Последний взгляд Медузы

Она бы никогда не осудила бы змей за то, что они существуют, они не выбирали быть скользкими, ядовитыми и хитрыми. Но ей было тошно от себя. В ней никогда не жило чувство нелюбви к себе. Она чувствовала как они шипят, двигаются, извиваясь над шеей, кладя голову на выемку ключицы. Они были холодные и согревались теплом ее тела. Порой казалось она слышала их мысли. Они отравляли ее душу, проникая в самую суть. Говорят яд способен быть лекарством в небольших дозах, но этот яд никогда не способен ничего излечить. Только искалечить и подвергнуть некрозу ее личность. Она впервые чувствовала отвращение к своему телу, полное непринятие, которое с каждым днем делало хуже ее сожителям - змеям. Когда они шипели в лишний раз, она одергивала их от злости, отчего они затихали. Но казалось они копят злобу на нее и настанет день, вырвутся наружу и отомстят хозяйке за презрение. Многое изменилось. Медуза больше не улыбалась, почти не общалась с сестрами, которые хоть и превратились в горгон, но смогли ужиться в новых телах. Медуза привыкала к чешуе, что гладко лежала поверх ее кожи, словно защита. На ногах, руках, спине, животе, продолжаясь в шею; на лбу, скулах и подбородке. Чешуя была лощеная, серая с небольшим оттенком зеленого и лежала чешуя на чешуйке -идеально. В первые дни Медуза всматривалась в их структуру, осматривая с интересом каждый сантиметр своего тела. Вместо привычных ногтей теперь были острые стальные когти, на удивление оказавшиеся очень острыми, а руки стали сильнее, наверное от кровожадности. Конечно. Афина видела ее хищником и превратила в нее. Изящные черты ее лица сплетаясь с сущностью змеи делали ее более привлекательной, чем прежде. Невинность в ее движениях пропала, теперь она была более резкой, учитывая что ее чувствительность повысилась в разы. Сфено и Евриало старались ее отвлечь, давать советы о том, как быстрее ужиться со змеями, но это ни к чему не приводило. Они понимали сестру, старались ей помочь, но Медуза все больше грубила, уходила в себя, прося не жалеть. Я погубила всех. Свою семью; мать, которая пожертвовала своим мужем; отца, которому нанесла непоправимую рану на сердце; вовлекла своих сестер. Сфено могла бы жить счастливой жизнью с Стаматием… Я забрала у них выбор; отобрала из своих же рук солнечный свет, чистый воздух, возможность выбирать. Что же я сделала? Ненавижу их. Я готова поклясться змеями эти Боги никогда не станут благоразумнее. Они живут своими самыми низкими потребностями и никогда не смогут поставить выше свою честь, любовь. Они не поймут что такое самопожертвование, боль и отсутствие выбора. Они не оставили мне ничего, кроме гниющей, зловонной пещеры, изуродованного тела и сестер со сломанными судьбами. Будьте вы прокляты. Даже если буду жить в подземельях или в царстве Аида до вас дойдут мои мольбы. Будьте. Вы. Прокляты. Вы не вершите ничьих судеб. Это мы выбираем и решаем как будем жить. Хочешь насладиться моей болью, Афина? Не дождешься. Я не сломаюсь. Я горазде сильнее, чем кажется. Мы обе женщины и обе это понимаем.