Тебе придётся довериться

С вечеринки Баки и Локи уехали вместе, даже не скрывая этого: остальные Мстители уселись в лимузин, а эти двое — в такси. Под щелчками затворов камер, разумеется: Баки каждый щелчок почти физически ощущал. У Локи явно поднялось настроение. Баки по-прежнему был угрюм. До его квартиры они доехали в молчании. Поднявшись в квартиру, Баки — всё ещё молча — сразу ушёл в душ. После снова надел костюм, чтобы, зайдя в комнату, увидеть на лице Локи ухмылку — и он увидел. Локи сидел на подоконнике. Приблизившись, Баки провёл живой ладонью по его бедру и спросил: — Пойдёшь в душ? — Я — Бог, так что для меня это не то чтобы жизненная необходимость, скорее, приятный ритуал. Если ты не против подождать ещё немного, я с удовольствием воспользуюсь возможностью совершить этот ритуал. Локи улыбнулся — ехидно-очаровательно — а Баки отчеканил: — У тебя. Десять. Минут. — А не то...? — Пошёл уже! Рассмеявшись, Локи ушёл в ванную комнату. Баки разложил диван, достал и кинул на него заранее подготовленные чёрную ленту и упаковку смазки и уселся на подоконник. Устало провёл ладонью по лицу. Ему до сих пор тяжело давалось общение с такой кучей народа, с которой пришлось пересечься этим вечером, — и вдруг компания болтливого и несносного Бога показалась ему настолько комфортной, настолько правильной, что захотелось: пусть он сию секунду выйдет из душа и, чёрт побери, просто обнимет его. Баки взглянул на часы, висящие на стене кухни, и... недоумённо нахмурился. Он менял батарейку в них пару дней назад, поэтому тот факт, что часы стояли, удивил его. Но Баки понял, в чём подвох, очень скоро, — чтобы убедиться, выглянул в окно. Усмехнулся: — Локи, чёрт возьми! Тот вернулся в комнату довольно быстро: если в сложившейся ситуации вообще было уместно слово «быстро». Баки указал пальцем на часы. — Ты серьёзно? Локи беззвучно рассмеялся. Приблизился к Баки и накрыл рукой его колено. — Я уж думал, ты не заметишь. — Ну, те две тачки, остановившиеся посреди улицы, и человек на тротуаре добавили подозрительности. Так ты сжульничал? — Для нас время по-прежнему идёт, так что, если бы ты, допустим, отсчитывал секунды, то для тебя я бы провёл в душе не больше десяти минут. Поэтому — всё честно. Недоумение по-прежнему не сходило с лица Баки, но теперь оно окрасилось весёлым оттенком. — А почему ты тогда мне время не... выключил, или что ты вообще с ним делаешь? — И в чём бы была шутка? А так — в нашем распоряжении каждое мгновение... этого одного мгновения Вселенной, до тех пор, пока мы не захотим, чтобы наступил рассвет. Баки вскинул брови. — А, точно, ты, получается, затормозил Землю? Типа, время — значит, Земля не вертится, и вся Вселенная стоит на месте, потому что... потому что ты так захотел? — Вроде того. Накрыв живой ладонью щеку Локи, Баки наклонился к нему и сказал тихо: — Это безумие. Локи ухмыльнулся. — В таком мире ты ещё называешь какие-то вещи безумием? — Тебя-то и не называть безумием? Облизнув губы, Локи задел языком ладонь Баки. Тот подался навстречу ещё больше, прижался лбом ко лбу Локи и опустил веки. Сглотнув, сказал ещё тише: — Если честно, всё это... до сих пор пугает меня иногда. — Что? — Всё это безумие. Иногда я... я хочу закрыться в квартире, забить окна и двери досками и просто... просто ждать, когда сдохну или сойду с ума. Но я... я знаю, что на самом деле я не хочу этого больше. Раньше я думал, что если... если я буду отрицать этот мир, если спрячусь, то это вернёт меня к тому мальчику из Бруклина. Но когда... когда я понял, что его больше нет, что теперь Баки — это я, а не только он... Но мне всё ещё бывает очень страшно. Вместо ответа Локи обнял его — Баки спрятался в чёрных волосах, с глупым облегчением осознавая, что