Ветви одной судьбы

Мизуки стояла на пороге дома Чжун Ли и вдыхала прохладный утренний воздух Ли Юэ. День только начинался, но она чувствовала в себе странную тревогу — лёгкое, тянущее беспокойство, будто кто-то или что-то ждёт её. — Я сегодня… просто прогуляюсь. — сказала она в пустоту, будто оправдываясь. — Архонт меня простит. Она взяла с собой Скара, спрятала его в тканевый мешочек на поясе и направилась вниз по каменным ступеням, ведущим в город. Солнце пробивалось сквозь листву, отражалось на плитке, люди только начинали заполнять улицы. Но ей казалось, будто всё происходит не с ней, будто её взгляд скользит где-то выше, в отрыве от тела. «Мне нужно разобраться в себе. Разобраться в нём… в Сяо.» Она думала о нём с того самого дня, когда они шли по Аоцзан, очищая путь. В его молчании была боль. И одиночество. Он держался в стороне, словно каждый шаг по этой земле давался ему ценой невидимой борьбы. «Я хочу помочь ему… хотя бы попытаться. Не потому, что должна, а потому что… он живой. Настоящий. И, кажется, всё время один.» Она свернула с главной улицы, мимо фонарей и лавок, к краю города. Туда, где ветер был особенно резким, а скалы — особенно крутыми. И именно там, стоя на уступе, она его увидела. Сяо. Он сидел на краю утёса, спиной к ней, глядя на горизонт. Его силуэт был почти слился с небом. Копьё покоилось рядом, словно и оно устало от битв. — Привет, — сказала она негромко, подходя ближе. Он не обернулся сразу. Только через секунду — лёгкий поворот головы. — Ты снова нашла меня. — Это было несложно, — она села рядом, стараясь не смотреть прямо на него. — Ты часто бываешь здесь? — Здесь… меньше шумов. Меньше боли. Он говорил так, словно каждое слово приходилось вытягивать из глубины. Мизуки кивнула. — Я не знала, куда иду. Просто… хотелось выйти. И я подумала — вдруг ты здесь. Сяо опустил взгляд. — Люди обычно избегают меня. Моё присутствие… тягостно. — А я не из этого мира, — слабо усмехнулась она. — Так что у меня свои стандарты. Тишина. Лёгкий ветер. Мизуки сжала пальцы на коленях. — Я… хотела поговорить с тобой. Не о миссиях. Не по поручению Чжун Ли. Просто… как человек с человеком. Он на мгновение прикрыл глаза. — Я не человек. — Тогда… как душа с душой. — её голос был мягким. — Ты ведь несёшь в себе что-то тяжёлое. Карму? Он кивнул. Неспешно. Точно груз в груди сдвинулся с места. — Это не просто чувство. Это — яд. Он копится в теле. В душе. Даже во снах. Иногда я просыпаюсь — и не могу вспомнить, где я. Только боль. И имена тех, кого не смог спасти. Мизуки опустила голову. — Мне жаль… что ты так долго с этим один. Он посмотрел на неё. В его взгляде — удивление. — Ты… не боишься? — Нет. Потому что боль, которую ты несёшь, не делает тебя чудовищем. Она делает тебя… настоящим. Он замолчал. И только ветер между ними говорил — тянул тонкую, хрупкую нить понимания. — Хочешь пройтись? — вдруг предложила она. — Я покажу тебе Ли Юэ… таким, каким вижу его я. Без угроз. Без ритуалов. Просто — красивым. Сяо посмотрел на город внизу. Потом — на неё. Едва заметное движение головы. — Хорошо.

***

Они шли по улицам, словно обычные жители. Мизуки показывала лавки, в которых покупала чай по просьбе Чжун Ли, рассказывала, как чуть не перепутала лотос небесный с обычным, как пыталась варить рис и устроила в доме пожар из-за забытых углей. — Ты неуклюжая, — хмуро заметил Сяо, но в его голосе сквозило что-то… живое. — Я неуклюжая, но настоящая. — подмигнула она. — Как и ты. Они остановились у моста. Вода журчала внизу. Мизуки сняла с пояса мешочек, достала Скара. — Хочешь познакомиться? — она протянула кота. — Это Скар. Он был со мной, когда я попала в этот мир. Я знаю, это глупо, но… он напоминает мне, кто я. Сяо смотрел на игрушку, будто не понимал, как с ней взаимодействовать. Осторожно коснулся ушка. — Он… выглядит спокойно. — Он пережил столько же, сколько я. — она прижала кота к груди. — Иногда мне кажется, что именно он держит меня здесь. Или я его. Сяо опустил взгляд. — Иногда я думаю… что, если отпущу всё, что во мне есть, исчезну. Растворюсь. Перестану быть. Мизуки коснулась его руки. Легко. Почти не касаясь. — А если… ты позволишь себе отпустить хоть часть боли? И останешься? Таким, какой ты есть сейчас? Он не ответил. Но не отстранился.

***

Солнце клонилось к закату. Они сидели на ступенях храма, глядя на огни Ли Юэ. Люди смеялись, в небо взмывали фонарики. Сяо молчал. Но в его глазах не было прежней тяжести. — Спасибо, — вдруг сказал он. — За что? — За то, что не пыталась «исправить» меня. А просто… была рядом. Мизуки улыбнулась. — Это только начало, Сяо. Я не могу исцелить тебя. Но если ты позволишь — я помогу нести груз. И… быть может, сделаю его немного легче. Он кивнул. Очень медленно. И впервые за всё время — посмотрел на неё не как на гостью, не как на жертву, не как на задание. А как на ту, кто рядом. И Мизуки вдруг поняла — она тоже нашла что-то важное. «Его боль — не отпугивает. Она… откликается в моей. Мы оба не из этого мира — просто по-разному. Но мы здесь. Мы живы. И, может быть, нам не обязательно быть в этом мире в одиночку.» С неба падала звезда. И в этот миг ей вдруг показалось — она не загадала желание. Потому что оно уже начало сбываться. Утро Ли Юэ встречало Мизуки мягким светом и тихим шёпотом ветра. В душе всё ещё теплел вечерний разговор с Сяо, а в сердце пробуждалось новое чувство — надежда и желание понять друг друга глубже. Этот день обещал быть особенным.