел, вернулся только тогда, когда Киллиан уже оборачивался в полотенце, он даже не успел засмущаться, когда Хитклиф осмотрел его насмешливым взглядом. — Сегодня суббота. — проговорил он, ухмыляясь. Блять, теперь Киллиана будут подкалывать еще несколько дней. — Совсем умаялся. — Скэриэл обнял его со спины. — Скэр, я только из душа. — Ага, а я вообще не мылся, у меня изо рта прет вчерашним ужином, поэтому поехали ко мне, чтобы я мог привести себя в порядок. — Зачем такие сложности? Если не рабочий день, то останься у меня, полотенце дам, щетку тоже, одежду мою возьми, у нас почти один размер.       Скэриэл резко стянул с него полотенце, оставляя Киллиана полностью голым. — Я тебя обнял, ты теперь снова грязный. — хихикал он, стягивая с себя вещи. Бёрко хотел было возмутиться, но не поддаться Хитклифу было невозможно, особенно, когда он притягивает и целует вновь. Этот день будет интересным.

***

      После обеда Скэриэла пришлось оставить одного, так как Северина пожелала видеть сына. Она была чем-то очень встревожена. — Килли, у меня для тебя новости! — несмотря на тревогу, радостно сообщила она. — Ты не поверишь, но твой проект был одобрен, теперь статуса «низшие» не существует.       Киллиан был готов запрыгать от счастья, внутрене он это и делал, а внешне сохранял более-менее спокойный вид. — Я очень рад! — И я, Килли, сделан очень важный шаг для Октавии. — Как их называют теперь и называют ли вообще?       Северина нервно улыбнулась, смотря на сына. Что-то здесь не так. — Килли, теперь статусов не существует вообще. Мы все равны.