Локи не видит его лица. — Ты всё ещё тот мальчик из Бруклина, — шепнул Локи, проводя ладонью по его волосам. — Тогда я всё ещё Зимний Солдат. — Следуя логике — да, но, следуя здравому смыслу, — нет. Баки усмехнулся. Отстранившись немного, но не отпуская его, Локи взглянул в серые глаза. — Да и стоит ли так упрямо рвать себя на части, если всё это — и есть ты? Баки отрицательно покачал головой. Локи улыбнулся. Посмотрев в окно, Баки увидел проезжающую мимо дома машину. — И мы снова здесь. — Он опять перевёл взгляд на Локи. — Или снова сейчас? Локи всё ещё улыбался — на лице Баки мелькнуло лукавое выражение, и он, проведя живой ладонью по длинным чёрным волосам, чуть сжал их на затылке. Почувствовал тонкую косичку и вплетённую в неё ленточку. — Вообще-то, мы не договорили. Локи дёрнул правой бровью — вызывающе-вопросительно. — Так ты ревнивец, Локи? Сильнее стиснув его волосы, Баки почувствовал, как напрягаются пальцы Локи на его спине. — Тебе нужны доказательства, что ты мой? Что я — твой? Резкий вздох, и Локи замер даже. Облизнул тонкие губы, а потом их уголок приподнялся. Локи спросил: — А у тебя есть доказательства? — Нет. — Баки наклонил голову Локи ближе к себе, глядя в голубые глаза. — Тебе придётся довериться. Баки отпустил волосы Локи и резко оттолкнул его от себя коленями — тот даже пошатнулся от неожиданности. — Пожалуйста, разденься и сядь на диван. Только волосы не трогай — мне нравятся косички. Предвкушение, готовность, желание — каждая линия острого лица Локи, его взгляд, его движения наполнились этим. Баки наблюдал, как он раздевается. На собственную одежду не хотелось отвлекаться, но пришлось, чтобы продолжить. Чтобы, уже обнажённым, приблизиться к Локи, наклониться над ним, заставив лечь на предусмотрительно заранее разложенный диван. Его взгляд устремлён был прямо в серые глаза — то, сколько ожидания и искренней покорности в нём было, даже заставило Баки почувствовать жар где-то в районе солнечного сплетения. Он расходился, как огонь от неумело оборудованного костра — по сухой траве, окутал рёбра, горло, добрался до низа живота. Баки взял с дивана чёрную ленту. — Если ты не против, — сказал он, — перевернись, чтобы я связал тебе руки. — А рот? — А ты сам его держать закрытым не умеешь? — Нет. — Постарайся. Иначе мне придётся придумать, как наказать тебя. По взгляду Баки понял — Локи в любом случае найдёт способ натворить что-нибудь, чтобы получить обещанное наказание. — Так ты перевернёшься, или мне повторить ещё раз? Локи перевернулся на живот — и Баки связал ему руки лентой, поцеловал в плечо. Он пропустил через живые пальцы тонкую косичку. Аккуратно сжав волосы на затылке, приподнял голову Локи и, наклонившись, прошептал ему на ухо: — Когда ты ревнуешь, ты представляешь, что я делаю что-то подобное с кем-то другим? Локи вздохнул — раздражённо. Баки продолжал: — Видел всех, с кем я общался сегодня вечером? Может, я зажал кого-нибудь в углу, а ты не заметил? Как думаешь, кого я мог бы трахнуть в туалете, пока ты трескаешь бутерброды с шампанским? — Баки... — Заткнись, Локи. Баки отпустил его волосы и, облизнув пальцы, провёл ими между ягодиц. Локи вздрогнул. — Так, что, может быть, та тётка отсосала мне, пока ты где-то шлялся? Или тот мужик, с которым мы выпивали, может, я присунул ему по-быстрому, пока ты не видел, а? Баки выдавил на пальцы немного смазки, и один палец осторожно проник внутрь. Уткнувшись лбом в диван, Локи глухо застонал. — Так ты представлял что-то подобное или нет? — А ты подготовился... Локи шумно вздохнул. Тогда Баки вынул из него палец и с силой схватил за бедро сбоку и чуть ниже ягодицы. — Я задал тебе вопрос, Локи. — Нет, не представлял. Хмыкнув, Баки снова провёл пальцами между ягодиц Локи — просто поглаживая. Локи подался бёдрами навстречу. Его кулаки были сжаты, ноги и спина — напряжены. Баки с улыбкой наблюдал за тем, как перекатываются его мышцы, как на связанных руках прорисовываются яркие вены. Каждое его движение, каждый вдох и выдох были немым криком, просящим продолжить и пойти дальше. Но Баки убрал руку — чтобы прикоснуться к себе. — До того, как ты предложил мне эти игры с контролем и подчинением, ты фантазировал о нас? — Да. — Расскажи. — Я фантазировал, как прошу тебя продолжить, когда ты отвлекаешься. Продолжая мастурбировать, Баки ухмыльнулся. — Ты представлял, как я тебя трахаю? — Да. — А как ты меня? — Да. — Хорошо. Я тоже. Баки снова навис над Локи и осторожным движением приподнял его бёдра — так, чтобы он опирался на колени. Из-за связанных рук ему пришлось сильнее вжаться лбом в диван; когда он повернул голову, устраиваясь удобнее, Баки спросил: — Всё в порядке? Или это слишком? — Слишком? — Локи усмехнулся. — Засунь уже свою скромность себе в задницу. А мне — свой член, Баки. Рассмеявшись, Баки сказал: — Надо было всё-таки завязать тебе рот. Он с наслаждением провёл металлической ладонью по связанным рукам Локи. Мог бы поклясться, что не видел никогда раньше ничего более парадоксально красивого, чем Бог, стоящий перед ним на коленях со связанными руками и ждущий, когда Баки трахнет его. Когда они займутся любовью — эта мысль Баки тоже понравилась. Ему казалось, что ощущения, которые кололи его жаром изнутри и снаружи, умножились на два; словно он чувствовал сейчас за них обоих. Чувствовал, когда надо замедлиться; когда двинуться резче; когда погладить Локи по бедру, спине или животу; когда коснуться губами напряжённой спины, а рукой — его члена. Каждый вдох Локи был его вдохом; каждое движение — как удар током, но не из тех, которыми пытают. Из тех, которые романтизируют. И Баки понял, почему — потому что слово «проводник» звучит ну очень романтично. И если удовольствие — ток, то сейчас они стали его проводниками друг для друга. У Баки получилось сдержаться настолько, насколько нужно было, чтобы они кончили почти одновременно. Он опёрся на бионику в попытке не свалиться на Локи и лбом уткнулся в его спину. Чувствовал, как сильно бьётся его сердце; кожа Локи была, как всегда, приятно прохладной. Баки прижался к его лопатке губами. Развязал ленту, освобождая руки Локи, и лёг рядом с ним. Выпрямив ноги, Локи приподнялся на локтях. Взглянул Баки в глаза. Тот улыбнулся. Коснулся живыми пальцами косички в волосах Локи, и тот усмехнулся. Спросил: — Что? — Не знаю, — ответил Баки. — Это очаровательно. Он провёл тыльной стороной кисти по плечу Локи. Приподнявшись, поцеловал плечо — а потом губы. Локи подался навстречу, чтобы Баки мог лечь, и продолжил целовать его. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Локи. Баки усмехнулся. — У тебя какая-то навязчивая идея о моём самочувствии после секса? Но лицо Локи светилось такой заботливой нежностью, что Баки всё-таки ответил: — Хорошо. Правда. — Рад слышать. — А ты? — Тоже. Улыбнувшись, Баки снова поцеловал Локи. — Почему я ни разу не был у тебя дома? Ты где вообще живёшь, в Нью-Йорке или в Новом Асгарде? — То там, то там. Приходи. — Давай устроим свидание. На лице Баки ярко заиграло воодушевление. Локи приподнял бровь. — Свидание? — Да. Поужинаем, я не знаю... Фильм посмотрим. А потом ляжем спать и даже не будем заниматься сексом. Опустив голову, Локи рассмеялся. Его плечи тряслись; он попытался, кажется, успокоить смех — но тот напал с новой силой. Выровняв, наконец, дыхание спустя пару минут — Баки наблюдал с улыбкой — Локи поднял голову и спросил: — Сколько тебе лет, напомни? — А что? — Ты настолько стар, что выдохся спустя четыре дня ежедневного