Кося и Флося сбегают на юг

      — Вот что вы… Флося, у нас озоруют, — на другой день Кося нашла пожелтевшую от времени бумагу, перевязанную пахнущей морем верёвкой и с печатью с обломком ракушки. — Понимаю, что в этом семестре ты сыта по горло переводами, но… — рыжая протёрла глаза и приняла записку. Вот что в ней значилось:

You must go where I can not,

Pangur Ban, Pangur Ban,

Níl sa saol seo ach ceo

Idir ann is idir as

Idir thuaidh idir theas

Fyrst forþ gewat, flota wæs on yðum.

Casann sí dhom

Amhrán na farraige

Пустился в путь седой как лунь старик

И счастлив больше, чем гребцы челна

Разбитого: их шторм загнал на реи.

Так воплоти мечту сегодня в явь.

Вот и взошла кровавая луна

Путников звать во тьму…

На вечернем празднике

Вас обеих жду.

      — Гениально, — уголки губ растянулись, но в голосе отчётливо звучали саркастичные нотки. — Мы точно не подцепили преследователя по дороге из Москвы?       В сессию Флося трансформировалась в миниатюрный смерч, волочивший за собой грозу. Все, что мешало миссии по сохранению стипендии, — единственная весомая причина переживаний — бесило. Из-за напряжения девушка мало с кем разговаривала, опасаясь, что обидит близких. В голову лез всякий бред, и при виде записки возникло ощущение, что сессионное безумие продолжается спустя две недели с последнего экзамена. Иначе как объяснить выбор строк из произведений? Кому в голову придет вписать ирландские песни из «Тайны Келлс» и «Песни моря», «Беовульфа», и завершить это сочетание переводом Петрарки? Все это читалось и смотрелось параллельно с подготовкой, чтобы успокоиться.       — Автор послания вообще в курсе, что мы на юге? Не считая Италии, всё на север глядит, — с долей язвительности и волнения продолжила рыжая. — Твои ставки — кафедра германистики или кафедра истории зарубежной литературы?       — Если бы, — хихикнула Кося. — Наши преподаватели присылают некрасивые электронные письма. Набор, конечно, любопытный…       — Судя по песне Эшлинг, это первые две строчки, кто-то настойчиво просит нас прийти вместо себя, ибо сам почему-то не может, — пришлось заглянуть в сохранённые фото и найти текст песни с переводом. — Ладно. Между здесь и где-то там, между севером и югом — информативно, — Флося громко хохотнула. — Жизнь как сон — барочная метафора заменяет перевод следующего фрагмента. Опять это барокко… — тяжёлый вздох: кроме английской литературы это литературное направление рыжей не понравилось. — Время пришло, корабль был на волнах. Ну, в поэме там ехали Гренделя бить, а я что-то драться не настроена. Снова «Песнь моря», идущая из ракушки. Итальянского кто-то не знает, перешли на перевод. И при чем тут старик…       — Вчера на пляже я приметила старую лодку, — закусив губу, рассуждала Кося, почесывая затылок. — Видимо, корабль из Беовульфа и чёлн Петрарки связаны с ней. Но на пляж любой желающий может заглянуть, и с первыми строками не вяжется… Слушай, может останемся? Чертовщина какая-то, — обычно храбрая девушка зябко повела плечами. Они одни в другом регионе. Особо рассчитывать не на кого. — Сдается мне, что и платок с инициалами Грина неспроста появился.       — В песне Марко Поло поется о полнолунии, значит, сегодня придем домой пораньше, — Флося поежилась, но отказываться от расследования загадки не хотела. — Бери корзинку с едой, полотенца я взяла. Искупается вечером, поедим, и все будет хорошо.       Кого девушка убеждала этим, осталось неизвестным. Рыжая не верила в мистику и могла подтрунивать над верой в духов, но неосознанно побаивалась непонятных явлений. По дороге Форме пришло возможное объяснение: местные жители любили веселиться по ночам и завлекали народ необычным образом. Рассчитывали, что все воспользуются переводчиком? Древнеанглийский без пособий не разберёшь. В небе сновали ласточки. Их чириканье сливалось с истошными криками чаек. Отдыхающие гуляли парами, семьями. Совсем не обстановка для внепланового эпизода «Битвы экстрасенсов».       Come away, o human child… Флося резко обернулась и сильно сжала запястье Коси. Никого. «Всё… — расстроилась рыжая. — С ума сошла…». На пляже девушки ушли от купающихся и повернули в сторону дерева с самодельными качелями. Подальше от него лежала та самая лодка. Кося рассмотрела её получше: то, что издали напоминало повреждения, в действительности оказалось налипшей грязью. Девушки с энтузиазмом в меру сил привели судёнышко в порядок. Флося уселась на корме, а Кося стала искать вёсла.       — Закат, — прокомментировала исчезнувшее за горизонтом солнце рыжая. — Кось, хорош копать, не детсадовец в песочнице! — ловко запрыгнув в лодку, русая студентка присоединилась к ужину. Неожиданно глаза Флоси округлились. Косе пришлось хлопать подругу, подавившуюся кусочком киви.       — Луна… — алый круг приподнялся над горизонтом. Из карманов брюк вынырнул листок с приглашением. Кося мотнула головой: в сумерках померещилось, что б уквы сверкнули золотом. — Флося, пойдем.       Рыжая спешно покидала еду в корзинку и собралась выпрыгнуть из лодки. Кося вовремя поймала ее: правая нога зацепилась за борт. Пока студентки отряхивали песок и щепки, до них донёсся скрип дерева. На качелях сидела невысокая русая девушка. Она с лёгкостью взмывала к ветвям дерева и опускалась, задевая песок кончиками ног. Флосю восхитили ресницы, спадающие тенью на щёки. Кося, любитель повязок, разглядывала косынку. Секундочку… Студентка ахнула: не косынка это, а платок! Вчерашний платок. У корней дерева лежал игрушечный кораблик. Флося отступила назад: она собственноручно шила эти паруса!       — Здравствуйте! — девушка спрыгнула с замедлившихся качелей и, подняв кораблик, подошла к застывшим подругам. — Рада, что вы получили приглашение на праздник. Скоро прибудут гости.       Левый глаз Флоси нервно задёргался. Желание записаться к психотерапевту подскочило до небес. Наряд девушки выглядел причудливо и старомодно: такие носили героини сказок. Но больше всего пугало, что незнакомка знала про послание, украла их находку и выловила пущенный с пристани кораблик. Бред сивой кобылы.       — А вы кто? — выдавила Кося. — Рады бы остаться, но торопимся, — глаза выискивали тропинку, чтобы удрать с пляжа как можно быстрее.       — Я Ассоль, — после представления Флося убедилась, что не в себе: с героями книг только шизофреники разговаривают. Но ведь и Кося ее видит! А с ума, цитируя мультфильм «Простоквашино», поодиночке сходят. — Не переживайте. — дружелюбно подмигнула Ассоль, заметив их испуг. — Сейчас вы убедитесь, что поступили правильно, придя сюда. Посмотрите!       В ночной темноте вспыхнул золотой свет. На горизонте показался огромный флот призрачных кораблей. Флося намертво вцепилась в правую руку Коси. Они ждали, когда таинственная процессия достигнет крымского песка.       — Кося… — палец ткнул в приблизившиеся корабли. — А мне чудится, что на палубе справа стоят Гоголь, Маяковский, Ахматова, Блок и Пушкин, а слева — Чосер, Монтень, Шекспир, Петрарка? Ой, там около Чосера Черный Рыцарь из «Книги Герцогини» и Миранда из «Бури», а на носу восседает Орлица из «Птичьего парламента»! — Флося воодушевилась и затараторила, перечисляя героев произведений и писателей: — Вакула, Тарас Бульба, Жуковский, Державин, Татьяна, Корделия…       — Ремарк в компании Пат, Отто и Готфрида, — мечтательно и тихо вторила Кося. — Кухулин, Кухулин! — среди пышных кораблей в скромной ладье приплыл любимый герой ирландских мифов. — Локи, Тор, Идунн, Один! — она перечислила героев «Старшей Эдды». Ассоль улыбнулась, наблюдая за их изумлением.       — Все они прибыли на праздник, — сказала она, словно объясняя очевидное. — Все времена, культуры и народы. Праздник, что случается раз в сто лет, на котором встретишь легендарных героев. Праздник, посвященный силе воображения, любви к книгам и вере в чудеса. Вы ведь верите в чудеса, правда?       Флося и Кося переглянулись. Они больше не могли отрицать очевидное. Реальность смешалась с вымыслом, и они оказались в самом центре волшебной истории.       — Сначала платок, теперь ожившие книги… — Флося тоже заинтересовалась подозрительно знакомой косынкой Ассоль. — Так это вы потеряли его в прибрежных волнах?       — Считайте, что это была часть приглашения.       Ассоль взяла их за руки и повела к берегу, где уже высаживались первые гости. Праздник начинался. И Флося с Косей знали, что это будет самое невероятное приключение в их жизни. Они стали частью истории, которую сами же когда-то читали. И теперь им предстояло написать свою главу.       Откуда-то зазвучала бодрая музыка. Литературные герои и великие писатели увлекли студенток в хоровод. Под ритмичные звуки и шум волн большая веселая толпа кружила до утра. Кося и Флося не были уверены до конца, что встретились с духами, но алый платок с инициалами «А. Г.» русая девушка обнаружила повязанным на своей шее после праздничной ночи.