секса — да нет, даже не ежедневного, Баки! — и хочешь свидание и лечь спать без этого? Баки усмехнулся. — Ну... я подумал, что... что отношения состоят не только из секса. Я хочу... я хочу просто провести с тобой время, Локи. Бровь Локи приподнялась, а взгляд смягчился. — А... — Я не знаю, — Баки сел, нервно провёл ладонями по своим ногам, — ты, может быть, не это подразумевал под «договорённостью», когда... когда предлагал, ну, чтобы мы... Но если... если да, в смысле, если нет, блять, то... — Баки, — Локи тоже сел и поцеловал его в правое плечо, — всё хорошо. Повернув голову, Баки взглянул в голубые глаза. Подался вперёд, обхватил лицо Локи ладонями и мягко, нежно поцеловал его. Наклонился — Локи лёг, а Баки навис над ним, перекинул через него ногу и сел на бёдра, ощущая, как сильные руки касаются его спины. — Думаешь, я слишком стар для ежедневного секса? А как насчёт двух раз подряд? — Удиви меня. — А ты сделаешь всё, что я скажу? — Я сделаю всё, что ты скажешь, Баки. — Тогда трахни меня. Баки слез с Локи и лёг на спину рядом с ним. Локи сначала повернулся на бок, окинул его неспешным взглядом — от которого по телу прошлись приятные мурашки — а потом наклонился и коснулся губами груди. Когда поднялся поцелуями к шраму на левом плече, Баки вздрогнул, но сопротивляться не стал. Локи накрыл ладонью его щеку и устремил взгляд в глаза. Если что-то и искал в них, то нашёл молча — а после прижался губами к губам. Баки согнул ноги, позволяя Локи устроиться между своих бёдер. Скользнул взглядом по его животу и ниже с наслаждением и предвкушением. Он взял руку Локи в свою металлическую. Поднёс его пальцы к своему рту, впуская внутрь, глубоко, сразу два, и медленно облизал их. На влажные от слюны пальцы Локи добавил смазки, и — тоже сразу два пальца — снова, но теперь иначе, оказались внутри Баки. Он выгнул спину, подался бёдрами навстречу. Сжал руками диван — бионика порвала обивку, как сплетённую в углу паутинку. — Хочешь развернуться? Или... позволишь мне смотреть тебе в глаза? Формулировка вопроса заставила Баки ухмыльнуться. — Позволю. Локи наклонился, поцеловал его шею. Близко, вплотную прижимаясь телом к телу. Он вынул из Баки пальцы, чтобы прикоснуться к своему члену. Выдохнул Баки на ухо: — Скажи, чего ты хочешь. — Хочу чувствовать тебя внутри, — так же тихо ответил Баки. — Каждое твоё движение, каждый вздох твой хочу чувствовать. — Баки запустил живые пальцы в волосы на затылке Локи. — Прямо. Сейчас. И Локи выполнил сказанное — приказанное — чуть приподнявшись, чтобы смотреть в серые глаза. — Глубже. Я хочу всё. Но не спеши. Чувствуя, что Локи делает именно так, как ему говорят, Баки сильнее сжал в руке волосы на его затылке, бионикой провёл по спине. — Поцелуй меня. Локи наклонился, коснулся губ Баки своими — распахнув их, Баки ответил жадным, глубоким поцелуем. — Вот так. Так, Локи. Хорошо. Металл ладони прошёлся прохладой по лопатке Локи, а тот продолжал ритмично двигаться. Тонкие губы были распахнуты, волосы совсем растрепались — но две тоненькие косички, сплетённые на затылке в одну, выживали, как могли, — на шее напряглись вены. Локи был невыносимо красив, когда, связанный, стоял перед Баки на коленях, — и был невыносимо красив, когда, нависнув сверху, вбивался в него ритмичными движениями бёдер. Баки протянул правую руку к своему члену, и Локи чуть-чуть приподнялся, чтобы Баки мог двигать кистью. — Локи... — Что? — Теперь ты чувствуешь? Ты, сука, мой, Локи. А я — я твой. Локи наклонился к его шее — и стон его, тихий стон возведённого в абсолютную степень удовольствия раздался так близко и так жарко, что Баки кончил тоже. Он обнял Локи, когда тот лёг на него. Провёл металлической ладонью по волосам и поцеловал в висок.